"Переход"

***

      На следующий день Тэхён честно хочет поговорить с Чонгуком о произошедшем, но все слова камнем застревают в горле, и он всё никак не может решится их произнести. Альфа, очевидно, тоже избегает любого упоминания о случившемся. По его словам, конечно, это не заметно, но вот действия говорят о многом. Желая разрядить тяжёлую атмосферу, парни отправляются в VR-клуб, чтобы немного пощекотать себе нервы полным погружением в игры, и именно здесь Тэхён замечает, что Чонгук почти его не касается. Вовсе не из-за того, что охладел к омеге и не хочет. Хочет. По глазам и по тянущимся рукам видно. Но почему-то ограничивает себя. Тэхёну это не нравится, ведь данное поведение говорит о том, что второе предположение Дэни верное – альфе нужна омега. И это грозит им теперь большими проблемами, так как скорее всего Тэхёну придётся сажать своего подопечного на препараты. То есть делать то, чего он очень хотел избежать.       Несмотря на тяжёлую обстановку возвращаются домой ребята вполне довольными и счастливыми, ведь хотя бы на некоторое время они смогли позабыть свои проблемы и слегка отвлечься. Поэтому, желая ещё ненадолго продлить это приятное состояние, Тэхён решает отложить серьёзный разговор до вечера, но лишь потом понимает, что очень даже зря.       После пяти часов они с Чонгуком расходятся по разным комнатам. Вовсе не из-за того, что альфа надоедал омеге, а потому что у Тэхёна всё ещё оставалась такая обязанность, как «учёба», которая на данный момент включала в себя выполнение недавно заданного проекта. Поэтому, чтобы не отвлекаться на столь желанного парня, Ким отправил Чонгука сидеть в другую комнату, а сам скрылся на кухне, обложив себя конспектами и книгами. Однако, где-то через полтора часа он начал слышать то, что безвозвратно отвлекло его от занятий. Это вновь были стоны. Только уже совсем не те, что парень слышал ранее – звук, больше похожий на скулёж, совсем не связанный с удовольствием, резал сознание.       Оставив учёбу Тэхён идёт к спальне и тихонько заглядывает в комнату. Чонгук, сдерживая собственные руки у груди, мечется по кровати, то выгибаясь, то скручиваясь от боли. Тэхёна пробивает холодной волной осознания. Альфа сам не даёт себе доступ к телу! Не даёт воле своему волку в таком важном интимном деле. Вот почему он вчера был в таком состоянии! Так не должно быть. Это очень больно и опасно.       Смущение и другие лишние мысли тут же остаются позади. Тэхён мигом оказывается на кровати и останавливает Чонгука от метаний. Привлекая к себе внимание, он берёт его за руки и слегка встряхивает. Альфа тут же открывает глаза и встречается с омегой взглядом. Тёмно-карие омуты, в которых плещутся стыд и боль, заставляют Тэхёна нахмуриться. Плохо. Чонгук совершенно не даёт доступ своему волку, и это срочно надо исправлять. – Эй, ну ты чего, Гук-а? – мягко пытается он вывести парня на контакт, зная, что строгий подход здесь совершенно не сработает и внимательно следит за чужой реакцией. – Тэхён... Мне так больно...       Чонгук стонет и тяжело дышит. Его лоб уже весь мокрый, как и чёлка, а лицо красное от напряжения. Это говорит о том, что в таком состоянии он пребывал уже достаточно долгое время, однако специально сдерживал себя, чтобы шумом не привлекать внимание пары. – Я вижу, Чонгук-а. Но всё хорошо, – продолжает успокаивать его Тэхён, пальцами убирая мокрые волосы с лица. – Просто сделай это. Сделай то, чего хочется, не сопротивляйся. – Нет... я не могу. Здесь ты, и это... неправильно. – Эй, – Тэхён седлает упрямого парня сверху, кладёт ладони на его щеки и соприкасается лбами. Он пробует создать более тесный контакт, чтобы Чонгук почувствовал себя в безопасности. – Не бойся. Это не неправильно. Это нормальный и естественный процесс. Все это делают, так что всё хорошо. Я уйду. Не буду слушать