Большое путешествие: Ветер перемен

      Стоя перед богом, Курьер, всё же надеясь на лучшее, делает шаг вперёд. На что Тзинч, становится меньше, практически мгновенно меняет форму, становясь похожим на египетского Тота, и плавно опускается на пол. — Это что сейчас было? — готовясь к бою спрашивает Курьер и уже готовится применить подаренную Родственником технику, чем стереть Тзинча из реальности, ну или попытаться. — Это? — указывая на себя спрашивает Тзинч. — Ну, та форма тебе не понравилась, вот я и решил измениться. Что, тоже не очень? — К чему все эти игры? Я тоже могу в демона превратиться. Зачем я здесь? Говори и расходимся, сразу предупреждаю, работодателя менять не буду. — Ты боишься, Курьер. — Есть немного. Не каждый день, знаешь ли, с Тёмными Богами встречаюсь. — А Игрок? Он тоже Тёмный. Или его Родственник, он темнее некуда. Но их же ты не боишься. Наоборот, у вас можно сказать дружеские отношения. — Кажется… Ты ведь притащил меня сюда не о дружбе и родственниках разговаривать? Так зачем? Мутации мне не нужны, Хаосу я тоже поклоняться не собираюсь. — Ты ещё скажи, что варп тебе недоступен. А как же та милашка-тау, что как и все представители её расы, не восприимчива к варпу? Ты ведь не смог проникнуть в её разум. Как ты это объяснишь? Или тебя это ни на какие размышления не натолкнуло? — Другая раса, иная физиология. Моё неожиданное перемещение. — Ты сам-то в это веришь? — смеётся Тзинч, снова уменьшается и меняет форму, от чего Курьер открывает рот и выкатывает глаза. — Ты! — Я, — элегантным жестом поправляя галстук улыбается человек в чёрном и укоризненно смотря на Курьера продолжает. — Я буду скучать… Дружище… А сам? Стоит с мечом в руке и готовиться стереть меня из реальности. Обидно, знаешь ли. Но, тем не менее я рад тебя видеть. — А я рад видеть рожу Курьера, — подходя к Тзинчу хихикает Игрок. — Ну, чего замёрз, ползи сюда. — Да ладно, разыграли, — стонет Курьер. — Но как… — Вот так, — в один голос говорят они. — Мы есть отражения друг друга. — Двое из ларца, одинаковы… Слегка. Ладно, хуй с ним. Сегодня меня уже ничем не удивить. Игрок это на самом деле Тзинч. А я должен был догадаться. Ты же сам говорил что никогда не врёшь. Хотя… Так, у меня тут два Тзинча. — Вообще-то один, — бормочет Игрок. — Я в своё время, устроил войну богов, потом грубо нагнул вторженцев, едва не уничтожил свой мир, разрушил несколько чужих вместе с хозяевами, за что был развоплощён. Маленькая, ничтожная часть меня, каким-то чудом сохранилась. А там, я занял свободную нишу и тихо, не привлекая внимания начал развиваться. Мотался по мирам, набирался сил, плёл интриги, подставлял и стравливал других, хапал миры освободившиеся и покинутые, учился. Так и появился Игрок. Теперь же… У-у-у, мне пора. Давайте, развлекайтесь. У меня дела. Курьер, я в тебя верю. — Ага…       Происходящее, не то чтобы не нравилось Курьеру, но и особого восторга не вызывало. Работать на Архитектора Судеб, Великого Обманщика… Хотя по мнению Курьера, тут двояко потому что Игрок. Игрок, на которого он столько лет работал. И, по мнению Курьера, начальник хоть и жадный эгоист думающий в первую очередь о себе, его методы более чем интересные, а результаты положительные. Взять тот же мир Масс Эффект. Мир, идиллия и процветание. Все расы живут дружно и активно развиваются. Что радует как самого Курьера, так и Игрока. Значит… Может быть те знания о Тёмных богах что есть у Курьера слегка преувеличены? А может быть, если мир не каноничный то и местные персонажи совсем не такие какими Курьер себе их представляет? Или Курьер сам давно уже не такой каким был?       