Gilded lily

      Рейнира остаётся одна. Ее самого близкого человека изгнал родной человек. Отец, не смотря на мольбы дочери, не поверил ей и велел Деймону больше не появляться в Красном Замке. Король был просто в ярости от выходки брата: взять и опорочить племянницу! Выдержать Визерис мог все, но не это. Поступок переполнил чашу терпения и тот больше не смог мириться с Порочным Принцем рядом. Да и ради чего это все было? Чтобы что? "Отдай ее за меня, я приму ее любой" - да ты и сделал ее такой "любой"!        Мужчина всегда настороженно относился к слишком близким связям брата и дочери, они проводили много времени вместе и король боялся, что тот своими взглядами на мир пагубно повлияет на принцессу. И не зря боялся! Надо было вообще казнить Деймона, но Визерис, хоть и бы возмущен до ужаса, не смог приказать такое.       Он был готов простить дочь, списать все на гормоны и влияние над ней Деймона. Мол, девушка может бояться его самого или боится разочаровать дядю. Все таки Деймон искусный манипулятор и смог бы найти слабые точки Рейниры, а та под давлением со стороны просто не смогла отказаться. Но пошли слухи. Не только Отто узнал про злосчастную связь, но и некоторые кандидаты в мужья. В этой ситуации у Визериса просто не было выбора как, не смотря на обещание свободы выбора супруга, выбрать его самостоятельно. Окончательное решение пало на дом Веларион, который был хорошим вариантом в политической сфере. Мощный морской флот, поддержка Рейнис и ее супруга, устранение разногласий насчёт войны на Ступенях. К тому же Веларионы сохранили кровь Таргариенов и так же были драконьими наездниками. А сам Лейнор - будущий супруг Рейниры, был молодым мужчиной, а не старым лордом, и отличился особой отвагой в войне с Кормильцем Крабов.       Если бы не слухи о предпочтениях Лейнора, якобы тот любил мужские ягодицы больше женских, он был бы идеальным кандидатом. Но в данной ситуации Визерис был готов закрыть на ходящие во дворце сплетни и назначить свадьбу в кратчайшие сроки. Подгонял он их и из-за возможной беременности дочки - хоть та и выпила лунный чай, никто точно не мог сказать понесет она ребенка от Деймона или нет.       Однако ему было тяжело больше из-за реакции Рейниры на всё это действо. Та просто игнорировала его, а глаза часто были красными от слёз. На все попытки отца поговорить с ней, хотя бы на общие темы как политика, она отказывалась, придумывая нелепые отмазки. Визерис понимал, что Рейнире было очень плохо, но ничего не мог с этим поделать. Брак - обязанность и он не мог не женить дочку. Единственное что помогало ему хотя бы видеть ее - общие ужины и когда в саду она играла с детьми. Ещё Алисента иногда говорила что-то о принцессе, однако и с той у Рейниры испортились отношения. Королева начала винить Рейниру в отставке своего отца со звания десницы короля, а та в ответ поливать Отто грязью, что было вполне заслуженно.       А Рейнире все так же было до ужаса тоскливо. Она не могла простить Деймона, так как с течением времени поняла его истинные мотивы в соблазнении принцессы, не могла простить отца за изгнание дяди и этот брак. Он обещал ей свободу! Но потом все таки удачно обменяла неволю на увольнение ублюдка Отто Хайтауэра. Как же она ликовала, смотря из окон замка как тот, в дождливый день был вынужден покинуть их. Как ликовала, видя одинокую Алисенту, стоящую под аркой, провожая отца. Наверное она рыдала, осталась совсем одна с тремя детьми. О, и эти дети! Рейнира поверить не могла, что та родила ещё одного мальчика. Однако, когда принцесса держала в руках этот маленький свёрток под именем Эймонд в ее груди расцветало непонятное чувство. Странное, теплое и такое желанное. В конечном итоге все списала на собственное сокровенное желание родить ребенка.       