и мешать, и ты сможешь сделать это, дав немного свободы своему волку, ладно? – Нет, – рвано выдыхает Чонгук, сокращая мышцы живота и ног, от чего Тэхён гораздо сильнее чувствует его возбуждение и напряжённое состояние. Задрав голову наверх, альфа прерывает их зрительный контакт и пытается уткнуться лицом в подушку, чтобы не видеть омегу. – Я не могу, Тэ. – Ну же, Чонгук-а. Так нельзя. Тебе нужно это сделать, – с отчаяньем шепчет Тэхён и немного теряется от безумной, но, скорее всего, действенной идеи, что приходит ему в голову. – Давай... тогда давай... так, – слегка дрожащими руками он прикладывает горячие ладони альфы к своему голому торсу под футболкой. – Давай так, ладно? Сделаем это в первый раз вместе.       Чонгук смотрит забито, очевидно пересиливает боль, но всё же в его взгляде улавливаются интерес и надежда. Тэхён понимает, что альфа хочет этого, что сам Чонгук хочет, но боится. Как и Тэхён. – Давай, Гук-а, – управляя чужими руками, омега начинает медленно водить по своей талии вверх и вниз. Он чувствует как неловко пальцы альфы сами прикасаются к его телу. – Нам ведь не обязательно заходить далеко. Давай просто совсем немного друг другу поможем.       Оставив чужие руки на себе, Тэхён снимает футболку и тут же чувствует как по торсу бегут мурашки. Чонгук всё ещё тяжело дышит и смотрит с сомнением, но руки с его тела не убирает. Наоборот, жадно цепляется пальцами, будто боится, что отнимут. – Ты красивый. Очень, – вдруг выдыхает он, и Тэхён чувствует некоторое облегчение. – Ты тоже, мой альфа.       Спустившись ниже, омега стаскивает с Чонгука худи и укладывается голым торсом на его грудь. Тот на пару секунд задерживает дыхание, а затем уверенно смещает одну руку на чужую спину. Тэхён замечает промелькнувший оттенок красного в его глазах и расслабляется. Он делает всё правильно. – Хочу поцеловать тебя, – вдруг рычит Чонгук, и Тэхён, честно говоря, даже не очень понимает, чье именно это желание – волка или самого, сопротивляющегося ему, Чонгука. В любом случае его сердце делает кульбит в грудной клетке, а разум судорожно пытается придумать, как избежать данной прихоти парня, ведь он себя знает – слишком легко будет увлечься процессом.       Однако от недолгих размышлений Тэхёна отвлекает Чонгук. Он вновь изгибается телом и болезненно стонет в край подушки. Ким понимает, что в данной ситуации ему лучше будет пойти на уступки. Поэтому, прижавшись ближе, первым целует парня. – Ну же, это твой волк, Чонгук-а, – через усилие шепчет он в губы. – Не бойся его, ты с ним един. Я ведь твоя пара, помнишь? Ничего страшного, если ты дашь себе в этом волю. Всё хорошо, родной.       И Чонгука всё же отпускает. Его глаза вновь приобретают алый цвет, а руки крепко сжимают омежью талию, от чего Тэхён тихо стонет, сам от себя такого не ожидая. В этот момент его начинает охватывать небольшая паника, ведь... он что действительно решил сделать это? Вместе с Чонгуком? Это ведь даже не очень законно, поскольку не прописано в их обновлённых контрактах. Тогда каким хреном? – Не смей, — почти рыком произносит Чонгук и прикусывает его левую ключицу.       Тэхён вздрагивает. Он сразу понимает, о чём говорит альфа. Несмотря на третью неделю «перехода» тот всё ещё прекрасно ощущает все его эмоции, а значит чувствует и это замешательство. – Ты сказал, что мы можем сделать это вместе. – Да, сказал, – подтверждает Тэхён. Он действительно не хочет отказываться от своих слов, но тревожность от этого никуда не исчезает, поэтому омега быстро придумывает, как правильнее сейчас поступить. – Просто… это немного смущает, верно? Не только тебя, но и меня тоже. Давай мы слегка сменим позу. Так нам обоим будет удобнее.       