твои возлюбленные

У его любви не было мягкого и гибкого характера. Его любовь имела характер, упрямость и собственные принципы, которым она непоколебимо следовала. Его любовь была слегка грубоватой, открытой и не упускала возможности посмеяться. Его любовь — смесь женственности и грубости, грации и силы. Она всегда ходила в пластырях с забавными рисунками, была лучшей в иностранных языках и ненавидела учебу. Его любовь могла легко разговорить кого угодно и общаться с кем угодно, но друзей у неё по пальцам пересчитать. Его любовь сжимает кулаки и сдержанно отвечает учителям, не любящим их молодое поколение. Но Баджи знает, что она может сорваться в любой момент и высказать всё, что она думает по поводу их консервативности и ни разу не пожалеет об этом. Его любовь прогуливает уроки, но почему-то усердно учится, и ему кажется, что он её понимает. У неё всегда отличные оценки по родному языку и большой словарный запас. Но Баджи сам не раз был свидетелем того, каким отборным матом она ругалась за пределами школьных стен. Она была не из робкого десятка, и вряд ли думает о последствиях, когда смело дерзит хулиганам, пока их разделяет буквально несколько сантиметров. Но было одно «но», одно странное и необычное «но»: ты была старше его аж на три года и училась в старшей школе. Даже по поведению и характеру ты была более зрелой, но часто безрассудство брало над тобой верх. Ты знала кто такой Кейске с самого начала. Он же был наслышан о тебе как о «девчонке, которая здорово дерётся» и никому не позволяет относиться к себе неуважительно. В один из таких дней, когда к тебе подошли двое из какой-то малоизвестной банды янки с целью посмотреть на тебя и узнать поближе, Баджи оказался рядом. Именно в тот момент, когда один из них схватил тебя за руку, Баджи чуть было не сорвался с места, чтобы помочь тебе, абсолютно не подозревая, что ты та самая девушка, дающая фору почти любому парню в физическом плане. Неожиданно для них и для Баджи, ты заехала высокомерному парню кулаком в челюсть. Меньше чем через минуту один лежал на асфальте с вывернутой рукой и кричал от боли, а на втором ты сидела и делала из его лица кровавое месиво. Ещё никогда за свою жизнь Кейске не пропитывался уважением и неким восхищением к кому-то так быстро и неосознанно. Будь ты парнем, не раздумывая пригласил бы тебя вступить к ним, в Тосву. После этого случая Баджи слышал о тебе всё чаще и чаще, или же раньше он просто пропускал мимо ушей информацию о тебе и только сейчас начал обращать на неё внимание. Вам повезло несколько раз пересекаться в драках, на улицах и в лапшичной рядом с его школой, где кормили вкусно и недорого. Постепенно вы начали интересоваться друг другом, здороваться, когда замечали друг друга, и ваши «привет-пока» как-то быстро перелились в разговоры, становившиеся всё дольше и дольше. Он даже катал тебя на своём байке, а ты была только рада прокатиться, да ещё и с таким интересным и забавным парнем. Баджи осознавал, что привязался к тебе, но по ночам, кушая лапшу и смотря любимую японскую дораму, со вздохом думал о том, что это чувство будет посильнее банальной привязанности. Он даже стоял часами в магазине и для какого-никакого просвещения в этом деле читал сёдзе мангу, которую видел на полках Чифую , но попросить у него одолжить мангу означало нарваться на кучу вопросов. Прежде вы не спрашивали возраст друг друга, вас это почему-то интересовало в последнюю очередь: да, учимся в разных школах, и всё на этом. Но когда Кейске увидел у тебя после твоих дополнительных занятий учебник за одиннадцатый класс и книгу по подготовке к английскому и испанскому языкам, парень удивлённо таращился на тебя. Конечно, он замечал, что ты ведёшь себя более зрело по сравнению с ним, но списывал это всё на воспитание и жизненный опыт. Когда ты в ответ спросила про его возраст, настала уже твоя очередь удивляться: Баджи абсолютно не