Вишнёвая девятка

После обеда Аня поднялась к себе в комнату и села на стул, что стоял около письменного стола, закидывая одну ногу вместе с собой и обнимая ее руками. Ей необходимо было переварить действия и слова Ромы. В ее голове копались червяки, пытаясь прогрызть плоть и дойти до самого мозга, чтобы найти здравые отговорки к его действиям. Но ей это плохо удавалось, она лишь уходила с негативными мыслями все дальше и дальше, рассматривая самые плачевные исходы. Просидев так какое-то время в тишине, девушка взяла телефон и набрала знакомый номер человека, который ни раз ее спасал из этой ямы. Она крепко держала телефон у уха, слушая гудки, надеясь, нет, зная, что и сейчас ее спасут. — Ало? Аня? — Спросила брюнетка тихим голосом. — Привет, Поль. Слушай, можно я к тебе приду сейчас, мне есть о чем с тобой поговорить? — С долей грусти сказала светловолосая, накручивая светлый локон на палец. — Конечно, ещё спрашиваешь. Жду! — После этого послышались гудки, означающие окончание телефонного разговора. Назарова встала со стула и направилась собираться. Нарисовав острые стрелки, тем самым заканчивая макияж, Аня надела широкие штаны и худак сероглазого, да, она никогда с ним не расставалась. Это было своеобразное успокоительное для нее. Хочешь плакать? – Плачь в кофту. Хочешь смеяться? – Надень ее и танцуй. Хочешь тепла или же ты скучаешь по сероглазому? — Надевай ее и обнимай себя руками сколько есть сил. И сейчас она нуждалась именно в этом куске тряпки, что был полностью пропитан ее любовью, которую она хотела передать парню, но не могла. Назарова вышла из дома, предупредив бабушку об уходе. Отойдя от дома какое-то расстояние, Аня закурила и остановилась, чтобы вновь насладиться никотином, смотря на солнце, что неспеша выходило из-за туч. Но вспомнив о своем договоре про встречу, пошла дальше, выдыхая клубы дыма в чистый воздух. Переваливаясь с одной ноги на другую из-за холода, она постучала в дверь и тут же ей открыли, как будто ждали ее все это время у дверей. Полина осмотрела грустную подругу и без слов впустила ее, а затем обняла. Она почувствовала, как подруга тихо хныкает ей в плече и погладила по светлой голове, с сожалением рассматривая её длинные волосы.

***

После ухода из дома Назаровой парень сразу же направился домой. В его голове царил жесточайший хаос, который только мог существовать. Сердце все ещё билось так же сильно, как и ночью, он не мог соображать нормально, ему было просто невыносимо противно от самого себя. Он дал ложную надежду очень близкому человеку, которого в любом случае не хотел терять. Но как объяснить эти действия? Он и сам не знал. Знал лишь одно, что этого он хотел больше всего, только появилось это хотение не в очень подходящий момент. Рома шел с хмурым лицом, но одновременно с грустными глазами. Слова, что он сказал утром, вылетели сами по себе. Он не успел подумать, прежде, чем сказать.. хотя на что она надеялась? Он злился на нее, на ее поведение, мысли, голос, тело, губы, волосы и даже на ее обворожительные глаза, в которых он тонул, и видимо, утонул полностью, захлёбываясь чистотой ее души на тёмном дне. Аня просто идеализированный облик в его голове, или же это на самом деле не идеализация, а правда? Хмурые брови Пятифана в миг расправились, а глаза расширились. Он не злился на Аню, он злился на.. себя? Наверное это было так. Он попросту боялся привязанности, которая могла обернуться к нему остриём, которое он до этого показывал всем. Он боялся своих мыслей, чувств, слов, действий в сторону подруги. Он чувствовал себя просто половой тряпкой, ведь не мог взять именно эту ситуацию под свой контроль, как обычно это делал. Им руководили чувства. Сердце, которое было в вечно больших и не приступных ледниках, просто растаяло от каких-то бабочек. Эти чувства убивали его холодный образ, что он строил все эти годы, пропитывая его злостью и ненавистью к людям, а с Аней он вел себя, как ребенок. Нет, ему очень нравилось быть таким в ее присутствии, с ней он был настоящим, без холодной маски и острого оскала, но боялся, что люди увидят его слабые стороны и воспользуются этим, затрагивая источник его слабости – Аню. Только если уже не воспользовались.. Рома тряхнул головой и пнул снег, доставая из курточки пачку сигарет. Ему обязательно надо было выговориться, ведь если он этого не сделает, то поплатится же сам, ценою своих итак уже изношенных и вечно раненых костяшек. Парень повернулся в совершенно другую сторону и направился по новому маршруту – «дом Ертаевых».

***

Полина металась из стороны в сторону, подавая подруге то бумажные платочки, то чай с ромашкой, убирая уже использованные платочки в мусорку. Аня все плакала и плакала, она совершенно ничего не рассказала подруге, да и Полина не требовала, на что светловолосая была ей бесконечно благодарна. Она была благодарна лишь одному присутствию брюнетки, ведь даже молчание – это тоже своеобразная поддержка, которую тоже нужно уметь показывать. Светловолосая подруга вытерла очередным платочком последние слезинки, тем самым смывая некогда острые стрелки и накрашеные ресницы. Она с красными глазами посмотрела на Морозову, они были полны боли, усталости, безысходности и страха. Брюнетка лишь ласково улыбнулась и сама стёрла самую, наверное, последнюю слезинку рукавом домашней кофты. — Поль, что со мной не так? — Разрывая бумажный платочек в руках, говорила Аня, смотря в пустоту. — Что? — Тихо спросила Морозова, боясь затронуть подругу. — Ну почему я для него просто.. — Назарова посмотрела на голубые глаза, которые смотрели с сочувствием. — Просто подруга? — Закончила мысль Аня и замолчала. Сердце разрывалось по кусочкам. Тяжело, когда ты любишь человека, отдавая свою никчемную душеньку ему, как будто он какое-то богоподобное существо, а потом ты чувствуешь эйфорию от взаимности, но позже, он, как ни в чем не бывало, говорит о дружбе. Ложные надежды – вот, что так ненавидела и призирала Назарова. — Ань, прости, я ничего не поняла, может расскажешь все с самого начала? — Полушёпотом спросила Поля, в ответ ей лишь посмотрели в глаза и вяло кивнули. Она рассказала все, вплоть от "свидания" с Вовой до нежного поцелуя Ромы и утреннего разговора. — ... Представляешь, а утром он мне сказал: «Да ладно, что такого, мне было не в падлу, да и к тому же мы друзья, а друзьям надо помогать.» — Передразнивала Аня слова Ромы. Полина лишь тяжело вздохнула, поглаживая холодную кисть подруги. — Глупые вы оба, Ань. — Грустно улыбнулась Морозова, смотря на Анины волосы. Светловолосая лишь выгнула бровь и немного схмурилась. Полина, увидя ее немой вопрос, немного похихикала, тем самым вызывая ещё больше вопросов у Ани. — Да что тут не понятного, ну мальчик видимо влюбился. Не просто так ведь он тебе помогает, защищает, да даже дома у тебя переночевал, чтобы наркомана прогнать. Ань, я знаю Ромку с детского сада, поверь, ты ему минимум не безразлична. — Эти слова по-настоящему вселяли надежду и Назарова сама задумалась над ними, потихоньку пытаясь сложить единый пазл, и видимо, что-то всё-таки получается. Большие зелёные глаза смотрели на Морозову то ли с радостью, то ли с шоком, но это определенно была радость, когда на шею Полины нависла Аня, крепко обнимая. Та лишь тихо смеялась, обнимая в ответ.

