Анестезия

Cara Salimando - Nothing's Gonna Hurt You Baby

pacify her she's getting on my nerves

      Дафна Гринграсс всегда знала, что именно хочет получить в подарок, а потому составляла список в подробностях рассказывающий о цветах, формах и предназначениях того или иного предмета. Всегда четко сформулированная воля, и всеобъемлющая определенность получения желаемого. Ее родители никогда не жалели ни денег ни сил на ее прихоти, будто хотели откупиться или компенсировать скудность проявления чувств. Вероника Гринграсс с самого детства твердила о том, что ее дочь должна быть идеальна во всем, начиная от осанки и заканчивая выбором удачной партии для замужества. Детство Дафны было наполнено четким сводом правил и расписаний. Завтрак, обед и ужин всегда в одно и то же время, никакого сахара, ведь «это вредно для фигуры, а благородные чистокровные принцы не возьмут в жены неухоженную запущенную девицу». Уроки французского, этикета, танцев, походы с матушкой за лучшими тканями на пошив дорогих платьев на заказ и, конечно же, медитация для контроля своей агрессии и эмоций, ведь «благородные чистокровные юноши ценят в девушках кротость, воспитанность и благоразумие». Для Дафны Хогвартс был настоящим спасением, где она могла вздохнуть полной грудью и не чувствовать на себе постоянные оценивающие взгляды собственной матери. Однако, девушка не заметила, как сама превратилась в самого строгого и непримиримого надзирателя для самой себя. Ограничения стали для неё неотъемлемыми вещами, без которых она уже не смыслила своего существования. Блондинка сидела в общей спальне, пока все были на обеде, и по обыкновению предпочла медитацию калориям. Она сфокусировалась на своём теле, пытаясь освободить свою голову от лишних мыслей. Последние несколько месяцев она провела в глубоком психозе и неспособности адекватно смотреть на ситуацию. Сейчас же рассудок постепенно начал к ней возвращаться, ведь появилась цель, которую она непременно должна была достичь. Гринграсс расписала ее во всех деталях и красках, как какой-нибудь очередной подарок к рождеству, который она бы смогла заказать у себя самой. Регулус Блэк отверг ее, значит, с ней было что-то не так. Недостаточно красива? Чушь, ведь каждый юноша в Хогвартсе от мала до велика мечтал хотя бы заговорить с ней, не то, что прикоснуться. Недостаточно умна? Ее оценки всегда были на уровне, ведь отец постоянно строго следил за тем, чтобы его единственная дочь была как минимум не хуже остальных. Недостаточно воспитана? Напротив, Дафна Гринграсс могла бы потягаться в этом с самыми знатными дворянами прошлого столетия. Что же тогда? Этот вопрос оставался открытым, но был уже не столь важным. Главная проблема: что было в ней такого, чего не было в Дафне? Девчонка Майклсон сильно раздражала и без того воспаленное сознание Дафны до безумия. Она буквально, околдовала всех ее друзей, сделала их собственными лакеями, и что самое ужасное, она пленила его. Блэк постоянно на неё смотрел, как никогда не смотрел на блондинку. Улыбался ей, сидел с ней за одной партой, возвращался после совместного дежурства, смеясь над чем-то вместе с этой скользкой гадиной. Она не стоила даже мизинца Дафны Гринграсс, чьё идеальное воспитание и многолетние страдания сделали своё дело, и превратили девушку в безукоризненную представительницу чистокровного сообщества. Дафна мечтала познакомить Регга с семьей, мечтала увидеть одобрение в глазах матери, мечтала, как слизеринец наденет на ее тонкий палец фамильное кольцо Блэков. Гринграсс сделала глубокий вдох, не позволяя разрушительным мыслям взять над собой верх. Она решила действовать немедленно и придумать хитрый план, а для этого нужна холодная голова и чистый разум. Самым очевидным было признать ‘поражение’ и снова внедриться в круг "друзей". Начать строить свои козни блондинка решила именно с Блэка, дождавшись пока в один из вечеров Майклсон, наконец, соизволит оставить его одного в библиотеке. Как же ей было нелегко наблюдать за ними, Дафна два раза чуть не задохнулась от злости, видя, как непринужденно и легко они общались. Пришлось собрать всю свою волю, чтобы Рег поверил ей, а ведь его было не так просто провести. Дафна заверила Блэка, что все в прошлом, и что она не хочет потерять его, как друга. Казалось, лёд тронулся, потому что юноша будто бы засиял, и даже прикоснулся к ней, в таком лёгком и банальном жесте, но таком значимом для Гринграсс. В ту самую секунду, когда его рука коснулась ее плеча, она готова была послать нахер весь свой план, разрыдаться и броситься ему на шею, но отступать и глупо сдаваться, было не в ее принципах. Она обязана уничтожить Майклсон, и делать это нужно из тыла врага. Она жила каждый свой день с уверенностью, что друзья ее предали, сделали очевидный и простой выбор, оставив ее без поддержки. Да, они писали ей, успокаивали, Блейз даже пригласил ее летом по обыкновению провести августовские деньки в Италии в его поместье, но какой во всем этом толк, если в итоге, они сидят за общим столом с Регулусом, также шутя и веселясь, будто он не поступил с ней ужасно, будто не разрушил ее. Ныкались по ночам в выручай-комнате, скрывая от неё какие-то великие тайны и принимали в свой круг девчонку, которая была чужаком, которую они знали всего ничего. Такого Дафна им не простит никогда. Ей понадобилась тонна выдержки, когда после разговора с Блэком, следующим утром она решила наладить отношения с Паркинсон. С той самой, которая обменяла ее, как безделушку на горсть сахарка, словно в самые голодные времена. Наконец, сидя за общим столом в компании змей, как когда-то раньше, она получила доступ к девчонке. Предатели носились с ее днём рождения, как будто она была их светом в оконце, блядским священным граалем. Стоит ли говорить о том, что Гринграсс чуть не выблевала свои внутренности, когда увидела Блэка с охапкой цветов около выручай-комнаты. Ничего особенного в Майклсон не было даже в то самое утро, и выглядела девчонка ужасно с ее огромными синяками под отвратительными карими глазами, видимо от недостатка сна или ещё чего. Гринграсс и не надеялась, что ее пригласят, а потому просто наблюдала за этим мракобесием на достаточно близком и выгодном для себя расстоянии. Девчонка Майклсон такая открытая, приторно дружелюбная, все то ее любят, жалуют на каждом факультете. И эта история со ста баллами просто добивала. Дафна была убеждена, что именно у таких