Невинный пользователь

🐥🐥🐥

      Последующие несколько дней после долгожданного воссоединения Феликс решил всецело посвятить накопившимся рабочим вопросам, отложенным съемкам и прочим мелким делам, не забывая при этом регулярно уделять внимание и пылкому возлюбленному, который, как никогда, радовал его самыми романтичными свиданиями и бесконечно трепетной альфьей заботой. Омега наконец-то полностью отпустил все нелепые сомнения и глупые страхи по поводу их непростых отношений, позволив себе вдоволь насладиться сладким примирением, хотя и не особо спешил возвращаться в их маленькое уютное гнездышко. Несмотря на безграничную уверенность в любимом партнере, Ликс до жути боялся предстоящей течки, ведь после сильнейшего морального стресса хрупкий организм был достаточно уязвим, и ему совершенно не хотелось столкнуться с неожиданными последствиями в виде болезненного узла или собственнической метки. Однако, травиться дурацкими таблетками Феликс больше не собирался, и поэтому он решил серьезно обсудить эту важную тему с возлюбленным альфой, который не только полностью развеял все оправданные страхи и опасения, но и твердо пообещал обеспечить необходимую заботу и полную безопасность в этот непростой для их истинной пары период. Как бы то ни было, Ликс по возможности не позволял себе поддаваться глупой панике, отвлекаясь от ненужных переживаний привычной рутиной, свежими сплетнями и дежурными выходами в свет. К тому же, последние пару дней омега практически безвылазно проводил в арт-галерее Сонни, активно принимая участие в непростой подготовке к открытию новой выставки. Феликс бесконечно гордился успехами лучшего друга, который без каких-либо влиятельных связей и протекций смог пробить себе дорогу в довольно тернистый мир искусства, став самым молодым куратором одной из крупнейших галерей во всем Сеуле. Будучи безнадежным романтиком и самым главным фанатом новоиспеченной парочки, Ликс до сих пор не мог поверить, что его обожаемый старший брат наконец-то переступил через дурацкие принципы, решившись раз и навсегда впустить в свое доброе сердце не только очень близкого и дорогого для их семьи человека, но и бесконечно прекрасного омегу, способного полностью обуздать далеко не простой альфий нрав искренней и нежной любовью. — Сонни, на кой черт мы сюда притащились? — притворно заныл Ликс, аккуратно поставив поднос с едой на небольшой столик. — Скоро очень важная съемка, мне нельзя поправляться! — Даже слышать не хочу, куколка! — протестовал Джисон, шумно усаживаясь на стул. — Это лучшая бургерная во всем Сеуле! Ты и так за последнее время сильно похудел, и нормальная еда совсем не повредит нашим стройным фигуркам!       Довольно хмыкнув, Феликс не без удовольствия принялся уплетать свой аппетитный бутерброд. Проведя довольно напряженный день в компании неуемного друга, омега все-таки решил последовать его совету и хорошенько подкрепиться, а заодно и посоветоваться насчет одного крайне важного события предстоящего вечера. — Ты не представляешь, как я рад за вас с Минхо! — искренне улыбнулся Ликс, неспешно помешивая трубочкой ванильный латте. — Никогда не видел своего брата таким счастливым! — Ну не знаю, куколка… — недовольно проворчал Джисон, смачно отпив холодный сок из бокала. — На свиданиях он вечно жмется, дико краснеет, а порой и вовсе отводит от меня глаза… Я уже начинаю сильно в себе сомневаться… — Да перестань надумывать! — возразил ему Феликс. — Вообще-то, Минхо очень хорошо воспитан и имеет на тебя самые серьезные виды. — Семья недотрог, — недовольно фыркнул Сонни, агрессивно вцепившись зубами в свой бургер. — В любом случае, моя задница совершенно не собирается терпеть его тупые загоны до первой брачной ночи, знаешь ли! — Недолго осталось, поверь мне, — загадочно протянул Ликс. — Эй, руки прочь от моей картошки!       