Под кожей искры

Ужин был плотным. И если магическая еда не оставляла чувства переедания, то человеческая… Ева к концу приема пищи из всеобразных овощей и мяса сидела с лицом толстого кота. — Я обожралась. — Я рад, что у меня нет желудка. — Ах, везунчик. Но им обоим еще не хотелось спать, так что девушка под конец принесла алкоголь. Санс поднял надбровную дугу: — Ты уверена, что это хорошая идея? — У меня отпуск, и я не за рулем. Сложно натворить бед. У меня к тебе предложение. — Хм? — скелету было трудно скрывать заинтересованность, да уже и не особо хотелось играть перед ней кого-то, когда полтора часа назад он плакался ей в жилетку. — Ты магичишь мне алкоголь и показываешь все приколы со своей магией, которые только можешь, а я тебе расскажу все, что ты захочешь. — Не уверен, что это взаимовыгодное предложение. У меня, в конце концов, есть интернет. — А в интернете написаны все мои постыдные истории про школу? — Deal, — он жмет ей руку. Она уже во второй раз наблюдала, как Санс, донельзя сконцентрированный, создает светло-зеленый прозрачный круг с разными надписями на непонятном языке внутри прямо в воздухе. И тот заставляет еду или алкоголь блестеть некоторое время. — Но учти, — предупреждает он, когда она наливает ликер в стопку, — то, что раньше оказывало на тебя физический эффект, теперь будет оказывать влияние на твою душу. — Поняла, я не пьяница, не бойся. Тебе налить? — Хехе, ну раз предлагаешь. Они выпили. Для Евы мир стал теплее и красочнее. Настроение немного поднялось. — Ну так, что за истории? — Один раз я пригласила на свидание мальчика, который принес мне цветы, но не сказал за всю прогулку и пары слов. Он буквально не знал, о чем мне рассказать. И я тащила весь вечер на себе, рассказывая о аниме. Это было худшее свидание в моей жизни. Мне лет шестнадцать было. — Ты часто приглашаешь парней на свидание? — А это зазорно? Я не стесняюсь проявлять инициативу, иначе бы меня никто не звал, аха. Тем более свидание — не контракт на что-то большее. — Почему же тебя бы никто не звал? — Не знаю, наверное, я часто хожу по улице с хмурым лицом. Ко мне никогда не подходили знакомиться. — Получается, ты никогда ни с кем не встречалась? — Это откуда такие выводы? Конечно встречалась. Шишек кучу набила. Вот это уже было более личным, понял Санс, и сделал пометку вернуться к этой теме. Если бы он спросил, она бы с большей вероятностью спросила бы тоже самое. Поэтому самое время было сменить тему, особенно, когда она еще не слишком пьяна: — Еще немного магии? — Да! Да! — ее лицо сверкало от счастья, как будто на дворе праздник. Санс сказал ей подняться и подойти к стене. Она с готовностью следовала указаниям и почти не удивилась, когда он вызвал ее в столкновение. Синее сердце выплыло между ними, и вдруг Еве показалось, что он с особой нежностью смотрит на сердечко. А потом он сказал: — Теперь ты синяя, — и ее сильнее начало тянуть к полу, будто ее вес резко увеличился в два раза. Двигаться стало тяжелее, но она постаралась, экспериментируя. — Так я и раньше была синей? — Ну, это другое, — он пожал плечами. Ева уже отгоняла мысль о том, реально ли он не знает, как это работает или просто не хотел объяснять. Она стояла у стены, когда одним движением руки для нее все перевернулось. Теперь она лежала, а Санс стоял на стене. Точнее, он стоял на полу, а вот гравитация Евы тянула ее к стене как будто так и было. Ощущение веса вернулось в норму, и она, следуя указаниям, прошла спиной к следующей поверхности. В доме были высокие потолки. И, после очередного движения руки, Санс стоял от нее далеко над головой. — Это очень странное чувство, — прокомментировала Ева, — Я прямо человек-паук. — Приготовься. — К