идеальных персонажей, как правило, самые грязные тайны, и она обязательно их узнает. И начнёт она уже сегодня. «Общаешься с Хейвудом? Интересно, какие могут быть дела у пуффендуйского наркоши с такой прелестной чистокровной девицей?» ***       Рождество. Самый тёплый и прекрасный праздник в семье Майклсон. Ариадна обожала ту особую непередаваемую атмосферу, что царила всегда в их доме в этот день в Новом Орлеане. После смерти Адалин рождество не было любимым праздником Ари, да и вообще все торжества потеряли всякую суть, однако, память о былом теплилась где-то глубоко внутри, потому со временем, даже без мамы, девушка находила смысл. Декабрь в Хогвартсе близился к концу, а потому и дух рождества постепенно стучался в двери каждого студента. Казалось, даже будучи волшебником, внутри которого итак течёт магия, ты мог почувствовать нечто чудотворное намного сильнее обычного. Все вокруг уже обсуждали празднование и строили планы. Ни Амбридж с ее отбитыми правилами и террором, ни предчувствие, что совсем скоро начнут твориться ужасные вещи не смогли подавить всеобщую атмосферу приближающегося праздника. Возможно, последнего спокойного рождества. Ариадна Майклсон всерьёз взялась за свою окклюменцию. Спасибо Блэку, книга, которую он так любезно ей преподнёс, делала своё дело. Та самая глава на странице 194 была изучена вдоль и поперёк, а самое главное, испробована на практике. Техника запечатывания помогала Ариадне маленькими шажками запрятать глубже самую ужасную дверь в ее ментальном отеле. Уже через несколько дней, у неё вновь получилось заглянуть в собственное сознание, а через пару недель провести там генеральную уборку. Нельзя сказать, что она стала намного лучше спать, ведь то, что было за красной дверью - лишь часть ее ночных приключений, но все еще довольно весомая, а потому, у неё было больше времени, чтобы мозг успевал отдохнуть и немного восстановиться. Регулус Блэк все ещё не проникал в ее сознание, хотя уже вовсю мучал остальных, в особенности Нотта, которому окклюменция давалась почти так же тяжело, как и Ари. Данная на передышку неделя, скреплённая рукопожатием, давно кончилась, и, не смотря на то, что после этого произошёл ряд обстоятельств, который ее негласно продлевал, Ариадне было досадно, ведь она старалась, она вновь тренировалась и делала большие для неё успехи в этом непростом деле. *** —Отвратительно, Тео, просто ужасно, - констатировал Блэк. Слизеринцы, как и всегда таились в выручай-комнате. Сегодня была тренировка по окклюменции. Нотт шипел и агрессивно тёр свои виски, силясь хоть как-то утихомирить болезненные спазмы, которые так любезно дарил ему друг. Ариадна с сочувствием смотрела на кудрявого друга, ведь прекрасно помнила, как ужасно ощущается легилименция Блэка. —Всего каких-то несколько минут и я уже знаю все, что мне нужно. Хоть бы вид сделал, что стараешься, - Регулус обыкновенно нацепил свой профессорский недовольный тон. —Знаешь, Рег, ты не представляешь, как это больно, просто пиздец! - заскулил Тео, которого, по всей видимости, слегка отпускало. «Блять, вообще-то знаю», - подумал про себя Блэк, вспоминая отцовский легилименс. —Мой метод - это ещё цветочки, можешь мне поверить, - ухмыльнулся Регулус, —думаешь, кто-нибудь вроде Темного Лорда будет нежнее? По спине Ариадны пробежал легкий холодок. Змеи никогда напрямую не говорили об этом вместе, однако, по отдельности всё же вели разговоры о грядущем будущем. Не то, чтобы эта тема была табуирована, просто все всё, итак понимали, даже Ари, которая запрещала себе думать о роли друзей в предстоящем пиздеце. Она подумает об этом когда-нибудь позже, проблем хватало и без того. Блэк поспешил переключиться на другую жертву. Это была его тактика, он всегда проникал в сознание без предупреждения, стремясь застать врасплох, ведь в этом и была суть. Ты никогда не знаешь, в какой момент твои мысли решат выпотрошить наружу. Легилименс ничем не уступал по нанесению урона какому-нибудь рядовому круцио, которым разбрасывались абсолютно все сторонники тьмы. Следующей мишенью, судя по тому, как искривилось лицо кудрявого «паука», стал Бёрк. Комната на какое-то время погрузилась в звенящую тишину. Ариадна взглянула на задумчивого Регулуса, который расплылся в удовлетворенной улыбке. —Отлично, Бёрк, засчитано. Марк победно хмыкнул. Он был единственным помимо Малфоя, кто научился подделывать воспоминания. Неделю назад Регулус дал задание, переделать одно из них, в котором он сам был участником, чтобы проверить все слепые пятна и оценить тонкость работы. Подделывать реальные воспоминания оказалось намного сложнее, чем прятать. Ведь нужно было построить несуществующее с точностью до деталей так, чтобы это не выглядело, как дешевая имитация и не вызывало никаких лишних сомнений. Ариадна с треском провалила это задание, потому что, как только начинала прокручивать свои воспоминания с Блэком, не могла мыслить трезво. В итоге, она оставила всякие попытки, решив, что для такого дела ей не хватает мастерства, и продолжала старательно запечатывать реальные воспоминания. Вдруг, она почувствовал резкую острую боль в висках и чужое присутствие. Описать действие легилимента на словах очень сложно. Это как если бы у вас было раздвоение личности, наверное, но ведь и с таким сталкивались немногие. Ты просто знаешь, что ты не один. Ну и ещё, конечно же, адская боль, куда без неё. Блэк, как и предполагалось, решил добраться до чего-нибудь наиболее тщательно скрываемого, но Ариадна, не ожидая от самой себя, действовала на удивление решительно, сразу сообразив, что к чему. Она пролетела по второму этажу отеля, наскоро проверяя замки на дверях и скрывающий барьер на узком коридоре, ведущему к злополучной двери. Она была готова к встрече незваных гостей. Слизеринка чувствовала, как настойчиво Блэк пытается выцепить хоть что-то, хоть одну смутную картинку, прячущуюся за железными замками, но была собрана и сконцентрирована, как если бы от этого сейчас зависела ее жизнь. Петли на дверях неистово дрожали, но сохраняли свои позиции, а боль отдавалась все новыми разводами в голове, провоцируя искры в глазах. Майкслон глубоко дышала, держа оборону. Недели тренировок, все-таки, не прошли даром. Вдруг, спустя довольно продолжительное время, одна дверь все же приоткрылась, перенося девушку в собственную гостиную в Новом Орлеане. —Шах и мат! - хлопала в ладоши девятилетняя девочка с длинными