Мусорная Девочка

Шум и гам вечно преследовали это место. Я сидел за обеденным столом, не в силах поверить, что теперь это моя жизнь. Толстая собака похожая на таксу, тянула меня за штанину брюк, в то время как стол постепенно заставляли едой. — Эклер, прекрати! — взвизгнула старшая сестра, заметив пса. Да, его так зовут. «Эклер», как сказала хозяйка: «Что-то на богатом». Вскоре вся семья расселась, за столом двенадцать голодных ртов, включая меня. Я знал только хозяина, старого барахольщика и бывшего механика — Роба. Когда-то давно он работал на мою фирму, но после его свергли в низы, впрочем как и меня. «Что, выкинули на мороз с голой жопой?» — так он мне сказал, усмехаясь. Честно, признаться, я не был рад встречи с ним, скорее не ожидал его встретить. Он всегда вызывал во мне чувство сравнимое со стыдом, отвращением и завистью. Откуда здесь последние? Понятия не имею. Все одиннадцать человек склонились над тарелками, сложа руки, воздавая дань Богине. И только в эти секунды в комнате повисла гробовая тишина, даже пес с этим дурацким именем умолк. В этой тиши я почувствовал насколько одинок на самом деле и насколько мне не место здесь. На мгновение мне стало стыдно, что я не с ними, но лишь на мгновение. Это не моя семья, я здесь чужой. После молитвы они скромно, отрешенно взялись за приборы, будто еда предназначалась не им, и тихо, боясь нарушить ту сакральную атмосферу принялись к трапезе. В комнате звучал лишь лязг приборов, и то он был умиротворяющим. Я, аккуратно, стараясь не издавать лишних звуков последовал их примеру. … Когда с основным блюдом было покончено, Роб вдруг заговорил: — Ты кажись, андроида на свалке нашел? Как он? Я не сразу понял к кому он обращается, пока не почувствовал на себе взгляды всех, включая собаки. — Э, а, ну, нормально, наверное… Теперешняя тишина была уже неловкой и давила на меня, но это долго не продлилось, ведь хозяин расхохотался, откинувшись на спинку стула и звучно упал. Никто кроме меня (который вскочил от неожиданности, со своего стула) на это не отреагировал, хозяйка лишь закатила глаза и подошла, помогая ему встать. Поднявшись, Роб с какой-то снисходительной улыбкой посмотрел на меня. — Я имел ввиду, рабочий он или нет? Ты же «Часовщик» должен разбираться в старых моделях как никто другой. — Я не работал со старыми моделями… — заметил я и добавил — ей надо заменить некоторые детали. Пусть Хозяин и был прав, я прекрасно разобрался в ее механизмах, однако я не хотел, чтобы он знал об этом. — Хо, ну тогда можешь поработать на меня, мне как раз Часовщика в помощники не хватало! В его голосе звучала дружеская насмешка, так и выглядело для окружающих, но я понял, что он имел ввиду. Читая между строк, он хотел отыграться на мне, за прошлое, где он работал на меня. — Я подумаю. — скупо ответил я, не желая создавать конфликт и встал изо стола, поспешив уйти. Они выделили мне тесный чердак, в котором я не мог встать во весь рост. Возможно, многие посчитали бы это хорошим вариантом, но не я, который привык к роскоши. А это крохотное замкнутое пространство было невыносимым, я то и дело отчаянно желал сбежать отсюда. Одно лишь останавливало это желание. И это одно сидело в углу с поникшей головой и закрытыми глазами, словно спала ожидая своего пробуждения. Я уже осмотрел ее тело и механизм, очистил от загрязнений, правда следы от маркеров в каких-то местах остались, слишком сильно краска въелась в кожный материал. Ее повреждения минимальны, однако детали механизма сделанные из металла, многие из них пришли в негодность. И я встал перед первой проблемой. Металл у нас больше не добывается, точнее даже не так, его попросту нет, все запасы были исчерпаны. Их больше нет, также как и звезд. На смену ему пришли пластоусилители. Их можно сделать из любых не разлагающихся вещей, изготовить такой может любой ребенок, при этом качество не пострадает. Тут мы и сталкиваемся с теорией реставрации. Заменив детали, она уже не будет такой какой была, однако я могу минимизировать эти изменения, заменив детали такими же какие были у нее. Я начал стучать носком ботинка по полу, не будь этот чердак таким тесным, я бы точно наматывал уже по нему не первый круг. Очень важно починить ее не приходя к большим изменениям. Не знаю даже почему, но мне безумно важно сохранить ее целостность, изначальность. Эта идея глубоко засела у меня в мозгу и пустила корни. Уже поздно убирать этот сорняк. Похоже у меня нет выбора. Я быстро спускаюсь, сбегая по лестнице и застигаю Роба в дверях. Он выглядит неловким, но я игнорирую свое замечание, собираясь с мыслями, как вдруг он говорит: — Слушай, ты это, извини. Не принимай близко к сердцу, не хотел я тебя обидеть. Просто… ну ты понимаешь… Озадаченность отражается на моем лице, мельком я замечаю позади Роба его жену, она подмигивает мне. Неужели, не только я тогда заметил тот скрытый подтекст? К черту, я пришел не за этим. — Я согласен. — отчеканиваю я. — Что? — Я буду на тебя работать.

***