Рейнира очень боялась повторить судьбу матери, но со временем старые раны начали заживать. Особенно когда она нашла того самого. Того, чей взгляд грел ее одинокую душу, чьи руки были крепки и никогда бы не предали.       Харвин Стронг полюбился ей не сразу, сначала видела в нем некую месть Деймону - тот взял в жены Лейну Веларион. Красивая, желанная, молодая и здоровая. Он точно не был против этого брака. И как же Рейнира злилась! Ее нежные чувства растоптали, использовали и просто бросили одну в этой яме со змеями. Она так старалась сохранить дружбу с Алисентой и быть хорошей сестрой для ее детей, но та поверила своему отцу и отреклась от нее. Эта сука пришла на свадьбу Рейниры в зелёном, объявляя войну. Принцесса этого не забудет, она когда-то напомнит Хайтауэр что значит выступить против дракона.       Единственное что радовало Отраду Королевства это слабохарактерный муженёк и его согласие во всем с ней. Он не был предназначен для короны - был слишком ветреным, не очень разбирался в политике, любил веселье, драки и очередного любовника с рыцарей поместья. Но как друг, затычка для слухов и поддержка дома Веларионов самое то. Этого Рейнире пока хватало. К тому же тот обещал ей свободу личной жизни, что дало возможность девушке лучше узнать Харвина. Они часто гуляли вместе, разговаривали и с каждым днём становились все ближе и ближе. Им не надо было даже говорить словами - понимали друг друга с полуслова и читали по глазам. Сначала Харвин был просто любовником, заменой Деймону, но сейчас стал ее любовью. Отцом ее первенца.       Джейкерис Веларион первый ребенок Рейниры, мальчик, юный дракон. Принцесса помнит как волновалась при беременности. Как каждую ночь гладила свой животик, разговаривая с сыном. Как приходили гладить беременное нутро и Эйгон с Хелейной. Девочка была в восторге, а вот Эйгон, который почувствовал маленькой ладошкой пинок пяточки, испугался. Как радовалась этим первым толчкам и тому, что ребенок развивается нормально. Беременность и в правда была лёгкой. Роды сложными, таз был узким, но Рейнира смогла родить здорового наследника. Свое маленькое счастье. Подтверждение их с Харвином любви. Она была счастлива, она наконец то забыла о предательстве отца и дяди, о Алисенте и Отто. Она сама создала личный маленький, но такой уютный мирок, который пообещала оберегать любой ценой. ...       Женщина сидела на мягком кресле в своих покоях, была укрыта теплым шерстяным пледом. В камине приятно потрескивали деревянные бруски, наполняя комнату ароматом древесины. На столе горели свечи и рядом стоял яблочный пирог со сладким чаем. Запахи смешивались, мягко лаская носик девы. А звуки костра успокаивали. Так же как успокаивало биение сердца маленького комочка на руках у принцессы. Ее маленькая драгоценность сладко сопела, вдоволь напившись материнского молока. Мальчик родился достаточно крупным, хорошо питался и вел себя прилично. По крайней мере Рейнира думала, что беременность и материнство будут хуже, чем оказалось. Да, мальчик плакал и капризничал, но ей всегда помогли с этим справиться. И не только куча служанок, нянек, стражи, но и внутреннее чутье. Женщина не знала как его правильно назвать, был ли это материнский инстинкт? Возможно.       Прижимая вот так Джейкериса она всё вспоминала момент его рождения. Адская боль внизу живота, кровь, пот и ее слёзы. В тот момент она ненавидела ребенка, но как только ее ух коснулся первый крик и плач, в груди сразу потеплело. Ее лицо озарила самая яркая улыбка на которую Рейнира была способна. Обнимая новорожденного она целовала его в темечко, плакала и благодарила Богов за этот подарок судьбы. Плакала и Маргарет рядом. Служанка помогала повитухе, носила воду, чистые тряпки, вытирала пот со лба роженицы и радовалась как будто родила сама. За это время они с Рейнирой стали чуть ли не сестрами, доверяли друг другу и Маргарет дала клятву защищать ценой своей жизни семью госпожи.       