Мои чувства сильнее собственной ненависти

В последние секунды парни добежали до нужного им кабинета и вошли туда под звонок. Все места были заняты. Свободным только оказалось место справа от Ларри, который наплевав на звонок, был занят чем-то суперважным в телефоне, он даже не замечал как потихоньку скатывался со стула. Приходилось сесть туда. Да ещё и сидеть надо было с какой-то странной девочкой, с который особо никто не общался, ну и Фелпсу было не до неё. Салли же устремился на последнюю парту, где развалился его лучший друг, который даже не собираясь вставать для того чтобы поздороваться с учителем. — Ооо, привет чувак. Где всю перемену пропадал? — Оторвавшись от телефона спросил тот. Его тон был лёгким и повседневным. Лицо было спокойным и расслабленным. — Здаров, да, там... Может потом расскажу — Сал немного замялся почесав затылок. — Слушай, умеешь интриги строить. — У тебя учусь, хотя, мне далеко. — Ну разумеется, это ж я. Тебе не только далеко, но ещё и высоко — За словами последовал лёгкий смех. Сал тоже посмеялся, дав другу слабый подзатыльник. В этот момент, в класс вошла худая женщина в возрасте, она была небольшого роста, с чёрными завязанными в пучок волосами. Её звали Миссис Лоуренс. Она была строгой и требовательной. Стать у неё отличником и держать хорошую репутацию было поистине сложно. При её присутствии, в классе воцарилась гробовая тишина, даже Ларри встал. — Доброе утро, садитесь. — Женщина произнесла это твёрдо и нагнетающе. — Я —продолжила она свою речь — проверила ваши контрольные работы, задания к которым я составила сама. Что ж, написали вы мягко сказать, отвратительно. Объясните пожалуйста, почему вы такие идиоты? Я объясняю вам, из урока в урок, а вы всё будто мимо ушей. Даже Моррисону я поставила C (це, оценка в американских школах. Равна русской тройки) с минусом, а о остальных я и слова не скажу. И да, Тодд, ты мог гораздо лучше. Просто колонка в ваших отвратительных результатах. А такие товарищи как: Фелпс, Джонсон, Робинсон, Смит, и Эрика Браун, сдали вообще пустые работы! Это даже оценки F (равна оценки два) не заслуживает! Первые два меня уже бесят, Джонсон постоянно занимается не тем, чем надо! Ларри, ты умный мальчик, какого чёрта ты плевал на мои уроки?! А Фелпс, у нас вечно рассматривает либо окно, либо своего дорого и любимого Джонсона! Товарищи голубки, давайте на переменах на друг друга смотреть? Вы все просто... — Трэвис как-то дернулся от этих слов и чуть похододел. Его это даже не обидело, а скорее разозлило. Дальше он просто не слушал. На него все обернулись, в том числе и Ларри, что-то тихо говоря своему приятелю, который сидел перед ним и был повёрнут к Джонсону. На их лицах была противная улыбка. Снова стало как-то неприятно, от того что эта старая кляча отпустила такое высказывание, да ещё и эти лыбу давят. — Трэвис, скажу сегодня вашей классной, или прямиком передам отцу, что ты ничерта не делаешь. Дабы он тебя просветил и сказал, чтобы свой романтичный взгляд в сторону Джонсона ты оставил на перемене. — Класс на этот раз залился смехом, но блондину было никак не смешно. Вот тут, Фелпс уже не выдержав, стукнул кулаком по столу и собрав вещи быстрым шагом пошёл к двери, его челюсть буквально скрипела от гнева. — Пошла нахуй, тупая пизда! — Он бросил в лицо учительницы острый и злобный взгляд, сказав ужасно смелые слова. После этого, со всей силы хлопнул дверью. Парень прекрасно понимал, что дома его ждёт отец, с очередными нравоучениями и жестоким наказанием, но ему было все равно. Хватит это терпеть. Трэвис решил не идти домой, ведь там мать, которая конечно начнёт расспрашивать и звонить отцу. А может и вообще Фелпс старший не пошёл на очередной сбор своей "секты". Так что парень принял решение подождать звонка в любимом месте, где он часто прятался от проблем. Войдя в двери мужского туалета, Фелпс бросил свой рюкзак, который он не успел убрать в шкафчик на подоконник. Затем он чуть подтянувшись сел рядом. Так как поверхность была достаточно широкой и плотной, то блондин сел по турецки, не боясь запачкать свои брюки. Его всё ещё переполняла злоба и обида. Весь урок, он сидел и занимался абсолютно разными делами, благо у него был с собой рюкзак. Молодой человек успел порисовать на каком-то огрызке листка. Успел написать свои мысли и состояние в личный дневник. Эта толстая тетрадь знала о нём всё. Какие эмоции он испытывает, как его принижает и бьёт собственный отец, в кого он влюблён, его страхи, его комплексы и все тому подобное, что никто никогда не узнает. Казалось бы, этим занимаются только