Потерять всё

***

Арсений Попов просыпается от солнечных лучей, которые пробиваются через незашторенное окно и греют лицо. На часах время уже перевалило за час дня, но мужчина так и не выспался. Голова раскалывается, будто внутри черепа кто-то стучит по стенкам ложкой, во рту ужасно сухо и неприятно, нос заложен, а всё тело будто примагничено к кровати, так, что не повернуться и ни одной конечностью не пошевелить, слишком много усилий для этого нужно приложить. Ещё и костяшки правой руки саднят, что очень странно. Но солнце безжалостно выжигает глаза сквозь закрытые веки, поэтому Арсений со стоном переворачивается на другой бок. Тёплые лучи теперь греют спину, а он с трудом разлепляет глаза. Сделав это, импровизатор обнаруживает перед собой стену с едва видимыми кровоподтёками на ней. В голове начинают собираться в единую картину обрывки вчерашнего вечера и ночи: Хлопает входная дверь. Арсений ещё с минуту смотрит на этот кусок железа и дерева, а потом откручивает крышку с бутылки виски и делает несколько жадных глотков. Горло тут же обжигает и сводит спазмом, лицо непроизвольно морщится и получается отвратительная гримаса. Всё-таки Попов больше отдавал предпочтение вину, ну и изредка мог выпить пива с Шастом за компанию, а такие высокоградусные напитки не очень жалует, потому что после них всегда долго отходит. Но сейчас ситуация располагает, да и хочется забыть обо всём, просто отключить голову. Что только что произошло? Он не знает, не хочет знать. Почему наговорил всё это? Тут очень просто. Эмоции взяли верх над холодным разумом, к ним прибавилось ужасное собственничество Попова и некая обида, непонимание происходящего последние пять дней после корпоратива, что повлекло за собой неконтролируемую ревность и агрессию. Виноват ли в чём-то Антон? Вполне. Он же всё-таки изменил, ещё и залететь умудрился, удивительно. Судьба-злодейка. Столько безрезультатных попыток с мужем, а тут после одного раза с первым встречным-поперечным сразу же беременность. Арсений горько усмехается и делает ещё пару глотков обжигающего напитка. Глаза начинают слезиться. И не поймёшь, то ли от неприятного ощущения после виски, то ли от обиды, боли и разочарования. Попов плетётся в гостиную, но садится не на диван, а на пушистый ковёр рядом. Сколько прекрасных вечеров они провели на нём с Антоном… Это Шастун уговаривал взять это прекрасное мягкое пушистое бежевое чудо, не слушая доводов о трудностях выведения пятен и сборе на нём пыли. После этого они частенько расслаблялись тут после рабочего дня, положив рядом гору подушек, чтобы было удобнее. Иногда болтали ни о чём, попивая вино, иногда просто молча обнимались, напитывая друг друга нежностью и энергией. Один раз даже потрахались, но потом решили, что это не самое подходящее место. Тем более, нужно было следить, чтобы на него не попала какая-нибудь субстанция, будь то смазка, предэякулят или сперма. Приятные воспоминания греют сердце, но Арсений резко выныривает из этого тёплого ощущения. Муж его предал, а такое нельзя забыть после прокручивания в голове пары картинок из прошлого. Как они в дальнейшем будут работать и контактировать? Он не знает. Антон возьмёт декретный отпуск? Возможно. Как их квартетное для зрителей шоу будет существовать без одного участника больше года? Неизвестно. Все эти вопросы вертятся в голове, как назойливые мухи, от которых невозможно отмахнуться. Однако, за всеми этими, по факту, несущественными пунктами прячутся два гораздо более важных: как Попов сможет жить без Шастуна и что случится с ним и ребёнком? Даже несмотря на то, что он не Попова, Арсений не может оставить Антона без поддержки, но что-то придумывать сейчас не в силах. Он переходит из гостиной в их спальню, видит на полу сброшенные с кровати тесты на беременность, и злость новой волной окатывает его с головы до ног. Он швыряет недопитую бутылку на пол, из-за чего она тут же разлетается на несколько крупных осколков. Но этого недостаточно, чтобы выплеснуть все те эмоции и боль, что скрываются внутри. Поэтому Арсений со всего размаху ударяет кулаком в стену. А потом ещё и ещё. До тех пор, пока не появляется кровь и не начинает пачкать обои, а руку сводит судорогой. Он всегда был слабаком в своих глазах. И сейчас ничего не меняется. Слёзы всё-таки скатываются по щекам, текут по подбородку, а потом вниз по шее, но Попов даже не пытается остановить их поток. Он морально разбит и уничтожен. Его сердце разбито, надежды убиты, а мечты сожжены. Ложится спиной на кровать, даже не раздеваясь, позволяет солёной жидкости и дальше стекать по лицу, а потом просто отрубается.

