Большое путешествие: Ветер перемен

(Некоторое время спустя. Колония Рассвет. Курьер.) Убийцы и шпионы Империума выловлены, и, путём сканирования памяти, допрошены. Колдуны Тзинча извлекли из варпа ловушку с душами погибших тау и самоубившихся ассасинов. Начертили на земле замысловатые узоры, поставили в центр ловушку, рядом сложили останки тел и, встав, в стороне приготовились к ритуалу, на который собрались убитые горем родственники солдат, демонетки, почему-то винящие себя, и просто зеваки. Так же, прискакал Эфирный, потому как такое событие Тик пропустить не мог. Как только главная ведьма начинает читать жутковатые тексты, Курьер не выдерживает и разгоняет весь этот шабаш со словами «А давайте-ка без лишних спецэффектов!». Поднимает правую руку, и вспышкой белого света приводит тела в порядок. Колдуны и ведьмы устанавливают защитный купол, открывают ловушку душ, и… — Хм-м-м… Очень интересно, — разглядывая души тянет Курьер. Он отчётливо видит, что души заметно различаются. Тау — пятеро, полупрозрачные, плотнособранные, светятся голубым, стоят спокойно и, улыбаясь, смотрят на Курьера. Они уже знают, поняли, что их путь не закончился и, как замечает Курьер знают уже давно. Человеческая же душа больше похожа на манекен. Красноватая, непрозрачная, с виду влажная и липкая. Она, жутко крича, мечется под куполом стараясь сбежать. Бьётся в силовую плёнку оставляя на ней следы, отскакивает обратно. Её, как понимает Курьер — запугали. Не тронули, но… Для более глубокого исследования интересующего его события, Курьер сам меняется — используя способности Рэйчел, комбинируя их со своими, сам превращается в дух и подходит к душам тау. — Небесный, — кивают они. — Мы знали что ты нас вернёшь. — Если не секрет, то откуда? — Хм-м-м, твоя жена сказала, — пожимает плечами солдат. — После взрыва, мы улетели в варп. Нас окружили демоны и уже хотели сожрать. Но тут пришла она, разогнала чудовищ и объяснила что мы, весь народ тау, под её защитой. Потом пришёл Тзинч со своими и спрятал нас в ловушку душ. Сказал, что скоро придёшь ты, и вернёшь нас. — Правильно сказал. А вы… Смерть всё-таки. Что… — Мы ничего не помним. Почти ничего. Яркая вспышка и холод варпа. Там… На той стороне… Немного страшно. И эта, — кивает на человеческую душу солдат, после чего морщась как от зубной боли продолжает. — Ни на секунду не затыкалась. Ноет, плачет, кричит. Взывает к Императору. А ты… Ты больше тау, чем человек. — Ага, — глядя на свои светящиеся голубым полупрозрачные руки улыбается Курьер. — Сходство очевидно и никакому сомнению не подлежит. Ладно, вас родственники ждут. Взмах рукой, души возвращаются в тела. Лежащие тау вздыхают, встают и тут же оказываются в окружении близких. Ассасин, понимающая что встреча с Императором откладывается, бьёт кулаками по земле и оказывается закованной в наручники. — Они так рады, — подходит к Курьеру Иса. — Верят в тебя. — Но не как в бога, — улыбается Курьер. — Для них я защитник, друг и помощник. Они даже лидера во мне не видят. — Тебя это расстраивает? — Меня это более чем устраивает, — кивает Курьер. — Не люблю всего вот такого. Так, ассасины появились, осталось встретиться с астартес, огринами и сёстрами битвы. — Ой, а ты знаешь, — краснея мнётся Иса. — Я видела как действуют Астартес. Могу рассказать и даже записи показать. Есть у меня пара видео, где Железные Руки сражались с Хаоситами. Пойдём ко мне, дома я тебе всё расскажу и покажу. — Спасибо, — по запаху понимая что всё, это в прямом смысле всё, кивает Курьер. — Вечером. Сейчас у меня кое-какие дела. Сенмай, Хиши, Козюля, Ола, Игни, есть дело. Оставив расстроенную Ису, Курьер перемещается домой. Оттуда к Тику, там короткое совещание. После чего в тюрьму, где они собирают шпионов, Курьер по-быстрому сканирует их разумы и решает отправить их обратно. Безболезненно, но с последним предупреждением. (Ранее. Мартин Лоран.) Комната для допросов. За столом сидит человек лет сорока в драном рабочем комбинезоне. Вокруг него, обещая несчастному немыслимые кары наворачивает круги Эрхард. Действует в своём привычном стиле, запугивает и запутывает допрашиваемого, после чего наступает очередь Альдо, который действует более мягко. Спокойно разговаривает, успокаивает. Видя нормальное обращение, допрашиваемый вываливает всё что знает. Хотя, по мнению Мартина, те люди, пережившие нападение друкхари, сохранившие верность Империуму и в последствии спасённые, сами ничего скрывать не собирались. Однако мнения Мартина никто не спрашивал — он, с недавних пор, находится под подозрением. А всё из-за вольного торговца, который привёз ему, Мартину, послание от Совета Эфирных. И вроде бы, ничего страшного там не было. Ну послание с просьбой не лезть, но именно к Мартину они не обращались, они взывали ко всему человечеству и открытым текстом говорили, мол мы тут живём сами, своим умом, к вам не лезем — и вы нам не мешайте. Всё просто и понятно. Всем, кроме Эрхарда. Представитель Ордо Маллеус, мгновенно