Галактический вор

Шум розового моря доносился от иллюзорного фосфенового проектора. Создавалось потрясающая умиротворительная атмосфера от вида спокойных волн, но на это никто не обращал внимания. Махо сидела в кресле, возле стола и удивлённо хлопала глазками, переключившись с Крама на Громова. Харис вскочив с лежака, плотно сомкнул челюсть. Он сжимал и разжимал кулаки, стараясь этими движениями успокоить самого себя. Буйная реакция была вызвана поведением Громова, ведь когда они сидели рядом, капитан засунул свою руку под одежду вора. Он поглаживал спину, тем самым показывал непреодолимое желание касаться бесстыдника, даруя непривычные для двоих эмоции. Но какого было удивление Хариса, когда Громов, увидев гостя, вошедшего в помещение, тут же вскочил на ноги, и подбежав к мужчине, стал обнимать. В этот момент Крам испытывал, мягко говоря, негодование. Так и хотелось высказаться, но он держался. Сам гость тоже выглядел шокированным и не скрывал этого. Он понятия не имел, кто его схватил, поэтому стоял молча, с вылупленными глазами, иногда двигая губами, как рыба. Сказать что-либо мужчина не мог, так как крепкие объятия Громова не давали даже толком вздохнуть. Только когда Зейн отпустил мужчину, он, наконец, смог рассмотреть того, кто его жамкал. Это было вполне ожидаемо и приятно. — Зейн, — радостно проговорил мужчина, положив свои руки на плечи вора. — Зейн? — вопросительно проговорила девушка. — Но на тех голограммах, что я видела, Зейн выглядел по-другому?! Услышав это, Громов повернулся к девушке, и её глаза вновь удивлённо захлопали. В тот момент, когда Громов крепко обнял гостя, то лицом довольно сильно соприкоснулся с головой Дорка. Этого хватило, чтобы визуализация нарушилась, и лицо приобрело прежние реальные черты. От приобретенной маскировки остались только новый цвет волос и другой цвет радужки. Крам же ещё сильнее сжал челюсть, заскрипев зубами и тихонько себе под нос зарычал. «Значит, меня он сдерживал от поцелуя, чтобы не нарушить визуализацию… А на этого не думая кинулся…» — Ой… Ма да, — Громов схватился за своё лицо, — вуан дан , забыл про маскировку. — Никогда я так много не удивлялась, — засмеялась Махо, — ребятки, а с вами чертовски интересно. — Я очень рад тебя видеть, — проговорил мужчина и Громов вновь развернулся лицом к собеседнику, — как твоё сердце? — Лучше прежнего, — улыбался вор. — Мне кажется, оно намного выносливее и более безбашенное, чем было раньше. — Безбашенное? — улыбнувшись, проговорил Дорк. — Думаю, что другое сердце тут не причём, — после похлопав Громова по плечу, он сцепил руки за спиной. — Я рад, что ты в порядке. Всё же убежать из больницы не долечившись, было с твоей стороны сверх не разумно. — Я знаю, — потупил взгляд Зейн, взглянув виновато на собеседника, — но вы и так очень сильно рисковали. Я не мог допустить, чтобы из-за меня вы ещё больше пострадали. — Глупости какие, — махнул рукой Дорк. Крам, вслушиваясь в разговор, начал потихоньку успокаиваться. В голове всплыл момент, когда он осматривал Громова на богомоле. Он тогда обнаружил раны от фотонного ножа, одно из которых было в районе сердца. «Неужели про это говорят… доктор?» Мужчина продолжил речь, подтверждая вывод капитана: — Я тебе не абы кто, а всё-таки главврач. — Тем не менее… — проговорил Громов, — вы же, ослушавшись приказа свыше, спасли мне жизнь. Я в курсе, что вы отказались сотрудничать с людьми из коалиции, которые прибыли на допрос. Вы же не впустили их в мою палату после операции. Вас собирались сместить с должности! А если бы коалиция узнала, что мы были хорошо знакомы, то вас наверняка вообще бы арестовали! Дорк