Всё не напрасно

Миха привычно готовился к стриму, проверяя камеру и микрофон, и думал, какого чёрта у Андрея такой длинный и острый язык. Хотел пошутить, и попал ведь, зараза, в самое больное место. Миха предпочёл бы навсегда забыть о своей отливающей не тем цветом радуги ориентации. Но, увы... Он шумно выдохнул, взял гитару и поудобнее устроился на стуле. Вот уже пару месяцев он проводил на ютубе прямые трансляции. Играл каверы за донаты. Чувствовал себя пианистом в кабаке, но терпел, потому что больше ничего толком не умел, а деньги были нужны позарез. Миха брался только за иностранный рок-н-ролл, чем отличался от большинства подобных стримеров. Об этом кричал заголовок видео, об этом предупреждало описание, но настырные говнари не жалели бабла и порой всё же кидали сотки и даже пятихатки, лишь бы Миха исполнил «Владивосток-2000» или «Орбит без сахара». Нет, Мишка в целом уважал исполнителей этих песен, но они были настолько заезжены и далеки от настоящего рока, что играть их не хотелось от слова совсем. Так же как и вечных Цоя с Хоем. Каверов на русский рок на ютубе вообще было хоть жопой жуй, поэтому Мишка решил выебнуться и играть для русских иностранщину. Тем более сам от души любил качественную музыку, а не рокопопс и бардовские стенания. Английский язык он знал плоховато, но успешно подбирал аналоги похожих на слух слов. Пару раз для прикола пел свои рыбы, но основное время стрима всё же уделял чужим песням, тем, что требовали от него зрители. Кто платит, тот и заказывает музыку. Таковы буржуйские законы. Михе они были не по нраву, и он мечтал об анархо-коммунизме, когда деньги станут вовсе не нужны. Сегодняшний стрим не задался с самого начала. Какой-то упёртый поц брал его на понт и всё требовал сыграть «Я свободен». Мишку знатно подбешивала «Ария», половину музыки сдёрнувшая с Iron Maiden, и он отбрехивался, как мог, но парень пошёл до конца и скинул косарь. Миха закатил глаза, на пару секунд задумался, но не прогнулся. — Не нужны мне твои деньги, чувак. Гони номер телефона, я отправлю бабки обратно, но «Арию» не буду играть. Он взялся за заказанную «Havana Affair» и мельком следил за бурлящим чатом. Стрим смотрело всего лишь около сотни человек, но споры среди них разгорались жаркие. Миха не вмешивался и комменты почти не читал. Иначе бы стримы превратились в его сплошной разгневанный монолог. Миха прекрасно осознавал свою эмоциональность, поэтому старался держать себя в узде и молчать между песнями. Но к концу трансляции в голову ударял коньяк, которым он согревал связки, и Мишку несло. Будь он более популярным, его видосы уже растащили бы на цитаты, но на выёбистые телеги весьма харизматичного новичка под ником Gorshok пока никто не обращал должного внимания. Перманентно рвались струны, один раз отвалился интернет, но Миха героически отыграл всё, что просили. Часа в три ночи кто-то заказал ему панковскую песню про любовь. Миха хмыкнул и забабахал «What’s This Shit Called Love?». Провёл последний раз по гудящим струнам и горько заметил: — На самом деле, такая она сука, эта любовь. Ё-моё… Эти голубые глаза нихуя не для меня. Ну и ебись оно всё конём. Миша заметил оживление в чате, до этого признания почти спящем, и понял, что пора сворачиваться, пока не сболтнул лишнего. Вырубил всё, убрал гитару и растянулся на диване. В отличие от сосунка Андрея, Миха очень чётко понимал, что происходит. Фантазия услужливо подкинула мечтательные образы обнимашек, поцелуев и другой мишуры. Выглядело до того слюняво и по-гейски, что Миша тряхнул головой и лбом приложился об подушку. Но можно было сколько угодно пытаться вытрясти из черепной коробки мозги, а факт оставался фактом: он втрескался в Князя с первого взгляда. И это было настолько же дерьмово, насколько сладко. Миха потянулся к