Часть I "Разработка" Глава 4.4
22 ноября 2022 г., 02:16
Сначала на мраморный пол полетела стопка аккуратно сложенных документов.
– Кретины!
Затем настала очередь тяжёлой хрустальной пепельницы ещё советских годов производства.
– Идиоты!
Вопреки всем ожиданиям, с громким щелчком раскололась не сама пепельница, а плитка, на которую она упала. На секунду Пастухов оторвался от метания предметов роскоши в виновато оправдывающуся тушку Ленского и, посмотрев на новообразовавшийся изъян интерьера, что-то мелко чирканул в записной книжке.
– Одни убытки от тебя.
Ленский дрожащими руками поднял пепельницу и вернул её на стол. Дном к верху. Ковбой посмотрел на всё это дело и, напоследок пнув Эдика острым носком туфли, с очень недовольным видом уселся в кожаное кресло. Кресло это было несколько лет назад куплено в одном из интернет-магазинов с гордой надписью «настоящее немецкое качество» в описании к товару, но обнаружившиеся в последствие непонятные иероглифы периодически наводили на Константина Валентиновича нехорошие подозрения.
– Теперь охтинские менты хай поднимут... – медленно и задумчиво проговорил Пастухов, раздражённо поглядывая на всё пытавшегося отойти куда-то к стене Онегина. – Какого чёрта, Эдик?! Разве я это имел в виду?
Ленский, повинно опустив глаза в пол, молчал. Он знал, что шеф ещё не закончил и что если он сейчас попытается ответить, то Ковбой это воспримет так, будто бы его перебивают.
– Он, между прочим, выжил. – добавил Константин Валентинович. – Мой человек сегодня видел его в полиции. Скажи мне, Эдик, – он вновь встал с кресла и начал прохаживаться вдоль стены, на которой была развешана коллекция старинных пистолетов. – Как можно было не попасть?... – Ковбой снял со стены мушкет одна тысяча восемьсот лохматого года выпуска и, повертев в руках оружие, прицелился в лоб Онегину. – Ты снова был под кайфом?
Ленский отрицающе замотал головой, борясь с сильным желанием поднять руки вверх.
– А кто был?
– Никто не был. – нехотя ответил смотрящий. – Так, в обед выпили немножко, рыбкой закусили, и всё.
Пастухов тихо взвыл и, от греха подальше повесив мушкет обратно на стену, снова взял в руки пепельницу.
– Хорошо, спрошу прямо... Кто именно из твоих балбесов стрелял?
– Петлюра. – мигом сдал своего компаньона Ленский.
– Ага... – обстоятельно произнёс Константин Валентинович. – Так ты ж уверял, что с таким... хм... идейным контингентом наш район не работает?
– Это для остальных не работает. – пояснил Онегин. – По факту большую часть наших бойцов контролирует именно Петлюра.
– И что, ты мне утверждаешь, что морду твоего Петлюры никто не запомнил?
Эдик развёл руками. Тогда он был за рулём, да и вообще анонимность других его не очень сильно волновала – самого не заметили, и ладно, а деловые партнёры... Да кто ж их считает? Кандидатур на место Петлюры пруд пруди, в случае чего замена быстро найдётся.
О том, что сам Ковбой придерживается о нём примерно такого же мнения, Ленский, разумеется, не знал и совершенно искренне был уверен в том, что он у Пастухова один такой красивый.
– Ну смотри мне... – спустя несколько долгих минут раздумий подытожил Константин Валентинович. – В следующий раз предупреждай, прежде чем что-то предпринимать. А теперь брысь отсюда!...
Онегина как ветром сдуло. Ковбой снова уселся в любимое кресло и, немного подумав, вызвал секретаршу. Полученный от утренних известий стресс надо было снять.