увидел в Мартине еретика, пособника злобных ксеносов, и чуть ли не демонопоклонника. Попытался даже арестовать и если бы не Кайл и его собрат Иверрарус Фаэто, то непременно бы арестовал, и допросил, включая и хирургические методы допроса. И гнить бы сейчас Мартину в застенках инквизиции в ожидании аркфлагеллации, или встраивания в Машину Покаяния, но служители Омниссии при поддержке Альдо, быстро поставили разошедшегося Эрхарда на место. О чём конкретно они разговаривали, Мартин не знает, но после разговора Эрхард резко умерил пыл, и далее просто игнорировал Лорана. Также его игнорировал и присутствующий сейчас в допросной кардинал Росси, но это можно было объяснить его натянутыми отношениями с учителем Мартина. А вот Альдо наоборот, заинтересовался. И сейчас, подпирающий стену и старающийся не отсвечивать Мартин искренне не понимал, с чего вдруг механикус так за него заступаются. Или не за него? — Покайся, еретик! Спаси свою душу! — ударив кулаком по столу, орёт Эрхард. — Эрхард, попрошу вас успокоиться, — подходя к столу улыбается Альдо. — Дальше я. А вы, задержанный, не волнуйтесь так. Здесь все свои. Рассказывайте, не стесняйтесь. Вздрагивающий от каждого шороха бедолага, сбивчиво и торопливо рассказывает всё что происходило в колонии. Как прилетели тау и начали агитировать обещая спокойную жизнь, хорошую работу и все прочие блага. Как потом на селение напали друкхари и тау, вступили с ними в бой. Что было дальше, несчастный помнит плохо. Его поймали, накачали какой-то дрянью. Удалили веки, нижнюю челюсть и язык, прибили шипами к стене и оставили смотреть на то, как друкхари «развлекаются» с женщинами и детьми. — Уже в который раз, одно и тоже, — подходя к Мартину скрипит Кайл. — Слово в слово. Сейчас концовку угадаю. Он умер, а когда очнулся, то увидел странного человека. Повреждений тела уже не было. Тау спросили его, готов ли он присоединиться к Высшему Благу, и полетит ли с ними, а когда тот отказался, погрузили на транспорт до ближайшей планеты Империума, и отпустили. — Да ты провидец, — усмехается Мартин. — Слушай, — не надолго зависнув, как-то смущённо начинает Кайл. — Тут такое дело. В общем… — Ты стесняешься? — Нет, — мигает визорами магос. — Я этого не могу. Просто не знаю как сформулировать. Но ты мой друг и я надеюсь что ты поймёшь меня. Мне нужно знать. — Что именно. Я готов… — Где живёт любовь? — наклонив голову на бок, спрашивает Кайл. — Нет, не рассказывай мне о гормонах, привычке и прочем. Скажи как сам думаешь. — В сердце, — растерянно выдаёт Мартин. — Чушь. Сердца нет, оно заменено насосом. — В голове? — Тоже невозможно. Большая часть мозга заменена имплантами. Они держат под контролем все процессы в организме. — Тогда… Не знаю. А что… Ты влюбился? — Нет. Вижу, ты и сам не знаешь. Спасибо. Обращусь к Присцилле. — Ну, наверное. А… — Спасибо, — давая понять что разговор закончен кивает Кайл. Тем временем допрос заканчивается. Арбитрес уводят задержанного, и тут же два сервитора заводят закованного в цепи друкхари. Очень напуганного и нервного друкхари, который вздрагивает от каждого шороха, шарахается от каждой тени, и, что совсем не характерно для представителей их расы, смотрит на людей с надеждой, и, даже, с каким-то восхищением. Сервиторы подводят пленника к столу, усаживают, пристёгивают к стулу, отходят назад и берут на прицел. — Ну, коллега, — обращается к Мартину Альдо. — Что скажете по этому индивидууму? — Напуган, но не нами, и не тем что попался. Такое ощущение… Его глаза. Готов поклясться он считает это место безопасным. Как будто… Он здесь прячется. — Умный мон’кей, — скалится друкхари. — Неожиданно. — Пасть закрой, — рычит Эрхард и бьёт пленника в ухо. — Тебе, ксенос поганый, слова не давали. — Эрхард, спокойнее, — поднимает руки Альдо. — Отойди, перекури. День был сложным, седьмой допрос, как никак. Пусть Мартин его допросит. Мартин, прошу тебя. Мартин подходит, садится на стул. Внимательно разглядывает друкхари… — Имя? — Гахушар, — кивает он. — Родился и вырос в Комморре. Воин Кабала. Название и род деятельности вам ничего не скажет. — Каким образом попался? — Бежал, — сглатывает друкхари. — Бежал из Комморры, когда отродья Повелителя Гнили начали превращать руины в гниющее болото… Там… Там творится настоящий ужас. Вам не почувствовать вашими слабыми чувствами, не осознать вашими куцыми умишками всего кошмара… Пришёл Он и привёл с собой демонов. Демонов всей Четвёрки. Комморры больше нет… — Кто? — Он… — глядя на Мартина полными ужаса глазами шепчет Гахушар. — Демон… Или Бог… Явившийся из бездны, что кошмарнее всего, что может найтись в дебрях варпа. Свирепый, кровавый, безжалостный. Он пришёл… Он смеялся над нами… Я видел, как при приближение к нему взрывались головы воинов. Я видел, как звездоскрёбы плавились и осыпались вниз огненным дождём. Я видел, как миллионы трупов восстали, и пошли мстить! Я видел, как призраки рвали на части инкубов, ведьм и мандрагоров. Как демонетки Голодной Суки