Бог-демон, молодой, но сильный. Имеющий кучу способностей, но крайне не опытный. Однако, Курьер знает что Игроку доверять можно. Да, иногда, точнее перед отправкой в мир Масс Эффект, он повёл себя как мудила. Но потом… Ведь если бы Курьер не пошёл Истинный сожрал бы души разумных и явился бы в мир Шиноби. А война у себя дома… — Рад тебя видеть, дружище, — подходя к Тзинчу тянет руку Курьер. — Ну, рассказывай, что за беда у тебя случилась? — Беда серьёзная, — пожимая руку улыбается Тзинч. — Сейчас всё расскажу. Что ты знаешь о варпе, Богах Хаоса, К’Тан и Империуме Человечества? Так вот, забудь большую часть, этот мир сильно отличается… Хотя и не везде, и не во всём… Но как и с тем, финал печален… Мироздание очень не любит, когда составляющие его миры начинают останавливаться и загнивать… Не уверен, можно ли это назвать сознательным действием, или это подобно иммунной реакции живых существ, но если ничего не менять, мир обречён на визит сущности, именуемой Палачом, Пожирателем, Губителем… и многими другими именами. Суть от этого не меняется — мир, причиняющий Мирозданию боль, исчезает, не оставив и следа… Я пытался что-либо изменить, но увы, сама наша суть, как воплощений мыслей, чувств, желаний, явлений в варпе, не даёт внести достаточные для выживания изменения… Я долго искал способ избежать предначертанного, ибо это противно всей моей сути, и, к счастью, нашёл лазейку, мизерный шанс изменить судьбу мира… И начал работать… надеюсь, с твоей помощью сделать изменения необратимыми… Прости за многословие… С остальными из Великой Четвёрки удалось достичь предварительных соглашений, так что пока отправляйся к тау, отдыхай и адаптируйся к этой вселенной… Кстати, ты на удивление легко приспосабливаешься к энергиям варпа… Но будь осторожнее, не всегда окружающие тебя будут к нему устойчивы… И не слишком распространяйся насчёт нашего знакомства, репутация у моих сторонников неоднозначная… Ладно, отправляю тебя к твоим подопечным, чтобы ты отдохнул. Ну, а позже, когда всё подготовлю, снова вызову. Удачи. — С поднятой ладони Тзинча сорвался клуб магического тумана, и влетел точно в лоб Саске — Тут информация о разумных, с которыми ты можешь повстречаться. Она тебе очень пригодится… ****       Через некоторое время, крайне задумчивый Курьер появляется в городе. Сразу же закуривает и понимает что отсутствовал совсем недолго. Пленных людей всё ещё пакуют. Эфирный размахивая руками вещает о Великой Радости. Медики осматривают воскрешённых с помощью белого спектра кольца. Два инженера матерясь разбирают закреплённого на специальных стойках Кризиса. Снимают повреждённые детали, плюясь откидывают их в стороны и чихвостят какую-то дуру которая их задолбала.       Не имея возможности прочитать их мысли, Курьер подходит ближе и дабы не мешать мужикам работать останавливается чуть в стороне. Смотрит и видит… Мелькает синее тело, по стойкам ловко забирается Ола, по прежнему в купальнике, и садится на плечи Кризису. Хихикая смотрит на инженеров, как вдруг замечает Курьера и едва не падает. — О, гуэ’ла… То есть Небесный. Чё, как жизнь? — Хоть за… Нормально, вот пришёл к вам. Как и было предсказано. А ты… Хм-м-м, получается это ты так отважно и грамотно управляла Кризисом. Моё почтение.       Ола не отвечает, но от похвалы становится тёмно-синей, почти чёрной. — Как азари, — усмехается Курьер и громче добавляет. — Я осмотрюсь здесь. Ещё увидимся, синяя красавица.       Курьер разворачивается и уходит. Не спеша идёт по улице и смотрит. Архитектурный стиль тау, немного интригует. Всё или круглое, или квадратное. Минимализм, во всех его проявлениях. Ничего лишнего. Исключение только клумбы у домов, да редкие жители в странной одежде. На женщинах платья, на парнях что-то похожее на спортивные костюмы. Остальные или в броне, или в рабочих комбинезонах.       Что удивительно, на Курьера внимания почти никто не обращает. Все ведут себя так, как будто он жил с ними всегда. При встрече вежливо здороваются, кивают и на этом всё. И странное единство у всех со всеми. Раненым помогают идти к госпиталю. Солдаты осматриваются и проверяют все закоулки. Мирные жители руками и с помощью техники разгребают завалы. Над городом и по улицам носятся дроны.       