Давай встречаться?

      К выходным Чонгук совсем раскис. Два дня подряд на переменах Чимин таскался с ним по университетским корпусам и заводил «случайные» беседы с омегами из списка. Гук ошивался поблизости, а иногда и сам присоединялся к омежьим разговорам, будто бы невзначай «мимопроходил». И каждый раз отрицательно мотал головой злющему Паку…       — Как ты можешь отрицать то, чего не помнишь? — шипит Чимин, вычёркивая последнее имя из списка. — Что теперь делать?       — Давай до вечера, Чимин-и. Хён написал, что заниматься будет в библиотеке центрального корпуса. Я после тренировки туда приду, там и обсудим… — Гук трёт воспалённые от недосыпа глаза.       Он не спит толком четвёртую ночь. Уже и из головы выкинуть пора, и забыть всё, как страшный сон. Мало ли омег у него на таких погулюшках было? Может, и не было ничего, и всё приснилось ему… Только вот… Было! Уверен на все сто. И помнит он всё: от момента, как член вошёл в тесного омегу, до ослепляющего оргазма, который накрыл, когда клыки продрали бархат нежной кожи.       — У меня, между прочим, своя жизнь есть! И нахрен мне не сдались два липофреника! Я нянька вам, что ли? Я с альфой, между прочим, встречаюсь со вчерашнего дня! — омега пихает руки в подставленный ему Чоном плащ и обматывает шею лёгким шёлковым шарфом.       — Это которого тебе препод по социологии выдал? — Гук не удерживается от смешка. — Кто он хоть? Чтоб мы знали, кого в твоей смерти винить?       — Я вам блокнот свой розовый подарю, и вы методом исключения его искать будете! Опытные теперь! — Чимин отбирает у альфы свою сумку и сердито топает на улицу, не забывая на автомате благодарно кивать Чонгуку, который придерживает ему тяжёлые двери, ведущие на улицу из корпуса, где расположен гуманитарный факультет и где они потерпели фиаско с последним омегой из списка…              ***              Несмотря на вечер пятницы, университетская библиотека забита нахлынувшими после окончания занятий студентами.       Кто-то не успел набрать учебников, методичек или справочников. Есть такие, кто за неделю не смог составить себе расписание и теперь пытается с помощью удобной программы освободить пятницу, забив до отказа другие дни.       «Ботаники» уже заняли свободные столы и, не обращая внимания на гул голосов, зубрят пройденное на вводных лекциях…       Мин Юнги разглядывает стопку учебных пособий перед собой и пьёт маленькими глотками кофе из картонного стаканчика, который захватил для хёна Чонгук по дороге с тренировки.       Старший теперь будет частым гостем круглосуточной библиотеки. Мин один из немногих, кто получает «двойной» диплом и, плюсом один из тех, кому нравится учиться…              Семья Юнги — одна из богатейших в стране. Так называемые — «старые деньги». И он, обязательно будет «соответствовать» своему положению когда-нибудь.       А пока он — симпатичный альфа с четвертого курса факультета управления бизнесом. Студент, не скрывающий, но и не кичащийся своим финансовым положением. Он снимает просторную квартиру недалеко от основного кампуса. У него твёрдый, наглый, умный взгляд… И он не любит шумные компании.       К Чонгуку и Юнги присоединяется Ким Сокджин, греющий руки о такой же стаканчик с кофе. Он кивает альфам с лёгким поклоном и присаживается на свободное место рядом с Чоном.       — А где Чимин-и? — омега вроде как задает обычный вопрос, но реагируют парни на него по-разному.       — Домашнее задание у него — выучить пять поз из Камасутры. В понедельник на лекциях по социологии у них тестирование будет, — Мин доволен реакцией Джина, который закашлялся, поперхнувшись кофе.       А Гук даже не улыбается, он знает, что хён расстроен. Юнги даже имя альфы ему скинул на телефон сегодня в обед. Того самого, с кем в пару поставили Чимина, который не соизволил даже прийти в столовую сегодня.       — Уважаемые альфы, — голос, интонация и официоз Сокджина заставляют парней в недоумении уставиться на него, — не соизволите ли в честь первой пятницы пригласить красивого омегу напиться в самое неприличное заведение на территории этого учебного заведения, нууу, или за территорией?       — Джин-и, мы не смели и надеяться! — хохочет Юнги.       ***       Бар называется «Облака» и находится в подвальном помещении театрального клуба, который занимает целое здание, для реализации творческих способностей студентов.       Был он не понаслышке знаком зачинщику пьянки, артистичному Ким Сокджину, который непослушными руками после множества алкогольных коктейлей показывал альфам «язык жестов», изучаемый им на занятиях по сценическому мастерству этажом выше, буквально сегодня днём.             Расстроенный хён нарылся в хлам практически сразу и на все «смотри, Юнги» от омеги, отрывал голову от столешницы, демонстрируя свой давно и накрепко заученный жест с поднятым средним пальцем.             Чонгук, зарекшийся пить алкоголь, понимал, что у него назревает проблема… Поэтому, когда, подталкивая в зад то одного, то другого ползущих вверх по лестнице из «ада» приятелей, он увидел Хосока, разговаривающего с кем-то из команды как раз у входа, или в случае их троицы, уже «выхода» из бара, счастью младшего не было предела. То, что второй парень был из баскетбольной команды, Гук сначала понял по кроссам, как раз тем, в которых сегодня тренили. А уж когда заржал разглядевший расхристанных пьянчуг Чон Хосок и, подставив руки, принял падающего на него Юнги, Чонгук разглядел и Ким Намджуна, который от эпичного подъёма на две трети пьяной компании с «Облаков», кажется, потерял дар речи.       — Зачем они тебе, бро? — Хосок заливается смехом, заставляя улыбнутся даже Джуна.       — Одного убью, а второго… Изнасилую и убью, — Чонгук умоляюще смотрит на парней. — Поможете мне дотащить их?       Холодный воздух немного приводит в себя перебравших парней, и с поддержкой они резво перебирают ногами, благо идти им не так уж и далеко. У Гука есть ключи от квартиры хёна, куда и решено было добираться, не вызывая такси.       Свалив окончательно вырубившихся ещё в тесноте тёплого лифта тяжеленного Юнги и ставшего деревянным и негнущимся Сокджина на ковёр в гостиной, Чонгук не знал, как и благодарить своих нечаянных помощников, которые на приглашение выпить кофе, отказываются оба.       — Не парься, Гук! Не ты наш должник, — Хосок, уже повернувшись к входной двери, смотрит на валяющихся на полу альфу и омегу. — Может, их на диван положить?       — Не надо, а то натворят дел… — Чонгук впервые за вечер смеётся, закрывая за парнями дверь и оставаясь ночевать вместе с мирно сопящими собутыльниками.       ***       Утро встретило набухавшуюся вчера парочку ожидаемо сильным похмельем. Гук сочувственно смотрел на стонущего Джина и на молча переносящего своё состояние, Юнги.       — Что это было? — омегу воротит даже от чашки кофе, которую ставит перед ним Чонгук.       — Поначалу это были две «Маргариты», потом «Космополитен»… Потом что-то с ромом, потом красиво горящая «Колесница»… — Мина затошнило сразу после озвученных двух «Маргарит».       Джин бледнел и зеленел попеременно.       — Хорошо хоть парни с команды помогли вас дотащить…       — Как я теперь появлюсь в универе, — омега даже после попойки выглядит несчастно-очаровательным.— Меня тащила команда баскетболистов! Чонгук, скажи, что это неправда!       — Неправда, — легко соглашается Гук. — Их было всего двое. Да и одного можно ещё и не брать в расчёт, он неделю только в команде.       Джин убирает от лица ладони и загробным голосом спрашивает:       — Кто?       — Чон Хосок и новенький Ким…       — Кто-о-о? — омега сипит, а Юнги наконец-то стонет, зажимая раскалывающуюся голову.