снимали кожу с архонтов, а демоны Кхорна помогали им… Я видел Ужасов Тзинча, с хохотом прокладывающих дорогу Чумоносцам Нургла… И, я видел Его… Вам не понять! — Опиши его. — Существо… Прекрасное, как высшие демоны Голодной Суки и такое же, как и она, сильное. Жестокое, как демоны Кровавого Бога. Хитрое, как сам Архитектор Судеб. И страшное… его сияние жгло глаза всем одарённым… — Ты напуган? — Я уже умер… Мой дом и мой народ уничтожены. Души всех, кого я знал, пожраны Голодной Сукой. И знаете что? Мы ничего, абсолютно ничего не могли ему противопоставить. Всё наше оружие, технологии, могучие твари, созданные гемонкулами, не смогло его даже замедлить. Его беспрекословно слушались даже высшие демоны! Вы не видели того, что видел я. Я до сих пор боюсь закрывать глаза, ибо передо мной встаёт Его образ… — голос друкхари упал до шёпота — Он… Он придёт за мной… Некуда бежать… Негде скрыться… Даже смерть бессильна перед ним… Иннари, и те бежали в страхе… — Спокойно, Гахушар… — Убейте меня, — опустив голову и раскачиваясь из стороны в сторону бормочет друкхари — Только сначала приведите бездушного! Потом сожгите тело, и развейте пепел, чтобы Он не смог его поднять. Избавьте меня от Него! Дайте мне покой! — Как он выглядел? — Непонятно. Он меняет форму. Может стать выше звездоскрёбов. Может стать таким же как вы, мон’кей. Внешность… Молодой. По вашим меркам ещё подросток. Волосы… Дурацкая причёска, волосы торчат… Бледный. Глаза… — Это он? — показывая пикт Небесного скрипит Кайл. Друкхари замирает, выкатив глаза вздрагивает, начинает кричать, рваться, пытаясь разбить голову о стол. Сервиторы хватают его и фиксируют. — Он или нет? — выхватив пикт и тряся им перед друкхари, рычит Эрхард. — Отвечай! — Он — закрыв глаза стонет пленный — Это Он. Я никогда его не забуду. Не связывайтесь с ним. Не пытайтесь его обмануть, не пытайтесь его подчинить, не пытайтесь с ним воевать… Он уничтожил Комморру, уничтожит и ваш Империум! Слушайте меня, вы, глупые мон’кей! Слушайте меня — бегите! Бегите, скрывайтесь, и даже не думайте о нём! Вы… Комнату озаряет фиолетовая вспышка. В углу, не обращая внимания на все защитные печати, грамоты и амулеты, открывается портал в варп. На пол выпрыгивает мелкое существо, бьёт по полу посохом и подняв руки тоненько пищит. — Жалкие смертные! Имейте честь лицезреть братика… Кхем. Узрите явление Небесного! Существо шустро отскакивает назад. Портал расширяется, светится ярче и из него держась за руки выходят Небесный и девушка тау. Выходят, обводят всех собравшихся взглядом… Инквизиторы и кардинал замирают. Друкхари бледнеет, пронзительно кричит, рвёт цепи и с разбега врезается головой в стену. Хруст, хрип и он затихает на полу. Поднявшие было оружие сервиторы не двигаются, пятятся назад и встают у стены. Кайл и Иверрарус, хранят спокойствие. Небесный останавливается, щелчком пальцев создаёт роскошное кресло, падает в него и усаживает тау к себе на колени. Мелкое существо, тут же перемещается к нему на плечо, обвивает хвостами шею и целует в макушку. Глядя на них, Мартин понимает, что одно неосторожное слово Небесного и ему конец. Если он хоть как-то выдаст то, что они с ним встречались, Мартина не спасут ни механикус, ни руководство Ордо Ксенос. Никто… — Эрхард. Старый ты чертяка, — довольно улыбается Небесный. — Давно не виделись. Как жизнь? Всех демонов переловил? Нет? Эх, стареешь. А были времена. Помнишь тот бордель в Круге Похоти? Как же он назывался? А! Массажный салон «Выдрочка.» — Ложь! — пытаясь сдвинуться с места кричит Эрхард. И тут Мартин понимает, что все они парализованы. Небесный сменил тактику, теперь он не запугивает, но так ещё страшнее. — Выводите, — глядя на сияющий синевой портал кивает Небесный, после чего смотрит на кардинала. — Ну, чего рот открыл? Да хватит жать на кнопку, сюда никто не пробьётся. Сенмай! Чего вы там возитесь? Из портала, грациозно виляя бёдрами, выходит красная демоница. Выходит, тянет верёвку и вытягивает в допросную связанных людей. За ними выходит точно такая же, но синяя демоница в очках и девушка с крыльями… Синяя демоница внимательно пересчитывает доставленных, сверяется с бумагами, что-то в них помечает, складывает в конверт, облизывает длинным языком, заклеивает, достаёт печать, дышит на неё, и с размаху ставит на конверт. — Счёт, счёт-фактура, товарная накладная, акт приёма-передачи. Подписать и отправить в нашу канцелярию, конверт с обратным адресом прилагается! — на стол хлопнулся заклеенный конверт с ярко-красным штемпелем «УПЛОЧЕНО»… — Я, собственно, что пришёл, — закуривая улыбается Небесный. — Предупредить. Последний раз предупредить. Вижу, по человечески вы не понимаете. Поэтому… Ваши шпионы и убийцы. Казнить я их не стал. Но… Сейчас слушаем внимательно. Ещё хоть одного шпиона у нас увижу, вы и ваш Империум, пожалеете. От меня не спрятаться, не сбежать и если доведёте, то не договориться. Ваш остроухий друг, ага, вон тот который шею сломал, просветил вас о Комморре. Вам