Пройдя немного вперёд, Курьер садится на лавочку, вызывает бутылку коньяка, выпивает и смотрит в небо. — Я тоже люблю смотреть в голубую даль, — присаживается рядом Эфирный. — Как-то спокойнее думается. А ты, как тебе здесь, у нас? — Пока не знаю. О вас и вашем народе, я знал. Но информация… Мягко скажем отличается от действительности. — Например? — Ну, в другом мире, там где я много лет назад родился и вырос, вы все вымышленная раса. Не самая приятная. Вот вы, Тау, то есть Эфирные, с помощью феромонов держите другие касты в наркотическом рабстве. — Нда, — качает головой Тик. — Хотя, в Империуме до сих пор так думают. Вот взять гуэ’веса, людей которые перешли на нашу сторону. В Империуме просто не понимают как такое возможно. Я же… Не буду хвастаться, не люблю этого, но у нас лучше. У нас люди не рабы, не винтики и не безликие единицы. Те кто пришёл к нам сам или принял наши устои, полноценные члены нашего общества, личности. Их никто не ущемляет, никто не доказывает что они ниже и уж тем более мы не ставим над ними жуткие опыты как опять же говорят в Империуме. Мы не чудовища… Веришь? — Верю, — кивает Курьер. — Даже тени сомнения не возникает. Выпьешь со мной? За знакомство.       С этими словами, Курьер протягивает Эфирному бутылку. Тот кивнув принимает её, делает маленький глоток и поблагодарив Курьера смотрит в небо. Ерзает, поворачивается и спрашивает: — Могу я спросить? — Всё что угодно, — кивает Курьер. — Не стесняйся. — Люди… Почему одних ты убил, а других просто обезвредил. Почему ты воскресил всех тау, а из людей вернул только единицы. — Я умею читать мысли, могу заглянуть в разум, в самые укромные его уголки. Я узнал всё обо всех, поэтому убил отпетых негодяев, преступников и совсем повёрнутых фанатиков. Оставил только тех, кому ещё можно помочь. Большая часть из них — обычный восторженный молодняк с забитыми имперской пропагандой мозгами, не успевший оскотиниться. Есть, конечно, индивидуумы постарше, но они в отличии от этих отбросов умеют думать. Как я думаю, увидев то, что здесь лучше, они сделают правильные выводы. — А если не сделают? — Их проблемы, — пожимает плечами Курьер. — Я хочу помочь, но всем и каждому просто не смогу. К тому же, я пришёл к вам. Значит, вы для меня цель номер один. — Всё как в пророчестве… — неожиданно Эфирный резко вскидывает голову — А как же эскадра вторжения… они же могут атаковать планету! — Не беспокойся, всё, о чём они могут сейчас думать — это о бегстве домой… — Подожди… а как же пленные… часть из них согласится присоединиться к Высшему благу, я надеюсь… а как быть с остальными? Те, кто сохраняет верность Империуму людей? Ты можешь как-то задержать эскадру, и вывести из строя оружие десантных кораблей? У нас нет ресурсов содержать и охранять их, а убить беззащитных… — Эскадра и так задержится, пока экипажи не придут в себя, и пока оставшееся командование не возьмёт всё под контроль, так что пара часов у вас в запасе есть… Всё оружие на десантных шаттлах деактивировано… Если решите оставить себе, скажите, активирую…       Улыбаясь, Эфирный вздыхает, встаёт и просит Курьера следовать за ним. Проводит до центра города, заводит в многоквартирный дом, поднимается по лестнице и остановившись у двери указывает на неё рукой. Открывает и заводит Курьера в небольшую квартиру состоящую из комнаты и кухни. — Извини, но ничего лучше пока предложить не могу, — виновато улыбается Эфирный. — Здесь есть всё что надо. Позже мы… — Нет, всё нормально. Спасибо. Если не против, я отдохну немного. — Конечно! Сколько угодно. Если что, я живу этажом выше. Отдыхай, а я пойду разбираться с пленными… — Нда, минимализм… — осматривая своё новое жильё усмехается Курьер. — Однако, всё необходимое и правда имеется.       Большая комната. Диван у стены, на соседней висит телевизор. Два мягких бежевого цвета кресла между которыми журнальный столик. На подоконнике цветы. В стену встроен нормальный такой шкаф. На кухне она же прихожая, плита с духовкой, шкаф для посуды, холодильник, ещё один шкаф видимо для продуктов. Плита с духовкой, нечто похожее на микроволновку, чайник, обеденный стол и три стула. Есть и ванная комната, с душевой кабиной, унитазом, раковиной в углу, полочками для всяких принадлежностей над ней и стиралкой встроенной в стену. — Мило, — шарахаясь по квартире качает головой Курьер и приступает к осмотру кухни.       В шкафах находит сухпайки, консервы, коробки с разными сортами чего-то похожего на чай, сладости, даже есть целый набор злаковых батончиков. В холодильнике растительное молоко, разнообразные салаты, соусы, хлеб и масло явно не сливочное. — Мяса нет от слова совсем. Ну и ладно.       