Часть III "Реализация" Глава 11.2.6
22 декабря 2023 г., 00:52
Местный ювелирный салон с довольно банальным названием «Оkhta Jewerly» своим залом для посетителей занимал три окна на первом этаже одного старого дома на Малоохтинском проспекте и по соседству имел с правой стороны парихмахерскую, а с левой – овощной магазин. Для покупателей салон открывался в девять, для директора и по совместительству хозяйки сего заведения Агнессы Владленовны Стецьковичюс – в без пятнадцати девять, а для кассирш-близняшек Олечки и Леночки Зябликовых и охранника Аркадия Васильевича Тявкина – и вовсе в полдевятого. Основной наплыв посетителей был между шестнадцатью и девятнадцатью часами, далее до восьмивечернего закрытия забегали в основном кавалеры, в последний момент вспомнившие о приближении какой-нибудь знаменательной даты типа годовщины первого визита тёщи, а вот с раннего утра в салон чаще всего пытались проникнуть так называемые «свободные интеллегенты», то бишь, алкоголики с когда-то высшим или творческим образованием, ещё не до конца растерявшие остатки собственного достоинства, и, не делая различий между ювелирным салоном и ювелирным ломбардом, сдать серёжку или колечко уже, возможно, давно бывшей благоверной в обмен на сумму, эквивалентную необходимому «для поправки здоровья» объёму спиртного. Сёстры Зябликовы сами такого рода обменом ценностей не занимались и переправляли «интеллегентов» непосредственно к мадам Стецьковичюс, а потому официально на витрине лежало и блестело украшений тысяч на пятьсот, а полуофициально – под витриной в ящичках – миллиона на полтора.
Тихо вошедший же высокий, но сутулый мужчина неопределённого возраста в огромной для него чёрной спортивной куртке, надвинутой на глаза лыжной шапочке и чёрной маске с принтом жизнерадостно скалящегося черепа, на представителя «свободной интеллегенции» никак не походил.
«Неужто наркоман?» – не успел подумать Тявкин, взглянув на тёмые круги под глазами вошедшего, как посетитель вдруг достал два пистолета и взял на мушку сразу и двух продавщиц, и охранника, и даже вышедшую из своего кабинета Агнессу Владленовну, на которую от неожиданности напала икота.
– Заходим! – скомандовал грабитель в прицепленный на воротник микрофон.
В «Okhta Jewerly» шустро забежали ещё двое «черепов» – один со спортивной сумкой, другой тоже с пистолетом, но с одним.
– Резче, резче! – кинул один из них сумку на прилавок. – Резче, падла!
Олечка, трясясь и плача, быстро сгребала содержимое всех витрин и подвитринья в сумку. Леночка потянулась было к тревожной кнопке, и «второй» череп, не долго думая, выстрелил, но попал не в стену, а в саму Зябликову. Олечка вскрикнула и бросилась к упавшей.
– Тебе кто велел стрелять, придурок?! – рявкнул главный и переключился на дёрнувшегося было побежать на помощь охранника. – Стоять на месте! Руки поднять!
– Ей помощь нужна, она кровью истекает!
– Да поΣβать мне, я сказал: руки подняли!... Ты тоже! – указал он пистолетом на от волнения разыкавшуюся мадам Стецьковичюс. – Быстрее!
Дождавшись, когда его подельники с наполненой доверху сумкой покинут помещение, главный убрал один пистолет.
– Вы хоть знаете, чей ломбард грабите?! – понимая, что процесс ограбления движется к завершению, с некоторым облегчением вопросил Тявкин, вспоминая, где находится аптечка. – Вы верите, что вам это сойдёт с рук?
Грабитель дёрнул плечами, а затем свободной рукой достал из кармана уже заранее приготовленный фальшфейер, положил на стойку и приказал Тявкину взять его. Охранник повиновался.
– Я верю в то, – вкрадчивым голосом начал грабитель, перебирая пальцами шнур с кольцом. – Что всё, что тебя не... Так, стоп, это уже было. – осёкся он и, дёрнув за кольцо, приводящее фальшфейер в действие, выбежал прочь из ломбарда, почти сразу заполнившегося ярко-оранжевым густым дымом. – Адью!