всё понятно? — Угрожаешь Империуму? — кривится кардинал. — А… — А как поживают ваши наложницы? — ехидно улыбается Небесный. — Кормите их или только надругаетесь? А как ваше предприятие на Некромунде? Последняя взятка помогла? А мутные делишки с аэльдари? Всё прошло гладко, никто не заметил? Может объясните мне и всем собравшимся как целый кардинал, набожный и истово верующий в Бога Императора, можно сказать символ веры, мутит дела с ксеносами. — Деньги, — кривясь выдыхает Росси. — Жадность. Я даже в Императора не верю. Мне нужны только богатства и власть. — А-ха-ха! — оглушительно громко смеётся Небесный. — Империум прогнил. Насквозь, до самого основания. Прогнил и скоро развалится. Но если вы, уроды, сунетесь ко мне ещё раз, этот процесс пойдёт куда как быстрее. Я предупредил. Девочки, уходим… Стоп! Небесный вскакивает, перемещается к сервиторам и прикладывает ладони к их головам. Хмурясь закрывает глаза. — Твари, — качает он головой. — Изверги. И ладно бы вы переделывали в сервиторов преступников, трусов и предателей. Но нет, вы уродуете тех, кто верно вам служит. Кардинал! — Я… — вскакивает Росси. — На колени, сука, — рычит Небесный. — Ты в моём личном чёрном списке. Одна провинность — и я с тебя шкуру спущу, выверну наизнанку, и надену обратно мехом внутрь! Эрхард, к тебе это тоже относится. Бывайте, инквизиторы хуевы. Я за вами наблюдаю. Небесный, отправляет своих спутниц в портал. Сам забирает сервиторов и… На мгновение останавливается, смотрит на Кайла и мигает глазами. Кивает Фаэто и улыбаясь уходит. Портал с громким хлопком закрывается. — Тварь! — мечется по комнате Эрхард. — Демоническое отродье. Столько лжи… — Кхем… — вставая привлекает к себе внимание кардинал. — Прошу всех успокоиться и послушать меня. Мы столкнулись с кем-то по-настоящему ужасным и только вместе сможем противостоять ему. Вы сами видите как работает демон. Сначала хотел подставить Мартина, потом оболгал Эрхарда и меня. Его цель поссорить нас, вызвать сомнения и взаимные подозрения. Вы понимаете насколько это подлая тварь? Давайте забудем об этом инциденте и возьмёмся за работу. На сегодня всё, завтра с утра здесь же, продолжим. Кардинал шепча литании убегает. Эрхард вызывает арбитрес и уводит пленных. Альдо… — Всё интереснее и интереснее, — сложив руки на груди улыбается Вонк. — Мартин, что думаешь? — Думаю, мы столкнулись с действительно страшным противником. — Хм-м-м, тут ты прав. А вообще, молодец. Панике не поддался, лицо сохранил. До завтра. Нехорошо щурясь, Альдо выходит. Уже на выходе на секунду задерживается, бросает на Мартина нечитаемый взгляд и уходит. За ним скрывается и Иверрарус Фаэто. Кайл же, спокойно стоит и смотрит на инквизитора. — Тебя совсем не тронуло такое событие? — Нет. А тебя? Можешь спокойно отвечать, прослушку я отключил, камеры зациклил. Так что ты думаешь? — Его стоит опасаться… — Опасаться нам стоит кардинала и Эрхарда. Небесного нам боятся не надо. — Но как. Он же демон. Пришёл из варпа. — На древней Терре, — скрипит Кайл. — Жили такие фантастические существа. Жили они в воде и с первого взгляда напоминали рыбу. Формой, плавниками и многим другим. Но это с первого взгляда. На самом деле, они были млекопитающими. Дышали воздухом… — К чему всё это? — К тому, что нам с тобой не надо спешить и не разобравшись в ситуации делать выводы. Успокойся… — Как? Кайл, мы с огнём играем. Ты знаешь как работает инквизиция. Один неверный шаг, лишнее слово — и нам никто не поможет. Даже твои большие дяди в красных балахонах. — Ошибаешься, Мартин, ошибаешься. Все секреты я раскрыть пока не могу, но могу пообещать, что если нам будет угрожать опасность, за нас заступятся не только фабрикаторы. — А кто ещё? — Скитарии, электрожрецы, егеря… — скрипит Кайл, чем даёт понять то, что намерения у механикус более чем серьёзные. — Не волнуйся, друг. Всё будет хорошо. — Что именно? — Позже узнаешь. Кстати, мой тебе совет. Держись подальше от Альдо, и не трогай Эрхарда. Они ребята очень не простые, и при случае раздавят тебя, просто чтобы обезопасить себя. — Небесный сказал? — Да. — Кайл! — Разговор окончен. Извини, у меня дела. Вернусь к вечеру. Да, начинай собирать вещи, мы завтра улетаем. Тебе скажут что это повышение, срочное особо важное дело. На самом деле, от нас пытаются избавиться, пока по «мягкой» схеме. — Кайл, — трёт переносицу Мартин. — Мне надоели твои загадки. Я хочу получить ответы. — Да? Тогда иди домой, запри двери и позови Небесного. Он придёт и ответит на все вопросы, а то ещё и с другими Богами вместе… Нет? Тогда жди, придёт время и я расскажу тебе. Всё, я ушёл. — Тайны, загадки, чудеса. Недомолвки, намёки… Надоело! — Инквизитор Лоран? — заглядывая, спрашивает арбитрес. — Вас вызывает Кардинал. Дело очень срочное и особо важное. Прошу немедленно явиться к нему. Мартин нервно сглатывает, Кайл разводит руками и кивает на дверь. Инквизитор, пребывая в шоковом состоянии, ничего сказать уже не может. Выходит и следует за арбитрес. По