мой милый бог

мой милый бог, вы помните, как умирали? как скверна алтаря неумолимо поглощала свет? от очерненных кровью белых одеяний до алых свадебных; как много прожито и пережито лет? от рваных шрамов до безмолвной нежности ладоней, от павшего к сломавшему — как долог путь? от призраков, покорных вам, до призрачных же болей? от поцелуев – к острию, пронзающему грудь? и я руками вашими – убитый и убийца, святость быть рядом, бледность мотыльков, печаль и блуд. живущий памятью, любивший двух, что масками скрывали лица, вы обещали мне погибель. я умер. боги, истинно, не лгут. я обещал вам свои имя и клинок, покуда держат ноги. вы взяли жизнь. вы так храбры. в моей руке ладонь. едва ли мне понять, куда вас, божество, ведут дороги. но мне быть рядом, сон беречь и укрощать огонь. мне – быть? позволено, смеясь и замирая в шуточном поклоне я предпочел бы настоящий. я боюсь вас испугать. бессмертный бог, бессменный принц на эфемерном троне. мне жаль. тогда у мира не хватило веры устоять. я знаю – вы пришли ко мне, сумевши от всего отречься. так нежно обращаясь с тем, кто недостоин вас. едва ли небо вам мои заменят преданность и вечность. едва ли шёлк, мой бог, меняют на атлас. впрочем, не мне судить. мне замереть, едва касаясь рук, воображая шрамы там, где маска искажала губы. улыкой; не смея, вопреки произошедшему, вас звать 'супруг'. не веря очевидному. не веря, когда вы, смеясь: 'его высочество вас тоже любят'.