Решив заценить местную кухню, Курьер достаёт из холодильника зелёный салат, молоко и хлеб. Утащив всё это на кухню, распечатывает сухпаёк, находит поднос и уходит на диван. Где находит пульт от телевизора, включает его… — Потерь среди колонистов нет, — вещает с экрана беловолосая тауситка. — Нападение отбито. В сектор направляется патрульный флот и группа для расследования происшествия. — Ха, а ничего здесь такие девушки. Красивые… А я… Эх…       Как бы ни выкручивался Курьер, сейчас ему по-настоящему страшно. И дело не в том, что он попал в мир, куда никогда бы добровольно не сунулся. Не в потрясениях и махинациях Игрока. И даже не в том что Курьер теперь работает на Тзинча, а в том, что он теперь один. Без связи, оторванный от семьи, Саске сейчас сгорает от одиночества, тоски и страха. — Эх, ничего. Я и с этим справлюсь. — глядя на тарелку салата, который при ближайшем рассмотрении оказался зелёными макаронами шепчет Курьер. — Но одиночество, для меня невыносимо. Слабость… Ладно! Я привыкну.       Намотав длинную плоскую макаронину на вилку, Курьер отправляет её в рот, разжёвывает… — Хм-м-м, неплохо-неплохо. Жить можно. Жить и готовиться к тёмным делам. Тзинч скоро вызовет, как только всё подготовит. А там… Не пугает меня только Кхорн. От Слаанеш надо держаться подальше и спиной не поворачиваться. Нургл… Вот ведь попал. И эти, вояки ещё… Что там происходит?       Напрягая разум, Курьер сканирует колонию, находит людей, прислушивается и понимает что в это время Эфирный уже беседует с пленными СПО-шниками, отбирает желающих остаться и организует эвакуацию остальных, связывается с эскадрой, согласуя отправку шаттлов, и решает свалившиеся организационные проблемы… Курьер, становясь бесплотным и невидимым, улетает в космос. Перемещается к кораблям и внушает экипажу, что стрелять по транспорту нельзя. После, внушает мысль о том, что после принятия людей, забыв про всё им надо бежать и больше сюда не соваться.       На всё про всё уходит несколько часов. После чего Курьер возвращается в город, зависает над продолжающим решать проблемы Эфирным, довольно хмыкает и наблюдает.       После того, как последний интервент погрузился, техножрецы завели в трюмы десантных кораблей последних сервиторов, корабли взлетели, направляясь к бегущей эскадре, Курьер возвращается в свою квартиру, ещё раз хмыкает… — Империум вас бы так не отпустил, — наматывая макаронину на вилку бормочет Саске. — Добрые вы… Это хорошо. (В варпе. Владения Тзинча. Место — внешняя граница Лабиринта.)       Возникшая у границы Лабиринта Слаанеш сердито топнула ногой, вызвав волнения варпа… Но большее удивление вызвал появившийся рядом Тзинч, в отличии от прошлых раз, не демонстрирующий открытого презрения вперемешку с превосходством, а открывший портал и, что удивительно, предложивший руку.       Именно последний факт окончательно выбивает Слаанеш из равновесия. — Что-то большое сдохло? — нервно хихикая шутит Слаанеш. — Сдохнем мы, причём все и разом. Если ничего не поменяем.       Тон, которым была сказана довольно банальная фраза, типичная для Владыки Перемен, неожиданно отозвалась у Слаанеш неприятным ознобом. — Ты… Ты что-то узнал? Твой Оракул… — Да. — неожиданно прямо отвечает Тзинч и продолжает. — Этот мир застыл. Тысячи лет мы ведём Игру, но ничего не меняется. Ни твоё появление, ни появление этой личинки Бога, то есть Императора Человечества, по большому счёту, ничего не изменило. Наш мир становится мёртвой тканью, нарывом на теле Мироздания. И если ничего не сделать в ближайшее время-сюда явится Разрушитель Миров, и решит проблему самым простым, но фатальным для всех нас способом… Я послал зов Кхорну, он обещал прийти. А вот Нургл молчит. Хотя я рассчитывал на него, несмотря на все наши разногласия…       С воем и грохотом раздираемого варпа у границы Лабиринта возник недовольный Кхорн. — Что этот премудрожопый о себе возомнил? — грозно спрашивает Кровавый Бог. — Я тоже рад тебя видеть. — раздался ехидный голос Тзинча из открытого портала. — Проходи, не