его мнению, дела творятся более чем странные. (Колония Рассвет. Курьер.) Курьер возвращается явно в плохом настроении. Таком плохом что Ужасы и Игни мгновенно сваливают в варп. Ола и Козюля, держатся в стороне. Даже шатающиеся неподалёку Хранительницы Секретов, хоть и подходят, но делают это очень осторожно. Курьер же, укладывает сервиторов на тротуар и приступает к сканированию. От чего приходит в бешенство, матерится так что демонетки уши закрывают, а тау утаскивают детей подальше. — Ну и сволочи, — прижимая ладони к груди и голове сервитора злобно шипит Курьер. — Саске, тебе помочь? — понимая что гнев Курьера направлен на Империум спрашивает Ола. — Пока не знаю… Тут такого понаворотили, что даже я могу не справится. Хотя… Подожди. Вспышка белого света, медчакра, демоническая энергия. Сервитор дёргается, аугментика отваливается… — Умер, — заключает Ола. — Подожди, — рычит Курьер и быстро вырывает из сервитора всё механическое. — Ты… Живи! — Саске, бесполезно, — видя что никакие техники останки не действуют шепчет Ола. — Да блин… Я что, справится не могу? Да как так?! — Господин, — подваливает к ним Хранительница Секретов. — Извините, но вы ничего не сможете сделать. — Это ещё почему? — рявкает Курьер от чего Хранительница сжимается и пятится назад. — Душа давно покинула это несчастное тело, — пятясь бормочет она. — Да и само тело… Это не механикус, а просто манекен из плоти с ограниченным функционалом. — Но я видел его память. Он слушал меня. Он… — Это всего лишь отголоски памяти сохранившиеся в живой части мозга. Он давно уже умер, подобие жизни поддерживалось в нём искусственно. Простите господин, но его уже не оживить. И всё это не исправить. Курьер бросается ко второму сервитору, прижимает ладонь к его голове, более внимательно сканирует разум… — Да, ты права… Жестоко. А ведь он был гвардейцем. Он… Как зовут? — Аль’гата… — Молодец. — Рада стараться! — восклицает Хранительница и резко выпрямляется от чего все четыре её груди соблазнительно подпрыгивают и раскачиваются. Соединяющая соски золотая цепочка звенит. От порыва ветра узенькая набедренная повязка отходит в сторону… — Симпатичный у тебя там пирсинг, — скользя по Хранительнице взглядом облизывается Курьер. — Шарики, иголочки… Ух, а фигура. Кубики на животе. Четыре си-и-и… Синие глаза. Рожки… Ты просто прелесть. — Спасибо, Господин Саске, — смущённо опустив голову шепчет она. — Такая похвала от мужа Госпожи… — О-о-о, ну всё, — качает головой Ола. — Саске, спокойно. Здесь дети. — А? Ага… Ладно… Мне идти надо. До вечера. С этими словами Курьер исчезает. Хранительница резко встаёт на колени и хватает Олу за руку. — Госпожа, постите. Я ничего такого не хотела. — Ой, перестань. То я Курьера не знаю. Тот ещё, кобелина. — Ну я бы не сказала, — возражает Тха’фис. — Всё таки, с кем попало он не… Ну вы поняли. Пойдёмте лучше домой, мороженого поедим. Поближе познакомимся. Ты как? — Если можно, то я не против, — улыбается Аль’гата. Так они и уходят. Мелкая Тха’фис, сидящая на плече у Олы. И почти трёхметровая Аль’гата. **** Шагая по улице к дому Исы Курьер невольно улыбается своим мыслям и состоянию. Он вернулся. Да, он похотливый, страшно охочий до женского тела демон-инкуб. Но так, не отвергая себя и не перешагивая через свои желания, ему намного легче. Даже воображение разыгрывается и рисует картины того, как он лежит на огромной Хранительнице Секретов и мнёт её груди, все четыре… Правда все эти фантазии прерывает образ грозящей кулаком Олы, но… — Но что поделаешь, — разводит руками Курьер. — Я такой какой есть. Меня не переделать. Попытки переделывания приведут к нехорошему результату. Ты знала на что шла. — Знала, — мысленно отвечает Ола. — Я тебя выбрала. И вообще ты мой и только мне решать кто ещё войдёт в нашу семью. Понял меня? Хотя да, соглашусь. Четыре сиськи — зачёт. Как думаешь, что будет если потянуть за цепочку? — Ола не надо! — Шучу-шучу, иди уже, механистка ждёт. А у нас тут девичник. Пока-пока. — Ладно… Какой девичник? Хотя… Хм-м-м… Ориентируясь на запах Курьер добирается до дома техножрицы. Создаёт красную розу, бутылку вина и коробку конфет, стучит в дверь… В доме падает что-то тяжёлое. Слышится звон стекла, мат, грохот, снова мат и шипение. Тяжёлые торопливые шаги… — Это мне? — выглядывая спрашивает Иса. — Ну да… Сказать что-нибудь ещё, Курьер не успевает. Его хватают за воротник и затаскивают в дом. Усаживают на диван в гостиной… — Сиди здесь, — отобрав подарки воркует механистка. — Сейчас чаю выпьем и поговорим. Обожаю тауситский чай. Столько разных вкусов. Какой тебе больше нравится? — На твой выбор, доверюсь твоему вкусу, — отвечает Саске и осматривает гостиную. Комната завалена всякой всячиной. Запчасти, пучки проводов, микросхемы. Компьютеры, прочая электроника. Оружие. Винтовки и пистолеты тау, болтеры и какая-то непонятная хрень. В углу гора свитков, книги и грамоты. На полу искрит и мигает визорами сервочереп. В другом углу стоит топор с зубчатым лезвием. На