Перепутье чувств

Обычно полупустое помещение было напрочь забито учениками всех возрастов. Тут и там можно было заметить синие, красные, зелёные и жёлтые галстуки. Всему причиной был стоящий посреди комнаты, в нескольких метрах от камина в одной из стен, кубок. В чаше виднелись голубые языки пламени, размер которых магическим образом увеличивался каждый раз, как в его глубь бросали листочек бумаги. Сюда её затащила Надя, желающая узнать, кто же претендует на звания чемпионов турнира. В обшем-то, пока подруга наблюдала за всем происходящим с нескрываемым интересом, Настя считала ворон. Долго простоять в спокойствии не удалось. Кое-кто помешал. Веретельник буквально влетел в девушку, сбивая её с ног и падая рядом. Очки Павла слетели, а учебник и несколько исписанных листов, что были вложены в него, разлетелись по сторонам. Он раздражённо выдохнул и принялся судорожно пытаться собрать свои вещи. — Э-э, ты в норме? - Джексон сидела на полу и приходила в себя после неожиданного падения. К счастью, отделалась она лишь несколькими синяками, без никаких серьёзных травм. Однако в ответ та ничего не услышала. Длинные и даже костлявые руки всё также скользили по пыльному полу, выискивая все предметы. Очки лежали в сантиметре от правой ноги Насти, так что, не смотря на всю странность ситуации и поведения волшебника, девушка решила помочь. — Вот, ты же это ищешь? - протянув ему очки, она застыла, уставившись на запястья парня, что оголились благодаря по-случайности задёрнутым рукавам рубашки. Вдоль всей руки Веретельника были видны длинные полосы — шрамы. Они были глубокими, но цвет был необычным. Серебристым. Выглядело так, словно следы после когтей дикого животного, напавшего на жертву в лесу. Ей стало жутко. Как только он почувствовал испуганный взгляд на себе, Паша рывком поднялся на ноги, резко выхватывая из рук пуффендуйки очки и чуть ли не бегом покидая комнату. Настя была готова поклясться, что в этом обычно туманном взгляде в первые смогла разглядеть что-то иное. Что-то, что можно было увидеть в глазах лишь обезумевшего хищника, вот-вот собирающего напасть. — Он сегодня какой-то дёрганный, - из оцепенения студентку вырвал чужой голос. Юля стояла позади неё, но взгляд её был направлен в ту сторону, куда ранее направился Веретельник, — Даже странно, что на Марину не смотрел ни разу. — Это повод для радости. Я и так еле держусь, - вздрогнув от одной мысли о том, какого ей обычно чувствовать на себе пристальный взгляд парня, когтевранка подала Джексон руку. Стояла же она рядом со старостой, — Не ушиблась? Приняв руку, она поднялась на ноги и сразу же отряхнулась от скопившейся на одежде пыли, после чего вновь возвращая взгляд на двоих. — Нет, спасибо. Всё хорошо.. - покосившись на дверь, через которую выбежал Павел, девушка неосознанно обняла себя за плечи. От Веретельника веяло самым настоящим леденящим душу холодом. — Что-то случилось? Морозит? - Блайт оглядела Настю с головы до пят и вопросительно приподняла бровь. Очевидно, из них троих ей одной посчастливилось обойтись без опыта нахождения под наблюдением Паши. — Нет-нет, эм... - сначала растерянно посмотрев на Марину, она мгновенно оторвала ладони от плеч, — Что вы здесь делаете? - только через секунду Джексон заметила, что всё это время нервно чесала затылок. — Пришли бросить имя в кубок. Ну, Юля пришла. А я просто "группа поддержки". - кивнув в сторону старосты, Мандевили улыбнулась, а Настя же только сейчас заметила, что в руках самой высокой из них была бумажка с аккуратно написанными именем и фамилией. Взгляд Юли был нацелен строго на кубок, но в последствии переместился чуть правее. Когтевранка прищурилась и сделала один шаг вперёд, но быстро вернулась обратно. Если бы это было возможно, Настя бы сумела разглядеть вращающиеся в голове той шестерёнки. Всё стало ясно в тот момент, когда Джексон решила всё же понять, что же так внезапно привлекло внимание знакомой. Группа гриффиндорцев столпилась вокруг кубка и о чём-то шепталась. Среди них можно было отчётливо разглядеть несколько знакомых ей лиц. Андрей Гиббз учился на одном курсе