пристально глядел в глаза Зейна. Спустя какое-то время тяжело выдохнул. — Так ты поэтому проделал ту глупость? Я про побег! Это чтобы меня защитить? — Зейн пожал плечами, а Дорк нахмурился и гаркнул. — Ша зы. Это сейчас ты известная и неприятная личность, а в то время был никем, чтобы мне хоть что-то сделали. Совсем меня недооцениваешь? Я не допускал к тебе людей коалиции потому, что тебе только операцию сделали. Ты три дня в сознание не приходил. Это стандартная практика, чтобы обезопасить пациента от возможных эмоциональных потрясений. Ты хоть понимаешь, что тебе просто повезло остаться в живых? Тоже мне придумал сбежать из больницы. После операции и недели не прошло. Дорк кулаком стукнул по плечу вора, повторив «ша зы». Громов скривился и потёр место удара. — Да ладно вам. Всё же хорошо сложилось, — ответил Громов, разминая плечо. «Что ж все по правой стороне то бьют!» — Хорошо? — Дорк схватил Зейна за ухо и потянул вниз, как шкодника за проделки. «Ай-яй-яй», — взвыл вор. Капитан, нахмурившись, сделал шаг на встречу к мужчинам. Врач это заметил и отпустил Громова, который, схватив ухо, начал растирать его. Вся сцена получилась не то, чтобы комичной, скорее неловкой. — Ийрен. Мальчишка, если бы ты помер, то мы потеряли бы замечательное, здоровое сердце. — А-а-а, — проговорил вор не отпускя ухо, при этом подумав «Мальчишка? Это в 34 года то…». После улыбнулся, — так вы не обо мне беспокоились, а о сердце? — Конечно, — уже усмехнулся врач, покосившись на Громова. — Ты мне на что сдался?.. — Ха-ха… Тогда, наверное, стоило дать мне умереть, а сердце отдать более разумному человеку, — смеялся вор. — Я думал об этом… — улыбался врач, — ещё и за ремонт не пришлось бы отдавать кучу денег. — А вы разве мне что-то отдали? — уже во всё горло заливался Зейн. По нему было видно, как он с добротой вспоминал свои же шалости. — Смех смехом, но я действительно рад, что с тобой всё хорошо, — успокоился Дорк, — хотя то, что ты профессию сменил, довольно неожиданно. — Жизнь вообще забавная штука, — произнёс Громов, смахивая от смеха слезу, и после уже серьёзным голосом спросил. — Что вы тут делаете? Махо, конечно, обещала нас познакомить с Ящером. Но не думаю, что это вы. — Конечно нет, — все посмотрели на Махо, которая, задрав нос, скрестила руки на груди, — просто этот старикан Гронес — очень азартный лекарь. Я бы даже сказала «очень удачливый» лекарь… — Такой вещи, как удача не существует, — Дорк посмотрел на неё хитрым взглядом, — ты ещё совсем юна и наивна, девочка моя. — Не называйте меня своей, — передернула плечами Махо, покосившись на врача, — и я тоже думаю, что удача тут не причем. Вы как-то жульничаете. Просто пока не попались, — после перевела взгляд обратно на Громова, продолжив говорить на чём остановилась до этого момента, — а мой дядя — хозяин, единственного на всей планете места, где можно мирволить своей зависимости. К тому же у дяди сердце больное, поэтому звезды так сложились и они подружились. Капитан всё это время стоял молча и слушал. Он сдвинулся с места на пару шагов, чтобы быть поближе к Зейну и только, но получилось как-то смазанно. Не было твердости в его походке. Что-то в словах девушки настораживало. — Я знала, что он тебя разыскивает, — девушка показала на Громова пальцем, продолжив говорить: — и так совпало, что когда я разыскивая информацию у «Красных стражей», наткнулась на новость, что в болоте «Оск» приземлились два ИАСА. За час узнала ещё один интересный факт. Команда Мора, вернувшись на планету, стала рассказывать, будто видели привидение, точнее приведения мужчин. Один из которых бывший капитан Харис Крам, а