каштановыми косами. —Я же говорил, что эта партия будет за ней, - улыбался Кол, развалившись на соседнем диване, подкидывая свой счастливый золотой снитч, —у тебя не было шансов братец. —Я не против проиграть своей маленькой принцессе, - подмигнул светящейся от радости дочурке Никлаус, —Ари, дорогая, ты победила, проси все, что хочешь. —Мы пойдём есть пиццу все вместе сегодня на ужин! Первая выигранная у отца шахматная партия. Щелчок, будто кто-то нажал на выключатель, и все мигом растворилось, ни боли в висках, ни тёплого взгляда отца, ни резных фигурок на шахматной доске. Ариадна не сразу поняла, где находится и что вообще происходит, а потому не заметила, как ее губы были в плену у теплой искренней улыбки. Она отыскала глаза Блэка, который был весьма удивлен, даже не пытаясь скрыть этого. —Очень хорошо, Ариадна, для первого раза даже отлично. Это воспоминание было в целом неважным, как стратегически, так и лично, одним из немногих коих было множество, а потому Майклсон считала себя победителем, хоть Блэку, все-таки, и удалось сломать один из замков. Регулус какое-то время задумчиво смотрел на девушку, которая уже не улыбалась, но была явно довольна собой. Очевидно, книга ей помогла, Ари стала лучше спать и вернулась к тренировкам, ведь сейчас, продемонстрировала довольно сносное владение окклюменцией, хотя все ещё не совершенное. А ещё Блэк и сам, кажется, был под впечатлением от увиденного. Такое потрясающее и тёплое семейное воспоминание, подобным не мог похвастаться ни один слизеринец в этой комнате. Блэк привык видеть какую-нибудь жесть и горечь, а тут такая безграничная любовь и надежда. Рег бы хотел, чтобы в его будущей семье, (если она когда-нибудь у него будет), было нечто подобное. Спокойствие, надежда и любовь. «Она очень похожа на своего отца» —Задание к следующей тренировке, поработать над своей мимикой. Вы не должны транслировать эмоции во время проникновения в сознание, я не хочу знать насколько вам больно или видеть вашу явную сосредоточенность, оставьте это при себе, - голос Регга смутно доносился до ушей. Шатенка была не здесь, а дома, в Новом Орлеане, обнимая Клауса, смеясь с Колом, хвастаясь достижениями Элайдже, сплетничая с Ребеккой и чувствуя безграничную поддержку и доверие. Ариадна скучала, и спасибо Блэку, но только сейчас поняла насколько сильно. ***       Очередное дежурство проходило прозаично для обоих слизеринцев, и они не спешили направляться обратно к себе в комнаты, сидя на привычном для них месте между колоннами. —Нет, правда, эта книга - просто восторг! Хотела бы я посмотреть на вашу семейную библиотеку, страшно представить, какие знания вы там прячете, - Майклсон, встретила сияющую улыбку Блэка. —Я рад, что тебе понравилось, и самое главное, что помогло. Подготовка к СОВ, куча домашних заданий, тренировки в выручай-комнате, которые стало все сложнее проводить из-за вездесущей инспекционной дружины, что появилась благодаря мерзкой Амбридж – все это здорово отвлекало от собственных грызущих мыслей. Регулус Блэк, как и все змеи, весь декабрь провел в напряженном графике, а потому немного отвлекался от саморазрушительных фантазий. Если о войне еще можно было как-то не думать, то о девушке, с которой приходилось дежурить каждый вечер и иногда встречаться наедине в библиотеке, забыть было просто невозможно. Блэк старался вести себя как всегда, ложка очарования, щепотка концентрации и грузовик с сарказмом. Как скрывать то, что она явно ему нравилась, он понятия не имел. Почему бы просто не сказать ей об этом? Действительно. Регулус, признаться честно, размышлял на этот счет, ведь даже в его любимых книгах, все постоянно усложнялось тем, что герои, как идиоты ходят вокруг да около и до последнего молчат о своих чувствах, а когда решают, наконец, признаться, момент безвозвратно и критически для сюжета оказывается упущен. Но вот в чем загвоздка, это была реальная жизнь, а не книга. Блэк не был уверен, что его признание хоть, сколько-нибудь, нужно Ариадне, он боялся испортить их установившийся контакт, а потому решил, что разберется с этим позже. Ну или как-то по ходу дела. В конце концов, Рег итак каждый день наслаждался ее обществом, ее прекрасными ямочками на щеках, которые проявлялись во время улыбки, ее прекрасными янтарными глазами и еще много чем. Этого было все равно недостаточно, особенно в те моменты, когда они были так близко, и Регулус мог заметить тоненькую пульсирующую жилку на шее Майклсон, к которой так и хотелось прикоснуться губами. —Ты молодец, я уж было подумал, что не увижу ни одну из твоих тайн, - Регулус заметил, как Ари отвела взгляд, как бы невзначай убирая выбившуюся прядь за ухо. —Ты итак знаешь почти все мои тайны, - Майклсон молилась всем богам на свете, чтобы в тусклом свете ночного Хогвартса Рег не смог заприметить, как ее щеки наверняка покрылись характерным румянцем. Она вся горела. Каждый божий (или Мерлинов) день. Блять, когда это произошло? Когда случилась точка невозврата, что позволяла ей вести себя в его присутствии, словно она мечтательная глупая дурочка. Ари недавно поймала себя на мысли, что злиться на Блэка было всегда проще, чем краснеть перед ним. Слава Мерлину этот змееныш каждый день подтрунивал над ней или обливал сарказмом, на что Ариадна могла спокойно гневаться. Едва ли это была настоящая искренняя злоба, так лишь игра. Но сейчас было не за что его упрекнуть, более того, она была ему очень благодарна. «Блять, а ведь я должна ему желание», - подумала Ари, но твёрдо решила не напоминать об этом, с полной уверенностью, что кудрявый змей вряд ли такое забудет. —Ну да, - грустно хмыкнул Блэк, вспоминая исполосованные девичьи запястья, - почти все. —Какие планы на рождество? - Ариадна поспешила сменить тему, очерчивая глазами кудри юноши, подмечая, что они заметно отросли с их первой встречи. Регулус опять засиял в улыбке. Ему нравилось, когда Ари задавала ему какие-то личные вопросы. Это делало его почему-то очень счастливым, хотя он не собирался показывать истинную степень этого счастья. —Пока не знаю, - пожал плечами Регулус, слегка поворачивая голову на свою собеседницу, —мне не хочется домой, но я бы хотел увидеть маму. Ариадна тепло улыбнулась на это. Ей показалось это очень милым, то, насколько юноша был близок со своей матерью. До этого момента, когда речь заходила о Вальбурге Блэк, Рег всегда показывал своими словами или эмоциями, с каким уважением