"Лучше не заниматься сексом перед тренировками" или Кофе сближает

Утро. Раннее. Санкт-Петербург. Суббота. Первый выходной для тех же младшеклассников являлся последним на неделе тренировочным днём для спортсменов из группы Рукавицына, в том числе, и для Дмитрия Алиева, который сейчас пытался встать с кровати и при этом не разнести что-то к хренам из-за будильника, чей звон доносится из гостиной, если быть прям очень точным, то от телефона, что скорее всего, лежит на журнальном столике. С большей долей вероятности– экраном вверх. Алиев уж слишком хорошо знал ту, что сейчас несмотря на будильник на своём же телефона крепко крепко спит на диване, укрытая пледом. С недовольным мычанием и горем пополам он таки встаёт с кровати, спросонья не видит почти ничего, а потому надевает футболку задом наперед, и заправив её в тканевые шорты сонно плетётся в гостиную, дабы вырубить вызывающий, как минимум — неприязнь, будильник. Понять, что Дима умудрился надеть футболку задом наперёд можно было по тому, что в нужном месте не было ворота, да и на, для него, задней стороне был очень даже заметный и яркий принт. Примерно минута, и он оказывается на пороге гостиной. Ещё пара секунд и девушка, что пока что лежит на диване отрубает будильник самостоятельно. Первые секунды Алиев лишь нервно шмыгает носом, а после прикрывает глаза и начинает гортанно мур-рычать. Со стороны девушки раздаётся усмешка, а спустя несколько секунд парень и вовсе чувствует, как она положила руки на его плечи. — Ты что, кот? Раздаётся бархатный, лишь слегка сонный голос, заставляющий открыть глаза на чудо, ростом в 159 сантиметров, с чёрными волосами. Если выражаться прямо и без использования того же «чудо», перед Алиевым сейчас стояла Елизавета Туктамышева. — Нет. Ответил Дима, смотря Лизе в глаза. Он сонный, готов кого-то стукнуть, если будет повод, а она, чертовка, улыбается. Улыбается и сверкает своими светло-голубыми глазами. — А чего тогда мурчишь? Спросила Лиза, хитро улыбаясь, смотря Диме в глаза. Алиев недовольно цокнул, закатив глаза. — Лиза, я не в настроении. Строго сказал он, не прерывая зрительный контакт. Туктамышева хмыкнула. — Да я вижу. Сказала она, уведя взгляд с глаз парня на его футболку. — До такой степени, что даже футболку задом наперёд надел. Продолжила она, вернув взгляд в прежнюю точку. Алиев недовольно закатил глаза и положил свои руки на руки Туктамышевой, поначалу собираясь их убрать, но лёгкий удар тока заставляет его и зависнуть и сменить планы. Туктамышева тихо промычала от боли, в то время, как парень лишь сжал губы, в то время, как его взгляд от чего-то цепляется за то, что на «ямке» между шеей и плечом виднеется белая лямка лифчика, который, как собственно, и по сути нижнее бельё, скрывается под чёрной толстовкой девушки. В голове всплывают некоторые, по большей части, откровенные фотографии Лизы, которые она разное время назад выложила в Инстаграм. — Может по кофе? Прерывает парад пошлых мыслей в голове у Димы Лиза. — Да… Давай. Немного заторможенно ответил Дима, перед тем, как убрать лишь одну руку Лизы со своего плеча, вторую он убрал, но не отпустил. Елизавета будто бы и не заметила этого и вовсе. Казалось, будто для неё нет ничего особенного в том, что её друг держит её за руку, пока они вместе идут на его кухню. Обычная суббота, ничего особенного. Может по началу и не было ничего особенного, а вот уже где-то в середине сегодняшнего утра Дима, чудом пережив кофепитие с Лизой, осмелел, и, подловив момент сначала просто подхватил девушку на руки, а после и вовсе посадил её на свободную от чего-либо часть кухонного стола. Смелость есть, о страхе и не слышали. — И как это понимать? Спросила Лиза, смотря Диме в глаза, заинтересованно выгнув бровь. — А ты догадайся. Ответил Дима, ехидно улыбаясь, смотря Лизе в глаза. — Дим, лучше не заниматься сексом перед тренировками. С наигранной строгостью сказала Лиза. — Пф, один раз можно. Отмахнулся Дима. Туктамышева усмехнулась. — Хорошо. Сказала она. — Возьму на заметку, что тебе не стоит позволять пить кофе. Добавила Лиза, не прерывая зрительный контакт. — Это ещё почему? Спросил Дима, недопонимающе выгнув бровь. — Не хочу испытывать собственную удачу. Ответила Лиза, ехидно улыбаясь. Алиев хмыкнул. — А чего ты хочешь? Спросил Дима, хитро улыбаясь. — Много чего. Ответила Лиза. — А в данный момент? Спросил Дима, с той же улыбкой. — Тебя. Ответила Лиза. Алиев ухмыльнулся. — Взаимно. Сказал Дима, перед тем, как одним движением двух рук сорвать с Лизы толстовку, что в итоге оказалась на полу. Туктамышева хмыкнула. — Вот так, значит? Спросила Лиза, ехидно улыбаясь, смотря Диме в глаза, перед тем, как резким движением избавить его от футболки, что после улетела куда-то на пол, к толстовке. — Ну, да. Ответил Дима, уж было собираясь снять с Лизы и бюстгальтер, но она остановила его сразу после того, как его руки легли на её плечи, положив ладони на его ладони. Неспешные отрицательные кивки, и Туктамышева втягивает Алиева в поцелуй, переместив ладони на его плечи, и не собираясь убирать его рук с своих плеч. Полученной возможностью он пользуется сполна, неспешно стягивая лямки бюстгальтера, оттягивая момент расстёгивания застёжки. Лиза тем временем, то очень сильно, то слабо сжимает его плечи, стараясь затянуть поцелуй на как можно более продолжительное время. Ощущение