Не дожидаясь ответа от Чонгука, Тэхён ухватывается за его плечи и неловко переворачивает их двоих на бок. Что же. Если он решил помогать, то поможет, но не выходя за рамки дозволенного. – Ты… совсем никогда не делал этого, верно? – спрашивает Тэхён, уже заранее зная ответ, и пытается придумать с чего бы им лучше начать, но Чонгук снова сбивает его с толку. – Делал.       Удивлённо хлопая глазами, Тэхён мысленно пробегается по информации в карточке своего пациента, где чёрным по белому указано про отсутствие хоть какого-либо сексуального опыта. Даже самостоятельного. Тогда… – Почему ты раньше не указал это? Постой, погоди! Если ты уже делал это с собой, то почему сейчас так боишься? Должен же понимать, как это приятно. Разве нет? Что произошло?       Чонгук мрачнеет. Очевидно ему неприятна эта тема и воспоминания. Он уводит взгляд вниз, а затем медленно поднимает его куда-то на шею омеги. К счастью, его алые глаза не меняют цвет, а значит он готов вновь говорить с Тэхёном откровенно. – Это было неприятно и стыдно. Я не смог… ничего сделать, хотя она пыталась. Хах, я ведь неполноценный альфа, поэтому... – Чёрт, Чонгук, нет, – шипит Тэхён, которому кольями в груди отдаются чужие слова и осознание того, что же всё-таки повлияло на такой поздний «переход» парня. – Ты просто потрясающий альфа! Не смей думать о себе иначе. Первый опыт иногда действительно бывает сложным. Мой тоже вышел так себе, но ничего страшного. Просто посмотри на себя!       Чонгук поднимает на Тэхёна взгляд наполненный сомнением, на что омега закатывает глаза. – У тебя просто потрясающее тело, Чонгук-а. И характер. Ты замечательный парень. Не смей в себе сомневаться. И с сексуальностью у тебя тоже все хорошо. Иначе бы ты не желал меня.       Тэхён прикасается к груди парня и ведёт пальцами по контурам мышц. Чонгук очень горячий и чувствительный, поэтому когда Тэхён задевает его сосок, тот сразу твердеет. Дыхание альфы вновь учащается, а руки тянутся к чужому телу. Ему сложно, но он тоже хочет.       Тэхён двигается ближе. Так чтобы они могли вместе исследовать друг друга не разрывая объятий и тёплого контакта. Кончиком носа он поддевает чужой, ластится, а после, поймав взгляд, наполненный желанием, накрывает поцелуем губы. На этот раз Чонгук торопится, напирает, словно пытается одержать победу в игре, но это не идёт на пользу. Наоборот, губы исчезают слишком рано, зубы сталкиваются и совсем не контролируется язык. Тэхёну так не нравится, пусть он и понимает, почему Чонгук это делает. Разорвав поцелуй, омега слегка отстраняется от парня. Положив руку на его щёку, он поддевает большим пальцем его губы и сминает их, рассматривая. – Не спеши. Нам некуда торопиться. Дай себе и мне время прочувствовать и насладиться процессом.       Тэхён всё ещё не верит, что говорит и делает это, однако его губы вновь накрывают чужие, в поцелуе более томном и сладком, чем раньше, а руки оглаживают красивое тело, вызывая на нём мурашки. Через пару минут альфа расслабляется, прекращает торопиться, но не уменьшает напор. Целует мягко, очень любовно и требовательно. Руками исследует омежье тело, то поглаживая, то сжимая мягкую кожу, отчего Тэхёну кажется, будто он горит. Ким не знает в какой момент всё-таки начинает переходить ту черту, которой так боялся. Просто его рука постепенно спускается чуть ниже, на солнечное сплетение, на живот, низ живота и пах. Чонгук забавно вздрагивает, когда омега первый раз проводит пальцами у кромки его джинс, и напрягается, когда пробирается под них. Возможно он даже думает остановить парня от продолжения, но Тэхён не позволяет. Ловким движением руки он расстёгивает пуговицу и тянет молнию вниз. – Ты можешь тоже, – предлагает он, чтобы Чонгук не терялся, и самостоятельно укладывает его руку на свое возбуждение. – Мы ведь вдвоём этого хотим.       Для Чонгука это звучит убедительно. Чувствуя физически желание своей пары, он оставляет своё смущение и, пусть немного неловко, повторяет все действия за Тэхёном.       