и заботой он к ней относится. —Нарцисса - моя тетя и по совместительству мать Драко, как всегда будет организовывать бал в Малфой Мэноре. Из уважения, я не могу его пропустить. Так что, думаю, что это единственный план. А так, надеюсь остаться в Хогвартсе на остальную часть каникул. —Разве так можно? - карие глаза расширились от удивления. —Конечно. Ты думаешь все так жаждут отправиться домой? - Регулус вздохнул, устремляя свой взгляд в стену напротив. Ариадна опять с грустью подумала о доме. —Знаешь, в школе становится так комфортно, большинство студентов уезжают, и ты целыми днями можешь бродить по замку и территории в поиске новых тихих мест, - юноша вспомнил, как на третьем курсе решил не покидать стены Хогвартса, ни капли не пожалев об этом. —Ого, Блэк, ты, оказывается, такой одиночка, - Ари усмехнулась, слегка толкая слизеринца локтем в бок. —Вовсе нет, я просто люблю время от времени оставаться наедине с собой, мне это нужно, - Рег улыбнулся краешком губ, заглядывая вглубь радужки золотисто карего цвета. —Я уже представляю, как ты мрачно и одиноко ходишь с каким-нибудь Шекспиром в руках и загадочно перелистываешь страницы, сидя у плакучей ивы. Мягкий смех Регулуса эхом прошёлся по коридору. —Звучит, как план. Ари очень любила его смех, который случалось услышать крайне редко, а потому, всегда считала это своим личным достижением. —Ну, а ты? – лицо юноши по обыкновению вернулось к привычному серьезному виду. Регулус Блэк не привык демонстрировать эмоции, но девчонке он доверял. Вот это было, пожалуй, главной проблемой. Девушка может тебе нравится, ты можешь к ней испытывать физическое влечение, это абсолютно нормально и совершенно не в первый раз для Блэка. Но доверие – штука опасная. —По правде сказать, я очень соскучилась по Новому Орлеану, по дому, по семье. Так что я уже в предвкушении с ними увидеться, - Майклсон вновь вспомнила тренировку по окклюменции и ее первую выигранную шахматную партию. Чудесное было время. —Рад за тебя, - Регулус искренне улыбнулся, хоть и получилось слегка грустно, —здоровые отношения с семьей - большая редкость. Ари вдруг стало как-то тоскливо. Она прекрасно понимала, в каких семьях выросли ее друзья, ну или пыталась понять. —Тебе бы понравилось в Новом Орлеане, Регулус. Слизеринцы шли по коридору подземелья, решив, наконец, отправиться спать, как неожиданно из-за угла на них налетел ни кто иной, как мальчик-который-выжил. Для обоих стало удивлением встретить Поттера в столь поздний час близ гостиной слизерина. —Гарри? Что ты здесь делаешь? – Ариадна не скрывала своего изумления. Блэк же спокойно сверлил взглядом не менее изумленного от встречи гриффиндорца. —Я, ну, у меня были кое-какие дела с профессором Снейпом, - Гарри слегка поправил очки на переносице. Регулус подумал, что выглядел Поттер паршиво, явно плохо спал, но о Снейпе, кажется, не врал. «Забавно, что именно это за дела?» —С тобой все в порядке? - Ари обеспокоенно коснулась плеча юноши. —Да, все хорошо, спасибо, Ариадна. Мы просто слегка припозднились, так что, с вашего позволения, - Поттер кивнул Блэку и поспешил убраться, проскальзывая между слизеринцами. Он был явно напряжен и выглядел так, будто… «Снейп учит его окклюменции», - Регулус провожал спину уходящего гриффиндорца, осмысливая свою догадку. —Да уж, каждый день все интереснее, - хмыкнула Ари. —И не говори. *** —Значит, вы тоже верите Гарри и считаете, что тот…кого нельзя называть вернулся? Древние руны в последнее время были на удивление скучными, а потому Гермиона и Ариадна, сидя за последней партой решили немного поговорить, кроме того в последнее время это удавалось все реже. Отряд Дамблдора ровно, как и отряд змей был занят тренировками, не говоря уже про серьезный объём домашних заданий и увиливание от Амбридж и ее мерзких прихвостней. Майклсон была наслышана о ее методах наказаний, что подтверждал свежий шрам, который она заприметила у Поттера не так давно. «Ну и сука, эта Амбридж» —Это очевидно, - Ариадна слегка нахмурилась от того, насколько глупо было не произносить имя того, кто наверняка попытается убить тебя при первой же встрече. Джинни недавно высказала свои опасения насчёт слизеринцев, и того, какими мотивами могли быть вызваны их тренировки в выручай-комнате. Однако, даже не смотря на то, что Гермиона знала о семьях змей много интересных подробностей, она не могла с ней согласиться на все сто. Ариадна не казалась ей тем человеком, кто будет поощрять подобное, и ещё был Драко… —Знаешь, Гарри в последнее время ведёт себя очень странно, мы с Регулусом недавно столкнулись с ним в подземельях после отбоя, - Ари невольно взглянула на спину кудрявого юноши, который сидел на второй парте с каким-то пуффендуйцем. —Думаю, мы все в какой-то степени сейчас ведём себя странно, - Грейнджер закусила губу. Она, конечно, знала, что Гарри ходит к Снейпу заниматься окклюменцией, знала о его ночных кошмарах и связи, которая наверняка существовала между ним и Воландемортом, но поделиться этим не могла. Дело было не в том, что она не доверяла Ариадне, просто это были дела, касающиеся только их троих. Ари сразу поняла, что не получит никаких сведений, но не показала своей досады. —Ты права. После факультатива, Майклсон с Блэком поспешили вместе на обеденную трапезу. —О чем это вы так мило болтали с Грейнджер всю пару? - Регулус знал, что подружки неспроста сели в самый конец класса, а потому намеревался выведать все у Ари. —Женские секреты, - пожала плечами Майклсон. Ей нравилось время от времени его бесить, поэтому она не спешила давать слизеринцу то, что он хочет. —Да ну? - усмехнулся юноша. —Не веришь мне? - Ари повернулась к Блэку, выгнув бровь. Рег понял, что не получит от Майклсон никакой конкретики, а потому, оставил этот вопрос без внимания, театральным жестом пропуская вперёд в двери большого зала девушку. Оба слизеринца уселись на свои привычные места в компании друзей, которые уже были в сборе, однако, столы все ещё пустовали. Ариадна заметила Гринграсс, которая сидела рядом с Паркинсон и скользнула по лицу блондинки испепеляющим оценивающим взглядом. Ее всерьёз беспокоила эта особа, хоть ее присутствие и было фоновым. Майклсон знала совсем немного, Пэнси не спешила делиться с ней информацией о Дафне, но тот факт, что у них с Блэком было какое-то прошлое, почему-то жутко раздражало. За преподавательским столом было довольно пусто. Дамблдор постоянно где-то