***

Арсений грустно усмехается, оглядывая стену, осколки бутылки и тесты на полу. С трудом поднимается с кровати и направляется в ванную, чтобы хотя бы немного привести себя в божеский вид. Сейчас мыслей нет абсолютно никаких, именно тот эффект, которого он добивался вчера, вливая в себя алкоголь. В ванной, глядя в зеркало, понимает, что действительно привести в порядок своё измученное лицо, тело и причёску не сможет. Для этого нужно приложить хотя бы чуточку желания, а его, удивительно, совершенно нет. Поэтому Попов только чистит зубы, немного умывается ледяной водой и выходит за дверь. На кухне обнаруживаются уже осколки кружки, застывшие пятна от кофе, открытое окно и, кажется, запах отчаяния и одиночества. Арсений хмыкает и принимается за небольшую уборку, чтобы хотя бы можно было ходить без опасения порезаться. Берёт веник с совком, собирает все разбитые кусочки чего-то, что было раньше единым целым. Может быть, это его сердце? После этого он берёт половую тряпку, закрепляет её на швабре и моет пол на кухне. Когда более-менее устранены последствия вчерашней ссоры, в голове вновь появляются навязчивые размышления, которые не дают и шанса забыть о произошедшем. Попов тащит из бара на кухне ещё одну бутылку виски и падает на диван в гостиной. Почему у них вообще хранится этот напиток? Вроде, кто-то подарил… Может быть, Дима привёз из своих семейных путешествий, может, Серёга, что более вероятно. В любом случае, сейчас остаётся только порадоваться такой предприимчивости друзей. Арсений открывает бутылку и снова глотает алкоголь, дабы повторить вчерашний эффект. В этот раз он будет контролировать себя лучше, чтобы завтра опять не убираться, но забыться очень хочется. Да, на самом деле, Арсений Сергеевич сегодня ничего не разбивает и не ломает, однако кое-что отличается от вчерашнего вечера. В этот раз он, находясь уже в состоянии нестояния, набирает Антона, хотя сам не знает, зачем. Однако трубку на том конце никто не берёт, а вскоре гудки ранее совершённых звонков сменяются на безразличное и монотонное «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Попов сжимает руку в кулак, но силой заставляет себя успокоиться, выполняет пару упражнений из своей любимой дыхательной гимнастики, которую часто использовал, если злился, а ещё навязывал Шасту, когда тот вновь трясся перед очередным концертом. Она очень хорошо помогала. Но в этот раз это, почему-то, не срабатывает, поэтому телефон отправляется в недолгий полёт. Благо, приземляется он не на жёсткий ламинат, а на мягкий ковёр, что спасает самого мужчину от непредвиденных трат в будущем.

