Вишенка на торте

— Как прошло свидание с Феликсом? — спросила бабуля НальЩи, поддевая ложкой кусочек сочного бисквита. Положив его в рот, она широко улыбнулась. — Это пирожное, приготовленное Феликсом, просто восхитительно. Раон, я все ещё жду подробностей о вашем свидании. Поделись скорее. Иногда бабуля НальЩи превращалась в ровесницу Раон. Раон казалось, что ее лицо менялось, становилось моложе: морщинки на лбу, шее и руках разглаживались, губы и щеки приобретали розоватый цвет. Раон не вслушивалась в вопросы НальЩи. Вместо этого она смотрела на мерцающую гирлянду, висевшую на стене. Хотя до Рождества и Нового года оставался месяц, Феликс решил заранее создать нужное настроение и развесил по всем стенам гирлянды. Он хотел украсить двери еловым венком, но Раон отговорила его, сказав, что это лишнее пока что. В кино они ходили на выходных, а ныне на календаре был вторник. Самый разгар рабочего дня. Гостей было не так много, поэтому Раон могла спокойно поболтать с НальЩи. Феликс сидел на барном стульчике и читал какую-то книгу, взятую из шкафа. — Раз ты не хочешь отвечать, я расскажу секрет шарфа, который подарила тебе. Если ты повяжешь этот шарф человеку, который тебе нравится, он непременно влюбится в тебя, — сказала НальЩи и улыбнулась. — А если я чуть не задушила человека этим шарфом, это значит, мы никогда не будем вместе? — уточнила Раон, делая глоток чая с мятой. — Раон! — воскликнула НальЩи, расширив глаза от ужаса. — Ты пыталась задушить Феликса? — Само вышло. Нечего лезть ко мне с объятиями… — Бедняжка, — пролепетала НальЩи, смотря на Феликса. — Он просто хотел сделать тебе приятно. Раон вздохнула и отставила чашку. Она на самом деле чуть не задушила Феликса. Он крепко прижал ее к своей груди, Раон продохнуть могла с трудом, вдобавок он стиснул рукой ее талию чуть ли не до хруста. Раон подняла голову и увидела на его лице хитрую ухмылку. И тут она догадалась что к чему! Феликс снова над ней издевался! Раон потянула руки к шарфу и резко дернула за свисающие концы. Феликс опешил, качнувшись назад. — Живо снимай шарф! — рявкнула Раон, угрожающе подступая к нему. — Я сказала: живо! Феликс стянул шарф и бросил его Раон в лицо. — Нужен мне он больно! — выкрикнул он. Феликс обернулся и быстрым шагом пошел прочь. Раон повязала шарф себе на шею и тотчас сдернула его. — Срочно в стирку! — сказала она, ощутив запах Феликса. — Как он мне надоел. Между ними ничего не изменилось. Сохранилась неприязнь, которая теперь стала сильнее. Феликс устроил Раон бойкот. В понедельник он не разговаривал с ней целый рабочий день. Раон не пыталась его разговорить: не хочет, не надо. В гнетущем молчании они закончили работу и разбрелись по домам. Раон смогла немного развеяться только поздно вечером, когда созвонилась с Енджуном. Она смотрела на него и не могла нарадоваться. Енджун прямо-таки светился от счастья, рассказывая ей о своих достижениях. Он говорил, что хорошо питается и даже находит время для занятий спортом. Раон это итак заметила: у Енджуна на щеках играл здоровый румянец. А увидев Енджуна в махровом халате с полуоткрытыми плечами, Раон сама покраснела до кончиков ушей. Енджун как будто специально предстал перед ней в таком виде, чтобы подразнить ее, и нисколько не смущался. Напоследок Енджун послал ей воздушный поцелуй и пожелал сладких снов. Перед сном Раон думала о поведении друга. Он вдруг стал таким раскрепощенным: недавно назвал её «моя Раон», а теперь так мило говорил с ней, чего не было прежде. Раон боялась представить, что будет, когда Енджун вернется. Неужели он решится поцеловать ее в губы?! Подумав о таком, Раон зарылась лицом в подушку и громко завизжала, одновременно ударяя ногами о кровать. С Енджуном они проговорили допоздна. Раон не хотела обрывать разговор, хотя ей было рано вставать. Днем она пребывала как в тумане. Едва не обварилась кофе и не выронила поднос. Феликс