люстре болтаются трусы. Там же висит внушительных размеров лифчик. Везде немытые бокалы и стаканы, тарелки и подносы… У входа на кухню, где сейчас гремит Иса и судя по звуку не чай готовит а руду перерабатывает, стопкой стоят коробки. Верхняя накрыта кухонным полотенцем, видимо в спешке. Запах же… Что-то вообще непонятное. Машинное масло, Горелый пластик, фруктовый чай и дурманящий аромат возбуждённой женщины. — Творческий беспорядок, — усмехается Курьер. — А… — Вот, — держа поднос выглядывает из кухни механистка. — Тебе фруктовый, мне ягодный. Чай и булочки с кремом. Свежие! Правда я увлеклась и попробовала. Все… Но это ведь не страшно? Иса гордо подняв голову, показывая какая она хозяйственная выходит. Невзначай задевает ногой коробки и… Верхняя падает… По полу катятся разнокалиберные приспособления предназначенные для развлечения одиноких женщин. Одно из них включается и жужжа ползёт к Курьеру. — Иса, — закидывая ноги на диван улыбается Курьер. — Успокой своего друга. Кажется я ему понравился, но сразу скажу — чувства не взаимны. Поднос оказывается на коленях Курьера. Иса ураганом проносится по комнате, собирает игрушки и убегает на кухню. Осторожно выходит, вытирает ладонью бордовое от смущения лицо и глупо хихикая садится на диван. — Не обращай внимания, — в попытке оправдаться мямлит она. — Это не то о чём ты подумал. Нет, я нормальная. Просто… Это… Это СШК! — СШК? — Ну да… Да… Ты пришёл поговорить про Астартес! Я подготовилась. Сейчас я всё покажу и расскажу. Иса подпрыгивает, бежит к стене, где на обычные канцелярские кнопки прикрепляет плакат. Курьер наблюдая за ней отпивает чай и ожидает чего-то интересного. — Вот, — взяв указку указывает на плакат Иса… Курьер от увиденного выплёвывает чай, кашляет и едва не падает с дивана. Округлив глаза смотрит то на плакат, то на Ису и… — Что не так? — указывая на первый рисунок спрашивает она. — Ну, как тебе сказать. Или я в конец озабоченный, или ты плакаты перепутала. — Да нет, — удивлённо рассматривая свои художества пожимает она плечами. — Всё про астартес, как я и обещала. — Почему тогда на рисунке женская матка? — Это десантная капсула входящая в атмосферу. — А! — Ага, — хмурясь кивает Иса. — Когда космодесант совершает глубокое проникновение… — Акха… Извини. Ладно. Глубокое проникновение. Да, точно. Тактика такая. Тогда что вон там, чуть ниже. Я просто стесняюсь выдвигать свои предположения. Опять пошлости попрут. Похоже… Похоже на… — Нет, это не яйцеклетка окружённая сперматозоидов, — ещё гуще краснея мямлит Иса. — Не надо так говорить. — Так я и не говорил. Ты сама сказала. — Ой… Подожди… Хватит смущать меня! Я… Твои глаза. Они… И я… — Спокойно. Астартес. Помнишь. Тактика, информация. — А у меня татуировка есть! — расстёгивает балахон Иса. — На животе. Смотри какая прелесть! Несмотря на то, что татуировка на животе, Иса полностью распахивает балахон. Садится на пол, раздвигает ноги и сгибает их в коленях. Курьер залепляет ладонью по лицу. Иса кусает губу, быстро одевается… — Знаешь, магос Иса, это самая нелепая попытка соблазнения за всю мою жизнь. За все мои жизни. — Прости, я просто не знаю как это на самом деле происходит. В фильмах всегда так! — Ох, — закатывает глаза Курьер. — Ты серьёзно? Иса на это кивает, подходит к Курьеру и садится рядом. Осторожно берёт его за руку и глубоко вздыхает: — Знаешь, ты мне нравишься. Очень сильно нравишься. Я всё время хочу быть рядом с тобой. А когда рядом начинаю вести себя как дура. Но это… Саске, я… Я не хочу чтобы между нами были какие-то секреты, тайны и недомолвки. Поэтому… Меня прислали следить за тобой. — Вот так. Ничего себе. Ну, продолжай. — Меня… В общем меня внедрили к тау. Я собирала информацию работала, а тут появился ты. Руководство мгновенно отдало приказ сменить задание. И вот я здесь, чтобы… Но мои чувства к тебе… — Твоё задание? — допивая чай спрашивает Саске. — Выйти на контакт. Узнать намерения. Собрать информацию. Проверить имеющиеся данные. Если всё нормально, устроить встречу с куратором. Всё. Ничего плохого мы не хотели. То есть, они ничего не хотели. — Идеальный шпион, — улыбается Саске. — Мысли не читаются. Эмоции как контролируешь? Ну да, механическая часть мозга. Всё под контролем. — Нет, всё настоящее. Послушай меня. Выслушай. У меня нет и не будет секретов. Я не обманывала, просто сказать времени не было. Пожалуйста… — Хорошо. Давай. — Всё началось давно, больше ста лет назад. Тогда, молодая и глупая техножрица, полетела в свою первую экспедицию, исследовать руины. Найти что-то особенное, никто даже не мечтал. Однако, может быть нам повезло, а может быть это я притягиваю неприятности. В общем, я провалилась в вентиляционную шахту подземного комплекса. Грохнулась на пол, разбила лицо, сломала руки и ноги. Барахтаясь на полу, я не знаю как запустила комплекс. Меня… Последнее что помню, это лучи лазера, боль и мои кисти и ноги лежащие отдельно от меня. Потом темнота. В себя я пришла на Марсе, в