***

Хмурый Рома сидел на подоконнике и курил уже по счету третью сигарету, сверля тяжёлым взглядом деревянный пол. Обстановка была напряженой, Ертаев лишь тяжело вздыхал, смотря на друга то ли с сожалением, то ли с непониманием. Когда Пятифан ворвался к нему в дом и лишь поздаровался с ним, прошел к нему в комнату и сразу же уселся на подоконник, открывая настреж окно. Бурят ничего не спрашивал, он знал, что сейчас не подходящее время для распросов. Выкинув бычек в окно и потянувшись за следующей сигаретой, Рома со злостью посмотрел на Ертаева, что успел перехватить его пачку. — Отдай. — Сквозь зубы приказным тоном сказал брюнет. — Нет. — С такой же манерой посмотрел Бяша на друга. Они пару секунд сверлили друг друга взглядом, а затем Рома отвёл взгляд на пол и закрыл глаза, тяжело выдыхая. — Бяш, харе, отдай сигареты. — Уже с более раслабленым лицом сказал парень. — Ещё чё, на. — Не сдавая свою позицию, стоял на своем Ертаев, все ещё не сводя взгляда от Пятифана. — Говори чё у тебя случилось, на. — С хмурыми бровями и прищюреными глазами, он смотрел на Рому, понемногу начиная сжимать пачку, которую Пятифан купил на последние деньги. Парень не хотел показать, что его это бесит и выводит из себя, но вспоминая, что останется без никотина на неопределенное время, ломается и поднимает руки вверх, показывая свое поражение. — Ладно-ладно, только сигареты верни, а то и сам без курева останешься. — Спрыгивая с подоконника и подходя ближе к Бяше, он протянул руку и тут же ему отдали свою вещь. — Так бы и сразу, на. — Улыбнулся неполноценной улыбкой бурят и сам уселся на подоконник, подкуривая сигарету, что успел взять из пачки друга. Пятифан лишь в недоумении посмотрел на друга, не понимая, как тот успел достать сигарету, ведь Ромка практически не сводил с нее взгляда. Да, раньше Ертаев был не хилым таким щипачем. С лёгкостью доставал деньги из карманов курток, кожаных сумок, был ещё один такой случай, когда будучи двенадцатилетними мальчиками, он и Ромка, решили сходить до магазина, чтобы попросить кого-нибудь купить им сигареты. Подъехала дорогая черная машина с тонированными окнами, из нее вышел полный мужчина, одетый в классический костюм. Ребята решили попросить этого мужчину, но тот лишь посмеялся над ними и отказал в грубой форме. Злой Рома сразу же пошел прочь, чтобы не видеть лицо богача, но не может ведь он уехать, не заплатив за свой «гнилой базар»? В его руке сверкнул нож-бабочка и лезвие прошлось по глянцевому капоту, оставляя за собой длинную царапину. Обернувшись, он не заметил своего друга, а когда пошел на поиски, то Бяша сам нашелся весь запыханый, убегая от того самого мужчины, теперь он гнался сразу же за двумя. Ребята успели добежать до укрытия, тем самым выйдя чистыми из воды. Переводя дыхание, Бяша позвал Рому и показал ладонь, на которой лежали дорогие часы с матовой чёрной покрышкой. Глаза Ромы округлились и он в ту же секунду все понял. Бяша украл часы у толстого хама. Сколько же денег они получили на руки, продав эти часы. От этих воспоминаний, Бяша улыбнулся, но вспомнил, что он хочет разузнать и покашлял в кулак, сбрасывая пепел с кончика сигареты. — Ты так и не объяснился, на. — Повернувшись к другу в полуоборота, спросил бурят, пытаясь заглянуть ему в глаза, но тот избегал его. Рома лишь опустился на кровать, что-то помямля и закрывая лицо руками, оперся локтями в колени. — Ромыч, ты в последнее время сам не свой, на. И я кажется знаю причину. — Усмехнулся бурят, выдыхая дым в окно. — Я идиот. — Тихо сказал Рома. — Чё, на? — Переспросил Ертаев. — Блять, я ненавижу себя. Я.. я.. — Пытаясь подобрать слова, заикался Пятифан и хмурил темные брови. Не найдя что сказать, он лишь запустил руки в свои волосы и впился ногтями в голову. Бяша с непониманием смотрел на друга пару минут, но затем улыбнулся во все тридцать зубов и выкинул бычек. — Да я все понял, на. Не первый год тебя ведь знаю. — Все ещё ходил вокруг да около бурят, держа интрижку. Брюнет поднял голову, его волосы были взъерошенны, а брови нахмурены. — Ты поаккуратнее с ней будь, это все же не Смирнова. Анька – девка не глупая, на, и если ты упустишь этот шанс, то другого быть и не может. — Бяша смотрел на Рому и видел в его глазах, что тот его раскусил. Может Бяша и не грамотный парень вырос, но точно не глупый. — Бяш, я похоже это.. ну.. влю.. а-а, да ну нахуй все это. — Встал с кровати Рома и подошёл к окну, нервно закуривая сигарету. Он не мог больше держать свои эмоции и чувства при себе, поэтому бы повержен, когда его друг все узнал. Так ребята простояли около часа, обговаривая недавние события, связанные с некими бабочками в животе у Пятифана. Конечно, Ромка неохотно говорил о том, что чувствует, но зная, что рядом с ним, никто иной, как его лучший друг, всё-таки сдался и дал волю чувствам, которые накопились за долгое время.

***

Назарова шла уже по знакомой улице, почти дойдя до нужных ворот. В глаза сразу же бросается большая черная машина, припаркованная как раз у ворот. Аня остановилась, чтобы сверить номера с машиной отца, и они совпали. Небольшое недопонимание зависло в груди, ей никто не сообщил о приезде родителей, и это было очень странно, хотя, в последнее время они только так и приезжали. Зайдя в дом и сняв с себя верхнюю одежду, Аня прошла на кухню. За столом сидел отец с все тем же холодным видом, у плиты ходила веселая бабушка и что-то рассказывала, Светлана же сидела рядом с Евгением и часто улыбалась на слова Натальи. Светловолосая вошла в кухню и осмотрела все присутствующих беглым взглядом. — Мам, пап, а вы надолго приехали? — С осторожностью спросила Аня. — А что, не рада нашему приезду? — С уколом спросил Евгений, смотря на дочь. — Да нет, просто вы давно не приезжали. — Немного растерянно проговорила светловолосая, рассматривая все угодно, чтобы не встретится взглядом с отцом. — Ну как в новый дом заедем, а там уже видно будет. — Ласково проговорила Светлана, подмигивая дочери. — Серьезно?! — То ли с радостью, то ли с шоком спросила Аня, переводя взгляд с отца на мать. — Конечно! — С восторгом ответила Светлана и тут же обняла дочь. Светловолосая была рада новому дому, но из этого уютного домика совершенно не хотелось уезжать. Все воспоминания, моменты, атмосфера – все это приносило неимоверный уют и комфортную атмосферу. Но и жить в большом и светлом доме тоже хотелось, поэтому Аня не задумывалась над неким выбором, которого у нее и не было, только если разногласия в голове по поводу остаться жить у бабушки или переехать с родителями, всё-таки приняла для себя решение переехать. После обеда все занялись своими делами: Аня разговаривала с мамой по душам, сидя на кровате в ее комнате, отец смотрел новости по телевизору, а Наталья, воспользовавшись случаем, ушла до соседки, с которой не виделась пару дней из-за завала на работе и семейных обстоятельств.