дети, но нет, для Фелпса же это своеобразная терапия и бумажный собеседник. У Трэвиса на днях в голове крутилась мысль, чтобы признаться в своих глубоких и давних чувствах. На самом деле, эта идея преследовала его ещё давно. Паренёк открыл чистую страницу дневника и взял обычную, дешёвую, синюю ручку. Он задумчиво высказывал всё, что хотелось. Писал комплименты, свои мысли и прочее. Он был с какой-то стороны действительно счастлив, а с какой-то ему было страшно. Трэвиса заставила вздрогнуть дверь, которая спокойно отворилась. Он уже успел подумать что это кто-то по типу директора. Но нет, к большому счастью это оказался его новый друг с двумя хвостиками — Твою мать, напугал! — Достаточно эмоционально произнёс блондин и у него все ещё стучало сердце от неожиданности. А Фишера это даже немного рассмешило. — Ахах, прости. Блин, чувак, конечно знал что ты бесстрашный, но чтобы настолько... Ну и правильно на самом деле, туда этой стерве и дорога, тоже меня отчитывала, за средний бал между прочим. — Ну она же реально все границы потеряла. Да и чтобы на весь класс такое сказать... — Трэвис выделил слово "такое" и как-то опустил взгляд — Что пишешь кстати? Дз сделать не успел? — Сказал Сал, бесцеремонно присаживаясь рядом, точнее по началу, из-за своего роста, смешно пытался прыгнуть. Это вызвало у Трэвиса улыбку и он, так уж и быть, подал Фишеру руку. — Ну, не совсем. Да и вообще, тут точно не твоё дело. — Ладно, прости. Кстати, а ты Ларри типо все уроки реально пытался взглядом раздеть? — И ты туда же? Да я в жизни о таком не подумаю. Или ты свои мысли озвучиваешь? — Ахах, да ладно ты, я же пошутил. — Нихуя себе шутки. Кстати, а вы с ним точно друзья? А то я видел как вы обнялись. — М? Конечно друзья, я уже пару лет назад понял, что я не чувствую потребности в романтических и тем более как-то откровенных отношений с кем-либо. А обниматься могут и друзья, это наоборот очень здорово. — Такое бывает? Это типа, отклонение какое-то? И да, насчёт объятий... Мой отец говорил что так толь геи делают. — Я не думаю, возможно это абсолютно нормально. Никогда не думал об этом более подробно. А твой отец однозначно сказал чушь. — А я думал ты голубой. — Не, ну если подумать, то я правда голубой — Сал взял свой хвостик в руку и посмотрел на него. — Ахахах, тут невозможно отрицать — Трэвис без злости посмеялся прикрыв рот рукой. Всё таки с самоиронией у Салли было всё хорошо. — А ты кстати кого предпочитаешь? Мне кажется тут можно было и не спрашивать. — Я... Конечно девушек, в нашем классе такая красивая девочка есть... — как-то грустно и задумчиво сказал блондин, сам не поняв, что произнёс — Ух тыыыы, кто-то у нас тут околдован женским взглядом? Так что, Ромео, кто твоя Джульетта, если не секрет? — Фишер, ты дурачок? Не важно, вы с ней общаетесь, но я не хочу ставить это в известность — Замявшись сказал Трэвис неловко поправляя волосы. — Вы с ней общаетесь.... Аа, Эшли что-ли? — Задумчиво повторив слова Фелпса и вспоминая всех своих знакомых дам, Фишер вдруг спросил про свою близкую подругу. — Что? Да ну к черту, она сука. — Эй, эй, полегче, она хорошая. — Ну да, ну да. — Ладно, хорошо, как я понял это секретик, так что не буду допрашивать. Да и мы не так близки. — Ладно, что там за следующий урок? — Следующий урок... Вроде... Вроде физкультура. — Отлично, большая перемена значит. — Ахах, тоже туда не хожу. Мы с Ларри постоянно хуи пинаем в раздевалке, присоединяйся. — А, то есть призывая нас в одно помещение, ты готов к тому что мы будем пинать хуи в прямом смысле? — Фишер же на слова Трэвиса достаточно сильно рассмеялся, Трэвис тоже показал улыбку, оголяя зубы. — Кстати, а что ты в толкан пришёл в середине урока? — А зачем ещё сюда можно было идти? Не сидеть же мне там, такая не комфортная атмосфера. Вот, думал, минут пять отсижу и тут тебя встретил. — А у меня такое ощущение, что я тут живу. — Буду знать где тебя найти если что. — Сал сказал это с не заметной улыбкой под протезом. — Кстати... Может неудобный вопрос, но, что у тебя за, эээ... Маска? На лице. — Это протез. Можно сказать, что у меня нет лица. — Сал, святые угодники. Как это вообще возможно? Типа, что там у тебя? Думал это обычная маска, что-бы, типа выделяться. — Ну, там такая ситуация... Мы недостаточно близки, чтобы я тебе рассказал об этом, да и тема как-то портит настроение. Так что извини, как-нибудь в следующий раз. — А, понял, прости. Парни поговорили ещё немного и прозвенел звонок. Они вышли из помещения и пошли в сторону раздевалки о чём-то разговаривая. Трэвису было уже как-то наплевать.