Драбблы, для Writober-я и не только

      Если бы человек в один прекрасный день проснулся, обладая разумом, в десятки, сотни раз превосходящим разум его сородичей, осознавая себя не только как существо совершенно особенного рода, но и то, что отныне ему предстоит жить среди непохожих на него, почти инопланетно-чужих созданий, насколько бы одиноким и неприкаянным он мог бы себя чувствовать?       А если бы вдобавок ему пришлось провести свои достаточно юные годы в руках этих созданий, ставящих на нём бесчисленные, невероятно жестокие эксперименты?       Он почти уверен, что для людей история этого их сородича представлялась бы какой-нибудь невероятной трагедией, однако глядя на него, Недзу, большинство видело либо пугающего своим интеллектом директора ЮЭЙ, либо забавного, в чем-то даже непонятного милого зверька.       Это порой даже заставляло Недзу задумывать о том, насколько причуды на самом деле исказили восприятие нормального в этом обществе и насколько легко оно принимало совершенно удивительные, граничащие с невозможностью вещи, вроде существования зверей с причудой, не говоря уже о животном, обладающим интеллектом, превосходящий разум большинства средних представителей их собственного вида.       Впрочем, это самое общество, вероятно, просто не принимало в расчет, что обладая человеческим разумом, "собака-мышь-медведь" могла ни в коем разе не обладать той же самой психологией. Может так, а может всё дело было в этом самом размытом неопределенном образе, который Недзу удачно для себя выбрал, намеренно не уточняя вид, к которому он относился – в конце концов, быть непонятной диковинной зверушкой было во всяком случае безопаснее, чем крысой-переростком, чьё тело вынуждено было перестроится, чтобы соответствовать его выросшему мозгу – более миниатюрное просто напросто не смогло бы в достаточной мере обеспечить его кровью.       По-правде говоря, Недзу был вполне этому рад. Он никогда бы не смог оказаться там, где он был, если бы окружающих была известна большая часть отличий между Недзу и ими.       Взять к примеру то, что он совершенно не любил детей. Совершенная катастрофа для директора школы, но достаточно логичная и очевидная вещь для кого-то, кто в принципе не особо любил человечество в целом. Недзу был почти уверен, что люди наверняка сочли бы его бездушным или опасным, хотя ничто из этого не говорило о том, что он не заботился о своих подопечных, начиная с учителей и заканчивая учениками.       Заботился, разумеется, но не из-за каких-то эмоциональных побуждений или даже заложенной в нем потребности присматривать за своим или чужим потомством, а исключительно исходя из собственного морального кодекса, выстроенного им за годы жизни в обществе: потому что несмотря на то, какую бы темную и мрачную сторону человечества ему не пришлось увидеть и узнать, Недзу знал также, что был в этих созданиях есть потенциал для чего-то куда более светлого, доброго и созидательного, и сложно было представить более правильную и удобную позицию, чем у него, директора школы, выпускающей будущих героев, чтобы направить этот самый потенциал в нужное русло.       И быть может это была куда более слабая, опосредованная власть, чем та, которую он мог получить, если бы просто пошел в политику, но какая-то мрачная, расчетливая часть Недзу не могла ею не наслаждаться: в конце концов, что может быть более опрометчивым и неосторожным, чем вручить все эти юные, еще неокрепшие умы в руки существа, которое даже не было человеком и могло иметь все основания для того, чтобы воспользоваться ими в собственных целях? Людям, вероятно, просто повезло, что он, несмотря на присущий Недзу садизм его натуры, на самом деле не находил удовольствия в развращении более слабых умов.       Однако в глубине души какая-то его часть наслаждалась тем, что у него всегда сохранялась эта самая возможность…