***

Попов продолжает бухать следующие 2 дня, как чёрт. Он не отвечает никому на СМС и звонки, потому что знает, что там не высветится номер мужа. Хотя, даже если высветится, он не знает, что сказать. За последние 4 дня он мысленно прыгал от стадии «Я никогда не хочу его больше видеть, пусть катится» до «Я тоже перегнул палку и стоит извиниться и предложить свою помощь» раз сто. Только сейчас он пытается по-настоящему очухаться, ведь сегодня съёмки «Историй». Рано или поздно пришлось бы выбираться из своей берлоги, но Арсений не думал, что всё это будет так скоро. Хотя подписчики его уже потеряли и всё строят теории, где он тусуется, чтобы потом выложить различные странные фото и видео через 2 недели. Он с трудом собирает себя в кучу, буквально соскребая своё тело с кровати, умывается и принимает контрастный душ в ванной, успевает выпить ароматный кофе на кухне и только потом одевается, хватает ключи от машины и квартиры, нужные вещи и спускается во двор. Только в салоне понимает, что схватил ключи Шаста, который тот оставил на полке у зеркала. Чьи они, понятно сразу, ведь на одном из колец прицеплен небольшой брелок с пушистым хомячком. Точнее, пушистым он был раньше, сейчас немного облез, но всё равно оставался таким же милым. Арсений подарил его Антону после первых съёмок в программе «Где логика?», когда они были в одной команде, а Шастуну очень понравился хомяк в задании, где нужно было угадать знаменитость по комнате с подсказками.