выглядел на свой возраст. Ты была так удивлена, что начала смеяться, и парень еле заметно выдохнул от облегчения. Обошлось. Ты не любила говорить о себе вообще, просто рассказывала мелочи, вроде оценок, нелюбви к учебе и учителям, какой сок предпочитаешь и как любишь драки, пусть это и не совсем хорошо. Баджи тоже не особо распространялся, в особенности о Тосве, но рассказывал о своём друге Чифую, о своей вспыльчивой матери Рёко и об учебе, которая уже в печёнках сидит. Он не затрагивал личные темы, ты тоже уважала его личные границы. Он удивлялся твоим знаниям и силе, а ты смеялась с его рассказов и открыто говорила, что уже являешься поклонницей великолепной Рёко Баджи. Спустя четыре месяца Баджи полностью осознал и принял свои нежные и доселе неизвестные чувства к твоей персоне. Все его мысли были заняты тобой. На собраниях Тосвы, на драках с другими бандами, разговаривая с Чифую, во время приёма пищи, нудных уроков, зубрёжки, чистки зубов, перед сном — все мысли о тебе. Во-первых, для него ты была единственной в своём роде, и он действительно никогда не встречал таких девушек, как ты. Особенно как ты. Ты казалась безбашенной, жестокой в какой-то степени, слегка грубой, при этом шаря за иностранные языки,являясь интересной личностью со специфичным чувством юмора. Парню безумно нравилось, что ты была свободолюбивой и самой собой, настоящей, нисколько не пытаясь выглядеть в глазах других лучше, чем ты есть. Это очень притягивало. Во-вторых, Баджи также думал о признании. Ему нужно признаться тебе, и как можно скорее. Потому что не раз сам видел, как часто ты притягиваешь к себе мужские взгляды и как к тебе подходят познакомиться. В такие моменты он нереальными усилиями сдерживал свою ревность, стоя рядом с тобой и прожигая взглядом этих смельчаков. К его огромному счастью, ты раз за разом отказывала им, а потом объясняла Кейске, что вот так подходить и знакомиться на улице — верх дебилизма. Он усмехнулся и мысленно согласился с тобой. Баджи правда был готов к твоему отказу, когда собирался признаться тебе. Он плохо учится, у него плохая репутация, несмотря на всего его усилия, он даже наполовину не такой умный, как ты, является капитаном первого отряда Тосвы. И, в конце концов, он младше тебя на целых три года! Уже одного этого достаточно для того, чтобы ты отшила его, мол, слишком молокосос, на что ты вообще надеялся-то. И, впринципе, Баджи поймёт, если так и получится. И если ты после этого не захочешь с ним даже разговаривать из-за неловкости или типа того — он примет и это и не будет настаивать. Будет сложно, будет больно потерять ещё одного близкого человека, но ничего с этим не поделаешь. —Кейске, с тобой всё нормально? — ты спокойно могла называть его по имени в силу своего возраста, и Баджи не возражал. Как тут возразишь, если ему буквально нравится это? Парень взглянул на тебя, проснувшись от тяжелых мыслей: ты внимательно и с толикой беспокойства смотрела ему прямо в глаза. Баджи казалось, что в его глазах ты успела прочесть всё, что его гложило. — Ну да. А чего спрашиваешь? — Похоже, ты чем-то обеспокоен. А может, мне и показалось. — Возможно, но это неважно. Долго ещё идти? В руках вы несли по пакету с выпечкой и чаем в термосах, неторопливо шагая к мосту: там был небольшой холм у реки, где вы планировали отдохнуть и перекусить. В последнее время вы не можете видеться из-за твоей подработки и подготовки к экзаменам в следующем году. Как только выдался свободный день, ты написала Баджи, что свободна сегодня и что без него стало совсем скучно. Баджи прочитал твоё сообщение, когда ужинал с матерью, и ему стоило немалых усилий держать лицо перед ней, потому что сердце разошлось от последних строк и он буквально растаял изнутри. — Э, мы уже пришли, Кейске. Вы сели на холм, прямо у реки, расстелив небольшой тёплый коврик для пикников. Время близилось к вечеру, но вам повезло, что