Большое путешествие: Ветер перемен

(Мир тёмных душ. Кхорн.) — О! Сундук! — восклицает Кхорн, подходит и хватает его руками. С треском широко открывает почему-то неподдающуюся крышку, запускает руку внутрь… — Огромный язык, кишки, сердце, лёгкие, желудок, — выбрасывая из сундука органы ворчит Кровавый Бог. — Ничего интересного. Какой дебил набил сундук мясом? Оно же испортится. Или… Ай, чёрт, в этом безумном мире ничего не понятно. Подняв сундук, Кхорн бросает его в стену и, глядя на сползающее вниз утыканное щепками кровавое пятно, садится на пол. Снимает шлем, сдёргивает с пояса небольшую сумку и высыпает на ладонь осколки. — Так, — перебирая их бормочет Кхорн. — Вроде бы собрал. Думаю, этого хватит. Надо разделить. Два Тзинчу, хватит ему. Два дедушке, больше будет слишком жирно, он у нас и так сама доброта. Слаанеш… Ну Соня как бы уже приняла и вполне может обойтись. Однако ей тоже два. Курьер… Этому придурку надо обязательно. А то убьётся и мне схлестнуться не с кем будет. А мне за первую встречу надо его отделать так, чтоб родная Соня не узнала. Итого… Восемь осколков им остальное то есть одиннадцать мне. По-моему честно. Ну а как? Я же всю работу делаю. Надо Оле осколок подарить, больно уж у неё тортики вкусные. Да… От воспоминания о тортиках, желудок Кхорна заурчал и начал сокращаться. Кровавый бог тяжело вздыхает, раскладывает осколки по сумкам, оставляет один в руке и раздавливает. — Как это работает, — дёрнув плечами ворчит Кхорн. — Что должно случиться? Я стану таким же как Соня? Или таким же полудурком как Курьер? Пока изменений нет. Изменений по мнению Кхорна действительно не было. Он всё так же хотел убивать, что с радостью и делал. Однако… Кровавого бога терзал голод. Подпитаться кровью он в местных условиях не мог. Потому как у местных её банально не было. Тощие иссохшие существа, такой жидкости не содержали и как понял Кхорн, являлись давно сдохшими. Другие же после смерти, окончательной, поступали как Судия Гундир и просто исчезали. Ну а в других существах, была или чёрная слизь, или то что кровью назвать было невозможно. Зато все они давали души, которые питали энергией, придавали сил, но не насыщали. Да и вообще всё здесь было неправильным и безумным. Крестьяне с кольями и вилами, лучники, самые разнообразные рыцари, чудовища, зомби собаки, какие-то мелкие уродцы. Всё это без страха нападало на Кхорна, в основном вызывая у Кровавого Бога приступы смеха. Ведь когда зомби крестьянин, тычет заострённой палкой в броню Астартес, не засмеяться просто невозможно. Лучники, стрелы которых даже краску на наплечнике поцарапать не могли, тоже весёлые ребята и явно безмозглые. Правда с одним пришлось повозиться. Стрелял он очень метко, а при приближении к нему схватился за кол… — Дострелялся, — усмехается Кхорн. — Теперь насаженный на свой же кол медленно подыхает. Или уже сдох. Ха! Пора выбираться отсюда. Человечность я собрал… А как? Попытки вызвать Тзинча или Игрока, успехом не увенчались. Кхорну банально никто не ответил. Вернуться самому тоже не вышло. От этого Кхорн приходит к единственному по его мнению правильному выводу. Человечности мало и обратно он вернётся только тогда, когда соберёт нужное количество. Встав и напялив шлем на голову, Кхорн топает к костру, дабы переместиться в Храм Огня, посмотреть на девушку и… — Что за наваждение? — сорвав шлем рычит Кровавый