пропадал. Директора почти не было видно в школе, что казалось весьма странным. Ещё одна странность в копилку всех имеющихся. Однако, главная заноза, в виде новоиспеченной инспекторши Хогвартса, была на месте и одаривала всех своим присутствием. Амбридж встала из-за стола, оценивая взглядом количество собравшихся студентов, и вышла вперёд, явно намереваясь что-то сказать. —Сейчас начнётся, - констатировал Нотт, закатывая глаза. Профессор всем своим видом демонстрировала, чтобы все заткнулись и поспешили обратить внимание на ее персону. Когда гул среди ребят утих, мерзкий голос розовой мадам полоснул пространство большого зала. —Рада видеть студентов всех факультетов в этот чудесный день, надеюсь, каждый из вас усердно трудится в этом семестре и не нарушает школьных правил. Нотт ухмыльнулся. —Знала бы она, что мы плевать хотели на ее ебнутые правила, - шепнул на ухо Майклсон слизеринец, на что она тихо хихикнула. —Больше всего на свете я ценю дисциплину, без которой невозможно достичь результатов и традиции, которые позволяют не забывать о том, кто мы есть. Потому, я с гордостью заявляю, что в этом году в Хогвартсе пройдёт традиционный рождественский бал для студентов пятых, шестых и седьмых курсов. По столам прошёлся лёгкий гомон. —Такие мероприятия - неотъемлемая часть цивилизованного магического сообщества. Министерство, чьим голосом здесь являюсь я, считает, что вы должны учиться не только нужным дисциплинам, но и правильным манерам и этикету. Ариадна невольно столкнулась с зелёной радужкой. —Какой ещё к черту бал? - Тео набросился на еду, как только Амбридж закончила нести какую-то околесицу о традициях, в продолжение своего монолога, наконец, пожелав всем приятного аппетита. —В Колдовстворце рождественские балы проходят каждый год, - пожала плечами Ариадна. —Проблема не в дурацком балу, а в том, что Амбридж ведёт себя так, будто она здесь главная, устанавливая свои порядки, - процедил Бёрк. —Да, это проблема, - нахмурился Блэк, - как и то, что бал - очередной отвлекающий маневр, будто ничего не происходит, будто все как всегда. —Да ладно вам, здорово же, - встрял Забини, - хоть немного отдохнём и отвлечемся от всего. —Некогда отвлекаться, - грустно произнёс Малфой. —А я согласна с Блейзом, бал - чудесная идея! - просияла Гринграсс. «Блять, твоего мнения никто не спрашивал», - подумала про себя Майклсон. Хотя, по правде сказать, ей было вообще все равно на этот чертов бал. Она не хотела идти на него, и точно знала почему. Тот с кем она бы хотела пойти, вряд ли ее пригласит. ***       Хогвартс очень быстро погрузился в атмосферу предстоящего события. Казалось, между студентами происходила какая-то химия, все шептались в коридорах, обменивались красноречивыми взглядами и сплетничали по углам. Паркинсон во всех подробностях рассказала Ариадне, как красиво в прошлом году украсили большой зал во время святочного бала, который давался во время турнира трёх волшебников, и как чудесно они все провели время, на что Майклсон лишь кисло улыбнулась. *** —А я знаю, с кем пойдёт на бал Забини, - ухмылялся Бёрк. Слизеринцы теперь часто проводили вечера в комнате Блэка, чему юноша явно не был рад, но с чем ему пришлось смириться. —Гораздо интереснее с кем пойдёт Малфой или Блэк, - не отставал Блейз. Регулус ещё не успел об этом подумать. Единственным правильным решением было вообще не идти туда. Можно подумать, у них было недостаточно забот. ***       В первый же день после оглашения проведения рождественского бала Ариадна Майклсон получила несколько приглашений, на которые ей вежливо пришлось отказать. Гриффиндорец Дин Томас был первым, что очень ее удивило, потому ей было нелегко соврать ему, что ее уже пригласили, слегка краснея, стоя в общем коридоре и ловя на себе взгляды друзей, которые стояли возле класса зельеварения. В конце концов, Ариадна допускала, что может пойти, а потому, если бы сказала, что не собирается идти, попала бы потом в крайне неудобную ситуацию. Следующая попытка была предпринята парнем из пуффендуя. Майклсон сидела вечером в общей гостиной и, открыв учебник по заклинаниям, обнаружила внутри записку от очередного воздыхателя. Ариадна нахмурилась, читая аккуратно выведенные буквы на клочке пергамента. —С ума сойти, Ари, у тебя столько поклонников! От кого записка? Это приглашение? - Паркинсон громко щебетала, привлекая внимание остальных змей. Дафна Гринграсс, сидевшая неподалёку готова была лопнуть от злости, хотя и была уверена, что записка не от Регулуса, чему всё же не могла не порадоваться. Майклсон не успела ответить подруге. —Ты согласишься? - не унималась Пэнси. Ари помрачнела еще сильнее, с силой скомкав бумажку. —Я вообще не собираюсь идти на этот чертов бал! - она резко встала, захлопнув книгу, и поспешила удалиться к себе. Регулус Блэк лишь ухмыльнулся на это, провожая спину шатенки. В его голове тут же возникла сумасшедшая идея. ***       Ари как всегда спешила в библиотеку на очередное занятие с Реггом. Глупо было отрицать, что она стала лучше понимать зельеварение, и даже Снейп отметил это, одобрительно кивнув, вручая девушке очередное проверенное эссе. На пергаменте красовалось - превосходно. Войдя в помещение, Ариадна тут же заприметила слизеринца, сидевшего на их привычном месте за дальним столиком, и уже шагала к нему. Ее планы были нарушены блондинкой, которая бесцеремонно уселась на ее место. Майклсон застыла, наблюдая за этой картиной. Блэк, казалось, был удивлён, но не против присутствия Дафны, и они о чём-то говорили. Внутри у шатенки все перевернулось. «А что если? Нет. Быть такого не может. Он не пригласит ее» В конце концов, Гринграсс ведь сама вторглась в его пространство. Здравый смысл подсказывал Ариадне, что поводов для ревности не было, но когда речь шла о Регулусе, здравый смысл переставал существовать. Майклсон была зла, когда до ее ушей донёсся приторный голосок блондинки. Она не могла больше это выносить. Шатенка уже летела вон из библиотеки, отмечая про себя, что все-таки поступает не красиво, ведь сама просила Регга об этих уроках, а теперь убегает без предупреждения. «К черту Блэка» *** —Пэнси, слушай, а почему они расстались? – Ариадна нервно кусала губы, прекрасно понимая, что дискредитирует себя подобными вопросами. Паркинсон слегка улыбнулась. Этим вечером они вместе готовились к травологии. —Не уверена, что мне стоит говорить об этом. —Ладно, - Майклсон и не рассчитывала