Сборник драбблов на Кинктобер 2022

Кино, ужин в кафе и прогулки вдоль Озера Влюблённых – скукота, банальщина и отсутствие вкуса. Эдди знал, что его шарм заключался именно в нестандартном взгляде на вещи: вместо идиотсткого ужина при свечах он бы организовал небольшой пикник с вредными сладостями и снэками, где-то на площадке кинотеатра под открытым небом. Он бы не стал сидеть в душной машине, нагнетать атмосферу ужастика или шептать пошлые намёки на ушко, чтобы потом «присунуть» на заднем сиденье. Нет, Эдди Мансон в первую очередь сделал бы всё, чтобы вечер запомнился яркими, приятными воспоминаниями, чем-то вроде дерзкого побега от охраны магазина и сворованного фейерверка. Его можно будет пустить на заднем дворе. Да, почти идеально. Поэтому когда Харрингтон согласился пойти на свидание – если быть точным, Эдди назвал это «чисто мужицким вечером, без детей, друзей и бывших» - Эдди прыгал до самого потолка, скрывал румянец длинными волосами. Он смотрел на Стива, и тот смущённо отворачивался, случайно роняя стопку отсортированных кассет – выдержать взгляд искрящихся обожанием и влюблённостью глаз было непросто. Но неимоверно приятно. - Смотри, не потеряй свою гетеросексуальность по дороге, дингус, - Робин с огромным удовольствием покалывала друга, откровенно смеясь над глупыми оправданиями. Она облокачивалась на стойку – самое центральное и открытое место в прокате, чтобы вдоволь насладиться мечущимся от полки к полке Харрингтогом. - А что мне надеть? Мы же не будем всю ночь шататься по улице? И куда пойдём? Боже. Надеюсь. Он не любит те странные аркадные автоматы… Чёрт, а если я захочу есть? А если он захочет есть? Я не пойду в «Хайдаут». Но там неплохое пиво… он же пьёт «на розлив»? – Стив развернулся к Робин. Его жалобная мордашка испуганно смотрела на подругу: - Пьёт ведь? - Стив, Эдди – парень. Он делает почти то же самое, что и ты. Ну, за исключением некоторых вещей. - Боже, я даже не знаю, какое пиво он пьёт… - Воу, стоп, стоп! Отставить панику! – Бакли выскочила из-за стойки и сжала ладонями лицо парня. тот в ответ вцепился пальцами в хрупкие плечи, стараясь успокоить дыхание. - Роб, я не… - Кто ты? - Что? - Скажи мне, кто ты? - С-стив… - Стив «Причёска» Харрингтон. Стив Король-Хоукинской-старшей-школы Харрингтон. Любая девушка мечтает оказаться с тобой в постели, и я более чем уверена, что и половина парней хотела оказаться на их месте. Ты – спец в свиданиях и флирте, так что успокойся – делаем глубокий вдох, да – и иди покорять эту вершину! Харрингтон покосился на подругу: - Ты понимаешь, что всё, что сейчас сказала – полная чушь? – Робин коротко хихикнула и похлопала парня по плечу: - Да. Зато ты сразу перестал паниковать, как влюблённая школьница. - Я не влюблённая школьница. - О, нет, Стив-и, именно так ты и выглядишь. Стиву пришлось ответить на внезапные объятья. Он понимал, что, несмотря на всю неприязнь к физическому контакту, Робин переступает через отвращение ради него, и Стив был бесконечно благодарен за это. Харрингтон выпустил девушку из объятий за секунду до звонка колокольчика. На пороге стоял Дастин с Майком и Макс, которые теперь перешёптывались и странно хихикали себе под нос. Бакли закатила глаза и пошла разгонять детей. Спустя полминуты Стив присоединился к ней. Переубеждать Робин в том, что он – не влюблённая школьница, Стив хотел без свидетелей, но второй звон колокольчика отвлёк его: на пороге стоял Эдди, в знакомой косухе и красной клетчатой рубашке, перевязанной на талии, белых «найках» и футболке с нечитаемым названием группы. Стив смотрит в шоколадные глаза напротив, неуверенно машет тёплой улыбке с ямочками и моргает. А потом просыпается в Виннебаго Эдди, чувствуя на губах остатки поцелуя. Харрингтон моргает часто, видит замершую гримасу страха на лице Мансона и целует в ответ, чтобы запомнить хотя бы этот момент. Щёки заливает плотная краска, они горят, как новогодние лампочки гирлянд, источая слабое