Отсутствие в доме смазки вполне могло стать неприятной проблемой для первого раза, однако сильное возбуждение альфы сыграло им на руку. Освободив немного парня от одежды, Тэхён смело накрывает довольно хорошего размера член рукой, а Чонгук сильно напрягает пресс. Боится. Но всё же позволяет омеге делать то, что тот хочет. Желая отвлечь от неприятных воспоминаний, Тэхён снова вовлекает его в поцелуй и, используя пока лишь только пальцы, распределяет предэякулят по члену, а затем начинает аккуратно и мягко ласкать его. Чонгук стонет. Так приятно и неожиданно. Прямо в поцелуй вибрацией. Внутри Тэхёна что-то взрывается от этого звука, по телу пробегают мурашки, а собственный орган начинает болезненно тянуть, требуя ответного прикосновения. – Ну же, Гук-а. Не только ты хочешь получить удовольствие.       Тэхён не должен так говорить, не должен просить об этом. Он прекрасно это знает. По факту ему вообще стоит прямо сейчас оставить альфу одного, чтобы тот самостоятельно закончил процесс, ведь Чонгук явно понял, как получать от него удовольствие. Но Тэхён не может. Просто никак. Ведь это его единственный шанс. У него осталось меньше недели. Такой маленький срок для сердца, что успело искренне влюбиться впервые за семь лет. Поэтому он просит, а после почти плачет от того насколько приятно ощущать Чонгука так близко.       Их связь длится совсем недолго. Наверное не более пяти минут. Волна наслаждения накрывает Тэхёна неожиданно быстро, и на это есть разные причины, но основных две: первая – это сам Чонгук, вторая – то, что он очень быстро учится.       От тяжёлого внимательного взгляда, фиксирующего картину его удовольствия, Тэхёна пробирает дрожь даже после оргазма. Чонгук, наслаждаясь открывшимся ему видом, перемещает свою руку, испачканную в чужой сперме на ладонь омеги, сжимающей его член, и начинает сам руководить движениями. Тэхёну кажется, что он кончит ещё один раз от этой картины и накрывающих его эмоций. Несколько раз в своей жизни он уже пробовал петтинг, но никто из его партнёров не смог бы и близко сравниться с этим альфой.       Чонгук кончает красиво. Прикрывает глаза, раскрывает губы и стонет, сжимаясь при этом всем телом. Да. Ещё один такой раз Тэхён точно не выдержит.       Пока Чонгук отходит от оргазма, омега старается стабилизировать своё состояние. Нельзя чтобы альфа почувствовал его негативные эмоции. Поднявшись с кровати, он уходит в ванную комнату, отрывает одноразовое полотенце и, смочив водой, стирает с себя остатки спермы. Взяв ещё парочку, он возвращается в комнату и помогает очиститься уже Чонгуку. Тот, довольный будто кот, позволяет о себе позаботиться, а после притягивает Тэхёна обратно на кровать и захватывает в крепкие объятия. – Ты был прав. Это было очень приятно. Мне понравилось. – Я рад, – Ким улыбается и мягко треплет парня по волосам. – Мне тоже понравилось. У тебя большой потенциал, Гук-а. – И ты сможешь его весь оценить, верно?       Тэхён с трудом сглатывает слюну. Таких слов он не ожидал. С одной стороны ему забавно и приятно от фразы альфы, ведь он прекрасно понимает его намёк, а с другой – очень больно. То, что сейчас произошло, было в первый и последний раз, и Чонгук, хоть и обманно, должен был об этом знать. – Э-эй, ты в курсе, что вообще-то нужно время на небольшой отдых после оргазма? Тем более делать такие вещи здесь не так удобно. Ведь… ну, мы же под наблюдением, – Чонгук хмурится, тут же приподнимается и взволнованно оглядывает комнату. Тэхёну, закатив глаза, приходится вернуть его обратно. – Да я не про это, блин! Просто… это не очень комфортно, когда так. Мне же нужно фиксировать все события. Поэтому… давай лучше продолжим после? Когда закончится твой «переход». – Хорошо, как скажешь, – соглашается успокоенный Чонгук и нежно целует костяшки его пальцев. – Но не заставляй меня потом долго ждать.       