Что же дальше?

      Я проснулась оттого что в комнате кто-то задавал вопросы, а кто-то пытался найти на них подходящие ответы. Голосов было много и мне не сразу удалось понять, кто есть кто. Говорили в основном женщины, но присутствие парочки мужчин я тоже уловила.       Тело не хотело меня слушаться, я еле как смогла напрячь свой слух, чтобы начать различать голоса между моими собеседниками. Кажется, сон, в котором я прибывала неизвестное количество времени, не слишком шёл мне на пользу. Я хуже слышала, хуже соображала, мысли путались между собой. Я не знала наверняка, но скорее всего восприимчивость моего тела тоже понизилась. Не думаю, что я смогла бы сразу понять, кто ко мне прикоснулся.       Отбросив все посторонние мысли, это казалось почти невыполнимой задачей, я вслушалась в разговор посторонних, чтоб понять, что же всё-таки происходит:       — Полюшка, но всё же будет хорошо? — сказал голос, который не сразу показался мне знакомым из-за медленного ритма слов. Хозяйка голоса делала акцент на каждом слове, будто бы если её голос дрогнет, мир автоматически рухнет.       «Отлично — пронеслось в моей голове — если здесь Полюшка, значит, я в безопасности, какое облегчение». Вчера я была не совсем уверена в том, что это место не несёт угрозы, но благодаря озвученному вопросу, я смогла успокоиться.       Спустя несколько секунд я всё же догадалась кому принадлежал медленный голос. Вопрос задала Эльза. Обычно она была воинственной, ничего не страшащейся дамой. Моей верной подругой и рыцарем в доспехах, говорящей быстро и по делу, но сейчас в её голосе я чувствовала страх. Она боялась, но почему? Или лучше спросить за кого?       Но кажется, для меня это было не самой важной мыслью, потому что я сменила фокус на то, что творилось за пределами моей кровати. Я поняла, что сейчас около обеденное время, благодаря поступавшему в мою сторону свету. Он пробивался сквозь мой невидящий взор, поэтому я предположила, что сейчас полдень, и оттого даже тьма в глазах немного рассеивалась.       Несмотря на ломоту в суставах и скачущие мысли, я всё же прислушалась к разговору моих верных друзей.       — Эльза, я делаю всё возможное — в голосе Полюшки слышалась обида. Вряд ли кто-то мог это заметить в обычных условиях. Но моя ситуация была крайне необычной, поэтому мне хватило нескольких слов, чтобы понять, что к чему, а потом лекарша продолжила:       — Сказать по правде, Люси давно должна была проснуться. Я вылечила все её физические раны. Там, где в кости были трещины, все срослось, а о царапинах и речи уже нет, но она по-прежнему лежит здесь, ни разу не пошевелившись — удивлению Полюшки не было предела. Я слышала, что она была весьма искусным целителем, видимо, сейчас ей не хотелось признавать, что все её попытки оказались тщетны.       — Тогда почему у неё жар? — послышался на высоких тонах нежный, но слегка надломленный голос Венди.       Точно, я же уснула, потому что мне стало плохо. Не удивительно, что я так медленно соображаю.       Полюшка высказала свои предположения:       — Этого я сказать не могу. Возможно, её продуло, в момент перевозки из столицы в Магнолию прямиком в лазарет при гильдии. Путь был недолгий, но тернистый, всякое могло произойти.       Так вот, где я сейчас находилась. Всё-таки моё чутье стало более совершенным, теперь я могла по запаху и нескольким звукам отличить вражеское место от дружеского. Какая радость. Услышав эту новость мне сразу стало легче. Голоса друзей и положительные известия были бальзамом для моей души.       Лекарша стала объяснять план дальнейших действий:       — Сейчас я измерю её температуру, если жар сильный, изготовлю лекарство, которое должно к вечеру помочь.       Я почувствовала легкую поступь Полюшки. Здесь пол был совсем другим, не каменным, а деревянным, если я не ошибалась. Древесина от части поглощала звук шагов, поэтому здесь они казались более тихими и неуловимыми.       Я почувствовала, как её рука легла на мой лоб. Не знаю, с помощью магии, или из-за сравнения, но она сказала:       — Кажется, ей уже лучше. Когда вы меня позвали температура была высокой, а её тело обжигало мои руки, но сейчас жар не такой сильный.       