Голубые волны: Ледяная глубина.

      На платформе я во всю высматривала своих друзей в толпе разновозрастных, низких, высоких, разного телосложения, расовой принадлежности, пола… Короче, разглядеть в пёстрой толпе пребывающих учеников и их родителей Итана и Эйдана у меня не получалось. — Джин! — со стороны входа на платформу, который, напомню, находился в стене между магловскими платформами девять и десять, высоко поднимая руку и, кажется, привставая на носочки, мне махал Хейли. — Хейли! — я тоже помахала ему. — Давно не виделись! Я так соскучился, — подбежав к нам, Джейсон почти налетел на меня, вовремя затормозив. — Я читал «Пророк», сочувствую. — Ничего, всё уже хорошо, — улыбнулась я. — Главное, что Петтигрю разоблачили. Пусть и посмертно.       К нам подошла весьма представительная ведьма в длинном платье тёмных оттенков коричневого и с тростью, набалдашник которой выглядел как голова бульдога. Мой друг тут же представил свою бабушку — Ариадну Верджинию Хейли. Пока мои родители разговаривали с миссис Хейли, мы с Джейсоном продолжили искать в толпе своих друзей. — Знаешь, тебе случайно не казалось, что прошедший год был просто сном? — неожиданно спросил Хейли. — А? О чём ты? — удивилась я. — Ну, просто я так подумал, — смутился друг. — Мне почти всё лето казалось, что школа мне приснилась. И вы с Итаном тоже приснились. Знаешь, я ведь с бабушкой в маггловском мире живу, родители туда перебрались когда война началась, а потом так там и остались и… В общем, хоть я и знал о магии, но прошлый год почему-то казался мне сном…       Я с удивлением смотрела на друга. Сном? Почему же? Что такого произошло в прошлом году, что его можно посчитать нереальным? Магия? Но, судя по рассказам Хейли, он и до Хогвартса о ней знал. Тогда что? — Джин…