с Аней, что, к слову, тоже стояла рядом. Он часто срывал занятия и каждый хоть раз задавался вопросом, почему его всё ещё не исключили. Через секунду гриффиндорец громко присвитнул, а в следующее мгновение огонь поднялся ввысь, привлекая внимание всех, кто был поблизости. "Разве она не говорила, что этот турнир для психов?" - мысленно спросила Настя саму себя, догадываясь, что Юля думала о том же. За этим последовал ещё набор мыслей и воспоминаний о вчерашнем неудачном знакомстве, так что долго задерживать взгляд на всей этой красной компании Джексон не стала. — Смотрите, Дима идёт! Катя уже бросила своё имя, остаётся лишь он. - вдруг откуда-то показалась Надя, остановившааясь позади Марины. Все четверо уставились на высокий проход, из тени которого минуту спустя показался мускулистый силуэт, а вскоре на свету было можно разглядеть каждый сантиметр внешнего вида парня. Дмитрий выглядел слегка отлично от того, каким предстал перед всеми вчера. Вместо тёплой шубы на нём был коричневый свитер и тёмные брюки. Скажем так, оделся по погоде. На фоне всей этой непримечательной одежды рыжие волосы бросились в глаза почти сразу. "И в правду, огненные." - поймала та себя на мысли и тут же замотала носом в разные стороны. С чего это такие мысли? На неё ведь не похоже.. Уверенной походкой Громов приближался к кубку, пока его каменный взгляд замороженно глядел в одну точку — кубок. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Лишь твёрдые и тяжелые шаги настолько, что никто из присуствующих не смог оставить этот приход без внимания. Группа девчонок почти сразу бурно зашепталась о чём-то, а те самые гриффиндорцы решили поскорее убраться подальше от кубка. Взмах массивной руки, голубой огненный "взрыв" и Дмитрий уже был на полпути к становлению чемпионом. Осталось лишь дождаться результатов. Всё внимание было приковано к Диме, стоящему посреди комнаты в одиночку, ровно до тех пор, как оно не переключилось на кое-кого другого. — Эй, ребята, как жизнь? - громкий и звонкий мужской голос эхом отразился по всему помещению. Максим Вишневский. Студент седьмого курса. Самый популярный гриффиндорец. Капитан команды Гриффиндора по квиддичу, занимающий позицию вратаря. Староста всей школы. Его часто называют "гений своего времени", также он известен под такими титулами, как: "Выдающийся волшебник", "Истинный гриффиндорец", "Босс" и т.п. Высокий парень со спортивным сложением тела и коротко подстриженными волосами. На лице лучезарная и широкая улыбка, ослепляющая своей белезной окружающих. — Как дела, дружище? - шагая вперёд, он останавливается около одного из учеников и пожимает ему руку, дальше двигаясь дальше, — Отлично выглядишь! - говорит тот уже другому ученику. Наконец, Макс достиг того места, где стояли четверо. Его размашестая походка ни на миг не прекращалась, потому говорил он на ходу. — Поздравляю с повышением, коллега! Как проходят первые будни старосты? - указав указательными пальцами обеих рук на стоящую с краю от всей их маленькой группы Юлю, Вишневский подмигнул. Настя молча хлопала глазами, хотя ситуация ей даже казалась забавной. Но казалось так только ей, ведь на лице когтевранки было буквально выгровировано отвращение и непонимание. Блайт открывала и закрывала рот, не в силах что-то сказать. — О.. Мг... Спасибо, нормально. - еле выдавив эти два несчастных слова из себя, Юля облегчённо выдохнула, ведь семикурсник пошёл дальше вперёд, — Я пойду подышу свежим воздухом, мне нужно это переварить. - бросив последний осуждающий взгляд в сторону Максима, волшебница, не теряя времени, поспешила прочь. Мандевили помахала подруге и перевела взгляд на Настю. Однако всё внимание Джексон было на Вишневском, что уже успел приблизиться к кубку и быть всего в нескольких метрах от него. — Не волнуйся, когда-то и твой момент славы наступит, так что постарайся не заидовать. - слащаво говорил гриффиндорец, трепя Аню по голове, намереваясь таким образом успокоить "сгорающую от зависти" студентку. — Ну я как бы и не зави-.. - никакой возможности вставить свои пять копеек у второй Блайт не было, ведь Максим