чему? А ой, — она оторвалась от потолка с очередным ощущением, но на этот раз — невесомости. Мир вокруг захватывал дух, она буквально летала. Можно было пытаться плыть, но без толчка двигаться относительно стен не получалось, только крутиться вокруг собственной оси. Собравшись с силами, кончиками пальцев она оттолкнулась от потолка к скелету. Тот поймал ее, удерживая за плечи. — Покрути меня! — она вложила свои руки в его. Скелет неуверенно начал движение. Но позже и на его лице расцвела улыбка. Ева редко выглядела настолько счастливой. Он вообще не думал, что хоть когда-то видел ее такой. Но всему приходил конец. Он опустил ее на пол в правильном положении и отменил воздействие магии. — Это так круто, — она все еще улыбалась. — Мне бы хотелось, чтобы ты делал это чаще. Он был не против, с учетом того, что он мог бы так держать ее за руку и получать магию взамен. Но он этого не сказал. Плюхнувшись за стол обратно, она налила себе еще стопку алкоголя, а затем еще одну. Санс с удивлением смотрел на это. — Ты знаешь, — вдруг сказала она, — пару лет назад мне не хотелось жить. А теперь меня крутит в невесомости магический скелет и все такое. Такие неожиданные повороты… Скелет вспоминал те фрагменты диалога, где она говорила, что знает, каково это. Но он тогда не обращал внимание на такие, как ему казалось, частности. Сейчас же с ней все было в порядке. — Почему? У тебя кто-то… умер? — у него было очень мало информации, но он знал, что это, скорее всего, был ее отец. Но вот что случилось с той женщиной на фото — он понятия не имел. — Не без этого, — фыркнула она. — Но не это меня тогда сломало, — она покрутила рюмку вокруг оси, будто это волчок. Рюмка упала, но не разбилась. — Конечно, это было тяжело, когда он умер, но это было не внезапно, и мы, опять же, были не слишком близки. Но я все же нуждалась в поддержке. И вдруг оказалось, что никто вокруг меня не мог мне ее дать. Ни молодой человек, ни мама. Молодой человек вообще меня тогда бросил, сказал, чтобы я не ныла и «вообще я занят», — она обрисовала кавычки в воздухе. — В общем, когда я больше всего нуждалась в близких, я им оказалась не нужна. — Мне жаль, — Санс молча слушал и отчасти понимал, почему она так цеплялась за него. Взаимозависимость, которую они вынужденно испытывали друг в друге, била их обоих по больным точкам и привязывала друг к другу золотыми цепями. — Я тогда встретила еще одного человека. И ему тоже было плохо. Я так сильно заботилась о себе, замкнулась, что не заметила звоночков, знаешь… оставил мне вещи на память, не думал о завтрашнем дне. Ему ничего не было нужно. Никого не узнаешь? Она перевела на него взгляд. Золото, которое он оставил ей, нежелание решать проблему с едой. Да, он узнавал. Она продолжила: — Хоть это было больно, нам всем повезло, что это было. Хотя бы здесь никто не умер, — она иронично улыбнулась, хлюпая носом, будучи излишне сентиментальной от выпивки. Она так боялась быть покинутой, боялась, что не сможет позаботиться о ближнем. Боялась быть одна, и что о ней некому будет позаботиться. До появления Санса она взяла паузу и пыталась разобраться в себе, намеренно решая не привязываться к случайным людям слишком сильно. Санс потянулся обнять ее, прямо как это сделала она тогда, и молчал, пока она дышала ему в грудь. От них обоих пахло костром, ее волосы уже не были такими объемными, засалились. Они оба были не в лучшем виде, каждый со своими проблемами. Он понял, что если хотел стать ближе с ней, то обязательно должен был справиться с призраками, которые его преследовали. Хотел бы он сделать вид, что всего этого с ним не происходит. Но, кажется, это бы не помогло. Скелет выпивает стопку ликера.