Сердце магии

Сиф совсем не забеспокоилась, когда с улицы послышался шум. Был разгар дня, и никаких созданий не должно было быть в деревне. Однако, когда мимо окон стали проноситься люди, воительница напряглась. Она развернулась, переглянувшись с Огуном, который неотрывно смотрел на улицу. — Что там происходит? — Сиф изогнула бровь, но Огун только пожал плечами. Она привстала, выглянув за чуть прикрытые ставни ближайшего окна, и увидела скопище людей недалеко от их временного жилища. — Буди его, — сказала Сиф, кивнув в сторону похрапывающего на кровати Вольштагга. Сама она направилась к двери, и в ту же секунду ей навстречу вбежал Фандрал, взволнованно глядя на друзей. Через распахнутые двери послышались одобрительные возгласы толпы. — Альвит вернулся, — упавшим голосом сообщил Фандрал, застыв на пороге. Вольштагг сел на кровати и нахмурил брови, потирая руками глаза. — Погоди-ка, а как же лужа крови, — пробурчал он, озадаченно глядя на друзей, — Ведь если он в порядке, то эта кровь… Тут Вольштагг осекся, поникнув плечами. Сиф отвернулась, пытаясь собраться с мыслями. Через пару секунд она вновь обратилась взором к друзьям и, кивнув, последовала на улицу. Троица воинов с легкостью расчистила путь среди жителей деревни, и вскоре друзья оказались лицом к лицу со старейшиной. Сиф почувствовала, что внутри у нее все начинает холодеть, потому что, даже быстро окинув Альвита взглядом, она поняла, что он в полном порядке. Кинжал Локи до сих пор стоял перед глазами, но она не могла представить принца убитым. Только не Локи. От этого плута невозможно так легко избавиться. Ведь так? Альвит держался вальяжно, чуть улыбаясь и делая насмешливый кивок в сторону воинов. — Ну здравствуйте, друзья мои. Что, много мы добились от вас помощи? — с иронией заметил он. Среди притихших поселян послышался шепот. — Кентавры покинули деревню сегодня ночью, — холодно отозвался Огун, на что Альвит покачал головой. — Они убили нескольких человек. И что-то мне подсказывает, что виной этому вы, — старец выделил последнее слово, ткнув пальцем в грудь стоящего рядом Фандрала. Тут Альвит обратился к толпе. — Прислушайтесь к моим словам, — наставительно начал он, — До прихода принцев и их друзей никто не помнил ужасов ночи, эти существа не убивали людей! Но они, — Альвит вновь указал на троицу воинов с Сиф, — Они привели сюда горе и разозлили тех созданий. Они повинны в наших несчастиях. Фандрал с презрением улыбался, глядя на уверенное лицо старейшины. Этот лжец задумал сделать из них козлов отпущения. В воине крепла убежденность в том, что если Локи сцепился с этим хитрецом, на то была веская причина. К тому же, кто, как не бог обмана, мог раскрыть заговор. — Прекратите строить из себя паиньку, сэр, — Фандрал шагнул вперед, взглянув в голубые глаза предателя, — В чем вы точно не можете нас обвинить, так это в исчезновении принцев. О чем вы говорили с Локи? Сиф прищурилась, увидев в выражении Альвита едва заметную нервозность. — Я не встречал его после утреннего разговора. Фандрал чуть нагнул голову и усмехнулся. Ох, он ждал, что этот предатель не скажет правду. Фандрал в мгновение достал рапиру и приставил ее к горлу старейшины, вызвав ошеломленный возглас поселян. — Не лги мне, мы знаем, что Локи был у тебя. Что ты с ним сделал?! — Альвит невольно шагнул назад, когда разъяренный Фандрал сильнее вжал кончик рапиры в кожу. — Вы просто жалки, нападете на беззащитного старика, — в голосе прозвучала нотка поддельного страха. Кто-то из жителей деревни осмелился выйти вперед в попытке остановить воина, но Вольштагг с Огуном тут же загородили им дорогу. — Думается мне, не такой уж вы и беззащитный, — с презрением отметила Сиф, — Фандрал, нам нужны ответы. Ее друг отвел взгляд от Альвита. Немного поколебавшись, он отодвинулся и опустил рапиру. — Вам сегодня везет, — с холодом бросил Фандрал, обернувшись на испуганную толпу, — Не беспокойтесь, мы уйдем! Но его заберем с