её даже не слушал. — Я понимаю, это тяжело, но тебе нужно всегда пытаться ровняться на отца нашего факультета — Годрика Гриффиндора. - было слишком сложно понять, шутит он или же говорит на полном серьёзе, но долго так Аня не выдержала. — С меня хватит! - отдёрнув чужую руку от своей макушки, девушка демонстративно закатила глаза и зашагала в противоположном от чаши направлении. Стоящие на её пути Настя, Надя и Марина не сразу сообразили, что им бы стоило сделать пару шагов в сторону, от чего избежать столкновения вышло лишь наполовину. Задев плечом Уолтер, что стояла посредине, Аня слегка замедлила свой шаг, намеренно заметно отряхивая плечо от "грязи и пыли". — Негде больше постоять? - раздражение в её голосе трудно было не заметить, хотя и не имея возможности слышать, можно было бы с легкостью выяснить это по искаженному от недовольства лицу. — Ты могла бы обойти, так что.. - вмешалась Марина, растерянный взгляд которой метался то на Настю, то на Надю, то на Аню, что успешно пропустила мимо ушей эти слова, но Уолтер одобрительно закивала. Ученица Пуффендуя не выглядела рассерженной, скорее озадаченой и непонимающей, почему сестра Юли себя так ведёт. Джексон, неожиданно для самой себя, набрала в рот воды и стояла не произнося ни единого звука. Лишь в тот момент, как взгляд гриффиндорки наконец настиг и её, девушка негромко прокашлялась. — О-о-о, у кого-то неудачный день? Не выспалась? - усмехнувшись, Настя изо всех сил постаралась звучать непринужденно, посему единственное, что портило картину — ладонь, временами нервно потирающая её шею. Недовольство быстро сменилось удивлением, но и то продержалось лишь пару-тройку секунд всего периода, пока Аня сверлила Настю взглядом, прежде, чем раздраженно хмыкнула. — У меня не бывает неудачных дней, бывают неудачные люди. - уже в сотый раз закатила глаза, Блайт в последний раз окинула их мрачным взором, а в следующее мгновение ушла в известном только ей направлении, оставив Настю стоять и чувствовать себе ещё более глупо. — Похоже, не только Паша сегодня встал не с той ноги, - промолвила Надя, — Пойду найду Юлю. Здесь действительно как-то душно. - намекая больше на отдельных личностей, чем на отсутствие кислорода, Уолтер взглянула в последний раз на кубок и ретировалась. Вдвоём остались лишь Мандевили и Джексон. Как в старые добрые времена. Девушки переглянулись и смогли без слов решить, что здесь им тоже больше делать нечего, пока Максим уже успел кинуть свою бумажку с именем под уйму аплодисментов. — Расслабься, брат, мы же тут все для того, чтобы налаживать связи, так? - Вишневский похлопал по плечу Дмитрия, что с еле заметным раздражением наблюдал за гриффиндорцем со стороны. Буквально сжигал его взглядом. Казалось вот-вот и сейчас староста загорится на месте. Но этого не происходило. Никто и ничто не могло помешать Максу чувствовать себя рыбой в воде. Фыркнув, Громов поворачивает нос в сторону выхода и чувствует, как его взгляд смягчается, пока он глядит вслед уходящей Насте Джексон. *** Сентябрь был в самом разгаре. Прохладный ветер обдувал лицо, спутывал волосы и сдувал бесчисленное количество пожелтевжих листов. Что может быть лучше умиротворенной прогулки в сторону Хогсмида? Ну, разве что прогулка с подругой детства. Уже около часа Настя шла рядом с Мариной вдоль узкой тропинки, ведущей никуда иначе, как во всем известный Хогсмид. Простые разговоры ни о чем помогали расслабиться и позабыть об учёбе, домашнем задании, предстоящем турнире и остальных заботах, преследующих её в пределах стен замка. Когда ты снаружи, на открытом воздухе, ты настолько мал по сравнению с густыми лесами, высоченными скалами и окутанными тайнами морями, что все проблемы начинают казаться простой пылинкой, избавиться от которой можно лишь просто подув на неё. — Зайдём в Три Метлы? Я бы сейчас всё отдала за стакан сливочного пива. - мечтательно произнесла Мандевили и вытянула руки над головой. — Давай. Только, прошу, стол не около окна, как в тот раз. Мне хватило. - захихикав, Джексон вспомнила раз, когда каждый, кто проходил мимо паба, считал нужным пялиться