Омега уже хочет съязвить о том, что полчаса назад кто-то вообще и посмотреть на своё возбуждение не мог, а сейчас такими фразами разбрасывается, но вовремя прикусывает себе язык. – Кстати, – вспоминает он. – Ты… расскажешь мне, что произошло? Почему ты так боялся прикасаться к себе? Неудачный первый опыт? Или… при похищении…? – Боже, нет, Тэ! – фыркает Чонгук и, цокнув языком, замолкает. Тэхён почти слышит, как прокручиваются мысли в его голове, прежде чем альфа решается продолжить диалог. – Похищение здесь вовсе ни при чем. Это... был первый неудачный опыт вовсе не в сексе. Скорее в любви и дружбе. Хах. ты ведь знаешь, что я всегда был ограничен в выборе друзей. Однажды мои родители обратили на это особое внимание. Они узнали у семьи Пак, о внеклассных занятиях их сына и решили, что мне стоит тоже попробовать походить в ту студию. Мне на самом деле было довольно интересно, поэтому я согласился. На тот момент мы с Чимином не были друзьями, немного общались только во время официальных мероприятий и приёмов, но он всё равно очень заботливо ввёл меня в курс дела и познакомил со всеми ребятами в студии. В том числе со своим хорошим приятелем – Сонхо и его братом омегой Ыну. Они были не из нашего с Чимином круга. Извини, конечно, что так говорю, – Тэхён безразлично пожимает плечами. Он понимает. – В общем, из самой обычной семьи. Но даже несмотря на разницу статусов, мы очень хорошо сдружись. Мне нравилось чувствовать себя в их обществе… простым. Рядом с ними я мог вести себя, как обычный подросток, не переживать о том, чего от меня ждёт семья и общество. Творить разные вещи, говорить то, что адекватному человеку вообще не следовало бы никогда говорить. Хах, тогда я считал, что это здорово, – Чонгук горько усмехается и прикрывает глаза рукой. – Я был такой глупый. Где-то через месяц нашей дружбы Ыну предложил мне начать встречаться и… я конечно же согласился. Мне было тогда шестнадцать, и я глупо верил в то, что встретил свою настоящую любовь. Поэтому, когда Чимин вдруг начал говорить о том, что мне стоит посмотреть на эти отношения и дружбу под другим углом, я начал на него злиться. Сам он разорвал общение с Ыну и Сонхо. Я не знал точно по какой причине, но решил, что именно из-за своего упрямого характера. Под влиянием парней я думал о хёне не самые хорошие вещи, хотя на самом деле Чимин несколько раз прикрывал мой зад от родителей. А потом… всё случилось слишком быстро. У меня начались симптомы «перехода». Я стал более чувствительным и агрессивным, с каждым днём всё больше встревал в какие-то глупые передряги.       «Что удивительно» – отмечает про себя Тэхён. Во время второго, уже удачного «перехода» у Чонгука вообще не было никаких стандартных предшествующих отклонений. Если бы не анализы – и вовсе пропустили бы момент начала перестройки организма. – Ыну собирался полноценно стать моим омегой и ожидал регистрации в больнице, но родители, как и сейчас, решили обратиться в частную клинику. Это сильно помешало их с братом планам. – Планам? – хмурится Тэхён. Пока что не понимал подвоха в этой истории. Чонгук, слегка отрешенно смотрящий в потолок, просто кивает. – Да. Узнав о решении моих родителей, Ыну сильно разозлился. Сам повлиять на ситуацию он не мог и через меня это также делать было бы бесполезно. Поэтому они с Сонхо начали искать помощи у Чимина. Тот конечно же отказал, но не просто так. Хах! Хён весьма аккуратно подстроил нашу общую встречу. Ужасный способ, но действенный. Они громко ругались, а я слушал. Чёрт, до сих пор чувствую себя таким идиотом, что не понял этого раньше! – Чонгук рычит в раздражении и подкидывает к потолку небольшую спальную подушку, которая с глухим шлепком падает обратно ему на лицо. Тут же убрав её