смущайся. — хихикает рядом Слаанеш. — Что-то большое сдохло, ты не обливаешь всех презрением? — удивляется Кхорн. — Представь себе. И я даже удержусь от комментария об одинаковых мыслях. Итак, вкратце — нам, если не предпримем радикальных мер, в самое ближайшее время — конец. Точнее, конец этой Вселенной. А поскольку она для нас базовая — то даже если мы и сбежим в другие Реальности, то станем там бледными тенями себя. — Чушь. Паранойя. Ты совсем запутался в своих планах и окончательно поехал крышей! — начинает заводиться Кхорн. — Прекрасно, если бы это было так, — устало вздыхает Тзинч. — Вот только Судьбоплёт получил однозначное предсказание Колодца. И озвучил его однозначно. Слаанеш я уже говорил, теперь повторю и тебе — наша Вселенная замерла в развитии. Наша Игра — бессмысленное переливание из ничего в ничто, результат один и тот же. Что материальный мир, что Имматериум — развитие остановилось. Мы сражаемся, интригуем, но это всё мелкая возня детей в песочнице. Итоговый результат неизменен. Ещё немного — и эта Вселенная станет подобием гниющей раны на теле Мироздания. И тогда по воле Мироздания придёт Разрушитель Миров…       Кхорн молча делает несколько шагов назад и падает на подобие дивана. — Однозначное, говоришь? — удивление Кхорна почти физически ощутимо.       Тзинч формирует сложноструктурированный многомерный мыслеобраз, и направляет его собеседникам: — Держите. Это полный слепок информации, полученный от Кайроса.       Какое-то время Слаанеш и Кхорн тратят на ассимиляцию мыслеобраза, затем практически синхронно выдыхают: — Пиздец! — Вот и я так же решил. — продолжил Тзинч. — Я начал предпринимать кое-какие действия, но их недостаточно. Так что пришлось задействовать старые задумки и давние лазейки. В общем, я нашёл того, кто сможет радикально встряхнуть и поставить всю эту Вселенную на уши. Но учтите — меняться придётся всем… — Совместные действия вижу я! — негромко выдал неожиданно появившийся Нургл.       От чего незамедлительно следует хлопок ладони по лицу Тзинча, стук нижней челюсти Кхорна, часто моргающие глаза Слаанеш… Довольный произведённым эффектом Нургл неторопливо прошествовал мимо.       Ну да, удивляться есть чему. Вместо почти бесформенной гниющей массы, Дедушка с какого-то перепугу, принял более приятный облик. Мешковатый балахон, суковатая палка-трость, шаркающая походка… Длинные уши… Того гляди сейчас закатит непонятную речь о силе, световых мечах и прочем. — Вертихвостка с полом определилась, драчун думать начал, хитрец думает не только о себе… Стар я, устал… Отдыхать нужно мне. Помочь не смогу, но и мешать не буду. Перемены, да… — тяжело вздыхает Нургл, опираясь на трость замирает и закрывает глаза. — Что дальше? Кхорн читает Ницше? — вопрошает варп Тзинч… — Эээээ… А ты как узнал? — смущается Кхорн… — Ну… Да. А что? Интересно же.       Тзинч ещё раз вздыхает, и протягивает Кхорну небольшой томик. — Сун Цзы. Искусство войны. — вслух зачитывает Кхорн и заходя в портал добавляет. — Спасибо, пойду помедитирую над ним… Позовёте когда начнётся — Ой, а мне? — спросив хлопает ресницами Слаанеш. — Держи. — улыбается Тзинч и вручает ей книгу в синей обложке. — Не уверен, что ты найдёшь тут что-то новое для себя, но идеи… — Ой, какая прелесть… Ох ты… Личное дело Курьера. И… — Курьер зовут его, — шаркая к открывшемуся порталу ворчит старательно изображающий Йоду Нургл. — Смотри, Тзинч, впустив его сюда, суеты ты добавишь в мир этот. Да и вертихвостка быстро поймать его может. Планы твои пустит по месту одному. А я не вмешаюсь. — Ну и хрен с тобой, — как только Нургл исчезает в портале усмехается Тзинч. — Слаанеш, что скажешь? — А? — с трудом отрываясь от книги и растерянно глядя на Архитектора Судеб спрашивает Та Что Жаждет. — Д-да… Хрен с ним. Старый пердун. А я… А мне… Мне надо подготовиться. Скоро… До встречи…       С этими словами богиня Запретных Наслаждений, облизывает губы и исчезает. — Курьер… если это не безумие, то что тогда безумие? — вопрошает оставшийся в одиночестве Тзинч. — В библиотеку! Потом — к Колодцу, пообщаться с Кайросом… готовиться к тому, что пророчества станут бесполезны…