Вор крепкого вина

      

***

Фиксай сидел на диване, в большой светлой гостиной, мирно попивая чай. Он совершенно недавно принял душ. Голову сушить ни как не хотелось поэтому, волосы зализаные назад казались сильно забальзамированными. Было прохладно но приятно. Утро субботы начиналось просто прекрасно… Резкие удары по двери заставили напугаться парня: кому так рано в выходной день, он мог понадобится? Съёмки только через 4 часа, а друзья когда приходят обычно отписываются в вк… Пару секунд на раздумья под интенсивный бой и тому пришлось всё же встать, услышав заглушенный, голос друга. В уже открытую дверь влетел Акакий, чуть не сбив Фиксая с порога, не утрудивший себя даже поздороваться. — Хэй, привет, что случилось? В ответ от рыжего ничего не было. Зайдя в зал, Фикс увидел перед собой странную картину, пугающая своей неизвестностью и переживанием: — погоди пока! — Акакий зашторивая окна нервно и громко произнёс. Его руки неуклюже хватали ткань, оттягивая в сторону, ещё чуть чуть и он сорвёт её нахрен… Фиксаю было не понятно, что вообще происходит, наверное поэтому он не стал возмущаться такой наглости старого друга, а просто стоял и смотрел, с синей кружкой в руках. После, тот решил спросить ещё раз. : —… Что случило — не успел он договорить, как ему уже нагрубили: — я же сказал — заткнись! Что тут не понятного? Вечно ты только и делаешь что говоришь и говоришь, говоришь, и говоришь, говоришь, и — в ответ Акакия тоже перебили: — «говорю и говорю, говорю, и говорю.». Вот я тебе сейчас тоже ТАКОЕ скажу, не побоявшись обидеть. Знаешь, а ведь я сейчас ведь мог орать на тебя, выгонять, угражать, злиться в конце концов! И что я делаю сейчас в место этого? — фиксай старался не кричать на своего визави. Не смотря на свои ранее сказанные слова, обижать невинного не хотелось, закрыв глаза на оскорбления и попытки заткнуть себя, утруждаясь не сорваться на ор и маты. Вообще Фиксай пытался контролировать свои манеры речи. То есть старался не материться и тому подобное. Это давалось ему довольно легко. А вот контролировать эмоции и анализировать ситуации у него получалось… Ммм… Не сказать что плохо, но и не сказать что хорошо. Конечно если сравнивать этого добряка с собой из прошлого: более молодого и энергичного — то сейчас результат склонялся больше к хорошему. — Ну давай, давай! Обидь меня! Это же так сложно, по любому удивит меня! — Акакий продолжая кричать с явным сарказмом излогал — Вот только есть одна загвоздка… Ты постоянно только и делаешь, что задеваешь мои чувства! " — Что? Какие чувства? Что он имеет в виду? — это уже в край озадачило Фикса.» —… По любому удивит меня! — Акакий продолжая кричать с явным сарказмом излогал. — Акакий, Объясни мне — что происходит?! — Я не знаю! — схватившись за голову, рыжий демонстративно покачал головой -… Саня… Мне страшно…- теперь Фиксай видел только слёзы друга и слышал всхлипы " — Что? Какой Саня? Что он имеет в виду?» Немного помолчав, человек айкнул, дернувшись от маленького удара тока своей энергии на руке. Хах… Забавно что она не на одежде… Интересно, а почему? Переведя взгляд в сторону Акакия, Фикс окончательно ошалел от увиденного… **** Голова приятеля стала квадратной, казалось буд-то тот сдавил её себе. Руки и ноги — паралеллипипеды; одежда и кожа, слишком яркие… —…По любому удивит меня! — Акакий продолжая кричать с явным сарказмом излогал. — Акакий… Ты пьян. На раздумья вариантов ответа рыжего, у Фикса ушло минуты 2. Какая же наркомания придумалась парню за это короткое время… Голубоглазый просто стоял и удивлённо взирал на своего визави. Пару секунд и Фиксай стоял уже с разведёнными руками, ожидая ответной реакции от друга. Крепкие дружеские объятия, слезы уставшего в край человека, лёгкий запах алкоголя… Акакий рассказал своему старику всё из-за чего был устроен весь этот цирк. Как он напился в край, как гулял по площади и как ему казалось — делал добрые дела, поливая искусственно выращенные цветы. Тот не помнил чем он их питал, но ему казалось это благородным делом. Уже скорее всего слегка выветренный алкоголь помог вспомнить ещё пару вещей, такие как: с кем разговаривал, что видел мужика в чёрной одежде и синей кепке, как болтал с таксистом, а потом… А потом, не зная точной причины, пришлось нестись к Фикусу, попытавшись спрятаться… Дальше темноволосый слушать не стал. Его мысли зациклились лишь на тех воспоминаниях, когда он пытался недавно поймать человека в такой же одежде. Ну прошло всего неделя, так что наверное всё же нельзя назвать этот срок недавним. На кухне друзья до конца разговорились. Рыжий сидел с тарелкой пересоленныйх макарон с сыром, а фиксай всё с той же с кружкой чая. Обстановка была максимально приятной и домашней, не считая неприятный осадок, переживание, в душе у Фиксая. Жёлтый свет лампы, в окне виделся светлый но в то же время сероватый день, белая скатерть, стол, не мытая посуда, бледно зелёные обои… Мерзкий звук будильника заставляет очнуться. Холодное солнце освещало комнату, не дотягиваясь, из-за плотных штор, лишь до лица. Через пару минут тень уже во всю бродила по стенкам шкафа, по линолеуму, обоям. На кухне кипятился чайник, а из ванной комнаты доносились звуки льющейся воды. Такая утренняя мелодия на заднем плане, доносящаяся из радио, с такой силой поднимала хорошее настроение, что поражало. Что-то засиделись мы вчера. Время так быстро пролетело. Казалось бы — утро, быстро переросшое в вечер, это не такое уж и сверхъестественное явление. Он ушёл ещё вчера. Где-то. К шестому часу. Да-да, именно к шести часам вечера. Именно к шести. Почему я повторил слово «шесть», три раза? Хмхм, так интересно. Такие лаботряские мысли в последнее время, что аж смешно с самого себя. Забавное число в самом деле. Да и чай какой-то странный на вкус…