Стрела и меч

— Я ведь видел тебя тогда… Ева подняла голову. Гроуви смотрел в землю, мимо своих ног, так, будто в ней могли быть какие-то ответы. Тени на его лице словно заострились, пролегли глубже. Отражали что-то темное из его прошлого. — Что? Гроуви повернулся к ней, но быстро отвел взгляд в сторону. Ева молчала, глядя на него, осунувшегося, опечалившегося, сжимающего дрожащие веки в напряжении. — Я видел тебя. Над моим телом. Ева застыла. Холод цепкими пальцами вцепился ей в ребра, хватался за спину и шею. И она снова оказалась там. «ГРОУВИ!» — Ева? Еву било крупной дрожью. Руки были в шаге от того, чтобы подломиться и уронить ее на землю, глаза невидяще уставились куда-то в огонь костра. — Ева! Гроуви в панике протянул к ней руки, не зная, что ему делать. Ева не моргала. И когда по ее щекам заструились слезы, Сэдлигроув испугался по-настоящему. — Обними ее, идиот, просто обними! — раздался в ушах голос Рубилакса, и Гроуви рванулся вперед, поддаваясь импульсу, и загреб девушку в объятья, притягивая ее к себе. — Прости, Ева, я не хотел тебя расстраивать, прости, прости, прости, — бормотал он, прижимая кра к груди. Тонкие пальцы замерли у него на коже, там, где билось сердце. Ева молчала, прижимая к нему ладонь, и Гроуви даже вздохнуть боялся. — Гроуви? — Я здесь, Ева, я здесь, — выдохнул он облегченно, пряча лицо в ее волосах. — Все хорошо. Я держу тебя. Ева постепенно расслабилась, и глубоко вздохнула. Гроуви пристально наблюдал за ней, боясь совершить еще какую-нибудь глупость. Кра снова глубоко вдохнула и, чуть повернувшись, обвила руки вокруг шеи парня, прижимаясь к нему. Гроуви только крепче обнял ее. — Не плачь, Ева. Я здесь.