***

Аня лежала на кровати, закинув ноги на стену, рассматривая потолок. Солнце потихоньку уходило за горизонт, оставляя после себя яркий след красной краски на синеве неба и забирая с собой оптимизм светловолосой. Она переделала кучу вещей, поэтому сейчас лежала на кровати, отдыхала, хотя на самом деле ей вновь стало скучно. Когда скука поглощала девушку, она пыталась себя чем-то занять, но когда все занятия закончились, то ей ничего не остаётся, как ждать ночи, чтобы лечь спать, ведь не было никаких планов на этот вечер. Телефон застветился из-за сообщения, что только что пришло девушке. Она сразу же оживилась и зашла в чаты. На первой же строке высветилось знакомое имя.

Роман Пятифан

— Ты свободна сегодня? 19.14

— Ну да

19.15

— Я заеду за тобой в 8, будь готова. 19.17 На этом диалог оканчивается. Аня все ещё смотрит на последнее сообщение и не понимает его содержания. Но всё-таки прочитав ещё пару раз, она поняла и наконец-то ответила.

— Ок

19.21

В ответ получила лишь «просмотренно». Интерес уж слишком сильно появился у нее, поэтому не теряя времени, светловолосая направилась краситься заново и одеваться. Она накрасила ресницы в пару слоев, сделала не большие стрелки, ну и как же без хайлайтера. Волосы она решила оставить распущенными. Черные широкие джинсы, белый топ, а сверху укороченная белая кофта на замке – все это она решила одеть на себя. Сделав остальные дела по мелочи, она спустилась вниз, оглядываясь по сторонам. Аня тихо сняла с вешалки курточку и одела на себя, взяв с собой шарф и натянув на ноги обычные кросовки, в которых она ходила по школе, аккуратно повернула ключ в двери. — Ну и куда это мы намылились? — Строгим голосом проговорил отец за спиной. Аня онемела от лёгкого страха и медленно повернулась лицом к Евгению. — А-а, пап, я.. — На лету пыталась придумать оправдание, хотя сама толком не знала куда она идёт. — Я к Полине пошла, мы хотели с ней посидеть, поговорить. — Неестественно улыбнулась Аня и отвела взгляд на кухню, откуда уже было видно маму. — Чтобы в одиннадцать дома была. — Рявкнул отец и ушел в сторону зала. Назарова быстро проскользнула на улицу, поспешно закрывая дверь за собой, надеясь, что отец не будет больше распрашивать про незапланированный поход "к Полине".

***

Музыка тихо играла на фоне, пропадая вовсе, когда Ертаев вновь начинал говорить о чем-то с Ромой. Тот лишь улыбался и бывало накидывал что-то сверху. Доехав до крайнего поворота, что находился чуть ли не на окраине поселка, Рома заглушил машину и посмотрел на друга. В дали виднелся одинокий двухэтажный дом, в котором везде горел свет и уже была слышна музыка. — Выходи давай. — Сказал сероглазый, смотря куда-то вперёд и постукивая пальцами по рулю. — Э-э, на. Ты меня кинуть решил? — В шуточной форме наехал Бяша. — Я позже подъеду, надо кое-кого забрать. — Не отводя взгляд от темного леса, говорил парень. — А-а, ну я понял, на. — Хитро улыбнулся Бяша и вышел из машины, глупо подмигивая. Рома лишь закатил глаза и повернул ключ зажигания.

***

Ждать парня долго не пришлось, как только Аня вышла из дома, девятка вишнёвого цвета уже стояла перед воротами ее дома. Светловолосая уселась на первое сиденье и выглянула в окно, отмечая для себя, что никто этого не увидел, ведь если будет так, то она бы сидела дома, под строгим надзором отца. — Ещё бы у самых окон встал. — Проборматала себе под нос девушка и пристегнулась, злобно поглядывая то на Рому, то на дом. — А что такого то? — Завел машину парень и они тронулись с места. — У меня отец приехал, ты же знаешь какие у нас взаимоотношения. — Немного с гневом ответила Аня, кутаясь в курточку. — Ну я не думаю, что он такой изверг. — Не отводя взгляд от дороги, улыбнулся парень. — Хах, думай так дальше. — Саркастично сказала Аня. — Кстати, куда мы едем? — Всматриваясь в темную дорогу, задала вопрос. — Увидишь. — Оскалился парень и надавил на газ, от чего светловолосая немного испугалась, хотя не боялась скорости, а даже наоборот. Вся дорога заняла около пятнадцати минут. Они остановились у небольшого двухэтажного коттеджа, который просто тонул в снегу и в свете светодиодных ламп, что горели в окнах. Атмосфера была неимоверно волшебной и запоминающейся, но ей была принята тишина зимнего леса, а не большого дома, где скорее всего сидят люди примерно ее возраста, употребляющие спиртные напитки и танцующие под разные песни. Все это было скучно и в какой-то степени неприятно девушке, люди просто не нашли других, намного интересных, способов отдохнуть от будней, поэтому заглатывают в себя литры алкоголя, что томит разум и даёт облегчение. Хотя может и ей следовало отдохнуть от накопившихся проблем, хотя бы просто потанцевать и пообщаться с кем-нибудь. Девушка вздохнула полной грудью морозный воздух и посмотрела на Рому. Он улыбнулся ей и показал взглядом, чтобы та шла за ним. Он постучал в железную дверь и тут же ее открыл какой-то парень, по нему было видно, что тот уже на веселе, отмечая для себя его заторможенность и пьяные глаза. Рома зашёл первый и начал снимать обувь, а потом ждал Аню, когда она тоже снимет верхнюю одежду. Сероглазый хотел уже идти в комнату, откуда доносилась музыка и вопли людей, что подпевали, не попадая в ноты, как светловолосая схватила его за руку. — Ром, не уходи от меня далеко, я тут никого не знаю. — Пытаясь перекричать музыку и вставая на цыпочки, чтобы дотянуться до уха парня, сказала Аня. Пятифан лишь ухмыльнулся и кивнул головой, беря девушку за руку. Ребята идут в большую комнату, запах алкоголя даёт в нос и Аня немного корчиться, но сразу же привыкает, она осматривает всех присутствующих и видит знакомые лица, которые ей попадались в школе. Это были параллельные классы, старшие, одноклассники, на глаза сразу же попалась Смирнова, что мило общалась с каким-то парнем, отпивая что-то из своего стаканчика и поглаживая косу, затем она увидела Бяшу, который уже шел к ним с какой-то бутылкой в руках. Ертаев был на веселе, потому что прибыл сюда намного раньше них. Он подошёл к Роме и пожал руку, а затем к Ане и крепко ее обнял, девушка сразу же почувствовала терпкий запах табака от одежды друга. Бурят и сероглазый прошли внутрь комнаты, а Аня за ними, все ещё не отпуская руку Ромы. Она чувствует, как чей-то взгляд буравит ее спину. Оборачиваясь, светловолосая заметила Смирнову, что злостно провожала их взглядом, отодвигая от себя того паренька и идя в сторону троицы. В это время они подошли к барной стойке и тут же Пятифану налили спиртное, от которого он отказался. Аня немного удивилась от его действий, но ничего не сказала и тоже отказалась, когда ей предложили тот же напиток. Сзади раздается знакомый голос, который был слишком приторным и язвительным, она поворачивается на звук, а вместе с ней и Рома. — Ну привет, Ромочка, не думала, что увижу тебя здесь, — Она строила ему глазки, пытаясь дотронуться до его груди или плеча, но тот убирал ее руки, а после Катя посмотрела на Аню и обвела ее оценивающим взглядом. — С ней. — Выплюнула последние слова в светловолосую и обратно состроила глазки парню. — Кать, не надо меня трогать и подходить ко мне. Мне кажется я ясно дал тебе понять о наших отношениях. — Холодно сказал Пятифан, крепче сжимая холодную руку Назаровой. Смирнова опустила взгляд и заметила их переплетённые пальцы. Она наклонилась к парню и прошептала ему на ухо. — Это я тебе дала понять, что не надо переходить мне дорогу. — Она отодвинулась от него, проводя кончиками пальцев по щеке сероглазого и кинула победный взгляд на Аню. Пятифан посмотрел на светловолосую и увидя ее злой взгляд, которым она провожала блондинку, тихо посмеялся и вздернул нос девушке. — Не переживай, все будет нормально. — Он осмотрел всех, кто был в комнате и показал пальцем на ребят, что стояли чуть ли не в самом углу. — Вон Тоха с Бяшей стоит, иди пока к ним, мне надо кое-кого найти. — Он вновь улыбнулся ей и ушел из комнаты, сливаясь с толпой. Аня проводила взглядом тёмную макушку и пошла к друзьям. Антон пытался рассказать какой-то не смешной анекдот, прирываясь, чтобы просмеяться, но Ертаев даже не думал, что это совершенно глупый и заюзаный до тошноты анекдот, ему было попросту плевать, ведь бутылка в его руке была уже пуста. Аня встала рядом с парнями, пытаясь вникнуть в их разговор, а точнее в гогот Бяши и тихий смех Петрова. Ее присутствие сразу же замечает блондин и обнимает ее за плечи, прижимая к себе. — Анька-а, как я рад тебя видеть. — Заторможено, еле выговаривая слова, говорил Петров. Назарова почувствовала от того перегар алкоголя. Петров и алкоголь – довольно разные и не совместимые вещи, ведь образ отличника-паиньки мгновенно рассыпался в ее голове, увидя пьяные глаза Антона. Конечно, это было довольно странно и несвойственно ему, но придавать какое-либо значение этому она не стала, лишь тихо посмеялась, смотря на блондина, который был слишком тактильным под воздействием алкоголя. Бяша предложил переместиться троице на свободный диван у стенки и все единогласно согласились.