того, как чужие ноготки впиваются в его кожу раззадоривает Диму, и он перемещает одну руку на застёжку и быстро расстёгивает её, после чего срывает с девушки бюстгальтер, вслепую отцепив лямки от основной части. Пара секунд, и верхняя часть того, что принято называть нижним бельём, валяется на полу. Лямки в одном месте, основная часть в другом. Лишь закончив со всем вышеперечисленным, Алиев разорвал поцелуй и решил пройтись поцелуями по телу Туктамышевой, начав с подбородка и шеи. Первый стон. Последняя точка шеи. И он нежно укладывает девушку на стол, прекратив поцелуи лишь на несколько секунд. Со стороны Туктамышевой раздаётся лишь тихий и протяжный стон, а по её спине при соприкосновении с холодной поверхностью стола пробегают мурашки. А он. А что он? А он продолжает брать от доминирующей роли всё, что только можно, пока что не собираясь сильно жестить, и целуя уже даже не шею, по которой он прошёлся на удивление быстро, а ключицы, считая следующим «этажом» грудь. Она же в его волосы ладонью зарывается, сжав губы и откинув голову назад. Несколько жароповышающих секунд, и Алиев ловким движением одной руки срывает последний элемент нижнего белья девушки, который отлетает приблизительно в сторону первого элемента того же нижнего белья. Поцелуй в точку между грудей, и парень отстраняется, решив как минимум — на время, закончить с поцелуями. — Готова к самому интересному? Шёпотом спросил Дима, приблизившись к Лизе так, что их губы разделяли какие-то жалкие в своём количестве, сантиметры. — Угу. Ответила Лиза, ехидно улыбаясь, смотря Диме в глаза. Почти сразу вспомнив специфические приколы одного своего друга, Алиев нервно взглотнул. Как же блет не вовремя ему вспомнилась привычка Игнатова вкидывать изредка даже вне контекста стикеры с чем-то типа: «если человек пишет вам с точками — значит он хочет вас поцеловать.» И это один, если не самый, из безобидных вариантов. Как бы сильно это всё не впечаталось раз и навсегда в память парня, он, немного потормозив, таки приступил к тому, что планировал, и по совместительству к тому, к чему всё это дело шло. Снова поцелуй, но на этот раз по инициативе Димы, а не Лизы. Одна из его рук лежит на руке девушки, тем самым прижимая её к столу, в то время, как пока что одним пальцем второй руки он совершает неспешные движения внутри девушки. Его ничуть не смущает, что в то время, как она обнажена полностью, у него отсутствует только футболка. Шорты и боксеры очень даже могут подождать. Проходит несколько секунд, и он добавляет к первому пальцу второй, не прекращая совершать движения, лишь прибавив темп этих самых движений. Поцелуй при этом не был разорван. Да, и вообще, Дима в ближайшее время, если конечно вообще не до конца всего этого действа, или же «грязной» игры. Проходит примерно столько же секунд, как и до этого, и к предшественникам добавляется третий палец, движения всё также стабильно продолжаются. Казалось бы, ничего уже не сможет остановить или хотя бы замедлить всё это. Ключевое слово — казалось. Ещё буквально пара секунд и приблизительно из гостиной раздаётся громкий звон будильника. Алиев недовольно промычал в поцелуй, который после разорвал в один момент с прекращением совершения движений. — И как это понимать? Спросил Дима, смотря Лизе в глаза, заинтересованно выгнув бровь, вынув пальцы из девушки. — Я, предполагая подобный исход событий решилась поставить будильник на время за чуть больше, чем полчаса до тренировки, чтобы не опоздать. Ответила Лиза, смотря Диме в глаза. Алиев хмыкнул. — А, то есть тренировка тебе важнее удовольствия? Спросил он, не прерывая зрительный контакт. Туктамышева задумалась и сжала губы на несколько секунд. — Умеешь же ты выбрать слова так, чтобы застать меня врасплох. Вместо ответа выдала она. Алиев усмехнулся. — Так да или нет? Спросил он. — Чуть больше да, чем нет. Ответила Лиза, чуть сощурив глаза. — Но ты же не станешь обрывать всё на самом интересном? Спросил Дима, одной рукой разбираясь с собственными шортами, а после и боксерами. Вот свою одежду он уже не кинул чёрт знает куда, а так, за неимением возможности, но больше ленью, он лишь сделал так, что и шорты и нижнее бельё упали на пол. — Нет. Ответила Лиза, всё также смотря Диме в глаза. — Вот и замечательно. Сказал Дима, перед тем, как вновь втянуть Лизу в поцелуй, при этом решив не мелочиться, и даже не предохраняться, и сразу войти в неё даже не предупредив. Первый же стон со стороны Лизы в поцелуй, и со стороны уже Димы сразу же скорее уж чувствуется, чем раздаётся усмешка, тобишь признак того, что он более чем доволен происходящим. Первый стон являлся далеко не последним за ближайшее время. А именно — всего навсего несколько минут, за которые даже будильник успел вырубиться, тем самым перестав хоть, и не сильно, ибо он был занят, но всё-таки давить на мозги Алиеву. На счастье обоих он успел вовремя выйти, вследствие чего белое последствие сего действа в итоге оказалось отчасти на столе, и отчасти на полу. Пара минут, потраченная на возвращение из обнажённой в людской вид, после ещё примерно столько же, но уже потрачена эта пара была на выход из квартиры и здания, и парочка разошлась, как в море корабли. Алиев в одну сторону, Туктамышева в другую, будто ничего и не было. Будто неприлично недалёкое время назад они не «тешили» друг друга «грязными» играми.