собой. Остальные воины незаметно переглянулись, безмолвно одобрив его решение. Селяне же посматривали то на них, то на Альвита, и их хмурые лица не сулили ничего хорошего. — Вы его убьете! — решительно воскликнула стоящая неподалеку женщина, и окружающие ее люди согласно кивнули, приняв суровый вид. Сиф вышла к Вольштаггу и смело взглянула на нее. — Его будет судить Всеотец, если Альвит сам не расскажет о принцах, — выражение ее лица смягчилось, и она взглянула прямо в глаза той женщины, -Поверьте, мы не убийцы и плохого не желаем. Мы просто хотим спасти друзей и помочь вам. Селянка смутилась, как и большая часть толпы. Альвит скользнул по людям нечитаемым взглядом и обратился к воинам. — Что же, тогда вперед, — он улыбнулся, и эту улыбку жители деревни приняли за ободрение, но Фандрал разглядел в лице старца угрозу и сильнее сжал в руке рукоять рапиры. Лес стоял практически недвижимо, даже ветви перестали покачиваться на ветру. Возможно, виной тому был утихший ветер, но Локи подозревал, что на природу действует чрезмерное количество темной магии, сгущенное вокруг. Не было понятно, сколько колдунов их окружало, потому что Далгрен умело запугивал принцев, ссылаясь то на горсть магов, то на армию, готовую разорвать их в клочья. С того момента, как Локи заглянул ему в глаза, он почувствовал такой невиданный ужас, какого никогда не испытывал. И не сказать, чтобы трикстер испугался вида мага или того, что он с ними сделает. Просто эти красные глаза скрывали за собой столько мрака, столько злобы, что эта ненависть буквально стала осязаемой, потекла по его венам вместо крови, вытеснила его сейд. Мама рассказывала Локи о подобных колдунах. Маги, рожденные злобой, были намного более могущественны и лучше приспосабливались к темной магии, но за это они платили огромную цену. Глаза Далгрена говорили о том, что он эту цену заплатил и что маг не отступится. Вот уже несколько минут он бродил вокруг них, будто наслаждаясь видом и разговаривая на отвлеченные темы. Причем нить разговора уловить было сложно, потому что слова текли из него, словно запутанное заклинание, отчего речь Далгрена принимала пугающий характер. Тор тоже почувствовал это, не отводя глаз от чернокнижника и стараясь поймать того на упоминании его плана. Но тот, осведомив их о приближающейся смерти, принялся лишь издеваться и тянуть время. И теперь Локи понял, зачем. — Что за заклинание они плетут? — перебил он Далгрена. Тот осекся на середине слова и раздраженно прищурился, повернувшись к трикстеру. — Я все думал, когда ты заметишь, — Далгрен усмехнулся, и его рот вновь некрасиво изогнулся. Он кивнул второму магу, стоящему поодаль, и тот исчез из вида, завернув за холм. Тор с тревогой взглянул ему вслед. — О чем речь? Какое заклинание? — насупившись, спросил он. Далгрен равнодушно встретил твердый взгляд Тора и пожал плечами. — Скоро увидишь. — Мой отец убил всех тварей, подобных тебе. Думаешь, у вас что-то выйдет во второй раз? Ты пожалеешь, что посмел тронуть нас, — возгласил Тор, подняв голову. Лицо Далгрена перекосилось при упоминании Одина, и его глаза загорелись вспышкой ярости. Он за секунду переместился вплотную к Тору и схватил его за горло. — Ошибаетесь, ваше величество, — прошипел он, сжимая пальцы и приблизившись к лицу принца, — Я его уничтожу, уничтожу все, что он любит, заставлю пожалеть, что он живет на этом свете, ты понял меня?! — Прекрати! — Локи задергался в путах, слыша хриплые вздохи брата. Трикстер попытался потянуться к сейду, но тот был глух. Однако Далгрен отпустил Тора, отступив на шаг, и принц разразился тяжелыми вздохами. Лицо мага недовольно исказилось, однако было непонятно, жалел ли он о том, что накинулся на Тора или что обнаружил свою нетерпимость. — Послушай, если перед тобой виноват наш отец, то мы сможем решить эту проблему. Развяжи нас, и, я уверен, мы сможем прийти к компромиссу… — Локи сделал попытку вразумить Далгрена, хотя что-то подсказывало ему, что