***

      Думаю все знают ту неприятную ситуацию в онлайн-играх, когда сеть барахлит и временами отключается. Приведу как пример геншин, уж простите, он мне ближе всего и стал первой такой игрой. Тогда ещё появляется кружочек или что-то наподобие и долго-долго грузится. А ты в это время сидишь с недовольным выражением лица. Особенно недовольное оно, если сеть отключилась в секунде от победы над сложным боссом или типа того.       Вот и я попала в такую ситуацию. Только на месте грузящегося колёсика у меня была я сама, а недовольное лицо в отражении экрана представлял собой Хейли. — Джин…       И зачем он меня зовёт?       Я нахмурилась.       Что вообще произошло?       Попытавшись перевести взгляд с обеспокоенного… да, оно не такое уж и недовольное, скорее обеспокоенное… С обеспокоенного лица Хейли, я поняла, что не могу это сделать без последствий. В голове всё тут же закружилась от этого «резкого» действия и я зажмурилась, прижимая к вискам, глазам и в принципе лицу ладони, только бы унять боль. — Хейли, какого хрена? — Фух, — выдохнул друг и облегчённо рассмеялся. — А мы-то уж думали, что потеряли тебя… Микки, иди сюда!       Микки? Микки Маус что ли?       Еле как разлепив веки, я тут же увидела перед собой девушку с двумя рыжими хвостиками и облегчением пополам со счастьем в глазах. Микки? — Ты ведь Микки Смит, верно? — спросила я, совершенно не понимая где я и что происходит. — Да, я Микки, — и разрыдавшаяся девушка повисла у меня на шее. Только сейчас я заметила, что все находящиеся в комнате… Пещере… Что это за пространство вообще? — Так, — я отцепила от себя Микки и огляделась.       Пыльное пространство. Всюду валяется поломанная мебель. Окон нет, но почему-то светло как в аниме ночью. Типа темно, но всех всё равно видно. Так же в пространстве находились мои однокурсники разной степени покалеченности и загрязнённости. Микки была лишь измазана пылью. Хейли держал в руке сложенные и явно разбитые очки, а на его скуле расцветал фиолетовый синяк. Так же волосы Джейсона были почти серыми от пыли. На полу, почти напротив меня, привалившись к разодранному дивану, из которого торчали пружины, сидел Итан. Его волосы были слипшимися от чего-то тёмного, а всё лицо чем-то измазано. Тяжёлым взглядом он прожигал сидящего в противоположном от него углу брата. Эйдан выглядел ни чуть не лучше гриффиндорца — порванная в нескольких местах куртка и рассечённые губа и левая бровь красноречиво намекали что, кажется, эти двое подрались. Самой чистой здесь была Элеонор. Она сидела на подлокотнике того самого дивана и с подозрением смотрела на меня. — Так, — ещё раз повторила я, отпуская Микки и замечая, что на её плечах остались тёмные пятна моих ладоней. — Первое…       Я попыталась подняться, Микки тут же бросилась мне помогать. Оказавшись на ногах, я поняла, что плохо не только моей голове и ужасно выглядят не только мои однокурсники. Куртка на мне обладала огроменное дырой на спине, джинсы растянулись на коленках и были все в пыли, а футболка, находившаяся под курткой, могла похвастаться опаленными краями. — Первое, — резко произнесла Элеонор. — Джиневра Молли Уизли, мы ждём ваших объяснений.       А вот это было уже интересно. Очень интересно. Что ж, где там мой талант оратора? Он ведь был? — Что ж, раз вы ждёте объяснений, то прошу изложить все свои вопросы в письменном виде в трёх экземплярах и можете сразу же их сжечь, — нет, у меня не было таланта оратора.       Братья Джим-Блэки прекратили прожигать друг друга ненавидящими взглядами и подняли глаза на меня. Хех, а ведь даже слова Рэйзо их от своего занятия не оторвали. Впрочем, теперь на меня смотрела вся компашка. Я легонько оттолкнула Микки, выпрямляясь и борясь с желанием привалиться спиной к стене. Позвоночник болел, как и копчик. И когда я успела задницу отбить? — Что ты этим хочешь сказать? — нахмурилась Элеонор. — Что я вам ничего не объясню. Повисло тяжёлое молчание. Ох, давненько я не получала такое большое колличество взглядов. Не самых добрых взглядов. — И почему же? — Потому что для начала я бы хотела получить объяснения от вас, — я набрала в лёгкие побольше воздуха, поборола желание прикрыть глаза, посчитала до пяти… — Какого хрена здесь вообще происходит?! Я буквально только что была на перроне перед Хогвартс-экспрессом с Хейли, второй курс, мать вашу, ещё не начался! Что вообще здесь происходит и почему все выглядят как…       Тут я осеклась.       Я встретилась глазами с Итаном.       Ни капли дружелюбия, только лютая ненависть. В глазах моего лучшего друга я видела лишь ненависть к себе и своим словам. — Джиневра, — я даже не сразу поняла что этот хриплый голос принадлежит Эйдану.       Его глаза были слишком похожи на глаза его брата, даже учитывая что были не голубыми, а зелёными. Только… Там не было ненависти. Там было полное безразличие к происходящему.       Почему всё так резко изменилось? — То, что ты сейчас сказала… — он закашлялся, а Микки рванула к стоящему неподалёку рюкзаку и достала флягу с водой, протянула слизеринцу. — То, что ты сейчас сказала, было три года назад.       Что?       Он сейчас серьёзно? — Джин, — мягко произнёс Хейли, усаживая меня обратно на пол и подзывая Микки с водой. — Послушай меня…       Но я уже его не слышала.       Три года назад?       То есть, сейчас им… и мне… Мне снова пятнадцать. Забавно, что я оказалась в этом мире примерно в том же возрасте.       Что же произошло?       Почему я не помню три года своей жизни?       Что случилось? — Джин…       Я же говорила, эта ситуация такая же неприятная, как сбой в подключении к сети. Вроде бы ты и победил, а когда всё прогрузится окажется, что босс стоит прямо перед тобой, а из-за того, что ты этого не ожидал, тебя тут же побьют. Особенно, если в ожидании загрузки ты отошёл от экрана и не следил, когда всё прогрузится. А твоего персонажа уже убили. И, возможно, не один раз. — Джин…       Я посмотрела на свои руки.       Почему они так трясутся?       Почему я вижу ненависть в людях, которые были моими лучшими друзьями?       Почему я не помню три года этой жизни?       И почему… — Я не могу вспомнить и половины того, что было в тот раз, — поражённо произнесла я, переводя взгляд со своих, несомненно, окровавленных ладоней сначала на Хейли, потом на Микки, на братьев Джим-Блэков, Элеонор. — Я вообще не могу вспомнить, как так получилось… И почему я…       Почему я здесь?       А здесь, это где?       «Здесь» в этом пространстве? Или «здесь» в этом мире?       А я ведь не могу вспомнить оба факта моего нахождения. — Джин… — Погоди, — я медленно моргнула и полезла в карман джинс. Потом ощупала всю себя. — А где моя палочка? — Ты точно не придуриваешься? — фыркнул Итан. Этот тон и эти слова больно резанули по ушам. — Их отобрали, когда закинули нас сюда. По твоей вине, между прочим.       Что? — Я поняла, — я действительно поняла. Я поняла, что здесь происходит. Но… — А теперь, кто у нас лучше всех осведомлён обо всём произошедшем за последние три года? Мне очень срочно нужно понять, что за хрень тут творится и почему я ничего не помню.