место было не самым людным. Значит, никто не помешает ему признаться тебе. Разве что собственная трусость, внезапно появившаяся из недр его души очень некстати. — Только тебе могло прийти в голову устроить пикник у реки в середине ноября. Ахуенная идея, — с сарказмом отозвался он, доставая еду из своего пакета. — Как мы заговори~ли, — ядовито заметила ты, растягиваясь в улыбке. — Но ты же здесь, значит, тебе понравилась идея. — Тц. Я согласился только потому, что у меня всё равно никаких дел не было, а тут вдруг ты мне пишешь об этом, — отмазался Баджи, а у самого в голове воспоминание, как он гнал на байке к тебе, потому что ты, в отличие от него, не могла задерживаться допоздна из-за бабушки. Он вообще только на днях узнал, что ты живешь с бабушкой, а родителей у тебя нет по неизвестным ему причинам. Да он и не пытался проводить допрос, не его дело. Но было приятно узнать ещё один факт о тебе. Всё твоё лицо говорило «ну да ну да, пизди больше», но ты промолчала, просто тихо фыркнув. Вы сидели рядом, вытянув ноги, и потихоньку приступили к еде. Горячий чай приятно грел нутро, а выпечка была выше всяких похвал. Пока ты думала о том, что надо бы ещё раз сходить потом в тот магазин за выпечкой, Баджи пытался привести мысли в порядок. Мало ему того, что в голове полная каша, так ещё и сердце стучит как ненормальное. — Бля, тут холоднее, чем наверху, — перевёл он тему, чтобы собраться духом. Нельзя облажаться. — Ну да. Внизу температура ниже, ещё и от реки идёт холод. Поэтому здесь холоднее. Баджи хотелось утопиться в этой же реке от собственного незнания и неловкости. Блять. Но раз ты сказала это вполне буднично, как о ценах в магазине, значит, ты не считаешь его тупым, так? — А.. ага. Логично. Что в школе нового? — М? Да как обычно.— Ты положила голову на колени, повернув её к парню. — Жаль только, что посещаемость даже важнее успеваемости. Они настучали моей бабушке, и теперь она почти никуда не отпускает меня. Гандоны. — Реально, — рассмеялся Баджи. Несмотря на то, что ты девушка и к тому же старше него, ты материлась, и позволяла ему материться рядом с тобой. С тобой правда было хорошо. — Стоп, погоди. А как ты смогла выбраться сюда?! — Э-эм, ну-у…— отвела ты взгляд,— это было сложно, но это того стоило. — Ого-о! Наша отличница обманула собственную бабушку и ступила на скользкий путь. Похвально! — рассмеялся парень, и ты не удержалась и тоже стала смеяться, толкнув его в плечо. — Эй, мне пришлось! Она такая упрямая, что пришлось пойти на самые крайние меры. — Да ладно? И какие ? — Мне на днях признался один парень из соседней школы, и я сказала бабушке, что иду на свидание с ним. Ну, типа не совсем отношения, просто присматриваюсь к нему, как к человеку, и поэтому иду на свидание. Блять, а вот это было больно. У Кейске сперло дыхание от неожиданности. Спокойно, не поддавайся эмоциям. — То есть, ты отказала ему в свидании и пошла гулять со мной? И соврала бабушке? Конечно, её приглашают на свидания, идиот. Пока ты сидишь и думаешь, как признаться, она замуж выйти успеет. — Не соврала,а не договорила, — спокойно ответила ты. — Он неплохой парень, но не в моем вкусе. Да и с тобой мне веселее, почему бы и не соврать, чтобы погулять вместе? Ты откусила от булочки и запила чаем. На краешке рта осталась сахарная пудра. В голову пришли страницы сёдзэ манг с подобными моментами, и Баджи стыдливо отвёл глаза и глотнул. Рядом с ним лежал пустой пакет с термосом. Уже темнело. Ты как можно глубже спряталась в своём пальто. Холодало ещё сильнее, а ты без шарфа. Для Баджи это не осталось незамеченным. Он цокнул и снял себя шарф, накинув на твою шею. — Вот, затяни. Вроде бы старше меня, а тепло одеваться не умеешь. — Какая приятная забота~, — протянула ты и затянула на шее большой чёрный шарф. Сразу стало тепло. — А ты? — Мне не холодно. — Точно? — Ага. — Спасибо. Мне правда приятно. Твои слова прозвучали