Наслаждение Богов

      Лололошка чувствует, что постепенно сходит с ума. Прошло неизвестно сколько времени с того момента, как он мог нормально поспать, все это время ему мешали сны. Нет, даже не так. Кошмары. В которых он играл главную роль жертвы, а роль мучителя на себя взял его враг, которого уже давно нет в живых - Варнер.       В этих кошмарах Варнер делал все, что мог придумать его больной разум: медленно разрезал Лололошку по частям, которые потом с огромным удовольствием поглощал и все это время Лололошка наблюдал за всем этим; связывал настолько сильно, что Лололошка не мог дышать, а после Варнер наблюдал за тем, как он медленно задыхается; снимал с него всю кожу; засовывал почти во все отверстия жуков; выжигал свои инициалы; доставал все органы и обмазывался кровью, которая хлестала из тела жертвы. Всего этого Лололошке уже хватило сполна.       Лололошка после первого же кошмара боялся спать, но, как мы все знаем, человек без сна долго не протянет. Даже многочисленные смерти не давали ему облегчения. Усталость никогда не пропадала, разрушая этим его разум еще сильнее. Даже лекарственные травы со снотворным эффектом не помогали - он все равно видел эти кошмары. Он стал более раздражительным, срывался на каждом, кто задавал слишком много вопросов, из-за этого многие начали его сторониться. Боковым зрением он замечал знакомый до боли силуэт, а иногда и вовсе слышал его голос, от которого его постоянно передергивало. Руки сами по себе тянулись к глазам, желая выцарапать, чтобы не видеть его. А в уши он хотел залить себе что угодно, что застынет и он ничего больше не услышит.       Но ничего не спасет его. — Знаешь, Лололошка, — Варнер растягивает его имя, будто издеваясь и оттягивая момент, когда снова начнутся ежедневные пытки, — Я уже даже не знаю, во что бы с тобой поиграть... — Варнер, сидя на троне в каком-то старинном замке, который всегда фигурировал в кошмарах, крутил в одной руке голову Лололошки, у которой вырезаны глаза, а рот раскрыт в ужасе. Кровь медленно скатывалась по нежной белоснежной коже и собиралась в черной ладони. В это же время хозяин этой головы, а точнее ее тело, валялось около ног мучителя: обнаженное, беззащитное и растерзанное. Одна из ног мучителя потянулась к шее и с силой наступила на нее, из-за чего сразу же послышался противный хруст. Очередная порция крови вылилась на пол, уже почти полностью окрасив его в бордовый цвет. — Так что... Это будет последняя наша с тобой встреча, а потому давай насладимся сегодняшней ночью сполна.       Варнер хищно облизнулся, смотря внутрь одной из глазниц, в багряное пустое пространство. Он резко вспомнил вкус плоти Лололошки, который был просто незабываемым. Металлический вкус крови идеально смешивался со сладким мягким мясом, но в некоторых моментах присутствовала и горечь, однако, она совсем не портила всю картину. Темно-фиолетовый заостренный язык, словно змея выползла из своей пещерки, аккуратно вышел из рта, слегка задевая сталактиты — зубы, и потянулся к щеке отрубленной головы. Сначала он слизнул кровь, которая уже перестала течь и начала постепенно засыхать, а после вошел внутрь одной из глазниц, отвратительно извиваясь в ней. Рот отрубленной головы открылся и из него начали постепенно выходить стоны боли, вызывая дрожь в спине Варнера.       Как только пространство одной глазницы было полностью вылизано, монстр проделал все тоже самое со второй, а после язык спустился к разорванным тонким губам, прошелся по краям ран и занырнул в рот. Эта змея, пока исследовала рот парня, постоянно касалась остатков зубов, крошки которых все еще были во рту, а то, что осталось ужасно болело, но парень уже ничего не чувствовал. Эти остатки оставляли на змее тонкие и неровные ранки, которые сразу же заживали, ведь прямо сейчас весь контроль находится в руках у монстра.       Челюсти парня хотели сомкнуться, чтобы доставить монстру хотя бы немного той боли, которую чувствовал парень несколько минут назад, но он не успел. Монстр понял его намерения, возможно, он просто прочитал его мысли, и достал свой язык, который истекал слюной. Монстр засмеялся и, издевательски поцеловав парня в щеку, щелкнул пальцами.       