***

Прочесав первый этаж вдоль и поперек, он не нашел нужного человека и отправился изучать второй этаж, все ещё надеясь найти своего друга. Второй этаж встретил Рому тишиной и темнотой, лишь приглушенная музыка и голоса доносились с первого этажа, где и находилась большая часть людей. Выйдя на балкон он наконец-то нашел своего друга, что обнимался с какой-то девчонкой, но заметя Пятифана, паренёк с рыжими волосами выпроводил свою подругу за дверь. — О, Ромка, ты уже тут. — Язык заплетался из-за спиртного. Парень, пошатываясь, подошёл к брюнету и пожал руку. — Ага, дк о чем ты хотел поговорить? — Опираясь об ограждение, спросил парень и вытянул из полной пачки одну сигарету, предлагая другу. Тот принял и мгновенно подкурил себе и Ромке. — Я тут слышал, что у тебя девчонка новая появилась? — Начал из далека разговор рыжий, вновь затягиваясь. — Кто тебе такое сказал? — Безразлично ответил Рома, смотря на лес. Сердце забилось, вспоминая светловолосую. Он прекрасно знал о чем говорил парень, но продолжал делать незаинтересованный вид, навостряя слух. — Ромыч, у моих кентов есть глаза. И не прикидывайся, что ты не понял про кого я. Просто хочу убедиться, что она тебе дорога, ведь кое-кто точит на нее зубы. — Хитро улыбнулся тот, заинтриговывая Рому. — Кот, харе томить, ближе к делу. — С долей раздражения выплюнул брюнет, делая большую затяжку. Он чувствовал, что все это не к добру. — Да понял я, просто будь на чеку, сам ведь знаешь, какие упыри у нас в поселке живут. — Все ещё интриговал рыжеволосый, встряхивая кончик сигареты от пепла. Рома взял того за ворот кофты и повернул на себя. Сейчас в нем играла злость и неприязнь к другу из страших классов. Когда дело касается чего-то дорогого для сероглазого, особенно если это о Назаровой, он не может терпеть сраные интрижки, а уж точно контролировать свои действия и эмоции. — Заебал томить, говори как есть, хули кота за яйца тянешь! — Чуть ли не срываясь на крик, говорил Рома и ещё крепче сжал ткань в левой руке. — Отстынь, Ромыч, чё ты так взъелся? — Хохотнул рыжеволосый, тем самым вызывая у Ромы ещё больше агрессии. — До меня донесли эту информацию, а я, как твой дружбан, не мог не рассказать про это. Сам ещё не знаю кто и зачем. — Пятифан сразу же убрал руку от парня и закатил глаза, безразлично делая последнюю тягу и выбрасывая бычек с балкона. — Сорян, сам не знаю, что на меня нашло. — С досадой и ноткой стыда, пробубнил себе под нос сероглазый, смотря в глубину мрачного леса. — Да все нормально, не парься. — Улыбнулся рыжеволосый и тихонько пихнул брюнета в плечо. Пятифан лишь свел брови, так ничего и не сказав. Парень вышел, оставляя брюнета в одиночку размышлять над его словами.