затея пустая. Далгрен подтвердил его догадки, хрипло рассмеявшись. В его смехе сквозила горькая печаль, что было удивительно для продавшего душу чернокнижника. — Ты всерьез решил, что после долгих лет ожидания этого момента я буду договариваться с каким-то мальчишкой? — на сей раз маг обошел их и посмотрел прямо на Локи, — Я завершу начатое несмотря ни на что. На мгновение воцарилась тишина, прерываемая лишь утихающими вздохами Тора. Далгрен отвернулся, не ожидая услышать ответа. Локи склонил голову, уставившись на траву перед собой. На него вдруг накатилось понимание ситуации, в которую они угодили, и трикстеру показалось, что у него потемнело в глазах. Их убьют, и убьют не просто так, это было понятно. Без чести, без боя, просто прикончат, как дичь на охоте. Отец будет в высшей степени разочарован, а Фригга… Локи сморгнул предательские слезы при мысли о матери. Ни она, ни отец им не помогут, просто не найдут в этом огромном лесу. И Тор в этот раз остался бессилен. Локи зажмурился, пытаясь подавить панику. В голове крутилось много разных мыслей, но он уцепился за одну. Мама учила их никогда не сдаваться. Никогда не терять веру. Локи буквально увидел ее лицо, услышал ее голос, говорящий, что они способны на все. — У тебя ничего не выйдет, — Далгрен удивленно обернулся. Локи смотрел на него с высоко поднятой головой, — Мы тебя остановим. Лицо Далгрена отразило недоумение, затем злобу, а после насмешку. Но Локи было плевать. Он скорее почувствовал, чем увидел, что Тор обернулся на Далгрена и одарил его такой же смелой улыбкой. — Вы занятные, — проронил маг, посмеиваясь, — Но довольно комедии, время пришло. Взмахом руки он заставил их встать, и волшебные путы, окутанные красноватой магией, видоизменились. Когда переплетения всполохов и металла утихли, Локи и Тор обнаружили, что цепь теперь оковывала лишь их запястья, соединяя братьев между собой. — Правда думаешь, что это удержит нас? — Тор усмехнулся и бросился на Далгрена, но тут же разряд магии прокатился по его телу, заставив громовержца вскрикнуть и упасть на колени. Локи поспешно опустился следом. — Ты в порядке? — Тор лишь сердито отмахнулся от слов Локи и быстро поднялся, не глядя на брата. Он смерил Далгрена уничижительным взглядом, но промолчал. Тот же в очередной раз улыбнулся и поманил их рукой. Тор с Локи почувствовали, как их ноги зашевелились без их одобрения, послушно шагая за магом. Как принцы ни пытались остановиться, казалось, их тела отказывались им служить. Далгрен молча шел впереди, заложив руки за спину. — Локи, я вытащу нас отсюда, обещаю — шепотом сказал Тор, нагнувшись к брату. — Пока у тебя не особо получается, — отметил Локи, не оборачиваясь, чтобы Тор не увидел волнение у него на лице. Сам трикстер продумывал все возможные пути побега, но ни один не подходил. Он не сможет разбить заклятие Далгрена. Как бы он ни старался, чернокнижник намного сильнее. Локи правда старался поверить собственным словам, но как остановить кого-то, в тысячи раз могущественнее тебя? К тому же, трикстер был… ну, всего лишь трикстером, его магия была для всех просто развлечением. Ну или предметом насмешек. Однако Локи продолжал думать в надежде нащупать хоть какой-нибудь шанс. Они с Далгреном шли между деревьями, и на их пути стали показываться сообщники мага. Тор невольно удивился, осознав масштаб проблемы. Чернокнижники вырисовывались из-за деревьев, они группами стояли среди рощи, сновали от холма к холму. И Тор не мог разглядеть, где их толпа заканчивается. Еще больше его удручало то, что каждый из магов нашептывал что-то, держав руке светящийся сгусток магии. Тор сотни раз видел, как что-то подобное делал Локи, но тут ощущение было другое. От магии его брата веяло приятной силой, чем-то родным, а эта магия вселяла только темноту. Она будто высасывала краски из окружающего мира. Даже не разбираясь в ритуалах, Тор понял, что такое заклинание будет иметь очень и очень плохие