Бог. — Бред какой-то! Тьфу! Тут же Кхорн замолкает, присаживается на корточки и разглядывает металлический щит на который плюнул. Языком проводит по нёбу, кусает нижнюю губу и замечает кое-что странное. А именно… Нет железы Бетчера. Совсем нет. А должна быть. Кхорн в теле Астартес и точно знает что вместе с телом должны быть и все импланты. И они есть! А вот ядовитой железы почему-то нет. — А почему? А потому что меня Игрок отправил. Он странный, такой же странный как и Курьер. Эти два психа стоят друг друга. Но если верить Тзинчу, то можно понять что Игрок просто так ничего не делает. Но чем ему помешала железа Бетчера? Или по его мнению она мне не нужна? Ай, свяжешься с психами, сам таким станешь. Тем более, с приходом Курьера число безумцев растёт. Надо держаться. Не хочу свихнуться как Соня. Ругаясь и матерясь, угрожая всех убить и порвать на части, Кхорн возвращается к костру. Протягивает руку, концентрируется на Храме Огня и переносится туда. При виде стоящей Хранительницы тут же замолкает и садится на пол. Долго смотрит на улыбающуюся девушку и наконец изрекает: — Смертная, а ну-ка расскажи мне что здесь у вас происходит. Быстро и по существу. А то убью. — Это долгая история… — Уложишься в пять минут, будешь жить. Потратишь моё время — сдохнешь. Рассказывай. Вздохнув, Хранительница Огня начинает. Не открывая рта и грустно улыбаясь она вещает о Первородном Пламени, драконах, великих, душах и циклах. С её слов, Огонь снова гаснет, от чего мир умирает, гниёт и сходит с ума. Но придёт избранный негорящий, разожгёт пламя и спасёт мир. Понимая что от её голоса засыпает, Кхорн вскакивает, пытается сказать что всё это бред. Однако, молча разворачивается и уходит. Сам не понимая почему на ходу улыбается и на выходе как и в прошлый раз оглядывается. — Странно всё это, — на удивление спокойно говорит Кхорн. — О чём я? Мне надо собирать Человечность. А я… Понимая что не может оторвать взгляд от лица Хранительницы Кхорн мотает головой и идёт вперёд. Выходит из храма, останавливается на краю обрыва и задумчиво смотрит вниз. — Что со мной не так? — созерцая некогда внушительный, но теперь пришедший в упадок город спрашивает Кхорн. — Почему? Всё это… Зачем? Отвечать Кровавому богу никто не собирался, лишь только редкие порывы ветра и странное шебуршание которое приближалось. Неожиданно на край обрыва выбираются тощие бледные крылатые существа. Смотрят безглазыми мордами на Кхорна и указывают руками вдаль. Протягивают к нему руки… — Ну, учитывая что здесь проявления разума весьма редки… Убивать не буду. Сразу. Вы что хотели, уроды? Существа, если так можно сказать переглядываются, жестами объясняют Кхорну что они просто перенесут его куда-то туда и в ожидании замирают. Кхорн кивает, твари тут же хватают его за руки и кряхтя от напряжения взлетают вверх. Шипя и бормоча что-то нелицеприятное, с огромным трудом они долетают до башни и падают. Тяжело дыша встают и махнув на Кхорна рукой уходят. Кровавый бог хмыкает, подходит к костру, прикосновением разжигает его и смотрит вниз. — К чему всё это? Кровь, черепа, поиск достойного противника. Что мне это даёт? Ну соберу я много-много черепов, и что? Зачем? В чём смысл моего существования? Смерть и Хаос? Постоянные и бессмысленные битвы? Для чего, я? Что я делаю? Усиливаю желание людей и других разумных существ убивать? И-и-и-и… Открыв сумку Кхорн аккуратно