Все вернулось в свое прежнее состояние: тело на полу исчезло и оказалось на коленях у монстра, тонкие мальчишеские ноги широко раздвинулись, чтобы обхватить чужую талию, доставляя небольшой дискомфорт; руки неаккуратно скручены за спиной и затянуты кожаным ремнем, из-за чего в районе лопаток чувствовалась несильная боль, но она все нарастала и нарастала; глаза с небесно-голубой радужкой и пышными ресницами наконец-то открылись и отрешенным взглядом смотрят в ярко-фиолетовые глаза напротив; белоснежные зубы, теперь уж целые, с огромной силой сжались, чтобы парень не сказал и не издал ничего такого, что может позабавить монстра; нежно-коричневые горошины на груди встали из-за холода; член среднего размера чуть прикрывается вьющимися каштановыми волосками.       Темные руки начали понемногу ласкать мальчишескую грудь, в основном, сосредоточив внимание лишь на сосках: монстр оттягивал их и щипал. Он опустил свою голову вниз и втянул в рот один из сосков, острые зубы опасно щекотали их, в это же время руки опустились к мешковатым черным штанам монстра и медленно начали выпускать из них и из трусов член, завидев который парень резко начал извиваться. — Варнер, не надо. Я прошу тебя! Это уже слишком! — Герой пытался хотя бы упасть с колен, лишь бы не видеть то, что находится между его ног. Он, конечно же знал, что бывший правитель уж слишком зол на него и явно хочет отыграться, но чтобы он решился на подобное... О таком герой даже не задумывался, но, возможно, где-то внутри он предполагал, что подобное придет этому безумцу в голову. Он был готов терпеть любые пытки, но не изнасилование, так еще и... Этим.       Что-то, а точнее щупальце черного цвета с фиолетовым концом и небольшими крапинками такого же цвета по всему стволу, заменяло член бывшего правителя. Сейчас это извивалось и с каждой секундой становилось немного больше. Основание у него толстое-толстое, а вот кончик по толщине словно язык и из него сейчас сочилась ярко-розовая жидкость, видимо, она заменяла предэякулят. — Моя игрушка наконец-то подала свой голос? Давно я не слышал твоего голоска. Долго же ты держался, надо было сделать это еще раньше. Не волнуйся, тебе это понравится! — Бывший правитель зашелся в злобном хохоте, наблюдая за тем, как герой делает тщетные попытки освободится, но чужие руки только сильнее держали его на коленях, два члена все сильнее и сильнее прижимались друг к другу. Герой попытался ударить его лбом, но резкая болезненная хватка на шее остановила его. Видя, что герой собирает продолжать сопротивляться, бывший правитель Арнира решает усмирить его:       Он снова опустился к мальчишеской груди, сразу же беря в рот тот же сосок, который он держал до того, как заговорить. Поначалу ничего не происходило, пока клыки не впились в чувствительную горошину. Герой резко дернулся, но не издал ни единого звука, ведь подобная боль не сравнится с той, которую он испытывал раньше и бывший правитель заметил это, а потому решил сделать кое-что другое: продолжая сжимать свои челюсти, он чувствовал, как разрывается плоть и металлический вкус крови начал заливать его полость рта. Герой же со всей силы сжал челюсти, слыша, как скрипят зубы, и кулаки, постепенно увеличивая свою силу, пока кровь не потекла по ладоням.       Но неожиданный рывок и сильная боль, последовавшая за этим, все-таки вызвали тихий стон со стороны Лололошки. От ощущения, что что-то течет по его груди, по телу прошлась дрожь, а глаза расширились от испуга. Варнер только что оторвал его сосок и сейчас с превеликим удовольствием жевал его. Неприятные звуки чавканья и довольное выражение лица только сильнее провоцировали Лололошку на агрессию. Он, скрипя зубами еще сильнее, со всей своей злобой смотрел на то, как красные капельки медленно скатываются по чужим губам, а потом по подбородку.       Варнер довольно улыбнулся, но проглатывать плоть не спешил. Он хотел, чтобы Лололошка тоже "насладился" идеальным вкусом своей плоти, а потому приблизил свое лицо к его и, снова выпустив язык, прошелся им по его губам, окрашивая в красный цвет. Так как Лололошка не собирался открывать рот, видимо, он понял, что Варнер собирается сделать, Варнер резко сжал в его половой орган в своей руке, но даже это не подействовало. Пока он надрачивал половой орган, его щупальце начало сильно извиваться, постоянно дотрагиваясь до полового органа Лололошки и в конце концов, как только рука дала ему место, щупальце оплело его половой орган, аккуратно проходясь по всей его длине и покрывая его своим розовым предэякулятом.       