Из воспоминаний ее вывело движение в тканях: ребенок начал просыпаться. Рейнира улыбнулась, немного раскрыла складки бархата у личика младенца. Тот хмурился, был чем-то недоволен, может приснилось что-то кроме мягкого облачка. Рейнира тихо захохотала от своих мыслей, приподняла ребенка и мягко поцеловала в лобик. Рассматривать творение было одно удовольствие, но и несчастье одновременно. Тот явно был не от Лейнора, хотя сам мужчина, как и Корлис с Рейнис, приняли ребенка.       Маленький курносый носик, проглядывались каштановые волосы и такие же карие глазки-бусинки. Для нее ребенок был самым красивым, но она очень боялась что его назовут бастардом. Главное чтобы отец принял его как Таргариена, тогда не важно что будут говорить, ведь любое слово против происхождения Джейкериса будет восприниматься как унижение короны. А за спиной мало ли что говорят.       Ребенок от внимания и ласк женщины успокоился, опять погрузившись в сладкий сон. Рейнира и сама от атмосферы в комнате захотела вздремнуть, но ей не дал тихий стук в дверь. Рейнира повернула голову в сторону прохода. - Войдите! - Брови приподнимаются в удивлении, потом на губах заиграла ласковая улыбка. - Добрый вечер, Хелейна. Что привело тебя сюда так поздно? Опять не можешь заснуть? Женщина подозвала девочку к себе жестом руки, мол, иди сюда, не надо стесняться. Та робко простояла несколько минут у входа, а потом все таки подошла к родственнице. Только когда Хелейна подошла к ним, Рейнира заметила в руках маленькую закрытую коробочку. С интересом наблюдала за действиями сестрички, не смея давить на нее.       К несчастью, Хелейна была не очень любимым ребенком, робкая, застенчивая и сама себе на уме. Она часто говорила сама с собой, играла с паучками и говорила странные вещи о будущем. А иногда Рейнира могла заметить синяки на ручках или ножках. Она не смела ни о чем спрашивать, но было понятно, что над Хелейной издевались, зажимая и так хрупкое дитя в рамки побольше.       И Рейнира пыталась стать для девочки тихой гаванью, где та смогла бы чувствовать себя в безопасности. Поэтому такие почти ночные визиты не были в новинку.       - Садись, - кивает головой в сторону аналогичного кресла рядом, - если хочешь кушать, то на столике остался яблочный пирог. Маргарет, подай, пожалуйста, его нашей гостье.       Щёчки девочки покрылись румянцем, она залезла на мягкое сиденье и начала мотылять ножками туда-сюда в ожидании сладкого. Коробочку оставила рядом с собой, будто забыла, поедая уже холодный кусочек пирога. - Как твои дела? Как братья? - Рейнира принимает положение полусидя, начало ныть внизу живота. Такие боли, как сказал мейстер, нормальны для молодой мамы. - Что ты принесла?       Хелейна что-то пробубнела с полным ртом, но женщина ничего не поняла, засмеялась. Наклонилась вытереть пальцем яблочное повидло с уголков рта ребенка. Потом тихо прошептала:       - Все хорошо, не спеши так.       Дитя кивнуло и продолжило уплетать за обе щеки мучное изделие, пока на тарелке не остались только крошки. Потом потянула руки к коробке, открыла и показала Рейнире содержимое.       - Оу, - та протянула ладонь за предметом, Хелейна послушно отдала. - Хочешь научиться вышивать?       Внутри аккуратно сложена плотная ткань, нитки под цвет родового знамени, несколько иголок и рисунок от руки. Фамильный дракон с тремя головами. Рейнира удивилась порыву сестры в столь юном возрасте вышивать, но отказать не могла. Так и начались уроки. Спустя месяц вечерних занятий у девочки получилось вышить нечто похожее на запланированного дракона и та, светясь и радуясь, договорилась с Рейнирой завтра с утра пойти на тренировку Эйгона, чтобы вручить ему подарок.       