***
— Эй, я тебе кое что принес, — спустя некоторое время твоего ворочания с целью уменьшить дискомфорт внутри, Джеймс вновь вернулся в спальню. — Чего? — обернулась ты, заинтересованно окинув его взглядом. — Вот смотри, — он протягивает тебе какое то блюдце, внешне напоминающее то ли большую чашку, то ли маленькую суповую тарелку, наполненную вермишелью. — Ну я же сказала, что не буду есть, — продолжая лежать, бросила ты, избегая зрительного контакта. — Не заставляй меня тебя с ложечки кормить, — шутя и продолжая протягивать чашу. Ты наконец чуть привстала, приняв положение полусидя, облокотившись на подушку и перехватила ее в свои руки. — Ну и что это за… блюдичко?.. или вы решили меня как котенка из миски. — Знаешь, это хорошо, что ты шутишь, значит всё не так плохо, — мужчина сел на кровать с краю, предварительно чуть отодвинув твои ноги в бок, освободив себе место, — это не простая чашка. Ты вообще ела когда нибудь суп из таких ёмкостей? — Нет. — Ну вот, попробуй, вообще другие ощущения! — Будете над душой сидеть? — Ещё как буду. Ты стала нехотя наматывать на вилку длинные макаронины, скривив губы и нахмурив брови, как будто это что то отвратительное. Но за одной пошла другая, а потом и третья. Тогда Баки улыбнулся и уже было хотел уйти на кухню, как ты сказала: — Что правда что ли волшебная? Он обернулся, подарив тебе искреннюю и теплую улыбку, а затем окончательно скрылся.«Волшебная чашка». Баки Барнс
5 декабря 2022 г., 02:44
Примечания:
Учитель Барнс.
Сборник собрал 80 лайков, получается, юбилей? Спасибо вам большое за это <З
Приятного чтения 💕
У тебя ужасно сейчас болит живот. Не хочется ничего делать; ты пролежала так весь день, ничего не поев. Воскресенье получилось не самым продуктивным. Переодически низ живота настолько потягивал, что ты отбрасывала в сторону телефон, не желая тратить силы на то, чтобы что то листать или смотреть, скапливая энергию для самоисцеления.
Барнс медленно подошёл к тебе, — эй, тебе нужно перекусить.
— Я не хочу.
— Я понимаю, но это необходимо, — мужчина приблизился к твоему туловищу, коснувшись тыльной стороной ладони твоего лба, — чтобы окрепнуть, — поняв, что беспокоиться не о чем, он отстранился, — без сил ты не сможешь поправиться.
— Я просто не хочу кушать вообще, — сморщилась от воспоминаний о еде, — тарелки дурацкие, они меня бесят! И эта курица… Не хочу ее видеть.
— Давай заварю дошик? Там есть твой любимый, острый.
— А он вообще не в тарелке, — ты повернулась спиной к физику, — не хочу.