тепло. Пальцы Эдди зарываются в его волосы, слабо тянут наверх, и Стив стонет в чужой рот, распахивая губы, позволяя языкам столкнуться где-то посередине. Он видит из-под полуопущенных ресниц, как Эдди укладывает его на постеленную косуху, на которой он всё это время, оказывается, сидел, мажет носом по скулам и спускается к шее, вырывая более громкие стоны. В периферии мелькают новые «Зловещие мертвецы» на белом билборде с облупившейся краской; машины стоят далеко от них, и сами парни скрыты распахнутыми дверями кузова. Стив больше рассматривает мерцающие первые звёзды, едва виднеющиеся из-за уличных фонарей и бликов от экрана. - Стив, ты как? – Эдди наклонился над Харрингтоном, упираясь взволнованным взглядом. - Всё хорошо. Даже слишком хорошо… Мансон расплылся в глупой улыбке и чмокнул парня в губы. Руки залезли под свитер, оглаживали дрожащий живот и грудь. Пальцы нарочно задевали соски, чуть сжимали затвердевшие горошины и тянули, вырывая хныкающие звуки. - Эдди, я… я никогда… - Знаю. Поэтому не предлагаю. Шатен сдавленно простонал и опустил голову: широкая с массивными кольцами ладонь медленно, но настойчиво гладила ширинку. Эдди неспешно стянул кофту Харрингтона через голову, целуя в подбородок, и опустился к груди, языком выводя круги. Тёмные волоски заблестели от слюны, встали на дыбы, когда шершавый язык прилизал их в другом направлении, и Стив часто задышал при виде столь откровенных ласк. - Эдди… - Харрингтон положил свою ладонь поверх мансоновой на своём паху, сцепил их в замок и потянул на себя. Брюнет растерянно наблюдал, как кольцо за кольцом исчезало во рту, стягивалось зубами и сплёвывалось в руку, покрытое вязкой слюной. Друг за другом, каждый палец был вылизан; кончик языка обводил узловатые костяшки, белёсые шрамы от лопнувших струн и ножа для заточки. Стив молча обхватил припухшими губами фаланги и сосал их, обмазывая слюной, откровенно смотря Мансону в глаза. Эдди с рыком впился в вишнёвые губы и чистой рукой вжикнул молнией джинсов. Юркие пальцы подцепили край серых боксёров и приспустили вниз, оголяя пунцовую набухшую головку. Стив закусил губу с тем, как на удивление мягкая ладонь прошлась по стволу, натягивая крайнюю плоть до предела. Он дёрнулся от лёгкой боли в паху и почувствовал шевеление под боком: мягкие губы пропали с торса, невесомой дорожкой спустились вниз и теперь вылизывали лобковые волосы, задевая косые мышцы. Голова упёрлась затылком в пол фургона. Руки вцепились в чёрные волосы Мансона и тянули каждый раз, когда язык с силой проходил по паху и сочащейся смазкой головке. Он не заметил, как с него спустили штаны с бельём, как и не заметил и как Эдди помог сменить позу, сгибая одну ногу в колене и подтягивая к животу. Стив недовольно зашипел, потому что растяжка была ни к чёрту, но медленные поцелуи на бедре отлично расслабляли, и тем возбуждали сильнее. - Боже, Стиви, ты бы знал, как я хочу тебя. - Так в чём проблема? – Ляпнул Харрингтон прежде, чем обдумать ответ. Эдди замер на месте прекратив ласки. Он недоверчиво смотрел на парня, пытаясь понять, серьёзен ли он. - Стив. - Господи, Мансон, если ты оставишь меня прям так, я тебе башку откручу и не посмотрю, что ты мне нравишься. - И даже плакать не будешь? - Буду. Долго и надрывно. А потом воскрешу и набью морду снова. Мансон широко ухмыльнулся, облизываясь. Стив гулко сглотнул, представляя, как этот нахальный язык протискивается сквозь плотно сжатые ягодицы, мажет вдоль щели, и зубы прикусывают мошонку под яйцами. Он стонет, когда Эдди проделывает всё то, что Стив воображал ещё пару минут назад. Чертыхаясь, Эдди задирает вторую ногу, раскрывая Харрингтона. Налитый кровью член дёргается от частых сокращений мышц, кожа на ягодицах и бёдрах порозовела, поджалась от подувшего ветерка, и Эдди прикрыл глаза, стараясь не накинуться на Харрингтона. Эдди разводит ягодицы сильнее в стороны, сжатый сфинктер запульсировал, то раскрываясь, то сжимаясь обратно. Он склоняется