Часть II "Подготовка" Глава 10.7
15 октября 2023 г., 02:42
Аэропорт «Пулково» встречал своих гостей начищенными полами, мерным стрёкотом чемоданных колёсиков, растянутым на всю стену плакатом «Зенит - чемпион!» и небольшим ремонтом в зале ожидания.
Окунев уже шестой час с раннего-раннего утра сидел в кресле, положив ноги на тревожный чемоданчик с тёплыми вещами, грыз огурец, присыпаный солью, и уже в третий раз ставил телефон на зарядку – интернет тормозил, а знаменитое «Место встречи изменить нельзя» хотелось посмотреть целиком и досмотреть до вылета. Вылет до транзитного новосибирского Толмачёво, через которое и планировалось добраться до Уссурийска, откладывался на час из-за нелётной погоды в аэропорту прибытия, а потому делать Окуневу было решительно нечего.
Напротив Окунева с точно таким же скучающим выражением морды лица и в выглядывающей из-под чёрной кожанки весёлой цветочной красно-жёлтой расцветке рубашке сидел Ерёма. Ерёма вертел в руках в последний момент – а потому втридорога – выкупленый билет до Ростова-на-Дону и пытался понять, почему все российские города в английском дубляже на таблоидах просто пишутся латиницей так, как произносятся по-русски, и только Ростов-на-Дону чудесным образом превращается в непонятный «Rostov-on-Don», тем самым вызывая при быстром произношении совершенно ненужные ассоциации. С собой Ерёма, в отличие от Окунева, не брал ничего, кроме тонкого непрозрачного конверта с бумагами. Конверт Ерёме среди ночи самолично притащил Джокер, особо нервный и дёрганый, нежели обычно, и велел найти в Ростове некоего Довлотяна С., передать игральную карту и привет от Басова, поменять один конверт на другой и – если останется время – не сильно, но болезненно начистить рожу какому-то Славику Брылёву, после чего срочно лететь обратно в Питер. Всё это Джокер приказал делать в условиях максимальной секретности и при этом не вызывать подозрений у окружающих. Поэтому Армен прихватил с собой ещё и брошюру с расписанием сеансов Мариинки на грядущий апрель-месяц, которую периодически брал почитать вместо билета.
Ерёма упорно делал вид, что не замечает Окунева и что летит не по делу, а в гости к тёте Ларе.
Окунев столь же упорно притворялся, что стал счастливым обладателем путёвки в Уссурийский природный заповедник.
«Если Кирпич — вор, – утверждал на экране Глеб Жеглов, – Он должен сидеть в тюрьме! И людей не беспокоит, каким способом я его туда упрячу!»
Вот он, – думал Окунев, – Вечный спор Жеглова и Шарапова. Вечный спор Справедливости и Закона. К примеру, – мельком взглянул он на Ерёму, – Сидит передо мной Ерёма. Я знаю, что Ерёма – как минимум рекетир, как и вся его гоп-компания. Коробицын тоже знает. Завьялов знает. Наверное. Не думаю, что посадить Ерёму сложно, в отличие его бригадира. Справедливо это будет по отношению к тем, кого они тиранят? Справедливо – давно напрашиваются. Однако и Ерёма, и Джокер до сих пор на свободе – закон пока что на их стороне. С одной стороны такой приоритет закона над справедливостью – это хорошо: граждане у нас все в правах равны и ничего хорошего «суды Линча» государству и обществу не принесут, ибо справедливость – вещь весьма субъективная. Это же так по итогу полнейший беспредел начнётся, если все будут друг друга убивать из своих соображений чести, мести и прочего – а ведь они у всех разные, соображения эти. С другой – Николай Степанович вообще их закрывать не рвётся: мол, польза пока что вред перевешивает – там, где у полиции руки связаны законом, у Джокера полная свобода действий. И – что хуже всего – он об этом знает, вот и творит всё, что вздумается, искуссно балансируя на грани разумного. Справедливо ли поступит Джокер, если убъёт «инквизитора»? – рассуждал Егор. – Чисто по-человечески – вполне. Но он при этом нарушит закон – убъёт такого же гражданина, как и он сам, не имея на то никаких данных государством полномочий. В таком случае надо будет посадить и Джокера – это будет по закону. А по справедливости – нет. Сильно ли изменится картина, замени я Джокера на того же Скворцова? Вряд ли – надо будет доказать, что Скворцов пристрелил «инквизитора» по закону. Да, Серёге это будет сделать проще, чем... – старлей задумчиво почесал лоб. – А как же Джокера зовут-то? Должно ведь быть у него настоящее имя? Наверно, майор знает... Да, Скворцову доказать свою правоту будет проще, чем Джокеру, но ведь сути дела это не меняет. Был человек – нет человека. Убийство. Или всё-таки ликвидация во имя защиты других жизней? Серёга, знаю, пьёт после такого. Интересно, а Джокер – он вообще хоть что-нибудь чувствует в этот момент и после? Или он уже как снайпер – видит лишь цель? И где та линия, где та точка баланса между Законом и Справедливостью?
– Начинается посадка на рейс номер 458 «Санкт-Петербург – Новосибирск» компании «Урюпинские авиалинии», выход номер девять. – уставшим женским голосом объявили по громкоговорителю. – Начинается посадка на рейс номер...
Рассуждения пришлось прервать.