лаборатории. Закованная в кандалы, обмотанная цепями и под прицелом сразу десяти скитариев. Меня… Дальше начался кошмар. Меня допрашивали, сканировали, собирались даже вскрыть. Всё это длилось два года. И всё это из-за происшествия в комплексе. Происшествии о котором я сама толком ничего не знала. Потом, когда удостоверились в том, что я безопасна и даже не изменилась, мне рассказали как всё было. В общем, я попала в автономный и полностью автоматизированный комплекс. Древний… Точно неизвестно, но по некоторым признакам понятно, что он был создан во времена Эры Тёмных Технологий. Я угодила в автономную перерабатывающую линию, и меня фактически распилило на части, я потеряла руки и ноги. Потом мне снесло половину головы. Но ИИ… Я не знаю почему, но он решил помочь. Роботы унесли меня в медицинский отсек и… Меня восстановили. Руки, ноги, мозг. Как раз в этот момент спустились наши и видели весь процесс. На мониторы выводилась информация, они стояли и смотрели, как нанороботы восстанавливают меня и улучшают. Потом, комплекс эвакуировали и спрятали. Меня перевезли на Марс. Курьер активирует шаринган, внимательно смотрит на Ису и действительно видит нанороботов. Не таких как в том мире. Да и Иса из них не полностью состоит. Но они есть, во всём организме. Они лечат и восстанавливают клетки. Участвуют в процессе обмена веществ. Омолаживают и защищают. — Охренеть… Как я сразу не заметил? — Я чудовище, — вздыхает Иса. — Не машина, но уже не живая. И это не исправить. Попытки уничтожить нанитов чуть не убили меня. Так же, мой организм отвергает новые импланты и восстанавливает утерянные. — А причём здесь я? Каким боком я отношусь ко всему этому. — Ты говоришь на том же языке, что и ИИ комплекса. Понимаешь, мы многократно пытались повторить такое. Подсовывали раненых, но ИИ комплекса их замораживал, ссылаясь на нехватку расходников. И категорически не шёл на контакт, требуя пароль, которого мы, понятно, не знаем. Ты знаешь этот язык, поэтому начальство и решило выйти на тебя и попросить о помощи. — Попросить? — Ну да. Не все на Марсе религиозные фанатики. То есть для Империума мы все такие. Чудики в красных балахонах, постоянно взывающие к духам машин и Омниссии. На самом деле всё гораздо сложнее. К тому же, архимагос-эксплоратор Рудольф Феликс, как и весь экипаж «Сердца Вечности», не считают древние технологии непреложными абсолютными истинами… скорее, фундаментом… да, фундаментом, опорой для шага вперёд. И мне повезло, что комплекс нашли они… В противном случае, разбираться бы не стали. Саске, ты… Скажи хоть что-нибудь. Посмотри на меня. Я… Я… Я! Люблю тебя… Курьер задумчиво смотрит куда угодно, но только не на Ису. Хмыкает, напряжённо думает. Вскакивает… Комнату озаряет синяя вспышка… — Душещипательная история, — появляется в гостиной человек в чёрном, он же Тзинч. — Курьер, важное дело. Вперёд! Щелчок пальцами и Курьер исчезает. Иса растерянно смотрит на Тзинча, нервно теребя руками балахон опускает голову и… — Извини, я не во время. Обстоятельства. А ты, молодец. Вняла моим словам… — Я бы и так всё рассказала. Нет, это не по заданию. Просто… Мы же ничего плохого не хотели. Просто попросить о помощи. Скажи, Великий Манипулятор, что будет дальше? — Хм-м-м… Сложный вопрос. Понимаешь, твой Курьер, вернее наш, настолько непредсказуем, насколько это вообще возможно. Я был во многих мирах, как оригинальных так и параллельных. Во многих измерениях, Вселенных, в местах не поддающихся никакой логике. Я могу просчитать любого, могу выбрать правильные вероятности. Глядя на человека, я могу узнать что он и его отражения из других Вселенных будут делать. Но в случае с Курьером, это не работает. Он вне моих познаний. Сегодня он сидит ровно и строит планы, завтра на него нападает хандра и он изводит себя. Понимание ограниченности своих сил и трезвый взгляд на события, мгновенно меняется на гордыню. Курьер говорит — нет! Но уже через секунду кардинально меняет решение. В Мультивселенной… — Извини, но у меня сейчас голова взорвётся. О чём ты? — Кхем… — кашляет в кулак Тзинч. — Что-то я разошёлся. Короче, без паники. Просто подожди. Скоро он вернётся. Тогда всё и узнаешь. Мне пора. — Да что же вы все такие… Опозорилась с целой коробкой игрушек. Повела себя себя как дура. Теперь буду изводиться пока не вернётся. Решено! Буду сидеть здесь и с места не сдвинусь. (Владения Архитектора Судеб. Граница Лабиринта. Курьер.) Оставшись в одиночестве, Курьер садится на пол и начинает думать. По его мнению, ситуация более чем странная. Шпионы механикус и их тёмные во всех смыслах делишки. Игрок с командировкой в другой мир. Нанороботы! — Всё это не просто так, — затягиваясь выдыхает Курьер. — Не просто. Нанороботы… Допустим, Игрок хотел показать, что наниты… Ничего не понимаю. Там я мог просчитать их мысли. Пусть плохо, но раздумья Серого я слышал. Тактильный контакт! Точно. Выводы делать рано. Вернусь проверю, а уже потом. Не нравится мне… Не нравятся Курьеру многие