Эти новые ощущения, того, что нечто сжимает его половой орган, который покрыт чем-то приятным прохладным и склизким, вызывали небольшое удовольствие у Лололошки, но понимание, кто это с ним делает, совсем не помогало и удовольствие каждый раз пропадало, когда он смотрел в глаза напротив. Он закрыл глаза и попытался представить кого угодно, ведь, судя по всему, Варнера ничего не остановит, даже сильные мольбы и обещания сделать что угодно. Варнер никогда не останавливался, он всегда делал то, что хотел.       Через несколько минут щупальце начало разделятся на две ровные части и в месте их разделения начал образовываться рот с длинным языком, но необычным, а похожим на сороконожку, и длинными острыми зубами. Оно оторвалось от полового органа Лололошки и резко заглотило его полностью, языком заходя в мочеиспускательный канал, поступающими движениями продвигаясь дальше к простатической части уретры, и в конце концов доходя прямо до мочевого пузыря. Зубы же постепенно начали впиваться в половой орган, совсем не встречая сопротивления, ведь в отличии от других частей тела, это - особо нежная. Такая резкая и распространяющаяся боль и чувство инородного тело, вызвали стон у Лололошки, из-за чего он открыл рот и запрокинул голову.       Заметив свою ошибку, Лололошка хотел сомкнуть губы, но пальцы, резко проникнувшие внутрь, помешали ему. Лололошка зарычал и со всей силы укусил инородные тела, но над этим лишь посмеялись, а после в рот уже проник язык, заменяя собой пальцы. Со рта Варнера, по языку, в рот Лололошки скатилась горошина, точнее, уже месиво из мяса. Зубы Лололошки сомкнулись теперь на языке и в конце концов откусили от него значительный кусок, но не прошло и минуты, как он снова отрос, а выплюнуть то, что осталось во рту, Лолошке не позволил довольный Варнер: он сжал своей рукой его щеки, а чтобы мясо было проглочено, другой рукой он зажал его нос.       Парень извивался, как мог, но воздух начал заканчиваться, а на глазах выступали слезы, и в конце концов ему пришлось проглотить все то, что было во рту. Монстр, почувствовав сильную дрожь со стороны парня, немного отодвинулся от него. Парень начал резко и сильно кашлять, а потом послышался звук бульканья и из рта потекла смесь крови, мяса и еды, которую недавно ему насильно скормили. Все эти рвотные массы начали растекаться по шее и груди, спускаясь вниз к ногам, попутно попадая на черную мантию и штаны монстра. — Малыш, да ты кончил! — Почувствовав во втором рту вкус чего-то горького и кислого, монстр громко засмеялся, понимая, что парень достиг своего пика, даже сквозь боль и отвращение. Быть может, благодаря монстру он стал мазохистом? Если бы была возможность, он бы блеванул во второй раз. Отвращение к самому себе заполнило всю его голову, из-за этого он не заметил, как в его ротовую полость снова проникли и начали чистить ее. Монстр с удовольствием собирал из его рта остатки, попутно ощущая на кончике языка горечь и небольшую кислинку. — Думаю, уже можно переходить к главной части. — Прошу тебя... Хватит... Остановись. — Ощутив на своих бедрах холодные крепкие руки, парень задрожал, а когда тентакля вышла из его уретры и отпустила, так и вовсе громко застонал, из головки начала выходить смесь мочи и спермы, одна из капелек спустилась вниз, к яйцам и остановилась на их ложбинке.       Чужие руки поднесли парня ближе к большому мужскому телу, из-за чего его анальное отверстие начало щекотать тентакля, которая от нетерпения резко начала активно двигаться. В мыслях парень уже начал молится всем Богам, лишь бы не ощутить это у себя внутри, особенно, если вспомнить, что оно делало с его уретрой. — Я твой Бог и молится ты должен только мне! — Резкий рывок и раздается крик. Вся тентакля оказывается полностью внутри парня, разрывая все и также заполняя, касаясь самых глубин внутренностей и доходя до самого конца прямой кишки. Тут даже стало больно монстру, ведь его очень сильно сжимали внутри, не выдержав он громко застонал, с удовольствием наблюдая за тем, как парень откинул голову назад и его глаза начали закатываться.       Ждать, когда его партнер привыкнет, монстр не стал и сразу же начал двигаться, перестраивая его внутренности, попутно разделяя тентаклю и раскрывая второй рот. Язык начал проходить еще дальше, где уже не достает сама тентакля, а две челюсти, вывернулись и впились своими зубами в нежную плоть. С каждым движением эти маленькие дырочки разрывались в длинные неровные раны, из которых сразу же начала струиться кровь и по языку стекать внутрь.       