Феликс решил пока не говорить драгоценному другу о том, что в скором времени природные инстинкты возьмут свое, и Сонни уже вряд ли удастся вырваться из похотливых объятий его старшего брата. — Лучше расскажи, как у тебя обстоят дела с Хенджином, — резко перевел тему Хан. — Вы уже окончательно помирились? — Ага, — утвердительно пробубнил Ликс, аккуратно пригубив горячий напиток. — Но, я пока решил не подпускать к себе Джинни слишком близко, хоть мне это и дается с каждым разом все труднее… — Могу себе представить, — усмехнулся Сонни. — Помнится, ты вроде планировал хорошенько его помучить? — Поначалу хотел, но… — задумчиво протянул Феликс. — Уже нет никаких сил сопротивляться, он стал слишком миленьким альфой!       В голове омеги сразу же промелькнули картинки их вчерашнего романтического свидания, на котором возлюбленный до последнего сдерживал свои долбанные эротические порывы, в то время, как Феликс весь вечер позволял себе откровенно провоцировать его излишней наготой и сладким фырчаньем на ушко, прекрасно понимая, что альфа никогда не посмеет прикоснуться к любимой нежной заднице без твердого разрешения. — Надеюсь, вы не натворите глупостей в ближайшем будущем? — обеспокоенно спросил Джисон. — Я жутко волнуюсь за тебя! — Не понимаю, о чем ты, — попытался уйти от ответа Ликс, нервно болтая трубочкой в стакане. — Все ты понимаешь, — строго произнес Сонни. — Смотри в оба, куколка, не позволяй ему себя присвоить. — Да я от одного только взгляда растекаюсь в ванильную лужицу, — обреченно вздохнул Феликс. — Каким образом это вообще можно контролировать в течку? — А ты и не догадываешься! — огрызнулся Хан и резко отшвырнул от себя салфетку. — Хенджин должен молча натянуть резинку на свой неуемный член и не рыпаться, куда не просят! — Сонни! — одернул его Ликс. — Ну, а что? — не унимался Джисон. — Будто я не знаю, чего хотят смазливые кобелины от наивных омежек! Это ведь совсем не шутки, малыш. — Все будет нормально, — уверил его Феликс, слегка кутаясь в свой мягкий свитер. — Хенджин никогда не посмеет зайти так далеко без моего согласия. — Надеюсь…       Ликс прекрасно понимал, что в подобных вопросах совершенно не стоит торопиться, и нужно потратить немало времени, сил и средств, чтобы хорошенько подготовить свой организм к желанному потомству. Именно поэтому Хенджин еще вчера получил от него строгий наказ тщательно позаботиться о надежной «защите» и тем самым свести всевозможные риски и вполне оправданное волнение к минимуму. — И вообще, — вдруг нахмурился Феликс. — Сейчас меня беспокоит совсем другая проблема… — Что-то серьезное? — удивленно спросил Сонни, незаметно стащив небольшую картофельную дольку у него из тарелки. — Сегодня утром у меня был очень неприятный разговор с родителями, и… — замялся Ликс, нервно закусив губу. — В общем, какой-то ушлый доброжелатель в красках растрепал о наших отношениях, и теперь они требуют, чтобы я незамедлительно с ним расстался, представляешь? Папа вообще грозится приехать уже через неделю… — Куколка, мы же тебя предупреждали! — громко воскликнул Джисон. — Ну почему ты сразу все не рассказал? — Это бы ничего не изменило, — грустно ответил Феликс, медленно накручивая свой белокурый локон на палец. — Родители и слышать не хотят о «беспечном молодом наследнике из второсортной семейки» …       Ликс неспроста до последнего скрывал долгожданную пару от любимых родителей, прекрасно зная об их крайне враждебной позиции по отношению ко всей семье Хван. Все произошло еще четыре года назад, когда