недовольно качал головой, смотря на Раон. Перед выходом из кафе Раон громко зевнула. — Раон, — позвал её Феликс. Это было впервые за два дня, когда он заговорил с ней. Раон не ответила на его слова, молча спустилась по ступенькам и побрела по улице. Феликс припарковал машину неподалёку. Раон знала это и ускорилась, чтобы пройти мимо парковки. Феликс нагнал её. — Давай прекратим это! — громко сказал он, хватая её за руку. — Прекратим что? Бойкот? Не ты ли его устроил? — грозно спрашивала Раон, чуть ли не тыкая в Феликса пальцем. — Я думал, что это ты не хочешь со мной говорить, — сказал Феликс. — Поэтому не стал тревожить тебя. Мы недопоняли друг друга. — Выходит, что так, — отвечала Раон, не желая признавать этого. Феликс посмотрел вперед. Улица была ярко освещена фонарями; недалеко гудели машины; над головой сгущались серые облака. — Я хотел подвезти тебя. Сегодня ты выглядела уставшей, — сказал Феликс. — Поедешь со мной? — Ну, давай. Раон подавила зевоту. Все же ехать в автомобиле было лучше, чем в автобусе, где Раон однажды уснула и проехала свою остановку. В машине Феликса произошло почти то же самое. Удобно устроившись в кресле и пристегнув ремень, Раон задремала, как только машина тронулась с места. — Не против, если я заеду к себе домой? — спросил Феликс, заворачивая на свою улицу. Раон спросонья утвердительно промычала. А когда распахнула глаза, готова была негодовать от того, что Феликс привез ее не туда. — Ты была не против. И, если что, твой дом от моего всего в паре кварталов, так что я потом довезу тебя, — говоря это, Феликс достал из багажника твердую коробочку с тортом. Раон видела, как он готовил его вечером. — Это кому? Ты же один живёшь, — спросила она. — Не один, а с другом, — говорил Феликс, шагая к дому. Он ввёл код. — Идёшь? Раон с неохотой прошагала за ним. Феликс и правда жил не один. Дверь им открыл невысокий коренастый парень с тёмными волосами. Он был в очках, но снял их, увидев Раон. — Чанбин, — он поклонился в знак знакомства. Раон назвала свое имя и ответила поклоном, чувствуя себя предельно неловко. Она всегда стеснялась новых знакомств. Друг Феликса выглядел милым и добрым парнем. — Я тут дораму смотрю. Не хотите вместе посмотреть? — прокричал он с кухни. Его голос перебивал шум воды, но Раон и Феликс хорошо все расслышали, находясь в гостиной. Увидев диван со смятым пледом, Раон накрыла щеки руками. К ним прилил жар от воспоминаний о неловком поцелуе. Феликс машинально почесал нос, догадываясь, о чем подумала Раон. Раон согласилась остаться ненадолго. Чанбин вошёл в гостиную с тарелкой, на которой стоял треугольный кусочек шоколадного торта с коньяком. Чанбин предложил Раон попробовать. Она отказалась: днем она уже ела сладкое. Феликс тоже ответил отказом. Зато, когда Чанбин нашел в холодильнике мороженое, Раон с радостью приняла тарелочку с холодным лакомством. Раон оказалась зажатой между друзьями. Справа сидел Феликс. Он со скучающим видом следил за картинкой на телевизоре. Слева Чанбин уже клевал носом. Раон давно съела мороженое и позволила себе расслабиться. Она опустилась на спинку дивана. Лежать ей было неудобно. Раон приподнялась, дабы увидеть, что ей так мешает. То оказалась рука Феликса, которую он положил на верх спинки и не желал убирать. Раон выпрямила спину и сосредоточилась на просмотре. Через десять минут она зевнула и стала медленно падать назад. Её глаза постепенно закрывались. Феликс пошевелил затекшей рукой и сместил её на плечо Раон, слегка сжав его. — Ты слишком близко, — пробормотала Раон, уловив носом запах Феликса. Казалось, она всегда чувствовала его рядом, он был для неё родным. — Раон, — его горячий шепот коснулся ее щеки. — Просто спи. Раон положила голову на его плечо и тихо вздохнула. Она не знала, куда деть руки. Трогать Феликса она считала лишним, всё-таки они не настолько близки, чтобы вот так просто обниматься. Раон