на информацию, все-таки, Пэнси знала Гринграсс дольше, и они, кажется, даже были подругами. —Между вами с Блэком что-то есть? Это было очень неожиданно, потому Ари даже растерялась. —Нет, - шатенка хотела, чтобы это прозвучало более твердо, однако, ее голос все же задрожал. —Она думает, что он ей изменил, хотя я уверена, что это не так. «Вот как» Ариадна не понимала, что именно заставило Пэнси передумать. —Даже если так, они все равно уже расстались к тому времени, - брюнетка была не в восторге от того, что ей пришлось рассказать, но она точно знала, что Ари ей соврала. —Насчёт того почему именно они расстались, думаю, это очевидно. Майклсон не считала это очевидным. —Люди расстаются по разным причинам, - Ари взглянула на Пэнси, встречаясь с ее внимательным взглядом. —Суть всегда одна и та же, - Паркинсон как-то грустно улыбнулась. Они какое-то время провели в тишине. —Я же вижу, как ты на него смотришь. Майклсон нахмурилась. «Чушь собачья» —Это было бы еще полбеды, но я вижу, как он смотрит на тебя. Паркинсон точно знала, о чем говорит. В конце концов, они с Блэком выросли вместе. ***       «Какого черта, Ари?» Регулус Блэк пристально следил за Ариадной Майклсон. Сдвоенное зельеварение с когтевранцами не предвещало ничего хорошего, особенно когда Снейп поделил их на пары, дав задание сварить животворящий эликсир. Рег не стал просить декана в этот раз ставить его в пару с девчонкой, (о чем уже сто раз пожалел), после того, как та вчера проигнорировала их занятие в библиотеке и на вечернее дежурство вместо нее пришла Пэнси. «Ариадне нездоровится сегодня» «Ага, как же» Декамп приторно улыбается, шепча что-то на ухо Майклсон, находясь к ней слишком близко, а Регулус уже и не пытался подавить приступ ненависти, который так неожиданно полоснул его нутро. «Никакой ревности, Рег, это просто отвращение к мерзкому когтевранцу», - успокаивал себя Блэк. Майклсон довольно ловко орудовала ножом, подготавливая нужные ингредиенты для зелья. Смех. Ее смех. «Что же такого веселого сказал ей этот придурок?» Джо Декамп кладет руку на ее плечо, чем вызывает в Регулусе острое желание убивать. «Она ведь сказала, что не собирается на бал, но, ведь могла и передумать. Могла ведь?» ***       Слизеринцы медленно кружили, целившись в друг друга своими древками. Сегодняшняя тренировка змей в выручай-комнате была посвящена обычным дуэлям. Они иногда практиковали их, решив, что им время от времени следует уделять внимание и базовым вещам. Нападать никто не спешил. Регулус пытался угадать эмоциональный фон девушки, а Ари решила, что непременно отомстит ему за то, что чертов змееныш украл ее сон прошлой ночью. Мысли о Блэке причиняли Майклсон дискомфорт, а особенно ужасно было проснуться в холодном поту от сна, в котором ей опять приходилось краснеть перед ним. Она была зла. Чертовски зла. Перед глазами стояла лишь назойливая блондинка, которая постоянно строила ему глазки, стоило Ари отвлечься или исчезнуть. «Неужели он этого не видит? Не замечает, как та заглядывает ему в рот?» Причем глазки ему строила не только Гринграсс. За последние дни Ариадне «посчастливилось» наблюдать множество идиотских картин, вроде тех, как какая-нибудь дурочка-когтевранка будто бы нечаянно роняет учебник, прямо перед Блэком или попросит объяснить наиглупейшую вещь по учебе. «Регулус, ты такой умный» Сектумсемпра летит в юношу с невероятной скоростью. Тот ошарашено отбивается, пребывая в полном недоумении, какого черта получил такой пиздец при первом же выпаде. Блэк уверенно защитился от ещё парочки неприятных проклятий, и бой становился все более напряженным. Их лучи различных цветов и мощностей полосовали пространство выручай-комнаты, оба слизеринца ловко отбивали заклятия друг друга, а остальные змеи пребывали в немом ужасе от масштабов развернувшейся дуэли. Этот бой был похож на искусный танец, или вернее сказать на смертельный танец. Резко, быстро, опасно. Блэк даже не успел осознать, что конкретно творилось, и чем он заслужил такое, однако, точно знал, что перед ним сейчас не слизеринка с дурманящим и прекрасным вишневым ароматом, который так ему нравился, не шатенка с янтарными глазами, что дарили покой, не девочка со шрамами и тяжелой историей, а крайне серьезный противник. Он, к слову, тоже не отставал, дуэли ведь были его стихией, а потому Ариадна только и успевала отбивать его яркие лучи. Вдруг, Майклсон почувствовала, как что-то слегка ужалило ее правый бок, но ни один мускул на лице не дрогнул. «Плохо отбила проклятие?» Трудно сказать, как долго продолжалась эта вакханалия. Майклсон первая опустила палочку, тяжело дыша и сверля взглядом Блэка, который последовал ее примеру, продолжая исследовать ее янтарную радужку, своим малахитовым зелёным цветом. Ари молча поджав губы, быстро направилась к двери, змеи все ещё были в шоке, как и сам Регулус, который остался стоять на том же месте в оцепенении. Она никак не отреагировала, но он был точно уверен, что попал. Майклсон летела по темному коридору, будто комета, ей было противно и горько от самой себя. Она не понимала, что сейчас произошло, какого черта она позволила себе подобные вещи. В ушах стоял звон, а потому, она не слышала даже собственных шагов. Коридор начал плыть, а слезы так и стремились вырваться наружу. «Может нужно, наконец, позволить им?» Вдруг, кто-то резко потянул ее за руку и прижал стене. Мгновение. Ровно столько ей понадобилось, чтобы уловить аромат, принадлежащий только одному человеку во вселенной. —Что ты творишь, Блэк? - прошипела Ари, пытаясь оттолкнуть Регулуса, который не удосужился даже взглянуть ей в глаза. Он бесцеремонно поднял край ее чёрной толстовки, сильнее прижимая девушку к холодной поверхности, после чего его лицо окрасил легкий испуг. Блэк следом завернул край белой футболки, которая успела немного пропитаться алой кровью, не обращая никакого внимания на попытки Ари вырваться из цепких аристократичных рук. —Я тебя задел, - холодным тоном процедил Блэк, останавливая свой взгляд на неглубокой ране. Майклсон будто резко пришла в себя, перестав отбиваться, ведь до этого момента она даже не чувствовала боли. Должно быть, адреналин или ещё какая ерунда, связанная с тем, что организм защищается и откладывает оповещение мозга. «Ало! Мы истекаем кровью!» Ари, все-таки, уловила слабое болевое ощущение чуть ниже рёбер на правом боку. Но блять, если честно, как вообще можно чувствовать