👑👑👑
Утро нового дня Феликс встретил в довольно неважном расположении духа. Несмотря на столь искреннее любовное признание, он еще больше запутался в собственных чувствах и совершенно не знал, как будет правильнее поступить в этой далеко не простой ситуации. Омега не спешил выползать из своей уютной кровати, продолжая в сотый раз перечитывать нежное послание от любимого и полностью игнорируя настойчивые требования старшего брата присоединиться к общему завтраку. Не испытывая особой радости от грядущего мероприятия, Феликс до последнего оттягивал момент полного пробуждения, уже и не надеясь на успешное воплощение своих грандиозных замыслов. Но, как ни странно, сегодня удача определенно была на стороне белокурого омеги. Ровно в полдень Ликс неожиданно получил на свою почту крайне неоднозначное письмо, которое не только моментально улучшило его скверное настроение, но и заставило пересмотреть весь четкий план на предстоящую встречу с возлюбленным альфой.
— Минхо, куда ты запрятал вишневый джем? — недовольно спросил Джисон, активно роясь по всем кухонным полкам. — Неужели я вчера-таки доел последнюю баночку?
— На твоем месте я бы не лопал столько сладкого, пупсик, — нахально ответил альфа, медленно помешивая рисовую кашу. — А то жопу разнесет.
— Можешь не беспокоиться, у меня очень хороший обмен веществ, — невозмутимо проворковал Хан. — О, нашел!
Вот уже полчаса, как строптивая парочка была погружена в очередную ленивую перепалку, параллельно занимаясь приготовлением позднего завтрака. Минхо всеми силами держал лицо, пытаясь скрыть свою жуткую нервозность перед предстоящим свиданием, ну а Джисон лишь невозмутимо хомячил всевозможные вкусняшки, стараясь громко не рассмеяться от серьезной моськи будущего бойфренда.
— А что опять с Ликсом? — поинтересовался Сонни, шумно вскрыв упаковку. — Уже почти час дня, а он до сих пор торчит в своей комнате.
— Не знаю, — устало ответил Минхо, заваривая для них ароматный чай. — Спроси у него сам, меня он крепко послал.
— Странно, я думал письмо от Джинни только приободрит… — растерянно сказал Джисон. — Ты уверен, что Ликс его прочел?
— Я бы вообще не был ни в чем уверен, — проворчал альфа. — В последнее время он стал совершенно невыносим!
— Перестань на него наговаривать! — осадил его Хан. — Ты же знаешь, наш малыш
слишком чувствительный.
— Знаю, — обреченно вздохнул Минхо. — Это меня и беспокоит, Сонни…. Подай мне кружки, пожалуйста.
— Куколку можно понять, — задумчиво произнес омега, выполняя его просьбу. — Он целиком и полностью отдался своему альфе.
— Это не повод при первой же ссоре заползать от всех в дурацкую раковину, — возразил Минхо.
— Ты же всегда был против их отношений? — удивился Джисон.
— Да, но… — на секунду замялся старший Ли. — Хенджин никогда не относился к Ликсу, как к временной игрушке, понимаешь? Он действительно его любит, Сонни.
— Не переживай так, — ласково сказал Джисон, притянув альфу в свои объятия. — Они обязательно помирятся, я в этом абсолютно уверен.
— Надеюсь…
Несмотря на неоднозначность ситуации и оправданные сомнения, Минхо прекрасно понимал, как же сильно повезло его Ликсу встретить в лице Хенджина не только долгожданную пару, но и самого преданного альфу, готового сделать
все для счастливой жизни своей нежной половинки.
— Доброе утро, голубки, — сонно проворчал Ликс, медленно вползая на кухню. — Уже не можете потерпеть до вечера?
— Куколка, ну наконец-то ты проснулся! — радостно прощебетал Джисон. — Мы тебя заждались!
— И то правда, котенок, — согласился с ним Минхо. — Да перестань ко мне липнуть, Сонни!
Вяло хмыкнув на их неловкие попытки скрыть взаимную симпатию, Феликс с недовольным лицом направился варить крепкий кофе. Омега даже не попытался привести себя в порядок, спустившись к завтраку в любимом цыплячьем кигуруми и подобием пучка на голове, больше напоминающего пушистую пальму. Всем своим видом Ликс отчетливо показывал, что на предстоящее мероприятие ему было абсолютно плевать, и единственное чего он хотел, так это продолжить затяжную светскую забастовку, укрывшись от всех людей в надежном плюшевом замке.
— А почему в таком виде? — недовольно спросил Минхо. — Ликс, ты издеваешься, нам уже скоро выезжать!