чета Ли, будучи достаточно известными архитекторами, решила привлечь в свой небольшой, но уже вполне успешный проект новых деловых партнеров, в число которых должен был войти и отец Хенджина. Феликс прекрасно помнил праведную истерику папы-омеги после того, как один из многочисленных заместителей грубо отказал ему в долгожданной аудиенции, аргументировав это тем, что президент компании более не заинтересован в сомнительной сделке с «очередными бездарными халявщиками». С тех самых пор его родители намеренно избегали любых взаимодействий с чопорным кланом, стараясь по возможности никак не пересекаться с представителями рода Хван в общественной среде. Но хитрая судьба определенно решила сыграть с ними злую шутку. В один прекрасный день враждующие семьи все-таки предательски столкнулись на очередном светском мероприятии, где в итоге и состоялась роковая встреча юного и еще совсем наивного омеги с его будущим альфой. Феликс тогда моментально влюбился в холодного принца, безрассудно позволив ему за один короткий миг полностью порушить все свои твердые принципы и четкие планы на дальнейшую безоблачную жизнь. Нежная омежья природа слишком неоднозначно среагировала на появление красивого наследника, и через несколько дней Ликс отчетливо понял, что Хенджин является для него тем самым единственным альфой, о любви с которым он до последнего запрещал себе даже мечтать. Как бы то ни было, прозорливый папа-омега моментально просек всю эту романтическую хрень, строго настрого запретив ему даже мыслить о невинном рандеву с «избалованным отпрыском неблагородных кровей». Феликс тогда впервые посмел ослушаться твердой родительской воли и решил ни в коем случае не упускать возможности добиться желанной встречи с альфой своей мечты, начав активно собирать о нем всю доступную информацию. Несколько лет ему достаточно успешно удавалось скрывать дикую влюбленность, но все пошло по известному месту с момента его окончательного падения в нахальные альфьи лапы. Позволив себе безрассудно раствориться в романтических отношениях с истинной парой, омега потерял былую осторожность, что и привело к непредвиденному доносу со стороны не особо известных, но крайне заинтересованных в грядущем скандале лиц. По итогу, родители были не только полностью осведомлены о наличии рядом с ним злосчастного наследника, но также узнали и о спонтанном проживании на чужой вражеской территории. Никакие уговоры, слезы, клятвенные обещания и самые искренние чувства никого не убедили, и Феликсу оставалось лишь тупо смириться с тем, что по возвращении в Корею папа-омега определенно устроит грандиозный разнос не только его драгоценной половинке, но и ничего не подозревающей семье Хван. — Что же мне делать, Сонни? — громко захныкал Ликс, закрыв свое лицо руками. — Зачем было вообще во все это вляпываться… Мне совсем не хочется выбирать между семьей и любимым… — Не переживай, куколка! — пытался успокоить его Хан. — Твои родители обязательно примут Хенджина, вы же истинная пара! К тому же он является одним из самых завидных женихов Сеула. — Это меня тоже пугает, — обеспокоенно произнес Феликс, нервно играя с кольцом на безымянном пальце. — Иногда кажется, что я совсем ему не подхожу… — Ты сейчас о чем? — не понял Джисон. — Что я могу ему предложить, кроме смазливой мордашки и до невозможности капризного характера? — обреченно вздохнул Ликс. — Вон, даже пустоголовый Чонин влегкую поступил в приличный университет, а я только и смог, что стать местной фотомоделькой, выгодно дополняющей образ успешного альфы! — Ой, да перестань! — раздраженно сказал Сонни, лениво потянувшись за десертной картой. — Кто только не заканчивал этот ваш