***

Аня чувствовала себя некомфортно в окружении посторонних людей и пьяных друзей, она не понимала странные шутки Петрова и еле различимое бубнения Бяши, который, по всему видимому, напевал песню, что доносилась из большой колонки возле барной стойки. — Аньк, а ты чё такая грустная, на? Может тебе налить? — Предложил Ертаев, переставая петь и приподнялся с дивана, чтобы посмотреть на подругу. — Да нет, я не хочу. — Отказалась светловолосая, ища глазами темную макушку в толпе, что было уже не видно около часу. Она кусала щеку с внутренней стороны, обдумывая, куда бы он мог уйти и все ли с ним хорошо. Бурят замечает ее беглый взгляд по присутствующим и тянет улыбку. — Да чё ты кипишуешь, на. — Легонько пихнул девушку в бок и усмехнулся. — Вот, держи. — Он подал ей чистый стаканчик и открыл бутылку вина, что стояла рядом с диваном. Спиртное сразу же заполнило пустоту в стакане чуть ли не до самых краев. Понюхав напиток, она сморшила нос, но тут же понюхал ещё раз и хотела сделать глоток, как вспомнила, кого она искала до этого. — Нет, Бяш, спасибо, я не буду. — Вежливо отказала Аня, отдавая стаканчик ему в руки. Бяша лишь пожимает плечами и ставит перед собой на газетный столик стаканчик с красным вином. Зелено-серые глаза изучают каждого человека, пытаясь найти нужного, но все безуспешно. Тогда глаза натыкаются на одного человека, которого Назарова пожелала бы не видеть. Вова стоял рядом с барной стойкой и общался с каким-то юношей. В этот самый момент парень поворачивает голову и видит Аню, что с широко открытыми глазами следила за ним с другого конца комнаты. Девушка сразу же прирвала зрительный контакт и закрыла лицо рукой, думая, что он ее не заметит. Она смотрит на стакан, где маленькие пузырьки с газом поднимаются наверх. Решив для себя, что от одного стаканчика ничего не будет, Аня позвала бурята. — Ладно, Бяш, давай стакан. — На выдохе говорит девушка, и опускает взгляд, принимая свое «поражение». — О-о, вот это другое дело, на. — Гогочет бурят и отдает стакан в руки девушке. Аня принюхивается и немного отпивает, ожидая неприятный привкус, но его не последовало. Спирт не чувствовался вообще, поэтому она залпом выпила оставшуюся часть. — Ого, на. Вот это ты даёшь! — С восхищением, проговорил Ертаев и забрал пустой стакан подруги, наливая туда ещё красной жидкости. — Нахуя тогда мне Ромка, я и с тобой пить могу, на. — Пошутил бурят и его смех моментально подхватила Аня и Антон, что все это время залипал в одну точку, а затем встрепенулся, когда его в бок ткнул Бяша, чтобы показать, как Аня вливает в себя стакан.

***

Пятифан идёт по темному коридору в сторону лестницы. Из ванной комнаты выходит какой-то парень и сталкивается с ним, задевая плечом. — Ой, извини, я.. — Начал оправдываться парень перед Ромой, но подняв взгляд, он изменился в лице, показывая свое недовольство. — А-а.. это ты. — С раздражением проговорил Волков, скрещивая руки на груди, осматривая брюнета оценивающим взглядом. — Ты в глаза что-ли долбишься? Смот.. — Сероглазый тоже поднял взгляд, не договаривая. — М-м Волков. А я думал, что такие, как ты, не ходят по таким мероприятиям. — Оскалился Ромка, смотря на того сверху вниз, что позволяло ему чувствовать приемущество на Вовой. Волков закатил глаза, избегая колющего взгляда. — По себе судишь или же кулаки чешутся? — Язвил Вова, все ещё избегая холодного взгляда. Глаза Пятифана сверкнули не по доброму, он моментально схватил ворот черного худи и прижал парня к стене, надвисая над ним. — За словами своими следи, или тебе мало было того раза? Видимо жизнь тебя ничему не учит, все равно свой поганый язык суешь куда не надо, сучонок. — От злости, зубы парня скрипели, а глаза наполнялись яростью. Он готов был закопать Волкова прямо здесь и сейчас, не испытывая к нему ни капли жалости . — А то что? Ударишь? Или ножом своим зарежешь? Я не удивлен, что ты решаешь все свои проблемы кулаками. — Вова паршиво улыбнулся, хмуря брови. Он пытался вывести Пятифана на агрессию, но зачем? — Уж лучше так, чтобы больше не видеть твоего ебла. — В руке Ромы появляется нож-бабочка и он прикладывает его к шее парня, сильнее сжимая ворот кофты. — А не думаешь, что Аня расстроиться, если узнает, что ты убил человека? Поверь, она никогда не выберит такого, как ты! — Последние слова ударили молотом по голове и слышались эхом в дали, заставляя сердце сжиматься. Ромка пытался не показывать этого, он стойко стоял на своем, буравя серыми глазами карие, которые блестели из-за выпитого алкоголя. — Кстати, ты не заметил цветочки, что я ей подарил, а она ведь сходила со мной на свидание. Это куда лучше, чем ездить с тобой на твоей гнилой девятке. — Волков морально уничтожал Рому, в его голове появились куча вопросов. «Не выберит такого, как я? Какие цветы? Свидание. Она ходила с ним на свидание? Лучше?» Брюнет сложил нож и положил в карман, отпуская парня из удушия. «И правда, если Аня выберет его, а не меня? Неужели я опоздал и она ничего не чувствует?» Голова раскалывалась на маленькие частички, которые не хотели собираться воедино, а если быть точнее, то в одного человека. Сомнения охватили разум и летали ураганом по голове, руша все, что так долго и трепетно строил Рома. Он отдалился от Вовы и пошел в сторону лестницы. Сдвинув брови и сжав кулаки, тем самым сдерживая новый порыв агрессии, он анализировал слова. — Просто прими это поражение, как должное, тебе все равно ничего не светит с Аней. А правильно говорят, что дети похожи на своих родителей, правда, Ром? — Усмехался Вова, кидая слова уходящему брюнету, что попадали прямо в спину тому, оставляя после себя раны. Парня, как кипятком ошпарило. Разбитые костяшки коснулись лица Волкова, сбивая того с ног. Вова не ожидал этих действий, поэтому пропустил пару ударов по своему лицу. Он хотел попытаться встать, но его откинули назад пинком в грудь. — Ты чё, сученышь, плохо понимаешь?! Я тебе сейчас все зубы пересчитаю, будешь потом у меня кровью плевать! — Точно зверь, набросился на Волкова Рома, руками беря шею того, медленно начиная ее сжимать. Теперь паренёк не выглядел спокойным и храбрым, каким казался до этого момента. Вова начал краснеть и бить рукой пол, пытаясь достучаться до Ромы, чтобы тот остановился. — Ещё раз ты че-нибудь про родителей скажешь – живым точно не останешься! Подонок! — Зарядив последний удар по носу, Пятифан встал с пола, брезгливо смотря на капельки крови, что красовались на его костяшках. Волков сразу же начал жадно глотать воздух, тяжело дыша и опираясь одной рукой об пол, а второй вытирая кровь из носа. Рома уже почти покинул коридор, как обернулся, чтобы сказать последние слова. — Если только я узнаю, что ты Ане что-нибудь рассказал про это – учти, я это так не оставлю. — Кинув напоследок яростный взгляд на Волкова, парень отправился на первый этаж, найти свою светловолосую подругу, которая скорее всего уже заждалась его.