на них так, словно впервые видит человека в целом. — Хорошо-хорошо. Но ты сама лишаешь себя прекрасного вида. - перед глазами уже была знакомая вывеска. В обычно заполненом помещении было пусто. Только один или два столика являлись занятыми несколькими волшебниками, но вели те себя так тихо, что об их присутствии уже через мгновение все забывали. Смотря по сторонам и выбирая свободный стол, они не смогли пропустить мимо знакомые лица. За одним из столов сидели Костя Мандевили и Сергей Канцеляров. Первый — студент пятого курса Слизерина и родной брат Марины. Он держал какой-то не малого размера предмет в руке, отдалённо напоминающий камеру. Может, это она и есть? Второй — такой же студент пятого курса, но только Пуффендуя. Друг детства Насти, если, конечно, первый курс считается детством. — Оу, поздороваемся же? - повернувшись к Джексон, Марина вопросительно наклонила голову. — Или же мы можем не встревать и сесть за вон тот сто-о-о-.. - но подруга уже потянула её за руку, так что Насте не оставалась ничего, кроме как смириться с судьбой. Подобравшись к столу парней, те слегка застали их врасплох. Точнее, правильнее сказать, не их, а Серёжу, что с перепугу дёрнулся и чуть не упал со стула. К счастью, Джексон вовремя подоспела и сумела предотвратить падение друга. Мгновение спустя все четверо вместе сидели за столом. Марина, как и хотела, заказала сливочное пиво, а Настя остановилась на простом чае. Хотелось чего-то тёплого и согревающего. "Горячего, как волосы Димы..." - внезапно промелькнуло в голове той, за что она сразу же решила наказать себя же, не слишком сильно стукаясь лбом об поверхность стола. — Всё хорошо? - обеспокоено спросила Мандевили, заметив странное поведение подруги. Большую часть времени Настя молчала, но временами такие странные реакции, как "лоб об стол" проскакивали, что было не совсем в стиле Джексон. — Э-э... Да, хорошо. Просто голова болит. Так что там про камеру? - спеша побыстрее перевести тему, пуффендуйка кивает Косте, который без остановки крутил в своих руках один и тот же предмет. Летом родители купили Константину новейшую камеру, а справиться с искушением и не взять её в школу, понятное дело, юноша не смог. Да и запрещено это не было. Однако родители слегка переживали, не отобьётся ли от рук и учёбы их сын, но Марина дала им честное слово, что со всей ответственностью проследит за тем, чтобы из головы её братца не вылетела такая важная вещь, как учёба. — Что-то у тебя часто стала болеть голова... - на выдохе проговорила когтевранка, но после умолкла, не желая перебивать своего брата, чей словесный потоп никак не заканчивался. Канцеляров сидел тихо. Должно быть, он был одним из немногих, во время общения с которым Настя была тем человеком, что говорил, а не слушал, как это часто у неё бывает. Серёжа никогда не был чересчур общительным, но по счастливой случайности на первом курсе они сумели сойтись. С того момента прошло пять лет, но общение их никуда не делось. Разве что появление Нади в жизни Насти слегка отстранило от неё товарища, но их совместные практические работы на зельеварении оставались в силе не смотря ни на что. Она всегда могла подойти к нему в любой момент и поговорить о чём-то. Рассказать о своей проблеме, причине для радости или слёз. Точно также мог сделать и Канцеляров. Друг стал для неё былым спасением, когда их с Мариной распредили на совершенно разные факультеты. — Сейчас покажу, как она работает, секунду... - быстро протараторил Костя, подставляющий камеру к своему глазу. Момент и яркая белая вспышка ослепляет обеих девушек, к слову, за спинами которых внезапно появляется Света Мавдлер. На ней было аккуратное бежевого цвета пальто и зелёный шарф в оттенках факультета. Волосы распущенны, а на лице сияет милая улыбка. Она была полной пртивположнгстью той Светы, что в последний раз видела Настя. — Это камера? Можно посмотреть на снимок? - тут же начинает говорить слизеринка, не отводя взгляд от Кости. — Как ты здесь вообще.. А, ладно, неважно. - лишь две секунды пробыв в ступоре после неожиданного появления своей однокурсницы, Мандевили