в сторону, он поворачивается к Тэхёну и, сделав глубокий вздох, чтобы успокоиться, продолжает: – Оказалось, что Ыну просто хотел использовать мой «переход» для того, чтобы залететь на раннем сроке. Чтобы у моей семьи встал выбор – ранний брак или полноценная компенсация. Конечно же по итогу у них ничего не вышло, но… Я почувствовал себя ужасно, Тэ. Хах, я злюсь сейчас, вспоминая прошлое, но тогда во мне словно что-то оборвалось. Это была такая сильная слабость, такое чёртово разочарование в себе, в первой любви и в дружбе! Я совершенно ничего не мог сделать. Когда они ушли, и Чимин спросил, в порядке ли я, я не смог сказать ни слова... – Это неудивительно, Чонгук-а. Тебе сделали очень больно. Буквально предали. Думаю я тоже был бы ужасно зол и разочарован на твоём месте, – Тэхён придвигается ближе и крепче обнимает альфу. Чонгук тут же отвечает ему на объятия и крепко целует в копну волос. – Теперь я понимаю, почему твой «переход» сдвинулся настолько сильно. Это была твоя моральная травма. Настолько острая, что на неё отреагировало всё тело и задержало проявление волка. – Да, видимо, – выдыхает альфа, расслабляясь в близком контакте с любимым человеком. – Сейчас я чувствую его. Чувствую его злость и оскал. Чувствую, что теперь могу поступить иначе. Раньше такого не было. В тот момент я оказался настолько запуган, потерян в себе, что перестал подпускать кого-либо кроме родителей и Чимина. В восемнадцать лет отец постепенно начал вводить меня в дела компании. Это немного отвлекло от обычной жизни. Я почти с удовольствием погрузился в процесс, пока опять не появилась пресса. Они лезли просто отовсюду, столько слухов и отвратительных высказываний. Я до сих пор их всех ненавижу за свою неуверенность и страх. В один момент я сорвался и пошёл вместе с Чимином в клуб. Там напился, как сумасшедший и каким-то образом подцепил омегу старше себя почти на пять лет. – О, так вот в чём дело, – тут же смешливо замечает Тэхён. – Тебе нравятся мальчики постарше, поэтому ты выбрал меня. – Эй, – Чонгук фыркает и тычет парня в бок, от чего тот смеётся. – Прекрати. Во-первых, это была девушка. Во-вторых, тебя я бы выбрал в любом случае, а тогда… просто был совершенно пьяный. – Ага, а потом совершенно заведённый. – Айщ, Тэхён!       Чонгук не выдерживает подколов и всё-таки накидывается с щекоткой на свою пару. Омега отбивается и старается использовать подушки как защиту, чтобы наносить контратаки, но всё-таки довольно быстро проигрывает раунд. Чонгук в свою очередь успокаивается только тогда, когда насмеявшийся Тэхён начинает молить его о пощаде. Отодвинувшись, он с довольным видом наблюдает за раскрасневшимся результатом своих действий, пока тот восстанавливает дыхание и приходит в себя. – Ладно, – отсмеявшись и успокоившись, вновь подаёт голос Тэхён. – Ты выиграл. Так... что в итоге у вас произошло с той девушкой?       Уже более спокойный после их небольшой "драки" Чонгук пожимает плечами и вновь укладывается на подушку поближе к своей паре. – Особо ничего. Просто первый неудачный опыт. Мы сняли номер в отеле, хотели провести вместе ночь, но… На меня накатила ужасная паника. Я настолько оказался не уверен в себе, что просто не смог ничего сделать. Конечно она постаралась поддержать меня. В какой-то момент член даже встал. Но после… как бы она ни старалась, ничего не выходило. Было только довольно неприятное чувство трения, – Чонгук морщится, вспоминая прошлые ощущения, но, к удивлению Кима, остаётся довольно спокойным при рассказе. – В итоге её это разозлило и, не знаю, намеренно или нет, но она сделала что-то от чего меня пронзила довольно сильная боль. Неосознанно я оттолкнул её, желая прекратить воздействие, и конечно же ей это очень не понравилось. Если объединить все посыпавшиеся оскорбления в одно, то она назвала меня ущербным