Однажды под луной

Когда я очнулась, перед глазами был белый потолок, внутри моей глотки трубка, а в вене иголки. Кароче не советую просыпаться в реанимации. До последнего отдыхайте, спине, сны смотрите, но только не просыйпаетесь. Я же конечно не подумав сделала. Но мне конечно же помог обратно погрузиться в дрему пресвятой болевой шок. Но я вредная, поэтому ещё пару раз приходила в себя, оценивала происходящее как не стоящее моего внимания и уходила дальше «на отдых». На следующий день я очнулась как полагается. И трубок в горле уже не было, что меня очень порадовало. Потолок уже был зелёный. А жизнь то налаживается. «Привет» — сказал Глеб, который оказывается сидел рядом на стуле. К такому сильному улучшению моей бренной жизни я не была готова. Медленно повернув голову в его сторону, я ошарашенно выдала:"Что ты тут делаешь?» «Я тебя сбил, когда ехал с концерта. У меня и так много грехов за душой, не хочу ещё один. Поэтому сижу здесь и слежу за тем чтобы ты снова не умерла» — сказал этот мною любимый человек. Сбил он меня. С толку. «Так..... Тааааааак"-я начинаю паниковать. А когда я паникую, то злюсь и плачу одновременно. Зрелище конечно не из приятных. Вовремя пришедшая медсестра спасла ситуацию. Дело в том, что это была МОЯ ЗНАКОМАЯ МЕДСЕСТРА. Вера Ивановна. О радость и счастье. Я делаю страшные глаза и показываю ей на Глеба. Она сразу понимает все. «Так, не могли бы вы выйти, у нас здесь процедуры по расписанию, вы будете мешать». «Конечно, без проблем» говорит Глеб и уходит. Я смотрю ему вслед и надеюсь что не последний раз вижу его и что это не сон. «Блять, блять, бляяяяять» я все-таки начинаю плакать навзрыд. Но я злюсь! Медсестра начинает меня успокаивать: » Уже все позади, не переживай ты так, боль скоро утихнет, мы и не таких поднимали на ноги. Все будет хорошо.» А меня волнует только одно. «Вера Ивановна, мне срочно нужно зеркало. СРОЧНО.» Боже мой, мужчина моей мечты, а я как чучело, если не хуже. С другой стороны он же должен понимать, что обстоятельства такие. Хотя все эти его модели наверное и в такой ситуации выглядели бы как бомбы. Ладно. Я не модель. Всё равно. Главное он здесь. И я тоже здесь МАМА РОДНАЯ, ДА ЗА ЧТО МНЕ ЭТО. Я заглянула в любезно предоставленное мне зеркало. Лучше бы я этого не делала. Глаза опухли, на левой скуле синяк, а губы бледные как у мертвяка. Ну, так только мужчин и соблазнять. Падёт к ногам. По крайней мере от страха. Понимающая Вера принялась меня расчесывать. Потом было удивительное путешествие к умывальнику и я наконец обнаружила, что я вроде как искалечена. Каждое движение отдавало болью. По ощущениям будто сломаны ребра и скоре всего было сотрясение. Не слабо он меня приложил. Так стоп. А что он там говорил? Что-то про снова умереть? Я что умирала? Спрашивать не хочу. У меня есть только один достоверный способ получения медицинской информации. «Вера, мне нужна моя история болезни!"До меня наконец начало доходить что произошло. И теперь необходимо понять с какими последствиями будет теперь существовать мой организм. Медсестра только растеряно развела руками. Господи боже. Никогда не верила в бога. Почему мне так одновременно больно и радостно.» Глупая, глупая влюблённая дурочка» — ругала я себя. Даже не обратила внимание, что он чуть не убил тебя. А только сидела, глазками счастливо лупала. Нет, так не пойдёт, надо разобраться. Если я правильно помню регламент мне никто не предоставит документацию. Могут ответить на вопросы только. Но это меня совершенно не устраивало. «А ну зови его» я