***

Смыв кровь на кухне и осушив стакан холодной воды, сероглазый отправился на поиски подруги. Искать долго не пришлось, она танцевала чуть ли не в кругу танцпола с Ертаевым и Петровым. Увидя плавные движения бедрами и руками под биты, светлые волосы, которые так красиво переливались под светом стробоскопов и ясную, как день, улыбку, парень обомлел. Он боролся с чувствами внутри себя, которые сейчас полыхали, как огонь летним вечером у костра. Пятифан вновь почувствовал эффект «бабочки в животе», все ещё смотря и не отрывая взгляда от блондинки. Аня заметила пристальный взгляд на себе и повернулась. Рома стоял, как вкопанный, все ещё наблюдая только за ней. Светловолосая посмеялась и направилась в его сторону, продолжая пританцовывать. Подойдя чуть ли не в плотную, она посмотрела ему в глаза, что горели искрами и, взяв его за теплую руку, повела за собой через толпу пьяных подростков, которые при виде парочки расходились, натягивая улыбки. Девушка вывела его на танцпол и продолжила танцевать, заставляя Рому тоже двигаться. Он подхватил ее настрой и уже вместе с ней двигался под биты, стоя в самом центре. Люди, что танцевали рядом или пили за барной стойкой, а может и сидели на диванчиках – все обратили внимание на парочку. Смирнова, что стояла у барной стойки рядом с подругой, держа в руках полупустой стаканчик с напитком, сжала его, тем самым выливая содержимое на подругу, а когда та начала возмущаться, то усмерила ее своим колючим взглядом гадюки. Можно было подумать, что парочкой в центре танцпола движут какие-то запретные вещества, но это далеко не так. Чувство эйфории играло внутри, под кожей, и растекалось по всему телу, отдавая новый заряд энергии паре.

***

Время близилось к одиннадцати. Алкоголь в крови девушки начал рассеиваться, поэтому трезвый ум вновь был при ней. Оставив друзей отдыхать от танцев, она прошла в прихожую и достала от туда пачку Чапмана. На улицу совершенно не хотелось выходить, поэтому Анна направилась наверх, чтобы найти какой-нибудь балкон. Как ни странно, но она сразу же нашла комнату с болконом, что выходил на улицу и видом на темный лес, что оставался с самого утра спокойным. Вспомнив, что она забыла в кармане зажигалку, девушка начала глазами искать чем можно прикурить. На подоконнике она нашла знакомую зажигалку и начала вращать ее в разные стороны, чтобы убедиться в своих догадках. Найдя на задней стороне надпись «Бяша лох», она усмехнулась, вспоминая, как сама же и писала на этой зажигалке остриём ножа, которая принадлежала Роме. Подкурив и кинув ее к себе в пачку, она закрыла глаза, наслаждаясь тишиной и шумом леса. Этот вечер явно был хорошим, ведь ей удалось раслабься и отдохнуть от школьной суеты и прочих проблем. Выкинув бычек с балкона, светловолосая направилась по коридору к лестнице. Навстречу к ней шел Волков. Она наигранно улыбнулась ему, делая вид, что только сейчас его заметила, а не пару часов назад. — Привет, Ань. А ты чего тут одна? — Улыбнулся парень и двинулся к девушке, чтобы обнять. Она немного помедлила, поэтому держала руки по швам. Сейчас светловолосая почувствовала от него запах алкоголя, который не приятно бил по носу. — Привет, а я не одна. Я с друзьями, просто отошла ненадолго. — Пыталась более увереннее говорить девушка, смотря прямо в глаза парню, которые были стеклянные и пьяные. — М-м. — То ли с досадой, то ли с злостью, промычал Вова и опустил взгляд. — Слушай, а может тогда на неделе сходим в кино? У меня как раз билеты есть на двоих? — Парень подошёл на неприличное расстояние и сократил интервал между их лицами, вновь заглядывая в зелено-серые глаза с надеждой. Назарова сделала шаг назад, ведь не могла находиться рядом с Волковым на таком расстоянии. — Слушай, Вов, мне кажется нам нужно перестать так близко общаться. Я не хочу забивать тебе голову ложными надеждами. Я.. просто.. — Она с грустью взглянула на Волкова, ощущая это негативное состояние парня, которое скорее всего перейдет в апатию. — Я запуталась. Много. В чем. Запуталась. — Она говорила эти слова отрывисто, ведь просто было сложно говорить человеку о таких вещах, а особенно, когда ты сама не знаешь, чего хочешь. Парень изменился в лице, не было больше той задорной улыбки, пьяных глаза, которые горели огнями, лишь печаль, которая застыла на лице. — Это все из-за Пятифана? Чем он тебя так зацепил?! Он же псих поехавший! — Начал повышать голос Вова, но увидя испуганый взгляд Ани, сам поменялся в лице и замолчал, тяжело выдыхая. Парень отвернулся от Назаровой, смотря на окно, а точнее на полную луну, что так красиво освещало помещение. — Послушай меня, пожалуйста. Я не встречаюсь с Ромой, но это не значит, что у нас с тобой что-то может получиться. — Аня медленно подходила к Волкову, пытаясь подобрать слова. Лёгкая рука опустилась на плече парня и он повернулся. — Прости.. — Сказав это, девушка ушла из коридора, скорее всего на первый этаж, оставляя его одного у окна.

***

Ненависть, злоба, печаль, уныние и опустошение – все это повисло в груди одиннадцатиклассника, который совершил много ошибок, пытаясь завоевать сердце девушки, как не заметил, что его поведение само отдаляет Аню от себя. Он был просто помешан на ней, а теперь чувствует гнев из-за неоправданных чувств. "Как она могла..", мысленно бранил девушку Вова. Он считал, что делал все для нее, хотя это далеко не так, но кто будет винить себя? Конечно же никто. Лучше спереть свою вину на другого человека, который просто был более адекватен и ближе к светловолосой, что помог ей в трудной ситуации, подал руку, дал защиту и уверенность в завтрашнем дне. Но кто этот человек..? Волков рассуждал в мыслях, упираясь руками в подоконник. "...Пятифан. Черт его побери. Он всегда стоял между мной и Аней..." – Осознание пришло очень болезнено, парень сжал кулак и ударил в стену. По его мнению Пятифан забрал у него все: честь, авторитет и Аню.. Парень сел на подоконник, закрывая руками лицо. Скрип половиц впозади, заставляет Волкова поднять взгляд на источник звука. Блондинка улыбается далеко не милой улыбкой, она медленно подходит к нему, качая бердами из стороны в сторону. — Ох, Вова, Вова.. — Грустно запричитала Смирнова. Парень молча сидел, опустив взгляд, а она, в свою очередь, подошла чуть ли не в плотную, кладя свою руку ему на плечо. — Я слышала твой разговор с Анечкой. Мне так жаль.. — Она выдавливала из себя грусть и сопереживание. Вова поднял взгляд на Катю и качнул головой. Сейчас ему не хотелось с кем-либо разговаривать про это, но и оставаться одному тоже. Смирнова взглянула на парня, поднимая его голову на себя, чтобы он посмотрел ей в глаза. Вова вяло посмотрел, видя, как сверкают ядовито-зеленые глаза от лунного света во тьме, в них играл азарт, язвительность и безумность. Он не знал Катю, как человека, но знал одно, что она сплетница и одноклассница Назаровой и Пятифана. Ничего плохого он о ней не говорил, да и не знал, поэтому с лёгкостью мог поддаться на ее манипуляции, не задумываясь об этом. — Я помогу тебе заполучить внимание твоей ненаглядной, но.. — Она специально выдержала паузу, интригуя парня. В его глазах появилась надежда и заинтересованность, он ожидал продолжение предложения Кати. — Но ведь на добро надо отвечать добром. Я помогу тебе, а ты мне. — Коварно улыбнулась блондинка, убирая руку с подбородка Вовы. Волоков не задумываясь, сразу же кивает головой и выпрямляется, вставая с подоконника. — Что мне надо сделать? — Торопливо спрашивает парень. Может под действием алкоголя он чувствует себя так могущественно, что сможет исправить не исправимое, или же настолько сильно уверен в плане Смирновой? Катя тихо посмеялась, смотря на Вову, что был полностью согласен на все ее манипуляции, он делал ей большое одолжение, идя навстречу. — Тише, тише ты. Когда будет время, я дам тебе знать..