Рейнира взяла с собой и свой платок, на котором она показывала девочке что и как делать. У нее рисунок получился лучше, все таки натренированный годами руки создавали вышивку и быстрее, и качественнее. Но она свято верила, что у Хелейны так же все получится и в будущем будет только лучше.       С утра, как и обещала, женщина начала собираться для выхода в свет. Эйгону уже восемь лет и он начал подготовку настоящего воина. Помогал ему в этом Кристон Коль, который, почему Рейнира до сих пор не поняла, перешёл на сторону зелёных. Поэтому женщине приходится красиво и нарядно одеваться, чтобы гордо пройтись с Хелейной и не дать повода свите зелёной команды перебрать ей кости ещё раз.       Тем для обсуждения и так хватало, но больше всего Рейниру задевали оскорбления ее внешности. Беременность и роды повлияли на ее фигуру: она набрала вес, осиная талия стала шире, появились складки и растяжки на коже, бедра разошлись и так же пополнели. Она оставалась такой же хорошенькой как и была, но та фигура совсем молодой девы канула в Лету. Больше всего Отрада Королевства почему-то боялась утратить форму груди. Та заметно увеличилась, набралась молока и поэтому Рейнира боялась что та просто обвиснет со временем. Так было у всех женщин, но легче на душе не становилось. В прочем как только она видела из-за кого ее фигура изменилась - сразу забывала о чем грустит. И если бы ее спросили, а родила бы она ещё раз, зная про последствия, то ответом было бы твердое да.       Ещё раз осмотрев себя в ночной рубашке, женщина повернулась задом и довольно улыбнулась. Вот где-где, а полнота на попе ее устраивала. Рейнира считала, что именно сзади стала намного сексуальнее чем была раньше. Бедра же стали шире, стали сочнее и попка стала налитой как яблочко. Она надеялась, что Харвин оценит ее фигуру так же положительно в следующую близость, как только женщина полностью восстановиться после родов. Рейнира не удержалась и даже шлёпнула по половинке, воображая как это будет делать Стронг. Сзади нее рассмеялись. - Госпожа, Вы очень красивая. Правда - правда. - Маргарет пришла с новыми платьями в гардеробную. Рейнира залилась румянцем. - Не входи без стука, - шикнула та недовольно, но по правде совсем не злилась. - помоги лучше одеться.       Рейнира выбрала новое платье, которое принесла Маргарет. Оно было достаточно простое, схоже с кроем халата или ночной рубашки. Лёгкая ткань красиво струилась по тело градиентом от кроваво красного до белого цвета на подоле. Оно не облегало тело: юбка была длинной и свободной, без широкого корсета, который давил бы на живот, только тонкая полоска слегка приподнимала груди, придавая округлой формы. Сверху шла накидка, как укороченный пиджак с длинными рукавами. На рукавах и подоле были вышиты драгоценными камнями тюльпаны и листва. Образ дополнила заколка в волосах и две большие косы. Рейнира не хотела выглядеть тяжёлым и запутанным пятном на рыцарском полигоне.       С Хелейной встретились возле одного из многочисленных выходов замка и уже вместе за ручку пошли к брату. На поле тот был не один, как ожидалось Кристон Коль как наставник, а рядом на лаве сидит Эймонд. Мальчики были одеты в зелёные похожие костюмы: Алисента тронулась умом и даже через одежду детей выражала ненависть к Рейнире. - Первая принцесса - Рейнира Таргариен! Вместе со второй принцессой королевства - Хелейной Таргариен! - объявил один из стражников на входе.       Воины, которые были на тот момент на полигоне, склонились в почтении. Кристон лишь кивнул головой, а два принца не поприветствовали родственниц вообще. - Доброе утро, Принц, - Рейнира же немного склонила голову и прошлась к ним с Хелейной рядышком, - мы могли бы отвлечь тебя? Ненадолго.       