Ты меняешься

      — Деку, ты можешь заткнуться хоть на мгновение? Это не подлежит обсуждению. Мы должны отомстить!       — Каччан, может не надо?       — Ты там что-то прожужжал? Мне просто не слышно.       С мрачным удовлетворением отметив, каким возмущением полыхнули глаза Изуку, Бакуго кивнул и продолжил:       — Чтобы победить Айзаву, нужно думать, как Айзава. Давай, напряги свой задротский мозг, что причинит ему наибольшие страдания?       — Ну, спальный мешок уже уничтожен, а на новый он поставил противозахватное устройство.       — Нет, мешок не то, уже эффекта не будет.       Многострадальная комната Изуку наполнилась молчанием, нарушаемым лишь скрипом великих разумов. В глазах Изуку постепенно сформировывалась новая мысль, за которую Бакуго ухватился с жадностью ищейки.       — Давай. Скажи это!       — Каччан, я не буду издеваться над котами!       — Хе хе… коты, да? Прекрасно! Есть и у меня один знакомый…       — Каччан, нет!       — …с обращающей причудой, — Бакуго, отмахнувшись от что-то зудевшего Изуку, продолжал бормотать. — Я тут накопил на фигурку Всемогущего, но нет… Это важнее, намного важнее…       С трудом удерживая клокотавшую внутри жажду справедливости, Бакуго яростно, отвергая все возможные возражения, предостерёг Изуку:       — Когда он начнёт вести себя как ополоумевший кошак, его гордость будет публично втоптана в грязь. И мы останемся до самого конца действия причуды, чтобы я лично смог увидеть всю боль осознания в его глазах.       Остаток вечера прошёл в тщательной проработке плана проникновения их орудия мести в усердно охраняемую школу.

***

      И вот, наконец, всё было готово. Изуку и Бакуго с подозрительно одинаковыми улыбками уставились на входную дверь.       Айзава с непередаваемой грацией пробрался в класс.       — Так, начинаем урок.       Пренебрежительно игнорируя внимательные взгляды, классный руководитель занял своё место. За исключением подрагивающих кошачьих ушек и пушистого серого хвоста, никаких изменений не наблюдалось. Он всё так же презрительно-устало смотрел на них, всем своим видом показывая, что делает невероятное одолжение уже одним своим присутствием. Проурчав им задание, он побрёл в сторону спального мешка и принялся там что-то усиленно мять.       Урок подошёл к концу. Тсую и Киришима без комментариев первыми покинули класс, остальные потянулись за ними следом. Кто-то иногда останавливался около Айзавы, но натыкаясь на красноречивый взгляд «восхищаться можно, трогать — нельзя», шёл дальше. Озадаченные участники чудо дуэта встали и направились в сторону выхода.       — Каччан, он хоть заметил?..       — Мои дорогие проблемные дети… — Айзава тихо рассмеялся, медленно выползая из-за учительского стола. — Не то чтобы это могло мне нанести хоть какой-то вред, но сам факт вашей диверсии… Я не могу это так оставить.       Изуку побледнел и как подкошенный рухнул на колени.       — Айзава-сенсей, нет, пожалуйста! Вы что, опять пригласили своих друзей? Они уже здесь? Это что-то другое? Айзава-сенсей? Айзава-сенсей!!       Бакуго гордо вскинул подбородок. Он не будет пресмыкаться. Он стойко выдержит все удары судьбы. Ведь всё равно ничего не может быть хуже превращения в мерзкий гриб, у которого в арсенале атакующих приёмов только отвратительный запах.       Не может же, правда?..