что-то такое, когда прямо сейчас пальцы Регулуса Блэка скользят по ее плоти, его кудри щекочут ей шею, ведь юноше пришлось слегка наклониться, для лучшего обзора ее раны, и его потрясающий крыше сносный аромат окутывает и будто держит в плену. Он вытащил свою палочку, очистил кровь и принялся залечивать неглубокий порез, сосредоточенно и четко произнося нужные заклинания, почти как шахматист, когда обдумывает следующий ход, боясь ошибиться, боясь оставить шрам. Он был просто до ужаса напряжён, и казалось, чувствовал себя виноватым, хотя это Ари первая начала кошмарить его проклятиями, отнюдь не самыми невинными. Его глаза как будто светились, когда он использовал магию, а губы медленно шевелились в такт произносимым заклинаниям. Черт. Регулус Блэк был красив как дьявол. И его магия - тоже была красивой. Палочка слизеринца едва касалась поверхности ее кожи, но волшебство, что он творил, оно разливалось по ней вязкой субстанцией и текло, почти как кровь по венам. Тёплая, живая и прекрасная. Как и сам юноша. Ей казалось, что прошла целая вечность, когда он закончил колдовать над ее раной и теперь, наконец, смотрел прямо ей в глаза. Ариадне даже не нужно было никакого словесного подтверждения от него, она и так знала, что шрама не останется. Блэк был искусным целителем. Ещё одна способность в копилку этого самодовольного змея. —Твои эмоции мешают тебе не только в окклюменции, но и на поле боя. Ты явно злишься на меня, и я хочу знать за что, - тон был холоден и настойчив. «Разбежался» —Если ты закончил играть в доктора, я хочу спать! – рявкнула Майклсон грубо отталкивая от себя слизеринца. «Плевать, что он прав. Пошёл к черту!» Регулус тупо уставился в спину удаляющейся девчонке, медленно сходя с ума. Он был зол на нее за то, что она так себя ведёт, об этом свидетельствовала пульсирующая венка, проступившая на его лбу, и навязчивое желание что-нибудь разъебать. ***       Всю субботу Ари просидела в своей комнате, не желая никого видеть. Она решила, наконец, прочесть Лолиту. Рег был прав, книга ей не понравилась. «Даже тут он был прав» Майклсон услышала знакомый раскатистый смех Нотта, доносящийся из общей гостиной и решила, все-таки, посмотреть, что там происходило. Было довольно поздно, а потому в гостиной были только ее друзья, которые обыкновенно сидели на диванах. Однако, внимание Ариадны привлекла интересная деталь, на шеях у змей были амулеты, а в центре на журнальном столике покоилось что-то наподобие игрового поля со стрелкой. —И чем это вы тут занимаетесь? – шатенка скрестила руки на груди, опираясь о косяк в проёме коридора, ведущего к спальням, удивленно уставившись на слизеринцев своими карими глазами. Змеи моментально заметили девушку, обратив на нее свои взгляды. —Ари, давай к нам, - Нотт весело жестом показывал подруге на свободное место рядом, —мы играем в правду или действие. «Блондинка тоже здесь. Блеск» —Вам что, тринадцать? – Майклсон усмехнулась, все же принимая приглашение друга. —Нет, нам шестнадцать, - констатировал Блейз, объясняя правила шатенке. Оказалось, что амулеты на их шеях служили гарантом правдивости ответов, не позволяя слукавить, а импровизированное игровое поле со стрелкой и именами играющих показывало, кому будет задан вопрос или загадано действие. —Значит, если соврать амулет засияет красным цветом? – уточняла Ари, принимая его из рук Забини. На деревянном круге, как по волшебству появился еще один сектор, высекая имя присоединившейся слизеринки, как только та, надела на шею черный шнурок с круглым прозрачным камнем. —Именно. Ариадна непроизвольно столкнулась взглядом с ухмыляющимся Блэком, и ее вновь полоснула обида на слизеринца. «Ухмыляешься, Блэк?» —Я буду первой. Ариадна не собиралась играть по правилам, особенно сейчас, когда была полна отрицательных эмоций. Потому, она взмахнула палочкой и заставила стрелку указать на нужное ей имя. —Правда или действие, Блэк? Юноша казалось, не был удивлен, подобного следовало ожидать от Майклсон. Никто из змей не стал вопить о нарушении правил, и они с интересом наблюдали за происходящим. —Правда, - твёрдо сказал Рег, расплываясь в хитрой улыбке. «Удиви меня, Майклсон» —Это правда, что ты изменил Дафне, когда вы ещё встречались? Пэнси украдкой взглянула на подругу и слегка покачала головой в укоризненном жесте. Гринграсс заметно помрачнела, а Регулус вмиг стал очень серьёзным. —Нет. Амулет на его шее засиял ярким белым светом. —Грязно играешь, Майклсон, - его тон был холоден и пронизан осуждением. —Ничего особенного, - Ари лишь пожала плечами. «Ничего особенного, значит» —Моя очередь, Майклсон, правда или действие? - Регулус повторил то же самое действие палочкой, заставляя стрелку оказаться напротив ее имени. —Правда. «Думаешь, я тебя боюсь?» Но она боялась. Блэк знал слишком много. «Что, если он спросит что-то про шрамы или про кошмары? Нет. Он не поступит с ней так. Он не посмеет. Он обещал» —Хочу знать весь список имен, всех, с кем у тебя что-нибудь было, включая Хогвартс. Ариадна удивленно вскинула брови, а Нотт громко усмехнулся. —А поцелуи тоже считаются? - ухмыльнулся Забини. Ариадна решила разыграть небольшой спектакль и заставить Регулуса думать, что он задел ее за живое. Она смотрела прямо на самодовольного кудрявого юношу и не спешила с ответом. «Ничего личного, Ариадна, ты первая это начала» Личного было много. —Список пуст, - Ариадна растянулась в победной ухмылке, сверля глазами зелёную радужку. Прозрачный стеклянный камушек наполнился белым свечением. «Как тебе такое, Регулус Блэк?» Рег выглядел удивленным, хотя внутри был очень рад ее ответу. Это был глупый вопрос, но он, правда, должен был знать. Игра шла своим чередом, и вот очередь дошла до Блейза, который раскрутив стрелку, полагаясь на волю случая, довольно уставился на блондина. —Правда или действие, Драко? —Правда. —Хочу знать, куда ты постоянно пропадаешь по ночам? - Забини хитро улыбнулся. Сердце Малфоя пропустило характерный удар, а по лицу прошелся едва уловимый испуг. —В библиотеке, - глупо получилось, но это, всё-таки, была правда. Белый свет амулета сигнализировал об успехе. —И что же ты там забыл ночью? «Дело дрянь», - подумал про себя Драко. —Хочешь задать ещё один вопрос, дождись своей очереди! - рявкнул на друга Малфой. Ариадна ухмыльнулась, подумав про себя, что наверняка знает, что именно и с кем он забыл в библиотеке. Она взглянула на Пэнси, которая поджала губы