последствия. И, вглядевшись в поникший силуэт идущего спереди брата, он осознал, что оказался прав. Далгрен вдруг остановился, и Тор почувствовал, как заклинание, ведущее их вперед, спало. Громовержец незаметно шагнул для проверки, и ноги стали слушаться его, что не могло не принести облегчения. — Господа, — негромко сказал Далгрен, но казалось, что голос мага разнесся громогласным эхом. Шепот его соратников тут же затих, и их лица обернулись к нему, — Настал тот миг, которого мы ждали со времен Кровавой ночи. Тор нервно окинул взглядом мрачные фигуры магов, и, прислушавшись, понял, что Локи что-то еле слышно шепчет. Громовержец чуть сдвинулся вправо, приблизившись к нему. — Что ты делаешь? — Не отвлекай, — бросил Локи, даже не обернувшись на брата, и продолжил нашептывать. Тор принял равнодушный вид, стараясь не привлекать внимания чернокнижников. Далгрен же тем временем продолжал. — Сейчас мы возьмем то, что принадлежит нам по праву. И заберем то, что является главным оружием Одина! Тор вгляделся в Далгрена, недоуменно изогнув бровь. Оружие Одина? Принадлежит им? О чем этот сумасшедший толкует? Тут маг резко развернулся к ним, выбросив вперед руку, и обведя вокруг братьев кружок красного пламени. Локи резко поднял голову, будто только заметил происходящее, но тут же принял спокойный вид. — С них мы взыщем плату за грехи Одина! И благодаря им совершим наше мщение и восстановим справедливость. А теперь… Прошу, заклинание, — Далгрен торжественно поднял руки вверх, и маги повторили его движение, выпустив из ладоней сгустки заклятия. Те, будто скопище летучих мышей, закружили вокруг Далгрена, оставив видными только его блестящие кровью глаза. Клочья заклятий собирались в руках чернокнижника, и постепенно буря утихла, заключенная между руками колдуна. Тор невольно оттеснил Локи назад, закрыв собой и ошеломленно глядя на собранное заклинание. Далгрен обратился взглядом к братьям, поворачивая в руках темную энергию. — Не бойтесь, мальчики, это совсем не больно, — притворно ласково заметил он, чем вызвал хохот остальных магов. Тор насупил брови, сильнее заслонив брата. — Только попробуй, — угрожающе бросил он, но тут трикстер вывернулся у него из-за руки, выскочив вперед. — Это тоже не больно! — воскликнул Локи и выпустил из руки сноп зеленой энергии, в момент обвившей фигуру Далгрена. За секунду, такой же зеленый свет, разбившись на потоки, исходящие от каждого колдуна, окутал всех чернокнижников и наполнил рощу сиянием. — Быстро, у нас мало времени! — Локи кинулся наутек, схватившись за цепь, чтобы та не волочилась по земле. Тор, лишь на мгновение ошарашено взглянув на застывших чернокнижников, бросился следом. — Как ты это сделал?! — на ходу прокричал он, огибая стволы деревьев. — Я концентрировал магию, чтобы преодолеть руны на цепях, но это было одноразово! Заклинание несильное, но они сами между собой соединились, поэтому получилось! — взволнованно ответил Локи. Тут рядом с ними разорвался сноп магии. Тор быстро обернулся и увидел десятки черных фигур, стремительно бегущих за ними. Маги бросали заклятия и те врезались в деревья и землю, поднимая клочья пыли. Братья бежали так быстро, что обжигающие удары веток почти не чувствовались, но в какой-то момент силуэты чернокнижников стали вырисовываться сбоку от них. — Они догоняют! — выкрикнул Тор, уворачиваясь от очередного заклинания. Локи рассеянно смотрел по сторонам, стараясь не отстать от брата. Почему они бегут за ними? Темный маги могут просто телепортироваться, снова принять вид тени, в конце концов. Разве только… — Тор! Это ловушка! — возопил Локи, дергая цепь в сторону. Громовержец невольно затормозил, и заклинание угодило в землю у его ног. — Что ты творишь?! — Тор схватил трикстера за плечи и потащил дальше, когда тот начал толкать его в другую сторону. — Они нас специально туда загоняют, ты не видишь! — раздраженно воскликнул Локи. — А в той стороне армия колдунов! Что лучше, а? — Тор