Истина

- Дед, ты забыл надеть очки, - сделал замечание Шун, скрестив руки на груди. Что? Забыл надеть очки? Заморочили мне голову из-за очков? Я тут переживаю, перебираю всех возможных предков, подозреваю своего дедушку в качестве лидера тамлиеров, а они?! Сейчас я была готова прибить нервные клетки всему семейству Казами, а потом добраться и до его однофамильцев, дабы прожить свою жизнь, не содрогаясь от произношения этой ненавистной приевшейся фамилии! - Проклятый склероз! – сбросил вину на старческую болезнь Казами-старший, потерев затылок. Склероз? Он еще и оправдания ищет?! Что ж у них за семейка такая? Интересно, приносить проблемы - это тоже одно из семейных достоинств? Я держала себя в руках… ладно, вру, старалась держать себя в руках, хотя в душе горело пламя накопившихся возмущений, которые вот-вот выберутся наружу. - Так что это за женщина? – спросил дед, изогнув седую бровь. Женщина? У них это тоже семейное? Я их точно прибью! Да мне даже восемнадцати еще нет, а меня уже женщиной называют?! Казами – хамы, которых еще поискать надо! Мое лицо было красное от гнева. Если я услышу еще хоть одно оскорбление в мою сторону – род ассассинов кончится здесь и сейчас! - А, это, - сказал Шун, показав рукой в мою сторону, - невестушка моя будущая, вот! – заключил мысль Шун, подойдя ко мне поближе и бросив хитрющий взгляд в мою сторону. Зря он это делает! Ух, зря! Расплата значит?! Все! Ты доигрался! Но мои мечты о сладкой мести прервали… - О, Внук, как ты вырос! Я даже не мечтал, что увижу твою женушку, будучи живым! – радовался дед, вытирая слезы счастья. - Ну, с меня хватит, - сказала я полушепотом, беря в руки рычаг, который проделал долгий путь. Память о Родине! Интересно, а как меня еще в самолет с ним пустили-то? Ну да ладно, главное – месть! – Кто не спрятался – я не виновата! – с этими словами я погналась за ассассином, который побежал за дом после моих слов. - Внук, ты куда? – спросил дед, рассматривая место, на котором недавно стоял Шун. - Невестушке своей хочу поле тренировочное показать! – крикнул Шун, у которого был отличный слух. - А, ну, тогда показывай! Покажешь – заходите в дом, чаю с печенюшками отведаем, - понимающе сказал дед и пошел обратно в дом. Я же бежала за ассассином, скорость которого была высока. - Стой, женишок! Мне с тобой поговорить по-семейному надо! – с издевкой приказала я, но меня проигнорировали. Шун резко остановился и так же резко побежал к дереву. Казами со скоростью света залез на дерево и смотрел с высока вниз на меня, победно улыбаясь. - Слезай живо, Кошак трусливый! – приказным тоном сказала я, недовольно сверля друга взглядом. - А что мне за это будет? – поинтересовался брюнет, изогнув бровь. - Если слезешь по-хорошему – тебя ждет кома, не слезешь – я тебя прибью и на могильной плите сделаю надпись “Родился давно, умер – сегодня”! Выбирай! Я сегодня добрая! – сказала я, скрестив руки на груди. - Я не знаю вариант ответа! Можно звонок другу? – засмеявшись, спросил Шун. - Можно, если есть при себе телефон! – сказала я, сверля брюнета прожигающим взглядом. - О, нет! Погоди секунду! Сейчас в дом сбегаю и приду! – наигранно произнес друг, спрыгнув с дерева, но вместо дома подошел ко мне. - Самоубийца что ли? – задала я очередной вопрос “женишку”. - У меня к тебе деловое предложение! – на одном дыхании выпалил друг. - Надеюсь, это не будет предложение о расторжении нашей свадьбы, Женишок?! А то я так к ней готовилась, так готовилась…, - наиграно говорила я, уничтожая нервные клетки друга одну за другой. - Как раз-таки нет. У меня есть к тебе одолжение. Притворись моей невестой, пожалуйста! Ну, дедушка уж так настроился на новость, что светится от счастья, - попросил ассассин, опустив взгляд в землю. - Ты на земле совесть пропавшую ищешь? – с насмешкой спросила я. - Элис, - серьезно произнес мое имя парень, подняв взгляд и посмотрев мне в глаза. - Ладно, я согласна, но без рукоприкладства! И еще, мы вычеркнем этот момент из нашей жизни! В противном случае мне придётся утроить тебе амнезию! – не веря своим словам, согласилась я. - Элис, спасибо, - сказал парень, подойдя ко мне, и оставил на моей щеке легкий поцелуй. - Я же тебя просила без рукоприкладства! – возмутилась я, пылая то ли от смущения, то ли от гнева, то ли от того и другого, а Шун, направился к дому. - Это было не рукоприкладство! – засмеявшись, ответил Казами, не оборачиваясь. - Ах ты, Подлец! – выругалась я на друга. - Кто-кто? - протянул он, но шаг не убавил. - Кто слышал! – хмыкнув, сказала я. - Я ничего не слышал! – похоже, что нервные клетки ассассина заканчивались или их уже нет. - Ты доигрался! – пригрозила я… Так начался марафон вокруг дома семьи Казами…