«Пародия на плохой детектив» или особенности проведения оперативно-розыскных мероприятий в отдельно взятом районе отдельно взятого города

      – Он что, ушёл уже? Шрамов пожал плечами, кивнул, и продолжил наматывать на ложку пенку от какао. Коробицын спрашивал о Джокере – Каролина Дмитриевна сидела рядом и молча грызла кислое яблоко-семеринку – а Джокер, проведя полчаса в обнимку с унитазом, закидался изъятым из аптечки «полисорбом» сверх допустимой нормы, посидел на балконе до появления первых признаков обморожения, осушил поллитровую банку с солёными огурцами, оставив чете Коробицыных, собственно, сами огурцы, и завалился спать, зная, что ровно через два часа тридцать три минуты он проснётся и будет приемлемо трезв и работоспособен. Виталя, которому после бурных возлияний даже с закусью требовалось времени минимум раза в два больше, сначала просто завидовал товарищу, а, узнав, как Джокер добивается подобного эффекта, начал ещё и уважать, понимая, что сам себя заставить пойти на такие крайние меры никогда не сможет.       – Не сказал, куда?       – Он никогда не говорит. – наконец сьел пенку Шрам. – Хорошо, сейчас хоть предупредил, что до обеда будет вне доступа.       – Ясно... – пробормотал Николай Степанович. – Значит, объяснять, какого лешего вы припёрлись именно сюда, мне будешь ты.       – А что объяснять-то? – не дожевав до конца, подключилась к беседе Кавинцолева. – Меня второй раз за месяц убить хотели, а Саша спас.       – И на радостях нажрался, как последняя свинья? – скептически хмыкнул Коробицын. – Ладно, девушка, но, блин, Шрамов, ты что, не мог друга своего дома трезветь оставить? Нафиг он мне здесь сдался?       – Ситуация экстренная, товарищ майор. – возразил Виталя. – Джокер по вашему делу копать начал, и, судя по всему, докопался до чего-то такого, что главного свидетеля, – указал он на девушку, – Пришлось срочно прятать.       – Ко мне?! – вскричал майор. – Ты совсем обалдел?!       – Скажите, вы телек смотрите? – задал совершенно неожиданный вопрос Шрам. Коробицын полупал глазами, соображая, как к ввалившейся к нему гоп-компании относится телевидение, но кивнул, и Виталя продолжил. – Смотрите. Это хорошо. Так вот во вчерашних новостях вы наверняка видели репортаж о найденном в районе улицы А-ской теле девушки, у которой из удостоверений личности была только карточка-пропуск в библиотеку. Кавинцолева на короткое время отвеклась от яблока, улыбнулась и помахала Николаю Степановичу, подтверждая, что таки да, речь идёт именно о ней, а не о ком-либо ещё.       – Так… – призадумался майор. – Каролина Дмитриевна, я что-то не понял. Вам по ошибке свидетельство о смерти выдали или что?       – Да не дай бог! – трижды плюнула через левое плечо и постучала по столу Кавинцолева и уж собралась было сама продолжить объяснять ситуацию, как была перебита Виталей.       – Это – дочка будущего бизнес-партнёра Ворона, и её вчера ночью убили. – показал воздушные кавычки Виталя и продолжил. – Как мы знаем, у Каролины Дмитриевны, – удостоверившись, что все его подозрения небезосновательны и что обоюдный – и, что самое главное, прочный, реальный и долгоперспективный – интерес романтического плана бригадира и товарища к поначалу чисто и незамутнённо ненавидимой девушке-психиатру действительно имеет место быть, Шрам в своей личной иерархии вознёс Кавинцолеву почти до уровня Джокера, тем самым решив вслух называть её только по имени-отчеству, и отодвинул в сторону, всё же считая, что лезть в бандитско-ментовские разборки – совсем не женское дело. – С нашим Джокером совсем недавно был конфликт, так?       – А это значит, что Комолов – первый в очереди кандидат на должность вашего... кхм... – глянул майор на девушку, – Убийцы... И мы, по идее, в ближайшие несколько дней должны возбудить дело и взять Джокера в разработку, как главного подозреваемого. А... – на этом стройная мысль потерялась. – Ну мы так и сделали, причём давно уже. Шрам, у твоего друга фантазия закончилась, что он по второму кругу пошёл?       – Сравнили! – хохотнул Виталя. – То – фигня, покушение, а это – убой. Громкое дело, между прочим: зарвавшийся родственничек криминального авторитета устроил зверскую расправу из-за пары справочек. Полагаю, что Джокер хотел, чтобы те, кто организовал покушение, думали, что их план удался.       – И что с этого? Нет тела – нет дела, будто он сам не знает. – хмыкнул Коробицын. – Нет, тело-то вот оно, – ткнул майор на Кавинцолеву. – Сидит, витамины ест, глаза радует...       – Спасибо.       – Да всегда пожалуйста. – машинально кивнул Каролине Николай Степанович и продолжил. – Живое и здоровое. В честь чего я Джокера в розыск объявлять буду, если по факту состава преступления нет?!       – Ничего не знаю. – флегматично сложил руки на груди Виталя. – Мне Джокер сказал ломать систему, я и ломаю, как умею. Уж извиняйте, что не в ту сторону.       – Ну и... Надолго вы здесь?       – До востребования.