Потом добавила:       — Я всё равно приготовлю снадобье для неё, но кажется, болезнь отступает.       До меня донесся звук облегченного вздоха. Такова была реакция моих переживающих друзей. Среди них были и Нацу с Греем, но за всё это время я не услышала от них ни звука, они были тихи как мыши. И только сила их магии, напоминала мне о том, что они всё ещё тут. Это было удивительным, ведь Нацу с Греем всегда были готовы затеять драку, даже в самый неподходящий момент. Наверное, общее горе, то есть я (какая жалость), их объединило.       Полюшка вновь отошла от кровати, и на её место пришли все остальные.       — Привет, Люси — сказал Грей.       — Ты сильно нас напугала — задиристо, но стараясь не выдавать страха, произнес Нацу.       — Мальчики, перестаньте, Люси здесь не причем. Она изо всех сил старается. Я уверена — это был властный голос Эльзы, который по-прежнему не допускал сомнений в моем скорейшем выздоровлении.       Я в сотый раз поняла, что мои друзья самые верные и я должна постараться выжить хотя бы ради них, если не ради себя самой.       — Она точно поправиться, Эльза? — это был голос, который я не слышала, вот уже несколько дней. Веселый, немного детский. Говорил Хэппи. Не знаю, где он был всё это время, видимо, не рискнул пойти с Нацу ко мне в лазарет, а может стоял на шухере. В любом случае, я была рада его услышать.       Не могу сказать точно, но мне показалось, что Эльза легонько кивнула в ответ головой, и в эту же секунду я почувствовала, как нечто плюхнулось мне на живот, а потом стало тепло.       — Ах ты, шаверма, надоело витать в воздухе? — с усмешкой спросила я летающего кота, зная, что он ничего мне не ответит.       После манипуляций Хэппи все засмеялись, и даже Шарли, которой не очень нравилось поведение кота, не смогла подавить смех.       — Довольно — произнесла грубо Полюшка — Люси требуется покой, придете к ней в следующий раз.       Друзья были огорчены этими обстоятельствами. Никто не хотел покидать лазарет раньше обещанного, но выбора у них не было. Полюшка была непреклонна и её приказы не обсуждались. Она здесь лекарь, и только она способна помочь Люси, а значит, она самая главная и с её мнением необходимо считаться.       Перед тем, как уйти, каждый из товарищей сказал мне парочку напутственных слов и подарил нежнейшие объятия.       Эльза взяла с меня слово, что я не огорчу ни её, ни кого бы то ни было другого. И что я должна стараться в несколько раз сильнее, чтоб оказаться вновь рядом с ними.       В этом была вся Эльза, она не терпела отказов. Мне было жаль её огорчать, но сейчас я могла лишь смиренно лежать и думать о том, что же произойдет со мной дальше и смогу ли я прислушаться к совету подруги.       После Эльзы ко мне подошли Венди и Шарли. Венди легонько чмокнула меня в щеку, хотя я лишь почувствовала небольшое тепло на моей коже.       — Люси, очнись поскорее — голос подростка был подавлен, казалось, она вот-вот заплачет, но чтобы не расстраивать меня или всех остальных, она держалась. В ответ Шарли шепотом произнесла:       — Венди, всё будет хорошо, только не плачь.       Какие же они смелые — подумалось мне. Не то что я, лежу здесь и плачу о своём потерянном времени. Надо выбираться, только я по-прежнему не знала как. Потом Венди отошла поближе к Эльзе и её место заняли двое парней.       Чтобы сэкономить время Грей с Нацу обступили меня с обеих сторон. Грей подошел слева, а Нацу справа.       Один попросил быть смелой, и даже если страшно, пообещал быть рядом. Второй с присущим энтузиазмом сказал, что вытащит меня из этой проклятой комы во чтобы то ни стало.       Всё это время Хэппи продолжал лежать на мне и громко плакать, показывая всю горечь от нашей разлуки, но после повелительного тона Полюшки, он был вынужден встать и направиться вместе с друзьями к выходу:       — В следующий раз — хором прокричали мои товарищи.       Но ни в следующий, ни в другой раз они не пришли. Не потому что не хотели, а потому, что я прибывала в сознании всё меньше и меньше времени. Я пропускала все важные события. Просыпалась в самый последний момент, когда уже только запах или звук, закрывающейся двери, напоминал мне о присутствии в комнате человека.       