достаёт ещё один осколок Человечности, внимательно смотрит на него и раздавливает в ладони. — Никаких изменений, — вздыхает он. — Никаких… Или нас обманули и Человечность нихрена не работает, или… Меня просто убрали! Да! Лишили сил, забросили в другой мир. И сейчас придурок Курьер занял моё место. Превратил мой мир в непонятно что. Тзинч не мог не знать об этом. Ах вы сволочи! Я вернусь… Вернусь и все вы пожалеете. Зарычав Кхорн снимает со спины топор. Бьёт себя в грудь и быстро сбегает вниз по лестнице. Ярость захлёстывает его. Желание убивать затмевает разум. И вместе с этим появляется неведомое до этого чувство от которого оба сердца сжимаются и неприятно ноют. Обида… На Тзинча и Игрока за то что обманули его, на Курьера за то что он пришёл и всё испортил. На Слаанеш которая изменилась и бесит Кхорна своим счастьем. — Уничтожу! — на бегу ревёт Кхорн. Замечает первых противников и с диким рёвом взбесившегося тиранозавр крушит их. Кхорн не задерживаясь идёт вперёд и уничтожает всё что шевелится. Строения разносит, всю населяющую здешние места мерзость рвёт на части. Крестьяне с вилами, собаки, прочие отбросы, буквально ничего не успевают сделать. Кхорн ураганом несётся вперёд оставляя за собой только разрушения и разгорающиеся пожары. Неведомое до этого чувство обиды, заставляет его убивать. Убивать даже тех кто не проявляет агрессии и пытается поговорить. Так неизвестное и мало похожее на человека существо встреченное на мосту и представившееся Пиромантом, с этого моста и улетает. Дальше идут какие-то извилистые тропы, прочая непонятная хрень. Плюс к этому с башни начинают лететь огромные стрелы, что окончательно выводит Кхорна из себя. Глаза заволакивает красная пелена, убийства и разрушения выходят на новый уровень. В себя Кхорн приходит внутри башни у квадратной дыры в полу. Смотрит на движущиеся канаты, слушает гул механизмов, поднимает голову вверх и понимая что находится у древнего, но исправно работающего подъёмника вздохнув поднимает топор. Ждёт очередного боя, однако… Механизм поднимается и щёлкнув останавливается. С платформы сходит нечто настолько абсурдное, что Кхорн не знает что делать. Существо, оказавшееся рыцарем в идиотской форме доспехах, гремя этими самыми доспехами, без страха или опасения подходит ближе и замирает. — Хм… Хм-м-м… Хм! — Ты родственник Курьера? — А? — гудит едва достающий Кхорну до живота рыцарь. — Ох извини, задумался. Я Сигвард из Катарины. Иду по делу и вот не смог разобраться с подъёмником. Проклятая штуковина едет только вниз, а мне нужно наверх. Спасибо за помощь. — Спасибо? — Хо-хо-хо… — смеётся рыцарь садится на пол и достаёт из сумки на поясе маленький бочёнок. Подносит к шлему, как вдруг поднимает голову и протягивает бочонок Кхорну. — Это что? — Сигбрау, — пожимает плечами Сигвард. — Моё изобретение, от него весело даже нежити. Попробуй. — Я не нежить! Да ты знаешь кто я? — Нет, — спокойно отвечает Сигвард. — Ты не представился. Но ты точно не местный. Такие доспехи я бы запомнил. Красные, черепами украшенные, шлем рогатый. Топор опять же. Я даже принял тебя за какого-нибудь голема, но ты разговариваешь. Слушай, а ты не видел кто там с башни стреляет? Представляешь, иду я себе иду, и тут бабах! Целое бревно прямо с неба. Наверняка гигант. Ну ничего, когда поднимусь, я ему задам. Так кто ты? — Кхорн. — Хо-хо-хо! — Смеешь смеяться надо мной? Да