Любовь?

С губ срывается тихий стон, а после сладкое мычание, когда ключицы и шею детектив начал покрывать поцелуями, засосами и укусами. И все время на самых чувствительных местах. Глубоко вдыхая, Кадзуха легко подхватывает Хэйдзо на руки так, чтобы он ногами мог легко обвить талию ронина и понес его уже в знакомую ему сторону, в спальню. Кадзуха ни раз приходил сюда, так что знает этот дом как свои пять пальцев. Открывает дверь в темную комнату, теперь освещаемую лишь блеклым светом из коридора, оставляя дверь открытой. Мягко опрокидывает детектива на постель, нависая над ним и утягивая в новый требовательный поцелуй, попутно снимая с него верхнюю одежду. Кадзуха ненадолго останавливается, оглядывая растрепанный вид Хэйдзо. Он был слишком красив и привлекателен сейчас. После склоняется над ним, оставляя дорожку из влажных поцелуев от самой щеки до ключиц, а руками оглаживает тело, тяжело дыша от всех ощущений. Хэйдзо обвивает чужую талию ногами, когда его подхватывают с пола и несут в спальную комнату. Руки перебирают светлые волосы, а губы нетерпеливо целуют кожу на шее, не желая оставлять какие-то места без внимания. Горячее дыхание обжигает влажную от поцелуев кожу. Когда Сиканоина опрокинули на кровать, тот сам потянулся за поцелуем. Голова сейчас была забита только одним человеком – Каэдэхарой. Всё ушло куда-то в небытие, оставляя перед глазами и в мыслях только ронина. До этого аккуратно собранный хвостик был сейчас растрепан и бордовые волосы выбивались из этой злосчастной резинки. Подставляясь поцелуям, детектив прикрыл глаза и приглушённо простонал, лишь сильнее сжимая пепельные волосы. Руки, что так уверенно скользили по телу, вызывали множество мелких мурашек. Хэйдзо втягивает живот и шумно выдыхает. Даже обычные прикосновения уже кружили голову. Сиканоин тянется за новым поцелуем и жадно покрывает своими губами чужие. Со сладким причмокиванием губ, ронин отвечал на настолько жадный поцелуй со стороны детектива. Ладонь размещается на щеке возлюбленного, непроизвольно гладя ее большим пальцем, а вторая плавно переходит на бедро Хэйдзо, сжимая его. В комнате стало ужасно жарко от тяжёлых дыханий влюбленных, от той мимолетной страсти, что возникла между ними сейчас. Спеша сюда, Кадзуха почему-то думал о том, что это может случится. Волосы ронина были уже свободны от резинки, она потерялась где-то по пути в комнату, но это не волновало Кадзуху вообще. То, как детектив их гладил, сжимал было в разы важнее. Это все заставляло тело неистово желать сближения и как можно скорее... Отстраняясь и оглядывая Хэйдзо сверху вниз мутно-алыми глазами, он снова припадает к нему, к ключицам, покусывая кожу и закрывая глаза. Тяжелое, иногда дрожащее от возбуждения дыхание постоянно опаляло кожу детектива. Рука плавно снова перемещается от бедра вверх на талию и тоже чуть ее сжимает ближе приближая Хэйдзо к себе. Каэдэхара поднимается от ключиц Хэйдзо, вновь утягивая его в не менее требовательный поцелуй и ухмыляясь сквозь него. Пользуясь моментом, он без каких либо колебаний плавно запускает руку с талии в чужие штаны и нащупывая кое-что твердое, медленно, дразня, проводит по нему ладошкой сквозь ткань нижнего белья. От основания до головки и обратно, игриво водя то пальцами, то всей ладонью, чтобы доставить Хэйдзо удовольствие и как-то разнообразить его ощущения сейчас. Ронин отстраняется от опухших от поцелуев губ, желая насладится лицом детектива сейчас. Томное дыхание, глаза сами собой прикрываются и кажется, детектив полностью отдаётся моменту. Отдаётся в эти ласки и в эту неизвестно откуда взявшуюся страсть. Руки неспеша перебирают светлые волосы и притягивают Каэдэхару к себе. Довольно требовательно, но с неземной нежностью. Отвечая на ещё один не менее требовательный поцелуй, Хэйдзо упускает из виду этот отвлекающий манёвр, а возможно, он просто сам хотел пропустить его. Чужая рука, трогающая орган сквозь одежду, заставляет Сиканоина шумно выдохнуть и убрать руки с волос парня. Новые действия заставляют покрыться Сиканоина румянцем, а после более уверенных движений и вовсе простонать, прикрыв рот рукой. Голова начинает кружиться от всего что делает возлюбленный. Сердце стучит, а глаза медленно прикрываются. Лёгкое мычание вырывается из горла детектива, а после вновь более громкий стон. Наверное Хэйдзо чувствовал впервые что-то похожее на это. Он впервые обрел настоящую любовь, впервые испытывал такие чувства. Рука медленно касается уже родимой шеи, и тонкими пальцами оглаживает укусы и засосы на столь тонкой и чувствительной коже. Зелёные глаза слегка сосредотачиваются, а