другой — Зейн Громов. Якобы они присутствовали на борту богомола, который подобрали в космосе, но исчезли. Начав искать информацию о вас, узнали, что вы считаетесь мертвыми. Прям мистика, — Махо засмеялась, прикрыв рот рукой, — какие же они чуан хо. Но эти данные привлекли моё внимание. Совпадение? Сложив дважды два, поняла, что в тех ИАСА, конечно же, были вы, но мне захотелось проверить, в самом деле ли один из них тот самый Зейн. В какой-то момент, казалось, что всё живое стихло. Шумела имитация моря, вентиляция, даже ламповый свет издавал больше звуков, чем сердце Хариса. Он внимательно слушал, задумываясь, и стоило Махо упомянуть о совпадениях, как всё встало на свои места. Не было больше никаких лишних и надуманных вопросов. Он чётко понимал, что сказанное им сейчас будет правдой. Набрав побольше воздуха, сдвинулся с места. — Ты — Ящер, — прищурился Харис, глядя на Махо, а у Зейна глаза округлились. — Ай-яй-яй, девушка, — усмехнулся Громов. — Это кто ещё тут удивлять умеет? — Ме, — закатила глазки Махо. — Должна же я как-то развлекаться, а твой мужчина умнее, чем я думала. Это не на шутку выбесило Крама. Она позволяла себе слишком многое в его присутствии, к тому же до этого устроила шоу на показуху всем. Уж что, но впечатлять она умела. — То есть ты прервала связь, и «Красные стражи» не могли попасть за пределы поля, потому что ты хотела проверить, в самом ли деле один из приземлившихся Громов? — Крам свёл сердито брови, повысив голос. — Чуть не убила семь человек, потому что тебе было скучно? Крам злился, глядя на девушку, которая весьма театрально вздохнула. — Не убила же… Да и кто ж знал, что ветер сменится. Похоже теперь мне вообще не светит ничего, да? Ну и ладно, — опечалено вздохнув, Махо снова закатила глаза, на сей раз облизав губы. Её лицо приобрело бесстрастный вид. Она посмотрела на Громова. — Так зачем вы меня искали? Крам и Громов переглянулись, не торопясь с рассказами. Их взгляды остановились на докторе Гронесе. Дорк понял, что всё сказанное после — не для его ушей. — Ладно уж, — улыбнулся врач, повернувшись к двери, — я хотел удостовериться, что с тобой в самом деле всё в порядке. Давай ещё встретимся перед моей отправкой на Нравит. Я теперь там работаю. Отбываю послезавтра, поэтому имей в виду. Мы должны встретиться до отправки. Договорив, Дорк похлопал Громова по плечу, который вновь обнял мужчину. Гронес кивнул Краму и махнул девушке, которая хмыкнула, задрав в очередной раз носик. Он вышел из помещения, прикрыв за собой дверь. Зейн сразу же достал из внутреннего кармана накопитель и подойдя к Махо, передал ей без лишних слов. Она, повертев его в руках, развернулась к своему столу. Резким движением руки вывела из ждущего режима свой комп. По всей длине стола высветился экран, оставаясь парить в воздухе. Махо надела очки и положила накопитель на пластину перед экраном. Говорить ничего не пришлось. И так всё было понятно. Крам и Громов стояли рядом и смотрели, как она работала. — Всё выглядит так, будто информация удалена, но… — проговорила Махо, усмехнувшись, — в самом деле это часть кодировки… Интересно. Где вы это достали? — На распродаже, — улыбнулся Громов, когда Махо на него взглянула. Он явно не собирался рассказывать девушке историю появления накопителя. Ей незачем были эти детали. — Забавно, — прищурилась Махо, после чего перевела взгляд на экран. — Мне нужно время для дешифровки, но уже могу кое-что сказать. Махо показала на верхний правый угол, где среди закодированных данных была еле заметна одна картинка. Крам и Громов приблизились к экрану, чтобы её рассмотреть, чуть ли не носом упираясь в