дурацкий Гарвард! — Сорбонну, — поправил Феликс. — Одна фигня, — отмахнулся Джисон, не желая ни в каком виде соглашаться с его глупыми аргументами. — В любом случае, это совсем не повод так себя принижать. Ты очень талантливый омега, и уже давно пора открыть этот важный факт всем своим родным! — Вряд ли мое спонтанное увлечение можно назвать серьезным, — засомневался Ликс. — Пять миллионов подписок на твоем аккаунте говорят об обратном! — спорил Хан. — Куколка, ну что ты в самом деле! Сколько можно прятать от всех настолько прекрасные работы?       Свой тайный блог омега вел уже на протяжении трех лет. Феликс довольно длительное время находился в глубокой хандре из-за дурацкого провала на вступительных экзаменах, и именно тогда чуткий друг посоветовал ему заняться ничем иным, как банальной фотографией, чтобы хоть как-то отвлечь себя от негативных мыслей. Поначалу, Ликс воспринял эту идею крайне скептически, ведь прежде он и обычной камеры в руках никогда не держал, не говоря уже об остальных профессиональных примочках. Но, как ни странно, омега не на шутку увлекся и с каждым разом все серьезнее подходил к своему временному хобби, периодически прокачивая скудные навыки на различных курсах, а потом и вовсе решил завести себе отдельную страничку в Instagram под незатейливым ником natural_lee. Несмотря на стремительно растущую популярность, Феликс осознанно не раскрывал истинной личности, и, как и прежде, хотел лишь скромно делиться особенным видением красоты окружающего мира, постепенно создавая для себя отдельную уютную реальность, и никакие миллионы подписок, льстивые комментарии и назойливые рекламные предложения до сегодняшнего дня так и не смогли нарушить его твердой брони. — Неужели Джинни до сих пор не догадался о твоем увлечении? — поинтересовался Сонни. — Он же подписан на блог, а фотографии с вашей поездки во Францию были более чем красноречивы. — Такой глупыш, не находишь? — звонко захихикал Феликс. — Поверь, в Париже ему было совсем не до этого. — Не жалеешь, что так долго его добивался, малыш? — с улыбкой спросил Джисон. — Ни секунды, — нежно выдохнул Ликс. — И знаешь, мне совсем не хочется тратить наше с ним драгоценное время на неразумные ссоры…       Феликс твердо решил, что больше никогда не позволит себе усомниться в чистоте любви истинного альфы, который все это время бережно окутывал его самой теплой и бесконечно искренней заботой. — Не представляю своей жизни с кем-либо еще, Сонни, — робко прошептал Ликс. — Звучит максимально глупо, да? — Вовсе нет, куколка, — честно ответил ему Хан. — Рядом с ним ты необыкновенно расцвел! Эй, ну что опять не так? — Все нормально, просто… — на секунду задумался Феликс, слегка поправив белокурые локоны. — Немного волнуюсь, все-таки это моя первая течка с альфой. — Не накручивай себя попусту, малыш, — ласково произнес Джисон, бережно взяв своего друга за руку. — Хенджин очень трепетно к тебе относится и никогда в жизни не посмеет сделать больно. — Он у меня самый лучший…

❤️🍒❤️

      После насыщенного и плодотворного дня омега наконец-то позволил себе свободно вздохнуть и, откинув последние сомнения, радостно направился в апартаменты любимого альфы. Феликс возвратился чуть раньше, планируя тщательно подготовиться к предстоящему сексуальному марафону, но, к сожалению, обидно просчитался в оценках сил своего нежного организма. Течка предательски застала врасплох еще на середине пути, а посему единственное, на что он был способен по приезде домой, так это тупо зарыться в кучу вещей ненаглядного бойфренда, который, с какого-то хрена, почему-то не отвечал ни на один звонок, да и в принципе пока не особо спешил к нему на