не стал слушать ответ брата, а лишь с силой дернул того вперед, заставив бежать следом. Локи отчаянно мотнул головой, стараясь увидеть хоть какой-нибудь выход, но побежал за Тором. Они лавировали среди рощи, и цепь била по рукам, звеня при каждом прыжке. Вдруг она звякнула громче обычного, оповестив об обстановке. — Обрыв… — выдохнул Тор, взглянув на Локи. Тот заглянул вглубь расщелины и не увидел дна. Лишь густой туман поднимался к краям пропасти. Громовержец пнул лежащий рядом камень, и тот скатился с края. Тор пытался услышать звук падения, но пропасть ответила тишиной. Маги же, в свою очередь, подступили ближе. — Хорошая попытка, умеете потрепать нервы, — Далгрен выступил из толпы чернокнижников, по-прежнему держа сферу заклятия, — Однако бесполезная. Тор с Локи отступили назад, приблизившись к самому краю. Выхода не было, маги заслонили собой все пути отхода и теперь с нетерпением смотрели на своего предводителя. — Мы отберем ваши силы, хотите вы этого или нет, — отметил Далгрен, направив на них заклинание. — Силы? Так вам это нужно? — удивленно спросил Локи, — Зачем они вам? Своих мало? Маг вздохнул, будто трикстер был провинившимся учеником. — Вы просто не научились ими пользоваться, — пояснил он, ухмыляясь, — А мы сумеем раскрыть их потенциал… На секунду лицо Далгрена скривилось, будто он заколебался. Он посмотрел на принцев так, будто перед ним стоял кто-то другой, и трикстеру показалось, что рука мага дрогнула. Но потом Далгрен вновь принял уверенный вид, и стало понятно, что это конец. За считанные мгновения Локи взглянул на Тора, но и этих мгновений хватило, чтобы прочитать в его глазах все, что тот стремился выразить. Трикстеру хотелось верить, что тоже самое увидел в нем брат. Однако одно Локи знал точно — они приняли одинаковое решение. Время будто замедлило свой ход, когда братья развернулись на месте. Они оттолкнулись от земли, бросаясь в темную пасть пропасти. Однако краем глаза Локи увидел, что заклинание Далгрена уже приблизилось к ним. Трикстер закрыл глаза, когда темная магия обвила его вслед за Тором. Они не успели. Но это уже не имело значения. Принцы упали вниз, всколыхнув туман и скрывшись из вида. Через какое-то время маги услышали гулкий удар, и несколько чернокнижников склонилось над пропастью, пытаясь разглядеть движение. Далгрен с торжеством посмотрел на магический шар, теперь переливающийся зелеными всполохами и белыми молниями. Принцы мертвы, остался только Один. *** Огун натянул поводья, обернувшись на шагающего позади Альвита. Тот внушал ему непонятный страх. Хотя Фандрал и решил, что им следует вернуться, казалось, что старик был единственным, кто не прочь отправиться во дворец. Выражение лиц его друзей были поникшими. Фандрал, казалось, пытался пересилить себя, то и дело порываясь сказать что-то Альвиту, а старец равнодушно окидывал взглядом округу, будто наслаждаясь видами. Как ни странно, не выдержала Сиф. Она мигом соскочила с коня и приблизилась к старейшине. — Слушай сюда. Мы теперь не в деревне, никто тебя не защитит. А если вернемся во дворец, тебя убьют король с королевой, уж в этом не сомневайся. Так что советую тебе рассказать все здесь и сейчас, — Сиф нависла над Альвитом, насколько ей позволял ее рост. Во время ее речи Фандрал также спрыгнул с лошади и встал позади. Альвит принял задумчивый вид, и после минутной паузы ответил. — Что же, ладно. Еще раз, что вы хотите узнать? — будничным тоном вопросил он. Фандрал обогнул старца и с ненавистью взглянул на него. — Издеваешься? Всю правду! Кто ты такой? Что ты сделал с Локи? А главное, где они с Тором?! — Фандрал буквально выкрикнул последнюю фразу, схватившись за плащ Альвита. Тот вдруг принял хищный вид и обвел их холодным взглядом. — Хотите знать правду…- он дождался, пока Фандрал отпустит его, и продолжил, — Ваши принцы уже скорее всего мертвы. И вас ждет такая же участь. Он вдруг рассмеялся, пока друзья ошеломленно смотрели на старца. — Это