после руками детектив притягивает к себе возлюбленного утягивая в нежный поцелуй, который сильно отличался от других, при этом закрывая глаза. Рука, что дразнила Сиканоина, заставляет вновь простонать только в этот раз в столь желанные губы. Глаза распахиваются и видимо, Хэйдзо сильно смущается из-за этого, отводя взгляд в сторону. Ласкающие слух и только больше будоражищие стоны детектива были знаком того, что ронин делает все правильно. Рука поочередно то ускорялась, то замедлялась, а сам ронин до дрожи вслушивался в тяжелое дыхание детектива, понимая, что ещё чуть-чуть и терпеть он не сможет. Свободной от каких-либо дел рукой, ронин убирает чужую от любимых губ, ухмыляясь и с влажным причмокиванием целуя ее. Намекая, что не стоит ничего прикрывать. Кадзуха хотел слышать Сиканоина в полной мере. Даже от обычных прикосновений к шее, сейчас у Кадзухи прошлась волна мурашек, заставляющая прикрыть глаза и на секунду остановится, чуть приподнимая голову. Подаваясь навстречу и принимая такой нежный и невесомый поцелуй по сравнению с другими, голову все равно кружило. Из-за такой разницы. Рука ронина снова задвигалась в ускоренном темпе, а стон прямо в губы был… прекрасен. Отстраняясь на несколько сантиметров, ронин молча ухмыляется с реакции детектива на себя же и снова накрывает его мягкие губы своими, нежно целуя. Вновь прерывая поцелуй, рука нетерпеливо вытаскивается из чужих штанов, а тонкие пальцы цепляются за их пояс. Глаза с мольбой и желанием смотрят на Хэйдзо, а после через пару мгновений тихий, с какой-то хрипотцой голос подает Кадзуха: – Хэйдзо.. готов ли ты.. ещё к большему? И если да, я бы хотел чтобы ты перевернулся на живот.. ко мне спиной. Хэйдзо краснеет от поцелуя в руку, отводя взгляд. Глаза прикрываются и парень судорожно выдыхает. Рука, легко выскользнувшая из рук и пальцы, так власто цепляющиеся за пояс, заставляют вернуть взгляд на Каэдэхару. Вопрос, заданный с какой то тянущей к себе хрипотцой, заставляет ещё сильнее раскраснеться. Руки нехотя отталкивают ронина, а сам детектив мотает головой. Он хочет этого… Но… Страх перед новым… - Постой.. Не торопим ли мы события, Кадзу? Тихо шепчет Сиканоин и отползает к изголовью кровати, тихо вздыхает и смотрит на Кадзуху. В зеленых глазах горел огонёк желания… Хэйдзо хотел, но почему-то сторонился этого. Руки перебирают измятую простынь и из груди детектива вырывается тяжёлый вздох. - Прости… Взгляд вновь падает на искусанную шею возлюбленного, а после виновато опускается вниз. Приятное ощущение внизу ещё тяготило чуть ниже живота, но не так сильно как раньше. Пару раз моргая на действия Сиканоина, Кадзуха склоняет голову вбок, смотря на него с жалостливостью и неутолимым «голодом» в глазах. Ронин медленно подползает к Хэйдзо, не сводя с него взгляда и опираясь одной рукой на стену, другой же поднимает голову детектива за подбородок, пытаясь вглядеться в самую глубину зеленых глаз. Чуть прищуриваясь, через некоторое время ронин выдает тихим, хрипящим шепотом: – Но ведь ты хочешь этого. Так почему тогда нет? Кадзуха сейчас был слишком взведен из-за Хэйдзо. Слишком сильно чтобы все остановилось сейчас. Ронин смягчается во взгляде, притягивая детектива к себе и нежно целуя в губы, заправляя прядь бордовых волос за ухо. Отстраняясь, Каэдэхара склоняется над чужим ухом, горячо шепча: – Я буду нежен, хорошо? – а после слов чужая шея вновь начала покрываться нетерпеливыми поцелуями. Хэйдзо обвивает руками спину ронина, подставляя шею под поцелуи и издаёт тихий стон на ухо самураю, прикрывая глаза и рефлекторно сжимая ладонь в кулак. Новая волна мурашек охватывает тело и детектив тяжело дышит, чувствуя как низ живота вновь тянет… Сиканоин впивается зубами в бледную кожу на шее возлюбленного, пытаясь остановить новый стон. Руки прижимают Каэдэхару ближе, а тихий, дрожащий голос от предвкушения, шепчет на ухо: - Простишь меня за этот укус? Языком детектив слизывает выступившие капельки крови на шее. Тихий вздох обжигает обнажённую кожу Кадзухи. Руки перебираются на запястья светловолосого, скрещивая их вместе и приподнимая над головой Кадзухи. Ухмылка расплывается на лице и чуть толкая парня назад, Хэйдзо нависает над ним. Свободной рукой Сиканоин тянется к паху парня, а другой крепче сжимает чужие запястья, тянясь за новым, жадным поцелуем. Рука аккуратно сползает ниже, оглаживая сквозь ткань штанов орган возлюбленного. - Кадзуха, не считаешь ли это… - шепчет прямо в губы. – Загрязнением нашей чистой любви? При этих словах детектив отстраняется, освобождая чужие запястья и убирая руку, давая Каэдэхаре волю действий.