— Точно, вы же еще не знаете, — манерно протянул Феликс, тыкая подряд на все кнопки кофемашины. — Нас вычеркнули из списка. Минхо, почему снова ничего не работает?
— Сядь уже, я тебя покормлю, — усмехнулся альфа, прекрасно зная подобные капризные уловки своего брата. — И в каком смысле вычеркнули?
— Неужели происки нового организатора? — догадался Джисон.
— Пустоголовая выдра, — прошипел Ликс, лениво усаживаясь за стол. — Минхо, мне еще долго ждать?
— Потерпишь, принцесса, — невозмутимо ответил альфа, доставая нужные приборы. — Ты стал таким несносным!
— Получается, мы не едем на благотворительный прием? — разочарованно протянул Хан.
— Конечно не едем, — надулся Феликс. — Больно надо перед ним унижаться. Бан Чан, на секундочку, за меня даже не заступился! Вот пусть теперь в одиночку лижет задницы своих вонючих спонсоров…
— Феликс! — осуждающе шикнул Минхо, поставив перед ним тарелку с долгожданным завтраком.
— Ну что? — недовольно пробубнил Ликс. — Почему я должен молча терпеть поток унижений от этой выскочки? Бесит он меня!
— Серьезно, кот! — поддержал его Джисон. — Этот размалеванный кретин ни в грош не ставит нашего малыша!
— Да успокойтесь вы оба! — прикрикнул на них альфа. — Тем более не стоит тратить на него свои нервы.
Тихо выругавшись, Ликс по привычке замкнулся и начал молча поглощать любимые сырники, даже не пытаясь скрыть искреннего негодования.
— Ну что я опять не так сказал? — обреченно простонал Минхо, увидев злую мордочку младшего брата.
— Оставь меня! — огрызнулся Феликс. — Ты всегда все спускаешь на тормозах!
— Очнись, принцесса, — пристыдил его альфа. — Хоть раз я был
не на твоей стороне?
— Погодите, — вклинился в их ссору Джисон. — Получается, что с Джинни вы так не увидитесь? Как же так, куколка!
— С ним я позже разберусь, — важно произнес Ликс, выдавливая остатки джема на тарелку.
— С каких это пор ты стал таким самостоятельным? — поддел его альфа.
— Блин, Минхо, я не маленький ребенок! — возмущенно запищал Феликс. — Перестань уже меня подкалывать!
— Ты весь изляпался, ребенок, — усмехнулся старший Ли, подавая ему салфетку. — Хочешь, мы останемся с тобой сегодня?
— Ну нет! — запротестовал Феликс. — Я больше не намерен слушать твои глупые нотации, так что валите уже поскорее на свое дурацкое свидание!
Как только Ликс получил то злополучное сообщение от Кристофера, в его светлую голову моментально пришел очередной гениальный план, в котором совершенно не было места для ворчливых наставлений старшего брата.
— Не ругайся, котенок, — нежно сказал альфа. — Ладно, пойду немного поработаю. Джисон, особо не расслабляйся, даю тебе два часа на сборы.
— Чего? — возмутился ему вслед Сонни. — Какие два часа, Минхо? Куколка, ты это слышал?
Но Ликс даже не среагировал, полностью уткнувшись в свой телефон.
— Малыш, ты обязан мне помочь собраться! — громко потребовал Джисон.
— А? — переспросил Феликс, активно стуча пальцами по экрану. — Да, конечно…
— Ой, а что это ты там строчишь? — полюбопытствовал Хан и сразу же к нему подбежал.
— Да так, — неумело соврал Ликс, моментально заблокировав свой айфон. — Ответил на пару комментариев в инстаграме…
— Ну-ну, — хитро прищурился Джисон, прекрасно понимая,
кому было отправлено последнее сообщение. — Решился, наконец?
Утвердительно кивнув, Феликс крепко обнял лучшего друга и впервые за долгое время тепло улыбнулся, искренне радуясь предстоящей встрече с возлюбленным альфой. Ликсу больше не хотелось изводить его, изображая из себя холодную неприступную крепость, ведь, несмотря на громкую ссору и обидные недопонимания, омега чувствовал, что сейчас был самый подходящий момент дать своей драгоценной половинке возможность все спокойно объяснить.
— Только не говори Минхо, пожалуйста… — тихо попросил Феликс.