Коль был уже готов отказать, мол, принц очень занят, как его опередили: - Конечно, сестрица, - Эйгон отбросил меч в сторону и обратил свое внимание на двух девушек, - что вы обе хотели? - Ну же, не надо стесняться. - Рейнира аккуратно погладила Хелейну по спинке, слегла подтолкнув к брату. Эймонд за всем наблюдал молча.       Хелейна неловко посмотрела на сестру, будто искала подтверждение что все будет хорошо, и протянула ручки с черной тканью Эйгону. Тот нахмурился, посмотрел сначала на младшую, потом на старшую с немым вопросом " Что происходит?". Рейнира ответила ему с улыбкой и тот неуверенно взял с рук Хелейны платок. Развернул его и гордо хмыкнул. Уж знамя их дома ему было знакомо с ранних лет. - Эйгон, - недовольно позвала того женщина, - что надо сказать, когда тебе что-то дарят?       Тот слегка замялся и открыл рот чтобы поблагодарить, как его перебил Эймонд: - Спасибо! - мальчик сидел рядом с няней на лаве и показывал язык Эйгону. - Ха-ха, брат, не знает правил этикета. - Ах ты мелкий.. - А ну прекратите оба. Хелейна старалась не для ваших ссор, - Рейнира укоризненно посмотрела на двух мальчишек и потрепала девочку по голове, - ты большая молодец и брат тобой гордиться. Верно, Эйгон? - Верно, - принц поджал губы и спрятал платок в карман штанов, - Спасибо, Хелейна.       Наконец то девочка улыбнулась, услышав похвалу от человека, ради которого она так старалась. Рейнира смотрела на это с улыбкой в уголках пухлых губ. Она правда рада, когда дети дружны, а Хелейну не обижают. Постояв ещё немного, послушав детей, кинула взгляд на обиженного Коля, авторитет которого был подорван непослушанием двух маленьких мальчиков. Сейчас он напоминал ей подростка, который обиделся на родителей, когда те не дали ему игрушку. Пусть обижается, злиться, грустит сколько влезет, Рейнире нравилось на это выражение лица смотреть. Смотрела бы вечно, если бы не была мамой и не хотела вернуться к сыну. Отвлекла девочку, забрав прядь волос за маленькое ушко. - Нам пора, Хелейна, - она посмотрела на служанок, - идёшь со мной или останешься с братьями?       Девочка немного подумала и сказала, что останется с братьями. Рейнира не стала спорить, сразу согласилась, сделала небольшой поклон Эйгону в знак прощения и прошла к выходу из полигона. Ровная натянутая осанка, улыбка на светлом, немного усталом лице, руки, в дорогих кольцах на пальцах, под большой грудью в замке. Она чувствовала на себе взгляды тех рыцарей и их желание. Какие бы комплексы не придумывала женщина - она осталась такой же прекрасной и желанной многими Отрадой Королевства.       Вместе с несколькими служанками, в том числе и Маргарет, они пошли не по короткому пути, а в обход. Рейнира захотела посмотреть на цветы в оранжерее. Драконье чутьё подсказывало, что за ними кто-то следит, но было внутреннему дракону не страшно, значит не опасно. Она медленно продвигалась по саду, любуясь львиным зевом. Задумалась какие бы цветы приказать срезать ей в букет на завтрашнее утро.        Резко рядом зашуршало в кустах и на женщину кинулся гномик на уровне ее колен. Служанки охнули, замерли, не зная что делать, одна Маргарет с криком "госпожа!" кинулась на помощь. Гномик не ожидал что его увидят так скоро, споткнулся об ногу Маргарет, ставшей впереди Рейниры для защиты, и с громким вскриком упал на каменные плиты. Только тогда Рейнира заметила копку белых волос и зелёную одежду. Гномиком оказался Эймонд, который с деревянной палкой почему-то напал на Рейниру. Мало того что напал, так ещё и преследовал ее все это время тоже он! - Принц Эймонд! Как Вы смеете! - испуганная Маргарет подняла за шиворот мальчика, поставила на ноги и было начала уже отчитывать, как ее останавливает голос Рейниры. - Достаточно, Маргарет, оставьте нас с принцем наедине. - Но, Госпожа! - Я сказала достаточно! Не смей подвергать мои приказы сомнению. Ждите меня у входа.       