Мой свет

Ее живот начал расти не сразу и даже немного огорчало то, что пока совершенно не ощущалось, что там внутри кто-то есть. Единственное, что ее успокаивало, так это то, что она прекрасно видела, как развивается чакра в малыше. Итачи стал постоянно складывать на него руки, словно проверяя, все ли в порядке с малышом, или просто касаясь, чтобы быть рядом. Иногда Хината замечала, что он смотрит на нее сквозь свои шаринганы и от этого мороз проходился по коже. Она не боялась его глаз, но от них исходила какая-то почти ощутимая сила, от которой Хината всегда ежилась. — Как бы ты назвал сына? — Спросила она, когда они в один из вечеров решили поужинать в зимнем саду своего дома, расстелив плед. Рука Итачи покоилась на чуть округлившемся животике. — Я бы хотел назвать его Шисуи. — Выпалил он. — Так звали моего самого близкого друга… Он был очень добрым и светлым человеком. Хината знала про историю Шисуи. Клан Учиха пытался обвинить Итачи в гибели юного гения. — Мне нравится это имя. — Она кивнула, представив на мгновение сына, похожего на ее мужа, но носящего глаза клана Хьюга. — А как бы ты хотел назвать девочку? Итачи на мгновение замер, словно уходя глубоко в себя. Он попытался надеть непроницаемую маску, стараясь скрыть свои эмоции, но Хината разглядела в его глазах то, что он тщательно скрывал. Боль. — Ты в порядке? — Она встревожилась. — Я сказала что-то не то? — Прости… Но, я не могу просить тебя о таком… Она качнула головой, а потом, чуть подвинувшись, поцеловала его в лоб. — Мы пока просто беседуем, разве нет? Мне просто интересно, какое имя тебе хотелось бы для дочери. — Я бы хотел назвать ее Изуми… — Он поднял на нее полный боли взгляд. — Изуми? — Улыбка чуть сползла с лица Хинаты. Он кивнул и девушка задумчиво повторила его жест. — Знаешь… Это очень красивое имя… Изуми Учиха. И если так желает твое сердце, я не против. Он удивленно на нее посмотрел, ничего не говоря, разве что глаза спрашивали: «Почему?». Но ей сложно было описать то чувство, которое она испытывала к прошлому самого Итачи. Она уважала его? Наверное, слово «уважение» к кровавой резне сложно было применить. Однако она принимала его прошлое и его боль, потому что знала, что это горе для него. До сих пор не исцеленное горе с зияющей дырой в сердце, которая никогда не заживает. — Итачи? — Она позвала его из-под глубин мыслей, из-под толщи вины, которая, она видела, вновь накрыла супруга с головой. Взгляд мужа прояснился и он посмотрел ей в глаза. — Я хочу сказать тебе кое-что. Он кивнул, протянув пальцы и заправив прядку выбившихся волос ей за ухо. — Я люблю тебя. Всего, без остатка. И то, что было в прошлом — останется в прошлом. Если ты хочешь взять в нашу жизнь светлые частички своих воспоминаний — я буду только этому рада. Ведь… Это часть тебя… — Хината присела на плед, размещаясь по удобнее и продолжила. — Я глубоко уважаю Изуми-сан и мне действительно жаль, что она трагически погибла… — От моей руки… — Ты подарил ей мирную и светлую смерть. Хотя мог жестоко лишить ее жизни. Последнее, что она чувствовала, уходя из жизни — мир и покой. Ведь так? — Итачи кивнул и Хината тяжело вздохнув, продолжила. — Ты не мог поступить иначе, ты подарил ей жизнь в своей иллюзии и она прожила ее счастливо, умерев у тебя на руках. Однако ты все еще хранишь ее в сердце. Он качнул головой. — Я храню в своем сердце тебя. Хината понимающе улыбнулась. — Я знаю, Итачи. И я счастлива, что нашла в нем свое место. Но я прекрасно понимаю, что ты не можешь вычеркнуть свое прошлое. Я уважаю Изуми-сан и уважаю то, что она до сих пор остается в твоем сердце. Поэтому я буду счастлива, если мы назовем так нашу дочь. Особенно, если это сделает тебя счастливее. Он невидяще смотрел ей в глаза, словно не понимал, что она говорит. — Я все еще не могу понять, за что Ками-сама подарили мне тебя… Ты — самое светлое, что есть в моей жизни… — Он притянул ее к себе и обнял. Как же Хината любила объятия Итачи. Его сильные руки, горячее жаркое, сильное тело… Его запах, который она всегда вдыхала, прижимаясь к его груди… Она не ответила ему, хотя мысленно решила, что все-таки воды Ирико предначертали Учиху ей, а не наоборот. В этот день Итачи отвел ее на водопад, откуда когда-то рухнул Шисуи, и они вместе бросили в воду по веточке лилии. Говоря с ниспадающими водами, он поделился с умершим другом их желанием назвать первого сына его именем. То же самое они проделали на кладбище, у могилы Изуми, после чего в их храме зажгли благовония для двоих усопших в благодарность за их прошлое и имена.