***

Назарова спускалась по деревянной лестницы с тяжёлыми мыслями. Она не знала, правильно ли все делает или нет. По ее мнению отказ от общения с Вовой был слишком болезненым для него, но правильным для нее. Аня всегда выбирала других, но не себя, рисковала своим временем, здоровьем, большими планами, собой.. но не получала такой же отдачи, что и отдавала. Может в этот раз нужно выбрать себя и сконцентрировать свое внимание на своих личных интересах, которые тебе по душе? Да, наверное так будет правильнее, рано или поздно эта "благотворительность" во благо других должна была закончиться. Аня дошла до своей курочки и положила в карман пачку сигарет с зажигалкой. Она перевела взгляд на окно, где виднелся густой и темный лес и одинокий фонарь. Посмотрев на время, она вспоминала наказание отца быть дома в одиннадцать. Приняв решение, Назарова уже хотела идти искать Рому, чтобы сообщить ему, что ей пора домой, ведь говорить Бяше или Антону было бессмысленно, оба сейчас не могут воспринимать любую информацию из-за выпитого алкоголя, в отличие от Пятифана, как бы это было ни странно, но за весь вечер он не сделал даже одного глотка жгучего напитка. Искать парня не пришлось, как только светловолосая повернулась, чтобы пойти в комнату, где отдыхала большая часть людей, перед ней всплыл Рома. Девушка немного вздрогнула, не ожидая увидеть его за своей спиной. — Ань, ты чего такая мрачная? — Обеспокоенно спросил парень, подходя поближе. Назарова опустила усталый взгляд и тяжело выдохнула. Голова начала раскалываться и не понятно от чего, то ли от спиртного, то ли от переживаний и тщательных раздумий. Она быстро подняла взгляд, тяжело выдыхая. — Все нормально, мне домой пора. — Тихо ответила девушка, но Рома услышал. Он наблюдал за Назаровой, которая натягивала курточку и заматывалась шарфом. Брюнет сказал ей ждать его у порога, а сам пошел к ребятам, чтобы оповесить их о своем не долгом отсутствии. — Бяш, Тох, я Аню домой отвезу и за вами. — Быстро проговорил Рома, оценивая взглядом степень опьянения друзей. Если Антон был более менее, то Ертаев еле-еле стоял на ногах, цепляясь руками за плечо блондина. — Конечно, без проблем, на. Мы с Тохой не пропадем! — Воодушевленно, еле разборчиво, сказал бурят, Петров лишь кивнул, подтверждая слова друга. Пятифан помотал головой, понимая, что завтра бессмысленно будет ждать помощь в гараже от Ертаева, который скорее всего пролежит весь день дома, умирая от похмелья. Прийдя в прихожую, он не обнаружил светловолосой подруги. Быстро накинув на себя курточку, он вылетел на улицу, в поисках Ани. Искать долго не пришлось. Она стояла рядом с фонарем и смотрела на маленький хоровод снежинок, что медленно кружились и падали на белоснежный ковер. Рома выдохнул, сбрасывая напряжение и подошёл к девушке. — Я же сказал тебе стоять и ждать меня. — Одновременно строгим и тихим голосом сказал парень. Назарова повернулась на голос и осмотрела брюнета грустным взглядом, возвращая обратно взгляд на сказочный хоровод. — Мне стало душно. — Кратно ответила Аня. Пятифан устало смотрел на профиль подруги. Она любовалась снегопадом, а он ею. — Пошли в машину, а то замёрзнешь.

***

Машина наконец-то остановилась у знакомых ворот. Светловолосая заглянула в окна дома, свет был включен только на кухне, где виднелись силуэты. Она тяжело выдохнула, понимая, что сейчас произойдет, как только она перешагнет через порог дома. Рома кинул мимолётный взгляд на окно и перевел его на подругу. Она была уставшая, с синяками под глазами, макияж немного осыпался, но все же смотрелся красиво, губы застыли в грустной улыбке, зелёные глаза мутно блестели. Не смотря на все это, Рома не переставал любоваться Аней, смотря на нее, ему открывалось новое чувство, которое он не хотел отпускать. Это как глоток чистого воздуха, такой же жадный, желанный и чистый. Без которого стало сложно жить, он как будто каждый день задыхался от повседневной серой суеты и только этот "глоток воздуха" стал для него чем-то ценным. Резкое желание видеть ее светлую улыбку пришло неожиданно, Рома не знал, что движет им, но точно знал, что он хотел – ее губы. Притянув за подбородок девушку, что до этого сидела с опущены взглядом, переваривая события произошедшего дня, он накрыл ее губы своими. Большим пальцем второй руки нежно поглаживал фарфоровую щеку. Сладкий поцелуй разбовляла нотка табака, но в этом было что-то своё. Язык парня смело и бесцеремонно проник в рот светловолосой. От этих ощущений Аня оторвалась от поцелуя, переводя дыхание, но не успев даже взглянуть на хитрые глаза Ромы, ее губы вновь накрыли чужие. В груди сероглазого что-то произошло. Одно чувство боролось с другим, пока его язык исследовал рот девчонки. Он невольно отстранился от алых уст подруги и посмотрел в зелёные глаза. Они смотрели точно в черствую душу Пятифана. Возможно он чувствовал, как большие ледники, находившиеся в груди очень долгое время, расставают, с грохотом падая в бездну. Вместо них появлялось что-то теплое, впервые в груди парня появилось это тепло, от которого ему стало даже жарко. Она меняет его. Игра в гляделки закончилась победой брюнета. Аня мягко улыбнулась ему, кладя свою голову ему на плечо. Рома лишь раслабил мышцы лица и блаженно прикрыл глаза, зарываясь в волосах подруги, вдыхая приятный аромат волос и женского парфюма.