пустоту. — Что это? — спросил Зейн, пытаясь разглядеть картинку. — Неглерия Фоулера, — ответил Харис, выпрямившись, как солдат при построении, — быть не может. — Амёба, поедающая мозг? — недопонимая, приподнял одну бровь вор. Махо рассмеялась. — Ну ты и тупица, — Махо прикрыв рот, невинно посмотрела на Громова и дальше стала говорить тихим таинственным голосом. — Неужели не слышал о всемирном заговоре и о людях, тайно управляющих галактиками? — Эту фэй хуа? Конечно слышал, — Зейн сложил руки на груди, — но коалиция и без того единолично господствует в нашей вселенной и творит, что хочет. Какой смысл ещё в тайной организации, покровительствующей ей? — Не совсем покровительствующей. Неглерия Фоулера — это организация, — посмотрел Крам на Громова, подойдя к нему, — выполняющая всю грязную работу коалиции, когда в открытую действовать нельзя. — Хм… В этом есть смысл, — задумался Громов, после чего скривился. — Я больше десяти лет действовал на нервы коалиции, а оказывается, что не до такой степени, чтобы мной занялась подобная организация. Сладкий, не обижайся — я рад, что меня изловить послали именно тебя… Но всё же как-то обидно что ли… — Это только слухи, — проговорил капитан, глядя на вора, который облизал губы. При виде такого, Харис быстро отреагировал, чувствуя, как член упёрся в ширинку. Очень хотелось схватить бесстыдника и самому увлажнить его губы, но пришлось просто отвести взгляд и глубже задышать, — никаких доказательств о существовании этой организации нет. — Возможно, что это и станет доказательством, — вор показал пальцем на накопитель. В его глазах зажглись огоньки. Крам сердито посмотрел на флэшку, но промолчал. Ему не хотелось верить в существование подобной организации. — Раньше времени не радуйся, — вставила своё слово Махо, обратно развернувшись к рабочему месту, — мы ещё не знаем, что там. И даже если там доказательства, то думать, что с её помощью получится дестабилизировать власть коалиции — просто тупо. — Оу… — Громов провел рукой по шее девушки, взяв в руку косичку, слегка дёрнул её. Махо вздрогнула и сердито посмотрела на нахала. Крам же вновь рыкнул на вора, схватив его руку. «Он и с девушками заигрывает?» Зейн, посмотрев на капитана, игриво подмигнул. Он продолжил разговаривать с Махо: — Ты меня что? Дважды тупым назвала? Очень мило, но я и не собирался с властью бороться. Есть и другие способы воспользоваться этой информацией… — Почему ты нам помогаешь? — спросил Харис Махо, перебив Зейна, руку которого не отпускал. Бесстыдник сжал в ответ, улыбаясь. — Вы мне нравитесь. А ещё мне скучно, а с вами весело, — ответила она, возвращаясь к работе, — но не волнуйтесь, я это делаю небесплатно. Об оплате мы поговорим после того, как я выясню, насколько интересную информацию вы принесли. Я уже говорила, что мне нужно время для дешифровки. Вы можете пока в карты поиграть или в соседней комнате расслабиться, но мне не мешайте. Как закончу, вас позову. — Ну уж нет… — свёл брови Зейн, — ты хочешь, чтобы мы тебя с нашей вещью наедине оставили? Нашла чуан хо. Мы тебе не доверяем и вообще… Капитан дёрнув вора за руку, тем самым прервав его пламенную речь, направился к выходу. Конечно, он потянул его за собой. По дороге, не оглядываясь, проговорил Махо: «Закончишь, позовёшь». Вышел за дверь, не отпуская бесстыдника. Осмотрелся. С левой стороны находилась ещё одна дверь. Проведя запястьем по пластине, он сразу её открыл. Затолкнув ошарашенного Громова, прикрыв дверь. Вор смотрел на капитана с небольшой ухмылкой, догадываясь о его намереньях. Харис опять потянул Зейна за руку, прижимая его к двери, жадно впиваясь в губы бесстыдника.