расслабилась, чувствуя, как Феликс медленно гладил её, ведя ладонью от её плеча к запястью и обратно. Ей никогда не было так хорошо и спокойно. Только в объятиях мамы и папы она себя так чувствовала, а тут Ли Феликс, которого она должна ненавидеть, а вместо этого спит на его плече. Долго спать ей не дали. Чанбин скоро проснулся и завертел головой. Феликс убрал руку с плеча Раон. Она поднялась и сказала, что ей пора домой. Феликс, как и обещал, довёз её до дома. Вместо дома Раон потянуло на детскую площадку. Феликс не любил горки. Он рассказал Раон, как в детстве чуть не разбил о горку зубы. С тех пор он больше не рискнул кататься с неё. Раон взобралась по ступенькам на верх горки, выглянула из красивого резного окошка на Феликса и показала ему язык. Феликс закрыл лицо ладонью, поглядывая на Раон из отверстий меж пальцами и тихонько улыбаясь. Раон оперлась о поручни и поехала вниз. Её длинная плиссированная юбка сгрудилась. Феликс поджидал Раон у спуска, чтобы помочь подняться, но Раон небрежно оттолкнула его руку. Феликс нахмурился. — Теперь твоя очередь, — сказала Раон. — Если не скатишься я… я… — она хотела придумать какую-нибудь пакость, чтобы позлить Феликса. — Давай без этого, — сказал Феликс. — Так уж и быть. Я скачусь с горки, хотя она и не выглядит безопасной. Феликс вскарабкался по ступенькам. Раон заулыбалась, когда он уселся на край и поехал вниз. Он и правда выглядел как ребёнок. — А теперь ещё раз, — сказала Раон, толкая его в спину и посмеиваясь. — Нет уж! Давай лучше на карусели прокатимся. Рядышком стояла карусель. В детстве Раон садилась на нее и крепко бралась за поручни — Енджун так сильно раскручивал, что она боялась соскочить и удариться головой о землю, а там глядишь, сломать себе что-то. Енджун был ещё тем озорником. Раон села. Феликс стал медленно раскручивать карусель. Сначала Раон не держалась, незачем было — Феликс крутил медленно. Но вдруг он разбежался, раскручивая карусель сильнее. Раон взмахнула руками и схватилась за поручни. Перед глазами все завертелось. Феликс и площадка пропали из поля зрения, осталась только одна сплошная зелено-серая полоса. Раон зажмурилась, упершись ногами в железную конструкцию. Голова у неё закружилась. Наконец карусель остановилась. — Феликс! — воскликнула Раон. Она хотела, чтобы это прозвучало со злостью, но получилось жалостливо. — Я сейчас упаду! Раон ступила на землю и схватилась рукой за голову, медленно раскрывая глаза. Перед ней все колебалось, как в галлюцинации. — Феликс, ты где? Раон сделала шаг, потом другой… И тут потеряла координацию. — Я здесь, — раздался голос над её ухом. Феликс обнял её. Он не издевался над ней, а просто обнимал, пока Раон приходила в себя. Перед её глазами все ещё двоилась картинка. Она машинально стиснула куртку Феликса и встала ближе к нему. — Вроде все, — сказала она, рассматривая карусель за спиной Феликса. — Больше не буду кататься на этой штуке. Меня чуть не вырвало. — Ой. Тогда не стоило тебя обнимать, — засмеялся Феликс ей в щеку, отчего у Раон мурашки разбежались по лицу. — Раон, тебе нравится сейчас кто-то? — неожиданно спросил Феликс. — В тот день я не шутил, ты правда мне немножко нравишься. — И чем же? — Пока не знаю. Тебя приятно обнимать. Феликс сцепил руки за ее спиной. — А еще ты пахнешь цветами. Мне очень нравится. У Раон сердце подскакивало от каждого слова Феликса. — Раон, можешь перед сном думать обо мне? Хотя бы чуть-чуть. — Ты не пил сегодня? Феликс был чересчур откровенным. Раон подумала, что он снова издевается над ней. — Не пил, — покачал он головой. — Так что, ты будешь думать обо мне? Я вот о тебе часто думаю. И не только перед сном. — Всё ясно. Ты хочешь, чтобы мне кошмар приснился? — сказала Раон, отталкивая Феликса. — Не буду я о тебе думать! — Нет, значит? — Точно нет! Феликс вдруг приблизился к ней, взял её лицо в ладони и поцеловал, крепко прижавшись к ее губам.