Над пропастью фантазий.

Время шло стремительно быстро, дни шли за днями, и вот в солнечную субботу в номере элитного хостела зазвонил телефон. Почитывая местную новостную газету, Клифф, отвлёкшись от процесса, вышел в коридор и снял трубку. В телефоне зазвучал голос Деррика Винкса. — Доброго утра служителям закона! Могу ли я услышать Брайана О`Коннелла? — Это Клифф, приятно вновь услышать вас, мистер Винкс. К сожалению, детектива сейчас нет на месте, он уехал в управление по поводу собрания должностных федералов. Ему что-нибудь передать? - Да, передай ему, пожалуйста, что сегодня в четыре часа мы собираемся у меня дома отпраздновать день рождение моего сына. Дэвид очень ждёт его. — Как только вернётся — сразу передам. Спасибо за звонок. Удачи! — и положил трубку. А тем временем О`Коннелл сидел в достаточно громоздком кабинете с серыми обоями и закрывающими окна жалюзи. Осмотревшись вокруг и не приметив ничего кроме длинного стола, на котором лежали папки с бумагами, куда вскоре должны будут сесть представители разных федеральных бюро, он уже хотел, чтобы данное собрание прошло быстро и без лишних истерик. Ему обязательно выскажут по поводу стычки с Говардом Квотермейном и отдельно похвалят за спасение милашки секретарши от пули грабителя. Все эти лица придерживались лично деловых отношений, но были не прочь подставить или повесить на молодого офицера лишнее дело, за которое ему придётся отвечать своей головой. Полиция Чикаго всегда основывалась только на набивании своих карманов и потреблению правительственных ресурсов, и именно поэтому мафия легко управляла ими в далёкие двадцатые года. Прождав ещё полчаса, в кабинет стали подтягиваться шефы и юридические лица всех окружных районов Чикаго для рассмотрения рапорта Джонатана Лоуренса о поддержке для поимки опасного преступника. О`Коннелл выступал представителем Лоуренса в данном деле, и после сбора всех задержавшихся и опоздавших, начали заседание. Первым выступил заместитель мэра, и по совместительству конгрессмен полицейской общины Лукас Фишер. — Дамы и господа, начнём наше заседание и рассмотрим иск мистера Лоуренса с должным вниманием. Итак, в документе сказано, что вы, мистер О`Коннелл, являетесь официальным представителем и несомненно относитесь к расследуемому делу «Архитектора». Это так? — Абсолютно верно, мистер Фишер. Полноватый мужчина средних лет поправил очки и продолжил. — До нас дошли сведения, что вы, рискуя жизнью, помогли нашим людям отразить безрассудное ограбление и спасли заложника. Что ж, от лица всего департамента мы благодарим вас за столь героический поступок. Вы пример для подражания молодым кадетам, собирающимся защищать свой закон и жизнь мирных граждан. Однако на вас поступила жалоба от одного из наших сотрудников, а именно — от Говарда Квотермейна. Он утверждает, что вы угрожали ему расправой и физическим рукоприкладством на основе ваших невыполненных требований относительно Лондонского отдела. Потрудитесь объяснить, что же такого произошло между вами? — Будь он мужчиной, явился бы сюда лично, и перед всеми сам охарактеризовал причину моего поступка. Но, как я вижу, его здесь нет, значит, отвечу за него. Капитан Квотермейн лично нанёс оскорбление мне и моему помощнику, основываясь на своих отвратительных принципах и жизненных ценностях, относительно нашей общей работы, — со спокойным видом ответил Брайан всё продолжая. -Он назвал нашу профессию продажной, но хорошо приносящей доходы с определённых статей и нераскрытых дел. Пытался за помощь нам выклянчить крупную сумму денег, и только тогда обещал помочь. Попахивает хорошей статьёй за коррупционные действия, вам так не кажется? Все остальные многозначительно переглянулись, кто-то даже хотел возразить, но воздержался. Лукас ответил резко и решительно. — Все обвинения предоставлены без должных доказательств и поэтому не имеют смысла. Ваши разногласия мало интересуют нас, мы здесь интересуемся иском поданным вашим отделом в Лондоне, и зверствами на уровне Джека Потрошителя. Просмотрев все дела с конца восьмидесятых, мы крайне обеспокоены данным субъектом, особенно при приезде мэра в наш славный Чикаго. Поэтому, я утвердил несколько отделов отправить пару людей в Лондон, и укрепить слежение во всех общеизвестных точках и районов. Вы же будете работать и на стороне нашего отдела в сотрудничестве с капитаном Квотермейном. Это на мой взгляд поможет вам обрести общий язык. Утвердительный документ уже отправлен мною в ваш отдел и подписан конгрессменом штата. На этом наше заседание окончено, благодарю за внимание. Выходя из кабинета с недоумевающим и достаточно испорченным настроением, О`Коннел, приготовившись выйти из зала совета, встретился с Говардом Квотермейном возле патрульной машины. Перекусывая гамбургер, он с неприятным чавкательным возгласом, обратился к Брайану с мерзкой ухмылкой. — Неужели у нас объявилась новая полицейская крыса? — Смотри как бы эта крыса не перегрызла тебе всё махинационные пути. — Да ладно тебе, дружок, я погорячился, ты на серьёзных щах указал мне на свою правоту. Теперь будем работать вместе, и я обещаю — без конфузов. Я даже паренька твоего устроил, будете как ни в чём не бывало ловить преступников и законно выносить приговоры. Считай это практикой, О`Коннелл, и старайся играть по нашим правилам. — А вот хрен ты угадал, «дружок». Я буду играть только по своим правилам и, если ещё раз напишешь на меня иск, клянусь богом, я затолкаю его так глубоко, что тебе ещё целую неделю понадобятся услуги проктолога, — он садится в автомобиль и захлопывает дверь прямо перед Квотермейном, и уезжает. — Ничего, — после некоторого молчания сказал Говард. — Все они ломаются, но потом подчиняются. Поехали, Джонсе, а то опоздаем к мэру на огонёк. — И сев в патрульную машину, они отправляются к особняку Дэвида Орра — пятьдесят второго мэра Чикаго. Орр должен будет выступить с докладом об улучшении безопасности граждан и утвердить нового окружного прокурора штата. Правила менялись, но коррупция захлёстывала многие предприятия и отделы славного Чикаго, погружая его в пучину ещё больших преступлений и убийств. А в это время в аэропорту приземлился самолёт, из которого вышли шикарная сероглазая фурия со своим не менее привлекательным кавалером в чёрных солнцезащитных очках и чемоданом в руке. Подойдя к стойке регистрации, ей ставят печать и с радостным видом, она обнимает длинноволосого красавца со словами. — Теперь нас ждёт просто незабываемый отпуск, малыш.