к заднице Стива и лижет тёмное кольцо в пушке, кончиком слегка проникая внутрь. Стив громко стонет, забывая, где они находятся. Мансон едко подмечает, что Харрингтон вполне может сойти за девушку, если поиграться с его яйцами, и Стив, забывшись, стискивает собственные яйца в кулак, натягивая мошонку под ними. «Хороший мальчик», - Эдди хлопает Стива по бедру и упирается подбородком в копчик. Постанывания, тихий скулёж – Эдди мурчал, слушая эти звуки, они подстёгивали усердней работать языком. Растянуть в стороны указательными пальцами сфинктер, просунуть язык глубже, едва не потеряв сознание от узости и жара. Обласкать шелковистые стенки, толкнуться глубже, имитируя фрикции, чтобы вызвать высокий громкий стон и хлопок руки по рту. Стив вцепился в плечо Мансона. за фургоном показалось, кто-то ходил, и член Стива дёрнулся от стыда. Мозги давно поплыли от того, как шершавый язык активно вылизывал промежность, как горячий нос упёрся в паховую складку, вдыхая пряный запах пота. Харрингтон сцепил зубы, стараясь не привлекать внимания, и опустил руку на ноющий пенис. Рваные движения сочетались с частым дыханьем в паху; мокрый язык сменили слюнявые пальцы, он проникали глубже, раздвигаясь на манер ножниц. Немного больно, но тело становится таким лёгким, таким наполненным, что Стив впервые понимает, что значит "на седьмом небе". Короткая струя спермы выстреливает на живот. Стив едва успел пережать основание, давясь судорожным вздохом. Эдди ухмыльнулся, обхватил головку языком и двинул рукой. Подушечки пальцев коснулись выпирающего бугорка. Он повернул рукой, чтобы проще было ухватиться средним и безымянным пальцами за простату, и активно задвигал головой. Харрингтон закрыл рот руками, сводя по инерции ноги. Костяшки, растягивающие задницу, и горячий рот на члене казались пыткой и издевательством одновременно. Они не давали кончить, только наращивая напряжение внизу. Стив мог только чувствовать жар от тела и нагретой кожанки, визгливые крики главной героини на фоне и хлюпанье пальцев между ног. Он слышал, как собственный пульс смерился с ритмом Мансона, обессиленно откинулся назад. Руки схватили какую-то ткань за головой, сжали в кулаках, пока задница самостоятельно насаживалась на пальцы. Сбитый стон послышался внизу. Эдди насадился ртом до корня, а руку сунул глубже, до боли хватая бугорок простаты. Харрингтон коротко пискнул и вильнул бёдрами вверх, кончая в сжавшуюся глотку. Мансон проглотил всё до последней капли, смаргивая выступившие слёзы с ресниц, и отпрянул, делая глубокий вдох. На экране раздался выстрел – главный герой одним выстрелом прикончил ходячего мертвеца. Стив безвольной куклой раскинулся на полу минивэна. Вспотевшая поясница липла к кожаной куртке, мышцы сладко пульсировали после яркого оргазма. Он видит лицо Мансона лишь тогда, когда брюнет подтягивается и ложится рядом с Харрингтоном. Взопревший, в насквозь мокрой чёрной футболке и с явным стояком в штанах. Шатен слабо ведёт дрожащими пальцами вдоль ширинки и никак не может подцепить бляшку ремня. Эдди со стоном облегчения щёлкает ею и приспускает джинсы. Чужая рука гладит стояк в семейниках, сжимается вокруг головки, так ласково и уверенно, что Эдди не выдерживает и кончает в трусы. Влажное пятно расползлось по ткани, прилипая к ладони Харрингтона. Стив наигранно брезгливо вытер руку о футболку Мансона и тихонько засмеялся, подначивая парня. Мансон театрально смахивает невидимую слезу и кидается с удушающими объятьями. Опухшие губы касались крыльев носа и румяных скул, задевали ребро уха и задерживались на губах напротив, лениво посасывая нижнюю. Парни лежали ещё пару минут, то обнимались, то целовались, иногда щекоча друг друга. Стив благодарно прижимал Мансона к себе, целуя острый кадык, а Эдди размышлял над тем, что всё-таки есть свой шарм в классическом быстром перепихе на заднем сиденье машины. По крайней мере, стоит повторить эксперимент, чтобы окончательно в этом убедиться.