— Не беспокойся, малыш, — ласково ответил Джисон, бережно смахнув с бледной щеки омеги несколько крупных слезинок. — И перестань плакать, слышишь? Ты все делаешь правильно, Ликси…
— Я… я очень сильно его люблю…
❤️❤️❤️
После сытного завтрака Феликс удобно расположился на любимом мягком диване в гостиной, бережно обнимая огромного плюшевого медведя, который был доставлен еще полчаса назад вместе с роскошным букетом из розовых пионов. Все это время Ликс был вынужден снисходительно терпеть громкую фэшн-истерику Сонни, не желающего отправляться ни на какое долбанное свидание, пока ему не будет найден подходящий для этого случая наряд. Омегу же подобный расклад на сегодняшний вечер абсолютно не устраивал, и он достаточно быстро подобрал капризному другу вполне сносный аутфит из личной коллекции дорогущих тряпок от
Dior. Несмотря на страшную суету, Ликс не забыл и о себе и полностью преобразил свой внешний вид после довольно непростой ночи, совершенно не собираясь представать перед
бывшим пылким возлюбленным в неподобающем для успешной модели виде. Феликс облачился в велюровые шортики и кроп-топ пепельно-розового цвета, незамысловато уложил длинные белокурые волосы и даже сделал легкий макияж, намеренно подчеркнув красным тинтом и без того невозможно пухлые губы. Его старший брат чуть со стула не упал, когда он важно продефилировал мимо с полуголой задницей, попутно уверяя, что намерен посвятить сегодняшний вечер поеданию жирной пиццы и просмотру очередной сопливой дорамы. Словив на себе не особо доверчивый взгляд Минхо, Ликс все равно продолжал виртуозно держать лицо вплоть до ухода сладкой парочки на долгожданное рандеву, не подав ни единого намека на предстоящую тайную встречу со своим ненаглядным альфой.
Но самое главное испытание у нежного омеги было еще впереди, когда все его хваленое самообладание и железная логика полетели к чертям собачьим, стоило только Хенджину появиться на пороге их семейного дома. Феликс уже и не помнил, каким образом он очутился в уютной розовой спальне с пеленой слез в глазах и полностью отключившимся от окружающей реальности мозгом. Несколько минут омега лишь тихо плакал, крепко вцепившись в белоснежный рукав шелковой рубашки любимого, который, в свою очередь, не решался даже пошевелиться, боясь ненароком спугнуть любым неосторожным движением. В конце концов Ликс ощутил на себе робкие прикосновения, отчего его трепетное сердце забилось еще сильнее, а внутренний зверек готов был послать нахрен все былые аргументы, желая целиком и полностью отдаться в запретные альфьи лапы, ведь он уже целую неделю так предательски и безнадежно по ним скучал.
— Ликси… — осторожно сказал Хенджин. — Котенок, ну посмотри же на меня…
Омега лишь грозно зашипел и еще больше сжался, проклиная себя за то, насколько жалко он сейчас выглядел в глазах своего
бывшего любимого.
— Малыш, пожалуйста… — повторил свою просьбу альфа.
— Я ненавижу тебя… — тихо пробурчал Феликс. — Ненавижу, слышишь?
— Неправда, — возразил ему Хван. — Твое доброе сердце не способно на подобные чувства. Котенок, ну так больше не может продолжаться…
Всю последнюю неделю альфа страшно переживал. Хенджин знал, что состояние драгоценного омеги было крайне нестабильным, и уже готов был плюнуть на любые запреты, устроив грандиозный скандал самому Минхо, лишь бы только прорвать глухую оборону и наконец-то увидеть свое маленькое белокурое чудо. Чтобы окончательно не сойти с ума от вынужденной разлуки, Хван практически безвылазно провел в головном офисе отца, который, в свою очередь, не только активно занялся деловым воспитанием нерадивого отпрыска, но и в край утомил бесконечными нотациями по поводу их идиотского расставания. Глава семьи достаточно сурово потребовал от Хенджина возобновить с Ликсом прежние романтические отношения и более не сметь даже пикнуть в сторону столь прекрасного и нежного создания до конца его «никчемной альфьей жизни». Помимо назойливого родительского ворчания, Хван с неудовольствием обнаружил, что их бездарный разрыв оказался еще той горячей новостью для местной великосветской тусовки и начал стремительно обрастать самыми грязными и неожиданными подробностями. Оказалось, что источником всех нелицеприятных слухов был никто иной, как тупоголовый Чонин, который позволял себе не только открыто насмехаться над их неразлучной парой, но и решил прилюдно унизить Феликса самым примитивным способом, бесцеремонно вычеркнув омегу из списка приглашенных на сегодняшний благотворительный прием. Альфа уже сто раз пожалел, что вовремя не остудил пыл бывшего жениха, среагировав на его внезапные эротические порывы лишь сухим молчанием. Как бы то ни было, Хенджин больше не собирался терпеть подобных насмешек в сторону любимой половинки и в скором будущем планировал окончательно поставить наглого змееныша на законное место, а заодно и полностью закрыть вопрос по поводу социального статуса своего омеги. Несмотря на довольно скромную родословную, Феликс считался самым лакомым кусочком для всех альф в их богатенькой тусовке, и Хван прекрасно понимал, что если он промедлит с долгожданным примирением еще хотя бы на один день, то на его белокурого котенка начнется самая настоящая охота. Отдавать же истинную пару в чужие загребущие лапы Хенджин совершенно не собирался, и даже если Феликс вдруг решит в очередной раз проявить непокорный характер, он точно не отстанет до тех пор, пока не повяжет нежную задницу своим крепким узлом.