и устремила пару зеленых глаз в пол. —Итак, Пэнси, правда или действие? – серьезно начал Бёрк. —Правда, - пожала плечами Паркинсон. «Они серьёзно, правда или правда?» —Что ты делала с Поттером ночью на астрономической башне? «Пиздец» Малфой ошарашено уставился на брюнетку, Нотт хихикнул, Дафна издала характерный изумлённый вздох, а Регулус с Блейзом, казалось, не были слишком удивлены. Ариадне же было явно интересно, ведь она не знала ни о чем таком. —Мы разговаривали, - тихо ответила Пэнси. Амулет на ее шее едва ли засветился слабым белым светом, и было не совсем понятно, то ли от того, что это была лишь крупица правды, то ли по какой-то другой причине. Бёрк, казалось, был доволен и этим. —Ты серьезно?! – Малфой был явно в шоке, —ты блять серьезно, выкладывай все! —Сначала послушаю подробности про библиотеку, - спокойно парировала Пэнси, с вызовом смотря прямо в серую радужку слизеринца. «Надо же, Гарри Поттер и Пэнси Паркинсон болтают по ночам», - Майклсон обязательно выпытает у неё все подробности. —Правда или действие, Дафна, - Нотт улыбался своей фирменной улыбочкой. —Правда, - неуверенно ответила блондинка. —Скажи мне правду, Даф, - Тео будто бы специально тянул, играя на ее нервах ноктюрн, —тебе все ещё нравится Реджи? Гринграсс побледнела, а Ари ухмыльнулась, мысленно аплодируя Нотту. —Да. Регулус недоуменно уставился на блондинку. Он был зол и разочарован, хоть и понимал, что Гринграсс не была с ним честна на сто процентов, когда сказала, что отпустила ситуацию. Амулет на ее шее демонстрировал то, что это была чистая правда. Ариадна старалась не показывать своего презрения. Она не была особо удивлена ответом, но все же, приложила некоторые внутренние усилия, чтобы не взорвать что-нибудь своей стихийной магией, которая остро ощущалась на кончиках пальцев. Очередь была за Паркинсон. Ари подумала, что та решит отомстить Бёрку, но брюнетка крутанула стрелку без магии. —Правда или действие, Реджи? —Правда. —Скажи, в этой комнате сейчас присутствует тот, к кому ты испытываешь явно не только дружеские чувства? – Паркинсон на секунду скользнула по лицу Ари, встречая ее напряженный взгляд. —Определенно, - Блэк, будто и вовсе не был смущен вопросом, его голос был спокоен. Ари невольно взглянула на него, а потом скользнула по лицу блондинки, которое искривилось в болезненной гримасе. Амулет на шее слизеринца неистово засиял белым свечением. —Интересно, кто же это? - ухмыльнулся Нотт. —Моя очередь! – рявкнула Гринграсс, выуживая свое древко. —Правда или действие, Майклсон. Все удивленно уставились на блондинку. —Правда, - Ари была спокойна настолько, насколько это было возможно в данной ситуации. «У тебя ничего нет против меня» —Это правда, что ты употребляешь почти каждый день? Майклсон побледнела, с силой сжав челюсти. —Не понимаю вопроса. —Тебе нужна расшифровка? Ну, знаешь, травка, дурь, колеса, эфир, как вы там еще это называете. Так понятней? – лицо Гринграсс выражало невероятное удовлетворение. «Попалась, мышка» Теперь змеи ошарашено глазели на Майклсон, которая уже даже не пыталась держать себя в руках. —Я не собираюсь отвечать на этот вопрос! - Ари сорвала с себя амулет и с силой кинула его на пол, из-за чего прозрачный стеклянный камушек разлетелся на осколки, под шумный вздох Паркинсон. «Откуда она знает?» Майклсон пулей вылетела из гостиной, не зная куда именно направляется. «Куда угодно, лишь бы не видеть эту ебанную суку» Единственное, что сейчас заботило девушку, это то, как бы не дать слезам, предательски вырывающимся наружу, залить ее лицо. Ведь это напрямую означало проиграть. Блэк был разочарован Дафной, которая поступила просто отвратительно. Существует грань, которую переходить нельзя. Это не дурацкие любовные интриги, это, мать вашу, очень личное. И к тому же, Регулус был абсолютно уверен, что Дафна преувеличила зависимость Ариадны. Может она и принимала какие-то магловские таблетки, чтобы уснуть, по типу антидепрессантов или легких психотропов. Но черт, это было только ее дело. Да блять, даже если она конченная наркоманка, суть не меняется. Блэк должен был удостовериться, что с девушкой все в порядке. Место, куда она могла пойти, почему-то четко вырисовалось в голове, как только он оказался в коридорах подземелий. ***       Знакомая магия. —Уходи, я хочу побыть одна. Ариадна лежала на холодном деревянном полу астрономической башни, прикрыв глаза и нервно вертя палочку между пальцами. —Здесь довольно холодно, - Блэк медленно вышагивал по скрипящим половицам, держа руки в карманах, приближаясь к Ариадне и игнорируя ее просьбу. —Мне наплевать. —Я пришёл за своим желанием. —Неужели. Блэк медленно подошёл к девушке, которая слегка приподнялась на локтях, взглянув на нее сверху вниз, и присел подле неё на корточки. Ариадна позволила себе утонуть в его зеленых омутах. —Ты ведь помнишь, что должна мне? —И что же ты хочешь от меня? —Ты пойдёшь со мной на бал, - тон Блэка не терпел пререканий. Майклсон не сдержала ухмылки. «Регулус Блэк, ты идиот. Так впустую потратить желание» —Я разочарована. «Я бы итак пошла с тобой» —Я не нуждаюсь в твоей оценке. —Что если меня уже пригласили и я сказала да? —Придумаешь, что-нибудь, - Блэк был абсолютно уверен, что девчонка врёт. Они какое-то время сверлили друг друга взглядами. Их обыденное развлечение. —Так и быть, ты получишь своё желание, - выдохнула Ари. —Рад слышать. Регулус поднялся во весь рост, снова смотря на шатенку сверху вниз. —Кстати, я тебя разгадал. —О чем ты? – Майклсон в который раз за вечер занервничала. —Причину твоей злости на меня, - Рег загадочно улыбнулся. —Вот как, - ей не нравилось смотреть на него в таком положении снизу, но она будто не могла пошевелиться и заставить себя встать. —Можешь не переживать, твоя ревность необоснованна. —Не понимаю о чем ты? – девушка отвела взгляд. «Какая еще ревность?» —Вот как я это вижу, ты думала, я пригласил Гринграсс на бал, поэтому была так зла, и даже не подумала, что можешь использовать возможность и спросить у меня почти все что угодно, что-то действительно важное. —Я могу спросить тебя обо всем, что мне захочется и так! —Правда, что ли? - Блэк хитро улыбнулся и уже спешил выполнить ее просьбу и оставить Майклсон наедине. До неё вдруг дошло, насколько же глупо она себя повела. —Какой у тебя патронус? - Ари уже стояла на своих двоих, сверля спину слизеринца, в особенности его прекрасные кудри. —Поздно, Майклсон.