Иногда я чувствовала несколько запахов, а иногда только один. Я знала, что друзья не перестают меня навещать, но мне было жаль, что теперь я даже не могла застать их присутствия.       Мне было страшно думать о том, почему я так часто нахожусь во сне. Я старалась проводить в реальности как можно дольше времени, но после случившейся простуды мне было тяжело находиться в сознании достаточно долго.       Через время продолжительный сон и короткие пробуждения превратились в привычку. Прийти в сознание, обнюхать всю комнату, угадать по запаху кто приходил — тоже стало своего рода традицией. В последний раз меня посещала Миражанна, а может быть Лисанна, а может и обе разом. Их запахи очень схожи, поэтому определить точно было сложно.       За время своего ритуала я смогла распознать запах нескольких своих знакомых, таких как Леви, Гажила, и даже Лексуса. Были и другие, которых я почти не узнавала, например, кто-то вроде Гилдартса. Я находилась возле него лишь несколько раз и то недолго, потому в моей памяти не сохранился его запах. Он был не единственным, кого я не запомнила, так что если с первых секунд мне не удавалось понять, кто же был рядом со мной, я сразу же отключалась.       Я не знала, что все эти люди делают рядом с моей кроватью. Не знала даже сколько времени они проводили со мной. Может быть целый час, а может и пару минут. Кто-то приносил цветы. Теперь самые разные запахи насыщали мою комнату. От роз и васильков, подаренных Леви, до лаванды и жасмина, владельцев коих я не знала.       Иногда я чувствовала запах свежей выпечки, может, кто-то так хотел мне напомнить о том, что я ещё жива. Еда была мне ни к чему. Меня подпитывали с помощью магии. Это позволяло оставаться в отличной форме — я не худела, и не поправлялась. С виду я была прежней, но вот внутренней меня с каждым днём становилось всё меньше.       Я уже не старалась определить время суток и даже просто лежать было лень, поэтому я чаще спала. Казалось, в моей жизни больше не будет завтрашнего дня. Единственной радостью было то, что жар со временем меня покинул, оттого засыпать было проще и быстрее.       Но однажды, когда я уже вот-вот хотела впасть в забытье, в дверь постучали. Мне показалось глупым такое поведение. Я явно была здесь одна, и вот уже как невообразимое количество времени никак не реагировала. Тогда кому был адресован этот звук? Мне было не ясно, но всё же интересно. За долгое время я снова почувствовала жажду приключений, и желание разгадать очередную загадку.       Потом человек тихо прошел к моей кровати. Я постаралась уловить его запах, чтобы понять, кто именно ко мне приближается. Я так давно не была рядом с живым человеком в сознательном состоянии, оттого в моей голове всё смешалось, и я не смогла сосредоточиться на нужных аспектах сразу. С одной стороны — мне была дорога каждая такая встреча, коих за последнее время я могла пересчитать по пальцам одной руки, с другой — с каждым разом мне было тяжелее. Тяжелее думать, вслушиваться в слова говорящего, понимать их смысл. Моё тело покидало этот мир, и я не могла это предотвратить.       Поскольку мои попытки определить кто находится подле меня завершились досадным поражением, я уже была готова уснуть. Надоело проигрывать. После поражения с Минервой я не смогла сделать ничего достойного. От этих мыслей проще всего было убежать в сон.       Сквозь почти что затуманенный разум, я лишь каким-то чудом смогла почувствовать движение вокруг моей ладони. Это походило на прикосновение, но оно не напомнило мне ни Нацу, ни Грея, никого другого из моих товарищей по команде (Эльза, Венди, Хэппи с Шарли). Этот кто-то был явно мне знаком, но в тоже время я как-будто бы виделась с ним давным-давно.       — Кто же ты, черт возьми? — без тени стеснения изумилась я. Мне надоело, что я ничего не понимаю и с каждом секундой чувствую себя лишь хуже и беспомощней. Я ничего не ожидала от этого вопроса, лишь хотела выплеснуть злость хотя бы куда-то. Мне бы вряд ли стало легче, но попробовать стоило.       — ЧЕГО?! — резко раздалось в моей голове. Вопрос был такой громкий, что я чуть не потеряла сознание. Голова трещала по швам и готова была разорваться.       Голос в моей голове.       Ну, конечно, парень на которого я рассчитывала со второго дня своего пробуждения. Уоррен.