— Зачем ты явился? — с вызовом спросил Феликс и наконец поднял на альфу свои огромные глаза. — Что тебе нужно от меня?
— В каком смысле? — не понял Хенджин. — Ты же сам позвал, котенок!
— Это не повод приходить! — сердито фыркнул на него омега, медленно оглядевшись. — Еще и в постель меня приволок? А ну-ка, убирайся отсюда, нахрен!
— Совсем с ума сошел? — возмутился альфа и силой усадил возлюбленного к себе на колени. — Да я больше
никогда тебя из своих рук не выпущу, ясно?
— Тогда я сам уйду, — злобно прошипел Ликс, больно пихнув его в грудь. — Пусти меня, бездушная шпала!
— Даже и не подумаю, — не соглашался Хван. — Котенок, ну серьезно, давай поговорим…
— Не хочу я с тобой говорить! — бесился Феликс. — Не хочу рваться в твои объятия, не хочу быть слабым! Не хочу тебя любить, не хочу!
Хенджин резко притянул к себе разъяренного омегу, прекрасно понимая, какой жуткий бардак сейчас творился в его измученной любовными страданиями душе.
— Успокойся, — мягко произнес альфа. — Успокойся, слышишь?
— Раньше нужно было думать о моем спокойствии! — гневно пыхтел Ликс и еще раз попытался вырваться. — Проваливай, говорю! Я тебя вообще не ждал!
— Да перестань уже брыкаться! — пытался унять его Хван.
— Не перестану! — огрызнулся Феликс. — Ты больше не имеешь на меня никаких прав, ясно? Я не твой омега, не твой!
И вдруг Ликс громко разрыдался. Омега больше не мог сдерживать своих природных инстинктов, которые так чутко среагировали на внезапное появление истинной пары, не давая его хладнокровному разуму ни единого шанса даже на малейшее сопротивление.
— Прости меня… — тихо шептал Хенджин, бережно качая любимого в своих объятиях. — Прости меня, слышишь? Слышишь?
— Ты все испортил, Джинни! — безутешно плакал Ликс. — Почему… почему так поступил со мной?
— Я не знаю, — дрожащим голосом ответил альфа, не в силах смотреть на его истерику. — Просто… в последнее время ты начал так сильно отдаляться, еще и отец постоянно давил на меня с женитьбой… Я… я тупо сорвался, понимаешь?
Шумно вдохнув, Феликс начал потихоньку приходить в себя, до последнего не позволяя дурацким гормонам взять верх над остатками твердой воли.
— Ты… — вдруг догадался омега. — Ты же с самого начала не был во мне уверен, да, Джинни? Неужели и правда думал, что я способен вот так расчетливо себя кому-то продать?
— Перестань на меня наговаривать! — не выдержал Хван. — Я никогда всерьез не воспринимал всю эту чушь, Ликс! Зачем вообще было придумывать подобный идиотский план?
— Да потому что так проще! — отчаянно выкрикнул Феликс. — Я пытался хоть как-то себя защитить!
— От кого? — недоумевал Хенджин.