Служанкам ничего не осталось делать как покинуть стеклянную оранжерею. Дождавшись пока те уйдут, Рейнира села перед Эймондом на колени и пальцами приподняла за подбородок его лицо. - Эймонд, я не буду ругаться, - та наклонила голову, тихо зашептала чтобы не пугать мальчика, - скажи, почему ты преследовал и напал на меня с этим. - она покосилась на короткую палочку с под какого-то здешнего куста.       Мальчик ничего не ответил, потом его ресницы задрожали и он начал плакать. Рейнира ничего лучшего не придумала как прижать Эймонда к груди, ласково поглаживая по волосам. Мягко начала шептать всякие глупости, пока тот не успокоился, а уже потом спросила: - Где-то болит? - она заглянула ему в глазки, пальцами убирая с пухлых щёк слезы. - Ну же, Эймонд, я не ясновидящая, не могу понять что беспокоит пока не скажешь.       Эймонд ещё немного постоял, тихо всхлипывая, а потом отстранился от женщины показывая на ножку. Рейнира нахмурилась, поняв почему мальчик плакал: когда тот упал, поцарапал себе об каменную кладку нежную кожу коленок. - Мой маленький.., - легонько провела пальцами вокруг ранки. - Почему же ты напал, а? Не делал бы так, не поранился..       Начала глазами искать где же найти чистую воду чтобы промыть царапину, но такого тут не оказалось. Потом мальчик своими маленькими ручками попытался забрать пальцы женщины с колена, та послушно отстранилась. Когда она это сделала тот зло прошипел: - Я обиделся на тебя. - Зло посмотрел на нее, нахмурил маленькие бровки и надул губки, Рейнира чуть не засмеялась от того, настолько смешно, мило и нелепо он выглядел когда злился. - Ты меня обидела! - А? Чем же? - женщина продолжала сидеть на коленях перед ним, чтобы ребенку было удобнее говорить с ней. Будто на равных. - Подарок! Рейнира захлопала ресницами, ничего не понимая. Какой подарок? Почему он обиделся из-за подарка? Женщина так и сидела с удивлением и непониманием на лице, пока Эймонд не крикнул ей в лицо: - Платок! Почему ты не подарила платок! Хелейна подарила Эйгону, а ты мне нет!       И Рейнира не сумев себя сдержать засмеялась. Мальчик что-то возмущённо прокричал, пока его не закрыли обратно в объятиях. Женщина оставила на вкусно пахнущих волосах поцелуй и отстранилась. - Дай мне посмотреть на твою коленку. - Не дам! Извинись! - Извинюсь, если дашь посмотреть твою ранку, - загадочно улыбаясь, Рейнира смочила слюной пальцы и легонько протёрла от пыли болезненное местечко, потом достала из большого рукава тот самый платочек. - Взяла на случай если Хелейна потеряет свой, - честно отвечает, - но ты заслужил за правду.       Под удивлённый и в тоже время радостный взгляд мальчика обвязала коленную чашечку вышитой ею тканью для защиты. - Это поможет тебе дожить до лекаря, - смеётся, смотря на свое творение, и щелкает Эймонда по носику, - пошли, цветочный разбойник, хоть спиртом обработаем нормально.       Рейнира встала со своих колен, которые уже ныли от одного положения, взяла принца на руки, хотя тот немного сопротивлялся, мол, он уже взрослый и пойдет сам, и пошла к выходу из накрытого сада в сторону цитадели. От теплых объятий мальчик расслабился, устроился поудобнее, положив голову на плечо женщины, и на половине дороги уснул.       На ножке все ещё висел вышитый Рейнирой платок с гербом Таргариенов, который после осмотра Великим Мейстром пропал. И никто не узнает, что Эймонд будет прятать этот кусочек ткани как зеницу ока в самых безопасных местах комнаты, перенося то из под подушки в шкатулку, то обратно под перину.