помощь. К моменту его прихода, Ликс уже полностью находился под влиянием разбушевавшегося гормонального фона, и по итогу закатил самую громкую истерику за все время их беззаботного совместного проживания. Омега жутко злился, выплевывал всевозможные ругательства, совершенно не даваясь в руки изумленному альфе, который не на шутку испугался подобной реакции на свою безобидную персону. В конце концов Хенджину удалось на время унять его непокорную омежью натуру и даже принудительно засунуть в горячую ванну, чтобы хоть немного облегчить не только физическое, но и крайне напряженное моральное состояние. После продолжительных водных процедур Феликс все-таки вернулся обратно в их уютную спальню и осторожно устроился под любимым плюшевым пледом, тайно надеясь полностью расслабиться в привычной домашней атмосфере и наконец-то позволить ненаглядному бойфренду проявить столь нужную для него заботу. — Ликси, малыш, ты хоть немного успокоился? — осторожно спросил Хенджин. — Вроде да, — вяло пробурчал в ответ омега, все еще оставаясь под надежной защитой мягкого одеяла. — Не понимаю, что на меня нашло… — Такое иногда бывает, особенно при первой течке с партнером, — объяснил ему альфа. — То есть, я не единственный, с кем тебе так охуенно повезло? — огрызнулся Ликс, нервно заерзав в своем коконе. — Какой же ты козлина! — Феликс!       Несмотря на то, что омега закатил ему лютый скандал буквально на ровном месте, Хенджин совершенно не собирался бросать возлюбленного в такой непростой ситуации, покорно ожидая, когда Ликс окончательно успокоится и перестанет так бурно реагировать на его близкое присутствие рядом с собой. — Почему вновь от меня отстраняешься? — с обидой произнес альфа, начав медленно придвигаться к своей строптивой добыче. — Думаешь, твоя течная задница на меня никак не влияет? — А ну, брысь! — зашипел на него омега и робко спрятал смущенную мордочку в подушку. — Какого черта ты вообще тут развалился, да еще и без одежды? — Ой, чего ты там не видел, — манерно закатил глаза Хенджин. — Впрочем, я могу и уйти, если хочешь. — В смысле уйти? — испуганно вскрикнул Ликс, подняв на него свои огромные глаза. — Ну нет, я не позволю в очередной раз меня бросить! — Тогда перестань капризничать и разреши уже мне тебя приласкать, — строго сказал Хван.       Феликс вдруг резко отбросил от себя ненужную тряпку и моментально кинулся в теплые объятия любимого, желая целиком и полностью раствориться в его загребущих руках. — Так намного лучше, не правда ли? — довольно пробормотал Хенджин и с удовольствием зарылся носом в белокурую макушку. — Как же ты вкусно пахнешь, котенок…       Не удержавшись, альфа сладко зацеловал его раскрасневшиеся от смущения щечки. Хван уже не раз пытался вызвать своего нежного омегу на откровенный разговор, но в ответ получал лишь громкое фырканье, ведь, несмотря на их достаточно насыщенную половую жизнь, Феликс до сих пор жутко стеснялся, категорически отказываясь обсуждать с кем-либо столь сокровенные темы. — Эй, чего куксишься? — ласково усмехнулся Хван, заметив его недовольную моську. — Ничего, — сухо буркнул Ликс и еще больше надулся. — Просто я слышал, что альфы во время течки могут… Ну, ты понимаешь… — Опять начитался разных глупостей в интернете? — рассмеялся Хенджин, бережно потрепав омегу по голове. — Котенок, ты же знаешь, что я никогда в жизни не посмею причинить тебе вред или боль.       