***

Итачи периодически стал уходить на миссии дольше двух дней. Это было редкостью и Хината всегда видела бродящего вокруг дома шиноби из АНБУ, который охранял ее покой, пока мужа не было дома. В этом, конечно не было необходимости, но она уважала его выбор. Просто удивлялась, почему он ей не рассказал. Когда-нибудь она спросит. А пока она наслаждалась своим состоянием и временем, которое она целиком и полностью может посвятить себе. Сегодня Хината ждала на ужин бывших членов ее команды — друзей, с которыми у нее связаны самые светлые и приятные воспоминания детства и юности. Наверное, они единственные, кто всегда думал о ней, как об отдельной личности, а не о Химе клана, которая рождена только для того, чтобы отдавать долги своему клану. Ей было стыдно, что за все это время она не могла с ними встретиться. Но она знала, что эти двое не стали бы спрашивать ее о том, каков Итачи в постели (о чем спрашивало большинство тех, с кем она виделась в первые полгода брака), они спросили бы счастлива ли она. И она не смогла бы врать, потому что первую часть своего брака глупо считала, что она глубоко несчастна. А вторую… Ей было не до встреч. В общем и целом, она с превеликим удовольствием именно сейчас ожидала в гости Кибу и Шино. Но, они пришли не одни. Сарутоби Куренай со своей дочерью, восседавшей на гигантском белом псе Акамару пришли в этот день с ними. Хината не нашла слов, чтобы описать свою радость, просто разревелась, обнимая друзей по очереди. — Ну хватит-хватит. — Похлопал ее по спине Инузука. — Хорошо это — плакать. — Подытожил Шино, скромно засунув руки в карманы. — Почему? Да потому, что в себе не нужно эмоции держать. Хината даже отвыкла от такой манеры речи и улыбнулась сквозь слезы, опускаясь на колени и обнимая белого добродушного пса. Она любила Акамару всем сердцем, наверное даже мечтала когда-нибудь, чтобы у нее был такой верный друг. Однажды она просила Кибу подарить ей щенка, но он с сожалением отказал, заявив, что собаки клана Инузука — это не просто домашнее животное, а воспитанный с детства боевой товарищ и дарить таких собак можно лишь новоиспеченным членам клана. В тот день он в шутку сказал, что ей надо выйти замуж, чтобы получить такого верного друга. Ей было лет тринадцать тогда и она лишь засмеялась, не задумываясь о шутке. Обняв Куренай и взяв на руки уже заново привыкшую к ней Мираи (Хината несколько раз приходила к ним в гости, чтобы поиграть с малышкой), она пригласила всех к столу. — Твои дела как, расскажешь нам? — Шино уселся на стул, разглядывая все, что она наготовила. — Все хорошо. — Она улыбнулась, понимая, что ей не нужно врать об этом. — Он тебя не обижает? Ты скажи, если обидит, мы с Акамару порвем его на клочки. — Киба уже впился острыми зубами в ножку гуся, которого Хината запекала сегодня всю ночь и все утро на медленном огне. 