так громко в этой тишине, долгим эхом отзываясь в его ушах. Это мне приятно слышать от тебя такие слова. — Пустяки. Одевайся теплее, а то как маленькая, — беззлобно фыркнул он. — Уж кто бы говорил, — усмехнулась ты. Баджи чувствовал, как невысказанные слова и невыраженные чувства бьются о стенки его тела, просясь наружу. Такое мерзкое ощущение, будто это всё сгниет внутри него, если он так и будет тянуть резину и молчать. — (Твоё имя), тебе… нормально рядом со мной? — Конечно. Иначе я бы не проводила с тобой столько времени и не сбегала бы, чтобы увидеться, — улыбаешься ты, и Кейске снова тает, но уже от твоей улыбки. — То есть, тебе насрать на разницу в возрасте ? — Ещё бы я не срала на неё. Ты ведёшь себя более адекватно и разумно, чем парни моего возраста и старше, которых я знаю. С тобой как-то забываешь об этом. И твоё отношение к матери мне до безумия нравится: ты любишь её и стараешься, чтобы она не расстраивалась. Ты всегда стараешься изо всех сил. И это так… здорово. — Мм, спасибо, что ли…— парень чувствует, как горят его уши, лицо и шея, и в груди становится щекотно. — Ладно, говори уже, что ты там хотел. Ты уже два месяца как не свой ходишь. Если и сейчас не скажешь, то я приду к тебе домой и скажу Рёко, что ты странно себя ведёшь и не говоришь ничего. — Пф, только этого мне не хватало. Ещё подумает, что мы встречаемся. А если ей что-то пришло в голову, то… — …ничто не сможет убедить её в обратном? Моя бабушка тоже такая. Да-а, уж эти женщины нашли бы общий язык. — Давай, говори уже. Обещаю, что спокойно отреагирую и, если надо, поддержу. — Хорошо. Баджи благодарен тебе, что ты, несмотря на его долгое молчание, все два месяца не доставала его вопросами, а сейчас, в этот момент, не давила и была готова спокойно выслушать всё, о чем он расскажет. А этот пластырь с Сейлор Мун под её глазом, как ни смешно, давал ему больше поддержки. И правда, несмотря на её не самый лёгкий характер, с ней правда было хорошо, и в нужные моменты она оставалась очень спокойной. Даже сейчас она с готовностью смотрит на него, положив голову на колени. — К-как… Чт-то ты думаешь о том, что ты мне нравишься? Причём очень давно? Ты честно не нашлась что ответить. Внешне ты оставалась непоколебимой, и только приподнятые брови и расширившиеся глаза говорили о твоём удивлении. — Я знаю, что ты достойна… лучшего. У меня не самые хорошие оценки, я янки, состою в Тосве, постоянно дерусь и… И я младше тебя на ебаных три года! Я знаю это, но ничего не смог с собой поделать. И если ты не захочешь со мной больше говорить, я пойму это. — Ке-ейске-е, — недовольно тянешь ты, а Баджи уже видит, как прощается с тобой. — Ты самый лучший из всех парней, которых я только встречала. Не смей говорить так о себе. И, это… Хах. Ты смотришь на него и против своей воли довольно улыбаешься. — Если тебе правда плевать на разницу в возрасте, то я только «за», чтобы встречаться с тобой. Кейске широко распахивает глаза и застывает с открытым ртом. Ты замечаешь его красные щеки, но это далеко не от холода. Уже прилично стемнело, и только фонари позволяют вам разглядеть лица друг друга. Этот момент точно навсегда отпечатается в вашей памяти. — Тогда… можно убрать сахарную пудру? — Э? Откуда? У меня она на лице? Почему ты раньше… Баджи за долю секунды наклонился к тебе и поцеловал в уголок губ. Он медленно оторвался от тебя, не прерывая зрительного контакта. Несмотря на смущение, он всё же улыбается тебе в своей привычной манере и показывает язык, на что ты ухмыляешься, отлично скрывая смущение, но не радость. — Скажешь бабушке, что парень оказался не промах, и ты не устояла перед ним. — Хах, обязательно. Тогда, если Баджи-сан спросит, скажи, что я как вино. — В смысле? — не понял он. — С годами только лучше. Баджи искренне хохочет, и ты, воспользовавшись моментом, мягко чмокаешь его в губы. Его растерянное и порозовевшее лицо того стоило.