Феликс в ответ лишь тихо замурчал и нетерпеливо прильнул носиком к его шее, жадно вдыхая столь любимый терпкий аромат. — Хенджин… — испуганно прошептал Ликс, вдруг почувствовав резкую волну сексуального возбуждения. — Мое тело как-то странно на тебя реагирует… — Это вполне нормально, мы же истинные, — успокоил альфа и начал медленно поглаживать его по спине. — Ты должен полностью мне довериться, слышишь? — Я постараюсь…       Слегка облизнувшись, Хенджин решил больше не сдерживаться и, наконец, осторожно уложил свои руки на упругую омежью задницу. — Как же я по тебе скучал, любовь моя… — томно выдохнул альфа, сходя с ума от тысячи мурашек на его нежной коже. — Очень сильно скучал… — Джинни… — тихо всхлипывал Феликс, ощущая крайне неоднозначные движения между своих мягких половинок. — Джинни, пожалуйста… Прикоснись уже ко мне, как следует… — Такой нетерпеливый, — усмехнулся Хван и аккуратно ввел в его пульсирующую дырочку сразу два пальца. — Ты невозможно течешь, котенок…       Омега от неожиданности громко вскрикнул и с удовольствием начал отвечать на каждое похотливое действие. — Вот так, мой хороший, — похвалил альфа. — Даже не думай сдерживаться, слышишь?       Победно рыкнув, Хенджин наконец-то прильнул к самым сладким устам, затягивая своего омегу в долгожданный поцелуй. — О, боже… — тихо простонал Феликс, умирая от нежности глубоких проникновений. — Черт, как ты это делаешь… — Заканчивай болтать, — недовольно проворчал альфа и начал медленно спускаться губами к его тонкой шее. — Джинни… — еле слышно промурлыкал омега. — Джинни, перестань дразнить и войди в меня уже, наконец… — Но мне очень нравится тебя трогать, — притворно возразил Хенджин, чувствуя, как влажная дырочка жадно принимала его ловкие пальцы.       Феликс крупно задрожал и еще сильнее прижался к своему любимому, больше не в силах терпеть эти сладкие и одновременно столь изощренные ласки. — Ты уже полностью готов, котенок, — самодовольно пробормотал альфа, продолжая умело дразнить нежное омежье нутро. — Погоди-ка секундочку… — Нет, не нужно! — громко пискнул Ликс и моментально перехватил его руку. — Давай сегодня без них… — Малыш, ты с ума сошел? — изумленно посмотрел на него Хван. — Нет, это невозможно! — Я… я так сильно люблю тебя, Джинни… — жалобно скулил омега, беспорядочно цепляясь за его широкие плечи. — Больше не могу сопротивляться своей дурацкой природе… — Я тоже очень сильно люблю тебя, котенок, но… — замялся Хенджин. — Это все слишком серьезно… Даже для нас, понимаешь? — Джинни, пожалуйста… — отчаянно прошептал Феликс. — Позволь своему внутреннему зверю окончательно меня присвоить… — Котенок, подумай о последствиях, — пытался вразумить его альфа. — Я не имею никакого права так с тобой поступать… — Но ты же все равно не сможешь мне отказать…       И Хенджин сдался. Добровольно сдался в плен желанного омеги, который с самого начала верил в истинность их светлой любви, не смея даже помыслить о том, чтобы отдать свое любящее сердце кому-то другому. Сладкий аромат феромонов буквально душил альфу изнутри, не оставляя ни одного шанса холодному разуму сопротивляться перед горячей природой его обостренных инстинктов. Невозможно было не касаться обнаженного стройного тела. Невозможно было устоять перед мягкостью любимых губ, что, не стесняясь, дарили ему самые заветные ласки. Хенджин вдруг позволил себе полностью раствориться в любимых объятиях, жарких устах, в ярком сиянии бездонных бусин, с каждой секундой влюбляющих в себя все больше и больше. Животное возбуждение уже давно разрушило внутренние границы, обрекая беззащитных зверей на самую сладкую любовную пытку, после которой они уже не смогут отделиться и будут навсегда друг другу принадлежать. — Котенок, я сейчас… — тяжело выдохнул альфа. — Черт, я не смогу сдержаться… — Нет, Хенджин! — испуганно вскрикнул Феликс, каким-то чудом придя в себя на одно мгновение. — Не смей этого делать, слышишь? Слышишь меня? — Поздно…