была настроена требовать. Глеб зашёл с растерянным выражением лица и увидев моё с нахмуренными бровями выдохнул:"Вижу мне крышка, да? Не переживай, я все компенсирую, сколько угодно заплачу, все будет хорошо» «Мне нужна моя история болезни прямо сейчас» сказала я глядя ему прямо в глаза. Чем дольше я оставалась в неведении, тем больше придумывала разных болячек. Очевидно, что я не парализована, что ни зрение ни слух не пострадали, но все равно страшно не понимать что с тобой происходило целые сутки. " А может укольчик?» ласково спросила Вера. «Для успокоения» Я злобно зыркнула на неё. Господи, теперь я из влюблённой размазни стала бешеной истеричкой. «Пойдём лучше посмотрим как он будет историю добывать» заговорчески пробормотала я. И вот мы выдвинулись. Я — развалюха еле перебирающая ногами и Вера. Когда мы добрались к двери, ведущей в коридор, вернулся Глеб и краснея спросил мою фамилию. Я ошарашенно сузила глаза. «Это так ты сидишь сторожишь меня днями и ночами, что даже фамилию не знаешь?» Я действительно начинаю злиться. Я значит всей душой к нему, а он даже не удосужился узнать базовую информацию. А как бы он потом труп искал в случае чего, если надо было бы прощение посмертно просить. Недальновидный он парень. И что я в нем нашла. " Вообще-то как раз таки из-за того, что я сидел и сторожил и не уходил никуда, у меня и не было возможности узнать» — он скрестил руки на груди и с вызовом посмотрел на меня. Ты посмотри какой молодец. Я сдалась и назвала фамилию, но сделала это конечно с недовольным лицом. " А кто дежурит сегодня из врачей? " шёпотом спросила я " Володя… " Вера вздохнула А я поняла, что мы не зря вышли посмотреть на это представление. Володя славился своей скандальностью и упрямством, он ни за что не отадст первому встречному поперечному историю болезни. И вот Глеб заходит в ординаторскую, мы напряжённо ждём криков, практически не дышим и пытаемся уловить каждое слово. Ииии… Он выходит с историей и протягивает её мне. Я не верю своим глазам. Как это? Глеб напряжённо осматриваясь по сторонам выдаёт:"Бежим» Чего блять? «Бежим, я украл твою историю болезни. В кабинете никого не было. Я неверяще смотрела на него. Все-таки это мой мужчина. Какие подвиги. Ммм И мы побежали. Ну насколько получалось бежать с моим состоянием. Со стороны могло показаться, что я просто хожу вдоль стены и пытаюсь наощупь запомнить каждый выступ. Настолько медленным был наш побег. Вера «побежала» в другую сторону, чтобы потом ей это не стоило работы. Историю мы спрятали в его рюкзак и путь держали к палате. Я и не знала, что настолько слаба. В конце пути я практически полностью повисла на нем и еле ноги двигала. Ну ничего Модели виснут и я могу. В палате я решила сесть на стул, ибо если бы я легла то наверное вырубилась бы. А мне ещё нужны силы узнать что со мной произошло. Глебу ничего не оставалась кроме как сесть на мою кровать. Он конечно спросил разрешение. Я хотела сказать что-то вроде " моя кровать несколько лет этого ждёт» но сдержалась и просто кивнула. Я не могла не заметить растущее напряжение на его лице. Чувствую мне очень не понравится то, что я увижу в истории болезни. Чтож пора Первые записи с реанимации. Это же логично. Я даже вспомнила как просыпалась тогда не к месту. Вот наверное я шуму им наделала. А дальше… Вы знали, что если человек умирает, в истории это пишут красным цветом? Я удивленно смотрела на целую страницу, исписанную красным. В глазах зарябило. Прежде чем отключиться я успела насчитать «Клиническая смерть» 7 раз…