Все это начинало добивать героя, как морально, так и физически. В мыслях было пусто, он не мог сосредоточиться ни на чем, кроме того, что проникает в него. Слезы уже рекой текли по лицу и падали на чужую одежду, а изо рта потекла слюна, снова смешиваясь с рвотными массами на его теле. В голове он пытался сосредоточиться на том, что уже сегодня эти кошмары закончатся, но, конечно же, все это оставит на нем неисправимые шрамы. Возможно, он больше не сможет воспринимать секс, как нечто, от чего можно получить удовольствие. Возможно, он вообще не сможет воспринимать мужчин, как партнеров. А может даже женщин тоже. Он не сможет нормально спать, боясь, что Варнер вернется и их "игры" продолжаться. Но это будет потом, а сейчас ему нужно просто выжить. — Я, конечно, знал, что ты мягкий и сладкий, но чтобы настолько... Я в восторге. Лололошка, ты лучшая игрушка, которая у меня когда-либо была. — Подтянув отвисшую голову к себе, бывший правитель Арнира снова прикоснулся своим языком к чужим губам, слизывая с них и с подбородка слюни, все продолжая самозабвенно вдалбливаться в податливое мальчишеское тело. На кончике второго языка снова начали появляться фиолетовые капли, которые сразу же скатывались во внутренности героя.       Герой же уже находился где-то не здесь, по крайней мере, мыслями уж точно, но бывший правитель знал кое-что, что приведет его в чувства. Щелкнув пальцами, он со серьезным лицом наблюдал за тем, как с тела юноши исчезли рвотные массы и то, что успело смешаться с ними. Коснувшись своей рукой его груди, он несколько минут чего-то ждал, пока не почувствовал биение сердца, а своими глазами он увидел ярко-голубую вспышку у него где-то за грудиной. Герой готов и он тоже.        Бывший правитель резко опустил свою руку на член героя и начал постепенно ему надрачивать, прижимаясь своей грудью к его. То темное отверстие на груди у бывшего правителя резко засветилось ярко-фиолетовым цветом и послышались жужжащие звуки. Жидкость, которая выходила из языка, находящегося в начале прямой кишки, резко начала увеличиваться в количестве, заполняя все внутренности. То, что было внутри груди героя, засветилось еще сильнее и он, постанывая, пришел в себя. — Что... Что ты делаешь? — Вернув голову в прежнее положение мироходец испугался, как только увидел серьезное выражение лица Бога, а то, что происходило у них между грудными клетками, и вовсе вызвало удивленный крик. Резкий и сильный ожог снова заставил его откинуться назад, сильнее насаживаясь на чужой член. — Что ты делаешь! Прекрати! Хватит! — Вся грудь Лололошки сначала стала полностью красной, а потом на ней появились пузырьки, которые начали постепенно лопаться. Но это было не самое страшное. В своей голове он видел, как Варнер пробирается в его воспоминания и просматривает их один за другим. Варнер чувствовал тоже, что и Лололошка, когда происходили как хорошие, так и плохие моменты в его жизни. Варнер забирал у него все, но ничего не давал взамен. И так продолжалось до конца, пока все воспоминания Лололошки не были перевернуты с ног на голову. К сожалению, он не увидел воспоминания Варнера, потому что отключился от ожогового шока.       Очнулся же Лололошка на своей кровати, в доме, под открытым небом. Все казалось нормальным, он не испытывал ту боль, что была раньше, и не видел перед собой тех ненавистных фиолетовых глаз. Он сел на кровати и по его глазам потекли слезы, когда он наконец-то осознал, что все закончилось. Изо рта сам по себе вырвался крик победы, пока он пытался нормально прийти в себя и перестать рыдать. Все тело дрожало с такой невероятной силой, что даже кровать задрожала и послышался скрип деревянной основы. Но внутри он все ощущал присутствие того щупальца, которое, возможно, останется с ним на несколько месяцев, как и это жжение в груди.       Лололошка готов был отдать свою жизнь, лишь бы больше не встречаться с Варнером.       В это же время живой, но без собственного тела, Варнер стоял за открытой входной дверью, осматривая свой новый дом и местность, где ему предстоит жить вместе с Лололошкой. Конечно же, это не его замок, но потерпеть можно. Благодаря тому проклятью, которое он наложил на Лололошку во время их первой и последней битвы, он смог сначала появляться в его голове, во снах, а теперь, из-за слияния их душ, он вернулся в реальный мир. Вскоре он получит тело Лололошки и вернет свою силу, а вслед за ней и все то, что было у него до свержения с трона. А пока он будет развлекаться со своей игрушкой, пока полностью не сломает, только уже в реальном мире, а не в его голове. — Думаешь, это был конец? Лололошка, тебе никогда не избавится от меня.