обстоятельства. Скорее даже не не нравятся, а настораживают. И дело тут не только в Исе, а вообще в техножречестве. От красно балахонистых Курьер ожидал всякого, но вот такого внимания, доброжелательности и любопытства точно нет. — Разговорчивые киборги, — затягиваясь выдыхает Курьер. — Разговорчивые, внимательные, дружелюбные. Один помощь предлагает, вторая в любви признаётся. Что-то с ними не так. Хотя… Мир же не канонный. Несмотря на недоверие, Курьера и самого разбирает любопытство. И о том что Кайл по фамилии Маршал получил предупреждение Курьер нисколько не жалеет. Наоборот, Кайл настолько заинтересовал его, что он будет помогать магосу и его команде. Однако… — Кайл и Иса, скорее всего связаны и работают сообща, — с умным видом выдаёт Курьер. — И тут мне надо… Надо всё выяснить. А… Свет гаснет, Курьер оказывается в полной темноте. Через секунду в этой темноте вспыхивают звёзды. Как будто небольшая трёхмерная карта звёздного неба. — Или большая, — вздыхает Курьер. — Эй, начальник, что за дела? — Представь, Саске, ты нечто большое, разделённое на миллионы частей, но при этом по меркам космоса компактное. Представил? — Ну-у-у… Вроде как. — А теперь смотри, внимательно смотри. Что именно тебя здесь привлекает? — Да ничего. Звёзды одинаковые. Может, некоторые чуть ярче. — А теперь? — усмехается Тзинч. Рядом с одной звездой вспыхивает голубоватое свечение. Увеличивается, превращается в протуберанец и уносится в пространство. Через мгновение вспышка повторяется. Курьер подходит ближе. Округлив глаза смотрит на выбросы энергии и… — Твою мать. — Ага, — усмехается Тзинч. — Победа. Вила. Пиздос! Под смех Тзинча Курьер исчезает. Карта гаснет, свет вспыхивает. Тзинч подходит к трону, садится и погружается в размышления. — Господин, — вежливо кивнув обращается к нему Игни. — Зачем все эти игры? Саске, он же честно работает и делает всё что может. — Заступаешься? — Нет! Он дурак! Внимания на меня совсем не обращает. Можно я пойду с ним? — Нет. Для тебя будет особое задание, — протягивая ей планшет и отправляя пакет информации улыбается Тзинч. — Только осторожнее, они опасны. Нет, не злые, но могут просто не так понять. Иди. Хорошо всё сделаешь, я попробую ускорить ваши так и не начинающиеся отношения. Чему чему, а сводничеству я научился. Игнитрикс исчезает, Тзинч разваливается на троне. Быстро изменяет его превращая в офисное кресло. Создаёт перед собой стол, на нём монитор и вазочку с конфетами. — Ну… Сейчас начнутся изменения, — глядя в монитор выдыхает Архитектор Судеб и задумчиво добавляет. — Или не начнутся. Чёрт его знает. (Форпост Победа. Вила.) День для эфирной, выдался неоднозначным. Прекрасное утро, наполненное странной радостью. Необычные изменения в организме и как ей показалось в восприятии. Отсутствие боли, что учитывая забавы было удивительным. А потом, разнос от Совета, за неподобающее поведение. Потому как вся Империя, то есть взрослое население Империи Тау, в полной мере почувствовали их с Курьером. И вот именно за это, Совет Эфирных, членом которого по прежнему является Вила, и песочил её целых два часа. Потом, вместо взыскания, Вилу похвалили. Сказали, что её аморальный во всех смыслах поступок, усилил расу тау. Энергии стало больше, она теперь чище, тау растут и меняются в лучшую сторону. Знания переданные Курьером усваиваются, от чего инженеры и учёные ушли с головой в работу и обещают какой-то там прорыв. После всего этого Вилу попросили больше так не делать, пожелали удачи и отключили связь. Но, саму Вилу это нисколько не расстраивало. Это всё, было где-то далеко. В данный момент её интересовали изменения. Мир для неё стал ярче. Тело налилось силой и обрело ловкость. Очаг чакры, ещё недавно слабенький, теперь выдавал фантастическое количество энергии которая расходясь по укрепившимся чакроканалам эту силу и придавала. Вила была уверенна — ещё немного и она сможет практически всё. Полёты, телепортация, техники и лазеры из глаз. Невидимость, хождение по воде… Но всё же чего-то не хватало. И как понимала Вила, этим чем-то было время. — Даже обидно, что мы с ним не предназначены, — лёжа на кровати мурлычет эфирная. — Хотя… Сей фактор, легко можно нивелировать вот такими встречами. А они будут. Ихи-хи-хи, обязательно будут. Вила глубоко вздыхает, урча потягивается, как вдруг вскакивает и напрягается. Крутит головой и… — Эфирная! — слышится с улицы истеричный крик солдата. — Эфирная! Тираниды! — Ёп твою мать! Саске! — Я здесь, — появляется рядом Курьер. — Не кричи так. Пойдём. Кажется, предстоят серьёзные разборки. Солнце, тебе не кажется, что Победа притягивает неприятности? Орки, теперь тираниды. Что дальше? Что там дальше Вила не слушает. Курьер назвал её Солнцем, и она прекрасно понимает какой смысл он вложил в это слово. От этого, эфирная становится темно-синей. Смущённо улыбаясь берёт Саске за руку, целует в щёку и ведёт к выходу: — Пойдём, милый, надерём пару миллионов хитиновых задниц. — Мне нравится твой настрой. Пошли.