встал со стула, дабы показать той фотографию. Джексон просто не могла не обратить внимание на тот факт, насколько сильно они разнились в росте. Света была выше Кости на одну с половиной голову и буквально смотрела ему в затылок, пока юноша возился с фотоаппаратом и собирался вот-вот показать ей своё случайное творение. На фотографии они были втроём. Марина, Настя и Света. Вот только если первые две вышли не очень из-за яркой вспышки, заставшей обоих врасплох, то Мавдлер вышла потрясно. Так, словно была готова к этому и наперёд знала, что же произойдёт и в какой момент. Как это у неё вышло? — О, вы здесь такие миленькие. В следующий раз только глаза откройте, - рассматривая снимок, староста хихикнула и подмигнула обеим, что всё ещё сидели за столом, — Слушай, мне уже пора уходить, но мне так интересно послушать про твой фотоаппарат.. Это ведь новая модель? - слизеринка проводит кончиками пальцев по своим волосам и хитро отводит взгляд в сторону. — Э... Ну, тогда я могу рассказать тебе по пути. Заодно и сделаю ещё пару снимков. - задумчиво говорит Костя, а в следующую секунду его уже тянут за руку в сторону выхода, давая возможность лишь надеть свою куртку и шапку с шарфом. Марина проводит их внимательным взглядом и усмехается, правда улыбка с её лица быстро спадает, когда она замечает, что всё это время Серёжа молчал не потому, что ему было стыдно или неловко, а из-за того, что всё это время он "пилил" стол канцелярским ножом и в руках у него уже был небольшой деревянный кусочек мебели. — Может, мы пойдём, пока он не начал его есть? - с саркастичными нотками прошептала Настя на ухо Мандевили, на что последняя в ответ лишь обречённо выдохнула. За этот стол они больше не сядут. *** Этим вечером гул стоял ещё больше, чем за все прошлые дни вместе взятые. Именно сегодня, всего через несколько минут, Дамблдор объявит участников предстоящего турнира. Ещё немного и всему волшебнуму миру станут известны имена чемпионов. Лучших из лучших. Избранных. И там и тут можно было услышать перешептывания о том, кто же будет представлять Хогвартс. Каждый сидел на своём привычном месте. Без особого любопытства разглядывая всех вокруг, Настя с лёгкостью смогла рассмотреть волнение Юли. Ранее она бросила своё имя в чашу и явно переживала по поводу своего избрания. Даже лицо стало бледным. У неё ведь действительно есть шансы, не так-ли? — Господа, попрошу внимание. - громкий голос профессора заставил каждого оторваться от разговоров и остальных дел. Сейчас каждого волновал лишь один вопрос — кто же будет участвовать в турнире? Старик делает несколько шагов к чаше, стоящей на самом видном месте в просторной комнате. Освещение тусклое. Практически единственный свет исходит от синего пламени кубка, который с минуты на минуту решит судьбы трёх студентов школ магии. — Первый чемпион... - затишье, из недр голубого огня появляется первая бумажка, — Катя Фумюр! - громкое эхо голоса профессора заглушает гора аплодисментов, посвящённых молодой девушке, гордо поднявшейся со своего места и вставшей рядом с кубком. Её уверенности мог бы позавидовать каждый. — Второй чемпион.. - и снова тишина, снова огненный всплеск и листок бумаги в старых руках, — Дмитрий Громов! - аплодисменты ещё более бурные, к ним прибавляется свист студентов Дурмстранга, чей этикет совершенно отличен от Шармбатона. Парень решительно направляется к Фумюр и занимает место рядом с ней. Он снова твёрд и суров, словно неподвижная и непреодолимая скала, усыпанная лесами, верхушка которого пылает самым настоящим рыжим огнём. Последний. Третий чемпион. Студент Хогвартса. Почти каждый затаив дыхание ждал, когда же наконец-то объявят злополучное имя. А если кто-то и не интересовался, то не смел издавать ни звука. Внимание было приковано к чаше, от чего огонь в ней будто намеренно усиливался, а голубой цвет приобретал оттенки фиолетового и даже чёрного. — И третий чемпион.. - ещё более долгая пауза, гробовая тишина, — Настя Джексон! - слова искажаются. Секунда и она не слышит ничего и никого вокруг себя. Лишь сердце. Лишь бешенный стук своего сердца..