телефону и написал: «Андрей, спишь?» Андрюха спал. И видел во сне, как блуждает ночью в неизведанном дремучем лесу, пугаясь каждого куста. Темнота, щерившаяся острозубым оскалом, вывела его к одинокому замку, высокому и готически чёрному. Подвесной мост через оборонительный ров был призывно открыт, и Князь пошёл по нему. Прямо в мрачную пасть открытых ворот. Он знал, что туда идти нельзя, но мучительно липкое любопытство тянуло внутрь. Князь шагнул под тяжёлый каменный свод, ворота лязгнули и проворно затворились. Назад пути не было. Андрей пересёк пустой пыльный двор, слыша эхо шагов, толкнул громоздкую деревянную дверь с металлическим кольцом вместо ручки и оказался в сумрачном холле замка. Наверх уходила витая кованая лестница. Её ступени звали и манили. За спиной шевельнулся движением воздух. Князь обернулся и встретился с пропастью Михиных глаз. Тут Андрей проснулся, покрутил головой и в непонятках задумался. Сон ускользал, как пойманная голыми руками рыбёшка, и Князь, зевнув, уснул опять. На утро он и вовсе забыл ночное сновидение. Днём сходил на приём в поликлинику, где его выписали, и встретился во дворах со знакомыми пацанами. — О, Князь льда идёт! — заржали навстречу. — Ну, как водичка была? — Отменная, — засмеялся и Андрей. — Почувствовал себя белым медведем. И теперь готов вас сожрать. Где оператор-то? Его в первую очередь покусаю. — Да Дюх, не дуйся. Арсюха ведь не со зла. Хотел на память забавный ролик сделать, — сказал Давид, предлагая ему сигарету. — Когда ты грохнулся, мы крипанули. Растерялись, ёпта. А чё за мужик тебя подобрал? — Случайный прохожий. Вызвал мне такси до дома, да и всё, — Андрей не собирался рассказывать всей правды. Его малость пугали бродящие внутри чувства, неправильные и чуждые традиционному обществу. Как любой подросток, он мечтал о любви. Представлял, что будет, как в фильмах и книгах, гулять за руку с девочкой, целоваться с ней и вообще всячески ухаживать. Только вот почему-то ни одна знакомая девчонка подобных желаний у него не вызывала. Впрочем, мальчик тоже. Вообще никто. Андрей не расстраивался, полагая, что найдёт свою любовь в другом месте и в другое время. А сейчас, после встречи с Михой, все идеальные представления полетели куда-то в пизду. Вернее, на хуй. Этот орган выглядел, сука, привлекательнее. — Князь, пошли в магаз зайдём погреться? — толкнул его кто-то в бок, и Андрей, вынырнув из своих пошловатых мыслей, зарулил вслед за парнями в знакомый магазин. Они шарахались вдоль прилавков, выбирая всякие вредные вкусняхи, и Князь вдруг почти нос к носу столкнулся с Михой. Тот стоял возле пивных полок, засунув руки в карманы джинсов, и гипнотизировал взглядом тёмные бутылки. На лице его, помятом и слегка небритом, явно читалось, что задумался он не о преимуществах «Охоты» над «Балтикой», а о чём-то своём. Андрей искренне обрадовался и растянул губы в довольной улыбке, но столкнулся с ответным напускным холодом равнодушия. Князь догадался, что Миха не хочет светить знакомство, и это было разумным шагом, но радость от встречи потускнела и свернулась, как прокисшее молоко. — Эй, — толкнул его в плечо Давид, — а это не тот тип, что вытащил тебя? — Да не, — как можно спокойнее отозвался Андрей, — похож, наверное. Чувствуя спиной взгляд Михаила, Князь полез за телефоном:

«Можно я к тебе щас зайду?»

Миха хотел ответить отказом, но непослушные пальцы набрали: «Заходи. Только без хвоста»

«В смысле?»

«Блять. Без этих вот твоих приятелей»

«А чё такого? Ты стесняешься? Пхахапщазр»

«Дебил. Просто нахуй они мне?»

«Ок, я понял. Жди. Пива купи для меня пж»

«Обойдешься»

«Нууу Мииииих»

«Ладно, не скули» У выхода Андрей обернулся, незаметно подмигнул Михе, а через полчаса попрощался с пацанами и в непонятном предвкушении просочился в знакомый подъезд.