альфой, а после быстро собралась и оставила меня одного в номере. – Ммм, честно говоря, я понимаю её обиду, как омега, – пристраиваясь поудобнее, Тэхён закидывает ногу на Чонгука и замечает, как сильно расслабилось его тело. – Это сильно задевает, если ты не возбуждаешь своего партнёра. Особенно если очень стараешься. Но всё равно считаю, что она поступила, как сука. Говорить подобное даже в порыве злости – мерзко. Она могла бы просто собраться и уйти, а не выливать кучу гадостей из своего рта. – Сейчас… я думаю, ты прав, – расслабленно улыбаясь, отвечает Чонгук. Он медленно хлопает глазами и почти не двигается. Тэхён быстро понимает, что тот начинает засыпать. – На самом деле я больше вообще не хочу об этом вспоминать и думать. Не потому что мне тяжело или грустно. Нет. Честно говоря, даже намного легче стало, как тебе обо всём рассказал. Но просто… Мне хочется, чтобы это осталось в прошлом. Я чувствую, что теперь у меня есть силы на новую жизнь. Более настоящую. С тобой. И это так здорово, Тэ, – Чонгук тихо, но совершенно счастливо смеётся, а у Тэхёна болью скручивает где-то в районе желудка. – Я так жду конца этого месяца. Знаешь… Хах, ты точно знаешь. После «перехода» альфы же забывают своих омег, если они не знали их раньше. А я знал. Я был знаком с тобой.       «Только этого мало. Альфа должен быть влюблен в свою пару до первого этапа, иначе все воспоминания исчезнут» – хочет исправить Тэхён, но кусает себя за язык и молчит. Чонгуку не стоит знать об этом сейчас. – Поэтому я не забуду тебя, Тэ. Ни за что на свете. Обещаю. После того, как это всё закончится, мы вернемся домой и станем настоящей парой. Я снова займусь делами отца и куплю нам дом. Или квартиру. Как ты хочешь? У меня уже есть накопления, нужно немного добавить, но я все сделаю. – Кхм, не спеши, Чонгука. Вообще-то у меня уже есть жилье. Съемное конечно, но рядом с университетом. Для начала можем остановиться там, а дальше смотреть варианты, – отвечает Тэхён, чувствуя, как эти слова будто лава прожигают ему горло. – Хорошо, – всё ещё улыбаясь отвечает Чонгук и закрывает глаза. – А еще я познакомлю тебя с Чимином. Он... очень классный. И с родителями тоже. Ох, нам так много всего нужно будет сделать, после того, как мой "переход" закончится. Ммм, завтра попробую составить план. – А ещё мы завтра собирались сходить в магазин и купить те кислые конфеты, – добавляет Тэхён. Улыбаясь, он сглатывает слёзы, предательски стекающие по щекам, но старается держать голос ровным. – А. Точно, – Чонгук сонно хихикает. Почему-то сейчас он не чувствует состояния своего омеги и это помогает Киму хоть немного взять себя в руки. – Давай тогда... днём зайдём. А потом... план. – Окей, – соглашается Тэхён. Он стирает рукавом влагу с глаз и приближается ближе к альфе. Оставив мягкий поцелуй на его щеке, он треплет его вьющиеся волосы и поправляет одеяло. – Спокойной ночи, Чонгук-а. Завтра мы всё решим с тобой.       Парень в свою очередь умилительно «угукает» и, вскоре уснув, начинает громко сопеть. Тэхён, убаюканный чужим дыханием, и уставший от наплыва эмоций довольно быстро засыпает тоже. Перед тем, как уснуть он вспоминает про учебники, оставленные на кухне, и про то, что помимо конфет, они собирались попасть завтра с Чонгуком на временную выставку и, возможно, купить сувенир. Однако, на следующий день сделать ни одно, ни второе у пары не получается.       Альфа не просыпается. Ни утром, ни днём, ни вечером.       Тэхён, не веря в то, что это действительно произошло так скоро и неожиданно, берёт у него кровь на анализы и несколько раз словно одержимый перепроверяет результаты. А после, чувствуя, как мир уходит из под его ног, пишет Дэни и доктору Ли смс:       "У Чонгука началась четвертая фаза «перехода». Необходимо немедленно перевезти его домой и выполнить зачистку".