Акамару гавкнул, поддакнув хозяину и Хината на миг почувствовала, что она снова в кругу семьи. — Ребята, Итачи не обижает меня, мой брак сложился очень удачно и я счастлива в нем. — Хината улыбнулась им. — Спасибо вам за заботу, Киба-кун, Шино-кун. Мне так вас не хватало. Это так здорово — быть снова в своей команде и наслаждаться обществом любимых друзей и наставницы. Из Акамару вышла прекрасная нянька и малышка Мираи провела почти все время после ужина катаясь верхом на огромном псе, либо почесывая ему пузо, радуясь, что тот довольно кряхтит оттого, что ее маленькие ручки мнут ему шкурку. — Ну и когда ты нам скажешь? — Киба обнажил свои острые зубы в улыбке. — Скажу что? — Она смущенно заерзала. — Что ждешь ребенка, конечно! — Невозмутимо ответил друг. — О… Ну, я думала, что все в деревне уже знают. — Хината виновато улыбнулась. — Слухами деревня пронизана. Верить не стоит подряд всем. — Заключил Шино. — Тебя поздравляю я. Вот у кого эмоций было не считать, потому, что друг помимо высокого ворота носил еще и очки, скрывающие глаза, но Хината знала, что он рад за подругу. — Спасибо ребята… Они провели весь вечер вместе, слушая поочередно то истории Куренай о том, как малышка Мираи пакостит дома, то о сложном выборе Кибы, ведь ему предстояло стать новым главой своего клана, а значит выбрать нужно было самую сильную из своего рода, которая подарит не менее сильное потомство. Его энтузиазм был схож с тем, как он когда-то подбирал для Акамару самку… Шино же был не очень разговорчив, лишь поведал, что в его клане нет таких устоев и что он уже определился с выбором. — Однако клана моего член она. — Заметил он. — О, мои поздравления. — Рано еще. — Шино дернул плечами. — Почему? Да потому, что маленькая еще. Ждать два года надо мне… — Но, раз вы выбрали друг друга вместе, то вам будет не в тягость это ожидание. — Ты верно говоришь все, Хината. Просидев до самой ночи, друзья отправились провожать Куренай, дочь которой так и уснула на спине Акамару. — Заходите ко мне почаще, пожалуйста. — Попросила на прощание. — Обязательно. — Они махнули рукой и поспешили прочь, оставляя Хинату с теплой улыбкой на лице. Едва дверь закрылась, она принялась убирать со стола и мыть посуду, наводя прежний порядок после гостей. Неожиданно для нее, в дверь кто-то постучал. Активировав бьякуган, она увидела образ чакры Саске. Оглядев периметр и поняв, что ее негласный сторож исчез, а кроме Саске в округе нет никого, Хината поспешила открыть дверь. — Саске-кун, добрый вечер. Хината отступила на полшага назад, впуская гостя в дом. — Прости, что так поздно. У меня плохое предчувствие и я решил проверить, все ли в порядке. — Ты ужинал? — Он отрицательно качнул головой в ответ. — Проходи скорее, я накормлю тебя. Она тепло улыбнулась и пропустила неожиданного гостя. — Так почему ты подумал, что что-то не так? — Она расставляла блюда на уже чистый и убранный стол. — В округе бродил подозрительный тип. Едва запеленговал меня, растворился, словно его и не было. Он носит форму АНБУ, однако, я не слышал, чтобы Итачи к тебе кого-то приставлял. — Вот как? — Хината задумалась. — Я давно его наблюдаю, он сопровождает меня повсюду, если Итачи нет рядом. Я думала, что он приставил кого-то из своего отряда присматривать за мной… — Он ничего мне об этом не говорил. — Саске отрицательно качнул головой. — И мне. — Согласилась Хината. — Значит, это не приказ Итачи. — Думаешь, он бы сказал? — Хината заволновалась. — Он бы точно поставил в известность меня. Потому, что сам просил присматривать за тобой. Хината замерла на мгновение. Что же это за человек, который непрерывно наблюдал за ней? Возможно, он ошивался вокруг вовсе не из-за заботы о Хинате? Вероятно, ему что-то нужно от нее… — Что ж… Нам остается только спросить самого Итачи об этом… — Она устало вздохнула, надеясь на то, что муж просто не поделился информацией с ними по какой-то причине… Потому что о плохом она думать ну совершенно не хотела.