«Пародия на плохой детектив» или особенности проведения оперативно-розыскных мероприятий в отдельно взятом районе отдельно взятого города

      – Что неясного было во фразе «не стрелять»?! Джокер, стянув маску, размеренным шагом навернул вокруг Михея круг и внезапно с разврота заехал пистолетом Михею в челюсть. Михей, сдавленно вскрикнув, упал, закрывая руками голову.       – Прошу, не надо!.. Джокер подошёл ближе и произвёл несколько ударов ногами. Давая Михею роль «грабитель с пистолетом», он предполагал, что выстрел, скорее всего, всё-таки будет произведён – Михей шёл на ограбление такого масштаба впервые, был «на взводе», и потому какой-то неожиданностью это для Джокера не стало. Не попал бы – план сократился бы на несколько шагов, а у ментов и «скорой» было бы немного меньше работы, но результат остался бы тем же. Вороновскую ювелирку они грабанули. Суету в районе навели. Ворону – и не только Ворону – сигнал послали. Михей свою роль сыграл целиком и полностью. В расход.       – Санчес?       – Джокер, я не могу! – заартачился кореш Михея. – Мы ж с ним с детства... Он же друг мне, Джокер, пойми, я... Джокер раздражённо возвёл глаза к небу и, обойдя Санчеса по дуге, сам взял его на прицел. Коля-Бэха, понимая, что будет дальше, пробормотал что-то себе под нос и ушёл отдирать тонировочную плёнку с окон своей ненаглядной Е34. Будучи с соседнего района, ни Михея, ни Санчеса он до сегодняшнего утра не знал, а потому их судьба совсем его не воловала. Джокер платил за услуги водителя большие деньги, причём наличными, а ювелирку предлагал делить поровну между всеми участниками. Бэха с математикой дружил.       – Ну сто кэсов же ты у меня как-то взял? – пожал плечами Джокер. – Слово держать надо.       – Да не могу я!... – сорвался в истерику Санчес. – Я передумал!... Ну будь ты человеком!...       – Как хочешь. – хмыкнул Джокер, поднимая Михея и толкая его к Санчесу. – Тогда меняйтесь. Девку вы замочили, менты искать будут, и надо будет кого-нибудь им отдать. Водила, – кивнул он на Бэху, – Мне ещё нужен. Двоих вас валить – слишком жирно, а оставлять в живых – опасно, вы на первом же допросе поплывёте. Так что думайте, братцы-кролики.       – Ты чё, совсем спятил?! – покрутил у виска Михей. – Он кореш мой, я не могу его грохнуть!       – Да ладно тебе. – Джокер усмехнулся, переложил свой пистолет из правой руки в левую и доставал телефон. – Он-то тебя согласился. На вот, послушай... Через несколько минут раздался выстрел, и Бэха понял, что только что его доля увеличилась на восемь-с-хвостиком процентов. Пожалуй, арифметика и деньги были единственными вещами в его жизни, которым Бэха придавал какую-то значимость.       – Этого здесь оставь, место не дикое, найдут – похоронят. – указал Санчесу на тело Михея Джокер. – Сейчас берёте сумку с брюликами и везёте во Всеволожск через Ковалёво.       – А чё не по шоссе?       – Бэха, ты дебил? – всплеснул руками Джокер. – Вы нашумели, сейчас менты все крупные дороги перекрывать будут. Хочешь, чтобы тебя первые попавшиеся гайцы прямо на выезде из города взяли?       – Понял, через Ковалёво – значит, через Ковалёво. – покорно пробурчал Бэха. – Когда делить-то будем?       – Когда шум уляжется. – непререкаемым тоном постановил Джокер и слегка пнул сидевшего на земле у тела Михея Санчеса. – Подъём, раньше думать надо было! Санчес медленно встал, взял нереально тяжёлую, как ему показалось, сумку, и, пошатываясь, на негнущихся ногах побрёл к машине. Джокер немигающим взглядом посмотрел ему вслед и, приобняв Бэху за плечи, отвёл водителя в сторону.       – Парниша истеричный попался, наивный и тупой. – обманчиво доверительным тоном начал Джокер. – Я разочарован и расстроен. Очень. Сильно. Расстроен.