ложь! — воскликнула Сиф, доставая меч и замахиваясь. Однако удар не настиг Альвита. Сиф застыла на месте, и ее меч остановился в воздухе в полуметре от лица старца. Тот же опустил руку, блеснувшую синим всполохом. Огун ошарашено взглянул на Сиф и спешился, доставая булаву. — Конечно, ты колдун, — сквозь зубы прошипел Фандрал, огибая Сиф, чтобы подобраться к Альвиту, — Стоило сразу догадаться. Альвит гнусно улыбнулся, не двинувшись с места. Лишь воздух колыхнулся вокруг него, что заставило воинов покоситься на все еще окутанные магией ладони старейшины. — Смышленым оказался только один из вас, — пожал плечами Альвит, — И поплатился за это. — Что ты сделал с принцами? — прорычал Фандрал, вытянув рапиру, — Говори! — И отпусти леди Сиф, — спокойно добавил Огун, легко проведя рукой по обездвиженному лицу подруги. — Вот вот, — подал голос Вольштагг, преградивший Альвита со спины, — Один ты от нас не уйдешь. Напряжение между ними возросло до предела, и, хотя численное превосходство было у воинов, казалось, что все ждали именно решение Альвита. И он решил. — Вы ошибаетесь, друзья мои, — играючи заметил он, — Я не один. В этом момент напряжение разорвалось, и снопы магии вырвались из ладоней мага, раскидав воинов по краям поляны. К Сиф вернулась жизнь, и она приподнялась на локтях, судорожно вдыхая воздух. Одним движением руки Альвит заставил землю разверзнуться, и почерневшие корни взмылись в воздух, опутывая асгардцев. Даже силы Вольштагга было недостаточно, и, как бы отчаянно он ни извивался, острые корни с силой врезались в кожу, обездвиживая воина. В мгновение друзья оказались пленены, и им оставалось только смотреть на торжествующего старца. — Ооо нас много, — продолжал он, обходя воинов, — И мы добьемся правосудия, несмотря на все помехи. Ваши ненаглядные принцы спасли эту жалкую деревушку, но это не спасет вашего драгоценного Одина и остальных асов! Глаза Альвита наполнились огнем, но он отвернулся, быстро успокоившись. — Всеотцу будет приятно, когда трупы его сыновей кинут к его ногам прямо в его дворце, — растягивая слова, произнес маг. Сиф безнадежно переглянулась с Фандралом, и тот вновь дернулся, пытаясь вырваться, однако корни лишь сильнее притянули его к земле. — Осталось только избавиться от надоедливых тараканов, — с ухмылкой сказал Альвит и сжал руку в кулак. В тот же момент корни принялись окольцовывать воинов сильнее и с треском стали сжимать их. Огун сделал судорожный вдох, и корни сдавили его грудь до хруста. Лицо Альвита приняло кровожадное выражение, и они ускорил корни, стремясь как можно скорее забрать жизни воинов. Фандрал решил, что это конец и что золотой луч, сверкнувший на поляне, был галлюцинацией от боли. Но в следующий момент он почувствовал, как корни резко ослабили хватку и поникли. Воин тут же бросился рвать их, и через минуту вскочил с земли. Альвит лежал на земле, и удивление еще не сошло с его лица. Из-за деревьев показался мощный скакун, и его восемь ног с силой отстучали марш, когда Слёйпнир выскочил на поляну. Один опустил жезл, направив его на все еще закованных воинов, и одним разрядом разорвал путы на Вольштагге и Огуне. Сиф уже вскочила рядом с Фандралом и с радостью посмотрела на Всеотца. — Где мои сыновья? — тут же обратился к ним Один, не давая друзьям времени для приветствий. Сиф растерялась, не найдя быстрого ответа. Особенно сильно она смутилась, когда следом за Одином на белой кобыле выехала Фригга, с беспокойством оглядывая воинов в явном поиске сыновей. Перед глазами Сиф все еще стояла лужа крови, которой теперь аккомпанировали слова Альвита. — Они хотели их убить, — неуверенно начала она, но ее тут же прервал Фандрал. — Этот мерзавец знает, где они, — бросил он, указывая на старца. Все тут же обратились к месту, где лежал маг, но место это оказалось пустым. Маг исчез, не оставив и следа. Один тяжело вздохнул и вновь повернулся к Фандралу. — Хорошо, теперь рассказывайте все по порядку.