***

Коридоры «Главкино» встречают Попова удивительной тишиной. Вроде как, он приехал немного заранее, но обычно в такое время коридоры оживлённые и наполнены бегающими туда-сюда членами креативной группы, гримёрами и костюмерами, а на площадке работают технические специалисты, подготавливая декорации и проверяя надёжность уже установленных, дабы съёмки прошли без эксцессов. Арсений начинает продвигаться в сторону их комнаты отдыха, где обычно состоится сбор, как вдруг на него из-за угла налетает Стас, но не останавливается и бросает прямо на ходу: — Арс, отлично, там уже все собрались, только вас с Шастом ждём. Попов хмурится. Значит, Антона всё ещё нет и объясняться перед командой придётся явно ему. Он доходит до нужной двери, глубоко вдыхает пару раз, старается натянуть улыбку и, наконец, проворачивает ручку. Все люди, находящиеся в комнате, оборачиваются и кивают ему в знак приветствия. Пока здесь находятся Димка, Серёжа, Оксана и Макс Заяц. — Всем привет, — здоровается Арсений, и ему отвечает нестройный гул голосов. Потом все возвращаются к прерванной беседе, а он присаживается на диван и устало откидывает голову на спинку кресла. Вроде как, пока, его никто трогать не собирается, однако нужно быть начеку. Интересно, когда приедет Антон? Что ему сказать? За это время нужные слова в голову так и не пришли, да и отношение своё к данной ситуации он так и не выявил. В помещение врывается Шеминов и тут же подбегает к Попову, хватая его за грудки и подтягивая вверх. Арсений поднимается чисто по инерции, не успев даже сообразить, что происходит. В этот момент все замолкают, наступает полная тишина, становится слышно только часы, отсчитывающие секунды и мерное гудение приставки. — Где Шастун? Что с ним? — практически рычит Стас в лицо мужчины. — Я не знаю, — хрипит Попов, но потом резко выдёргивает ткань своей футболки из цепких пальцев, расправляет складки и отходит к окну, от греха подальше, скрещивает руки на груди. — В смысле ты не знаешь? Кто его муж? — продолжает напирать Шеминов, яростно раздувая ноздри. — Стасян, погоди, успокойся, что произошло? — вмешивается Позов, похлопывая продюсера по плечу, чтобы привлечь к себе внимание. — А произошло то, что мне сейчас звонит Антон и заявляет, что он разорвал договор и уходит из шоу! Ничего не объяснив при этом, а когда я стал перезванивать и пытаться достучаться, он уже заблокировал свой номер, — выпаливает Стас на одном дыхании, а потом вновь переводит взгляд на застывшего у окна, как статуя, Арсения. — Поэтому, Попов, быстро говори, что между вами произошло! У Арса всё внутри переворачивается и скручивается болезненным узлом где-то в области сердца. То есть, Шастун ушёл действительно навсегда. Он решил оборвать связи абсолютно с каждым, кто напоминал бы ему о Попове? Начать новую жизнь? Уехать в какую-нибудь глушь и воспитывать ребёнка на опушке леса? Что происходит? Вопросы опять мечутся и стукаются своими острыми углами о черепушку, не дают собрать резко разлетевшиеся мысли в кучу. А Шеминов, тем временем, ждёт ответ и показывает это всей своей напряжённой позой и молниями, которые метает в сторону человека у окна. — Говори! Что ты сделал? — не выдерживает он. — Мы поссорились, — выдавливает из себя Арсений. — Из-за чего? — Какая разница? — тоже взрывается Попов. — Вас это касаться не должно! — Уже касается, раз Шастун покидает проект! Ты хоть понимаешь, сколько мы потеряем? Сколько мы уже теряем? У нас через час первый мотор, а у нас одного из четырёх актёров нет! Зрители уже собираются, в зал проходят, а мы не можем теперь ничего снять. Что я им скажу? «Извините, мы не можем показать вам то, за что вы отдали свои деньги, потому что кто-то из нас проебался»? Так что ли? Все в шоке переводят взгляд с Шеминова на Попова и обратно. В этот раз вмешивается Матвиенко: — Арс, правда, скажи, что случилось. Может, что-то можно сделать. — Мы уже полтора года пытались завести ребёнка, — начинает Арсений, выдохнув перед этим, как перед прыжком с обрыва, и опустив глаза в пол. — Но у нас ничего не получалось. Три недели назад мы решили обратиться в клинику, чтобы сдать анализы и понять, что не так, почему мы не можем…к-хм. В общем, вы поняли. Там нам сказали, что наша биологическая среда не совместима. Не думаю, что вам нужны подробности, смысл в том, что с этим диагнозом завести ребёнка практически невозможно. — Но вы же сказали, что результатов не было и с ними что-то непонятное, — перебивает Дима. — Да, мы так сказали, чтобы раньше времени не разводить панику. Да и самим нужно было свыкнуться с этой мыслью. Неважно. А чуть больше недели назад у вас был корпоратив, где был Антон. Он мне там изменил. А 4 дня назад сделал тест, который оказался положительным. Я, конечно же, не поверил, что ребёнок мой. Мы сильно поругались, он собрал вещи и ушёл. Поэтому да, Стас, я понятия не имею, где он и что с ним. Арсений с вызовом поднимает голову, чтобы посмотреть в глаза начальника, однако обнаруживает перед собой Позова, а потом ощущает сильную боль в районе переносицы. Он инстинктивно зажимает нос, из которого начинает течь противная тёплая кровь, мешая дышать. — Поз, ты ахуел? — кричит Попов, глазами ища какую-нибудь салфетку, чтобы остановить кровь. Натыкается на неё в руках у Оксаны и забирает, благодарно кивая. — Это ты ахуел, Арс, — еле сдерживаясь, говорит обычно спокойный флегматичный Дима. — Ты как вообще мог хотя бы мысль допустить про измену? Тебе Тоха что, повод давал? Да он ни на кого не смотрит, кроме тебя, с тех пор, как вы встречаться начали, хотя, скорее, даже раньше. Хоть он и отталкивал тебя, но исключительно из-за того, что переживал за наш проект, много работал, развивался, чтобы в грязь лицом не ударить, потому что самый молодой. Он из кожи вон лез, чтобы тебе ещё больше понравиться тоже, я тогда устал слушать его вечные «ты видел, какие у него глаза?». Как ты мог даже подумать? Тем более, мы там были, следили за ним краем глаза, он всё какой-то грустный ходил. Единственный раз он отошёл покурить, а потом через пять минут вернулся, собрался и поехал домой. Один! Или ты думаешь, он с кем-то в подворотне успел потрахаться? И за 5 минут? Не маловато-ли? Хотя это уже ваше дело, когда и сколько. Попов, выслушивая всё это, постепенно опускает голову всё ниже и ниже, а потом и вовсе оседает на пол под подоконником, подтягивает колени к груди и будто прячется от внешнего мира. В его голове с бешеной скоростью носятся картинки, места и события, которые складываются в единую картинку — Антон ему не изменял. И никогда не стал бы. А Арсений, из-за своего собственничества и ревности на пустом месте, этого не видел. — Я не знаю, каким образом он забеременел, это какое-то чудо, но поверь мне, точно от тебя. — Блять, я так проебался.