— Неужто и правда не понимаешь? — влажно хмыкнул Ликс. — От тупых одноклассников, которые страшно завидовали моей хорошенькой мордашке; от тонны валентинок с фальшивыми признаниями, имевшими за собой лишь сомнительный флер примитивных желаний; от первого красавчика школы, позволявшего себе каждый божий день говорить мне прямо в лицо, что я не более, чем смазливая пустышка! Во мне никто и никогда не видел личность, Хенджин, и, несмотря на хорошие оценки, примерное поведение и благополучную семью, я ни разу не получал взамен на свои искренние чувства ничего, кроме дешевой лести. В какой-то момент я подумал, что действительно нет ничего особенного в том, чтобы попытаться найти себе выгодную партию, используя лишь голый расчет, и тем самым сохранить себя от лишних переживаний. Ну, а потом… Потом я встретил тебя, Джинни, и впервые решился полностью раствориться в долгожданных отношениях, наивно полагая, что судьба наконец-то подарила мне достойного и единственного партнера…
Никогда в жизни альфа не чувствовал себя
настолько виноватым. Хенджин проклинал себя за каждую пролитую слезинку, за все гадкие слова, что посмел вот так безрассудно кинуть в сторону ненаглядного омеги, который не задумываясь отдал ему свое хрупкое любящее сердце.
— Все так и будет, слышишь? — уверял его Хван. — Ты самый удивительный, мой
единственный омега, Ликс…
— Я так сильно боялся тебя потерять, Хенджин… — горько всхлипывал Феликс. — Даже не представляешь, как мне было тяжело после тех идиотских фото…
— Котенок, но я ведь их даже не открывал, ты же знаешь, — пытался успокоить альфа, бережно вытирая бесконечные слезы с пухлых щек. — Я крупно облажался перед тобой, не придав никакого значения этой гадкой выходке, но… но у меня и в мыслях не было предать тебя, ангел…
— Все равно, Джинни, как… как же мне теперь доверять? — грустно спросил омега. — Ты очень сильно меня обидел…
— Ликси, пожалуйста… — умолял Хенджин. — Я не смею просить тебя вернуться, но хотя бы попытайся… попытайся меня простить, слышишь?
— Я не знаю, Джинни… — отрицательно замотал головой Феликс. — Ничего не знаю…
— Позволь мне доказать, — не сдавался Хван. — Доказать, что готов стать единственным альфой, самым верным мужем… Я люблю тебя, мой ангел, и сделаю все возможное, чтобы вернуть твое безграничное доверие. Не хочу вот так глупо
нас потерять, Ликс…
Хенджин безотрывно смотрел в его огромные карие глаза, до последнего пытаясь увидеть в них ответ на свою важную просьбу. Постепенно испуг и недоверие сменились на два маленьких теплых огонька, означающих, что альфа наконец-то
получил долгожданную возможность побороться за любимую половинку.
— Можно? — робко спросил Хван и, бережно обхватив руками лицо омеги, наконец-то позволил себе прикоснуться к своей самой заветной мечте.
Альфе показалось, что слаще поцелуя у них еще не было. Каждый любовный вздох из мягких губ, каждая новая мурашка от жадных прикосновений давали ему все большую надежду на то, что в конце концов он обязательно вернет себе белокурое чудо, без солнечной улыбки которого его дальнейшая жизнь превратится лишь в бесконечный черно-белый сон.
— Хенджин, — томно выдохнул Феликс. — Хенджин, остановись, пожалуйста…
— Почему? — еле слышно спросил альфа, не переставая ловить его пухлые губы своими.
— Такими темпами я точно сдамся, — честно ответил омега.
— Прости, — виновато произнес Хван. — Я… я просто очень сильно по тебе скучал. Ты мой воздух, Ликси…
Нежно хихикнув, Феликс не смог устоять и игриво взъерошил густую челку своего альфы, до жути умиляясь внутри себя его важной надутой моське.
— Мне… — на секунду замялся омега. — Мне нужно еще немного времени, Джинни…
— Сколько угодно, любовь моя, — мягко улыбнулся Хенджин и все-таки рискнул оставить на его сладких устах еще один поцелуй.
— Правда? — искренне удивился Феликс. — Я… я бы не хотел давать ложных надежд, поэтому…
— Не отталкивай меня, котенок, — ласково перебил Хван. — Я
слишком долго тебя ждал…
Робко прильнув к возлюбленному, омега наконец-то полностью расслабился в его теплых заботливых руках. Впервые за столь долгое время Ликсу вдруг отчаянно захотелось озвучить Хенджину одно сокровенное желание, которое он так трепетно хранил внутри себя с того самого дня, когда впервые увидел своего будущего альфу, безошибочно распознав в нем самую настоящую и единственную любовь.
— Хочу… — смущенно прошептал омега, уткнувшись носиком в его плечо. — Хочу принадлежать только тебе, Джинни…
Хенджин бережно обнял драгоценный комочек, твердо пообещав себе, что больше никогда не посмеет вот так беспечно относиться к их уже зародившейся маленькой семье, спокойствие которой он будет неустанно охранять всю свою оставшуюся жизнь.
— Я обязательно верну твое доверие, Ликс…