***

Переполненная положительными эмоциями, светловолосая заходит на порог дома, совсем забывая о времени. Рядом с сероглазым парнем время не имеет границ, оно совершенно не чувствуется, поэтому и кажется, что оно летит со скоростью света либо же не идёт вообще. Аня снимает с себя курточку, вешая ее за петельку и слабо улыбалась, вспоминает моменты, проведенные с Ромой. Она не замечает, как в проходе появляется хмурая фигура отца. Он не спешит начинать разговор с дочерью, которая потеряла счет во времени, а лишь дожидается, пока она сама заметит его присутствие. Наконец-то раздевшись, девушка поднимает взгляд и застывает от испуга. Хмурый отец – жди неприятностей. Аня смотрит на время и видит, что оно доходит до полуночи. Она, провинившись, опускает взгляд, сразу же закрывая глаза, уже чувствуя, что будет. Но отец молчит, лишь говорит краткое "идём на кухню" и уходит из прихожей. Да, может в этом словосочетании нет ничего страшного и угрожающего, но интонация, с которой оно было произнесено, говорит об обратном. Младшая Назарова идёт за отцом и останавливается в проходе, закрывая за собой дверь. Евгений садиться за стол и массирует переносицу. — Во сколько ты пришла? — Грубо задаёт риторический вопрос отец, не смотря на дочь, что уже успела врости в пол. — Без двадцати двенадцать. — Тихо ответила Аня, боясь сказать чего-то лишнего. — А я тебе во сколько сказал быть дома? — С такой же интонацией спросил Евгений, поднимая взгляд на дочь. — В одиннадцать. — С грустью ответила светловолосая. — Одно дело ты меня не услышала и опоздала, но другое – это врать! — Громче начал говорить Назаров старший, пронзая угрюмым взглядом дочь. Девушка широко открыла глаза. Отец видел, с кем она была и видимо не рад этому. Конечно, а кто будет рад, если вам нагло врёт родной человек? — И к какой Полине ты ходила? Или что, твоя Полина это какой-то пацан на девятке?! — Громко кричал отец, привставая со своего места. Аня ничего не могла сказать. Какие-либо сейчас оправдания будут не уместны и глупо выглядеть. Она готова уже к любому исходу, все ещё, где-то далеко в душе, надеясь на спасение. Девушка лишь смотрела в пол, не слушая нотации отца. До нее доносились лишь пару фраз, в которых отец говорил о лжи, о том как плохо врать и что если Аня будет врать, то он все равно это узнает. Светловолосая лишь делала вид, что слушает, мысленно браня себя за то, что не следила за временем. Если бы Аня смотрела на время почаще, то сейчас бы не было этого скандала. Назарова надеялась, что это очередное нравоучением никаким наказанием не закончиться. — ...Две недели дома под моим строгим контролем! — Эта фраза моментально вытянула ее из круговорота мыслей. Аня подняла взгляд на отца с широко открытыми глазами. Ей такое наказание выдалось не по душе, да и к тому же под контролем отца. Это не так страшно, как кажется, что может быть хуже? — И чтобы я больше не видел этого бандита рядом с тобой, даже в трёх метрах! Он тебе не пара! Вы будете вместе только через мой труп!! Нет, может. Отец не переставал читать нотации, повышая голос на Аню, слезы начали течь сами по себе. Она лишь смотрела на пол, пытаясь переварить сказанное. Голос отца, мысли о заточении дома на две недели и влияние отца на взаимоотношения с Ромой. Она не могла справиться со всем этим. Похоже паническая атака догнала ее и захлестнула с головой. Девушка подрывается с места и бежит к себе в комнату, слыша, как голос отца кричит в след, говоря о наказании и бандите на вишнёвой девятке.

***

Что же касается того самого «бандита на девятке»? Рома нехотя отпустил девушку из своих объятий. На последок он лишь мягко улыбнулся ей, провожая взглядом. Сейчас же глубокая ночь, а он все ещё не спит и виной этому – мысли об подруге. Да, та самая, которой он помог первого сентября, к которой он в первое время относился с холодом и недоверием, но после пары случаев очень сильно поменял свое мнение, та самая, которую он защищает от издевок Семёна, та, которая подарила ему свою обворожительную улыбку и посадила искры в серо-голубых глазах, та, которая заполучила внимание главного хулигана всего лишь показав себя в нужных моментах, та, с которой Рома впервые чувствует себя как дома, находясь далеко не в уютной постельке, она растопила ледники, заставляя бабочек порхать, щекоча стенки живота. От этих мыслей на лице парня появляется ясная улыбка, которую он показывает только избранным. Он, словно маленький ребенок, радуется карамельному петрушку на палочке, который так любил в детстве, но сейчас разговор не о сладости, а о белобрысой девчонке, что так мила сердцу хулигана. Пятифан тяжело вздохнул, понимая, что посещение школы ему никак не избежать, и чтобы завтра прийти хотя бы к третьему уроку, надо заставить себя лечь и закрыть глаза прямо сейчас. Сев на край большой кровати, он снимает с себя любимую синюю олимпийску, которая была ему по-своему дорога. Это был последний подарок от Пятифана старшего до того, как он ушел на тот свет. Тогда олимпийка была просто огромной для маленького мальчика, но с годами она все лучше и лучше сидела на его плечах, подчёркивая их широту. Старая, в местах потёртая олимпийка лежала в его руках, он вспоминал все моменты с ней. Первая драка, первое свидание, первые капельки крови, первые кражи и первый привод в полицию.. все когда-то было впервые и всегда в его жизни присутствовала она. Парень поднес ткань к лицу, вдыхая приятный запах. Сигаретный дым, его любимые терпкие духи, нотка алкоголя и ещё что-то, только Рома не может понять что это. Он выгибает бровь, отдаляя кофту, но затем ещё раз подносит, сильнее вдыхая в себя запах. Что-то родное проникло в лёгкие, оставляя приятный осадок. Лёгкий парфюм светловолосой впитался в ткань олимпийки, ещё немного принюхавшись, Рома почувствовал запах вишнёвых сигарет, что так любила курить Аня. Он сладостно закрыл глаза, падая на кровать и прижимая к груди синюю олимпийку.

***

Порыв положительных эмоций быстро сменился отрицательными. Правильно говорят, что хорошее всегда быстро заканчивается. Светловолосая сидела на полу, упираясь спиной об кровать, она обнимала себя обеими руками, кладя голову на них. Лицо стянуло из-за следов от слез, красные глаза блекло сияли в ночной мгле, лишь редкое шмыганье носом как-то разбавляло гробовую тишину. Луна немного освещала комнату. Свет попадал прямо на ковер, на котором сидела Аня. Она разглядывала ворс серого ковра под луным светом и думала о чем-то несуразном, притупливя взгляд. Назарова понимала, что оборвать общение с Ромой, из-за прихотей отца, будет глупым решением, она уже не настолько мала, чтобы отец запрещал ей с кем-либо общаться. Рома Пятифан – главный хулиган поселка, живущий по понятиям и брезгующий обижать слабых, только если те не высовывают свои длинные языки. Плохие привычки имеются с шестого, если не с пятого класса. Парень уважает тех, кто способен постоять за себя, и презирает людей, действующих исподтишка, считая это крысятничеством. Юноша имеет нездоровый авторитет в своих кругах, но он в полне заслуженный. Эти факторы об Пятифане должны были оттолкнуть от себя Аню, которая считалась умной девочкой с хорошей репутацией, но этого не произошло, а лишь наоборот, повлияло на повышение интереса у шестнадцатилетней девушки. Назаровой не важно какой Пятифан был до их общения, ведь сейчас она считает его родным человеком, что вполне может дать ей защиту, опору и уверенность в завтрашнем дне, в чем так нуждается светловолосая. Евгений видимо решил взять себе отпуск и взяться за воспитание детей. Если Артемку можно было как-то "перевоспитать", то Аню было поздно. Такое внимание отца девушка оценила будь ей лет семь, а сейчас это всё бессмысленно. Если отец хочет строить свои правила, то ему придется смириться с правилами дочери, по которым она уже играет не первый год. А что касается дело о заточении на две недели в четырех стенах, то это ее не очень сильно растраивает. Аня в принципе домосед, да и к тому же в школе она будет видеться с ребятами. Две недели – это ведь не год, правда? Назарова боле менее смирилась с этим наказанием, но никак не с другим.. Через пару часов девушка все же залезла на кровать и уснула, как только голова коснулась мягкой подушки.