я… — Пойду я. Дела у меня. Рыцарский долг зовёт. Удачи тебе, Кхорн. Рыцарь из откуда-то там. Смеясь и качая головой, Сигвард уходит. Кхорн же выпав в осадок пытается понять что это был за псих. Провожая его взглядом, шагает назад, останавливается у платформы подъёмника… — Сигвард, — ворчит Кхорн. — Забавный. Ладно, разберёмся с тем кто там наверху. Наступив в центр платформы, Кхорн тут же отскакивает назад. Подъёмник опускается, сверху опускается ещё одна платформа. Кхорн заходит на неё, встаёт на кнопку и… Канаты жалобно трещат, платформа скрипнув медленно идёт вверх. Останавливается, Кхорн сходит с неё и идёт искать лучника. Которым оказывается настоящий гигант. Стоя на краю башни, он держит огромных размеров лук и смотрит на Кхорна. Зарычав, Кровавый Бог подскакивает к нему, хватает за ногу и скидывает вниз. Смеясь смотрит как гигант с грохотом падает. Берёт стрелу и прыгает за ним. Падает на гиганта и вонзает стрелу прямо ему в рожу. — Урод. Так, а куда дальше? Осмотревшись Кхорн замечает мечущуюся по руинам поселения полыхающую огнём хреновину, и стоящего и наблюдающего за ней Сигварда. Непонятно почему, Кхорн идёт к забавному рыцарю и встаёт рядом. — Хо-хо-хо, лихо ты этого гиганта, — выдаёт Сигвард. — Я бы не додумался скинуть его вниз. Но и я тоже не промах. Смотри как я сейчас вон того демона разделаю. Вот прям сейчас, только соберусь и разделаю. Дай мне собраться. Я его. Ух я его. Сопоставив размеры Сигварда и демона, Кхорн поудобнее перехватывает топор и дабы рыцарь не убился, идёт разбираться сам. Конечно, по представлению Кхорна, шляющийся по руинам демон ни в какое сравнение с его кровопускателями или кровожадами не идёт. Слишком тяжёлый, неповоротливый, слабый, но и Сигвард не демон-принц. Причины такого сочувствия к хрен пойми кому, Кхорн объяснить не может. Поэтому просто списывает всё на внешний вид Сигварда. Этот несуразный, банально поднимает Кровавому Богу настроение. Что большая редкость. Демон замечает Кхорна, взмахивает алебардой и на трёх лапах мчится вперёд. Кхорн бросает топор и наносит сокрушительный удар правой, тут же добавляет левой и в конце отшвыривает демона могучим пинком. Подходит ближе, хватает за рог, замахивается… Как вдруг демон выдыхает, превращается в светящееся облачко и улетает. Но не к предвкушающему много душ Кхорну, а к стоящему и держащему меч Сигварду. — Ты видел как я его? — убирая меч выдаёт рыцарь. — Раз и всё. Это потому что я собрался. Не благодари, я скромен. Хо-хо-хо… — Ты не скромен! Ты охренел. Подкрался сзади, ткнул мечом в хвост. Украл души. А теперь… — Сигбрау? — присаживаясь протягивает бочёнок рыцарь. От такой наглости Кхорн подняв руки рычит, собирается размазать рыцаря, но почему-то не может. Вместо этого подходит, снимает шлем, садится рядом и принимает бочонок. Делает глоток, морщась отдаёт обратно и смотрит на полыхающие руины. — Скажи, Сигвард, в чём смысл жизни? — Не знаю, он у каждого свой. Кто-то находит его сразу, другие ищут всю жизнь. Тут… Наверное, мы сами создаём его. Да, наверное. — А у тебя он есть? — Хм-м-м… М-м-м… Да. Хочу на прощание повидаться с другом. — А потом? — Потом? Потом всё. Да, точно, всё. Ничего больше не будет. Зато… Эх, зато я умру рядом с другом. Да… — Оно того стоит? — Безусловно… Ты знаешь, устал я что-то. Бой выдался тяжёлым. Да и весь день безумным. Я посплю, ага. — Сигвард. Эй! — Хр-р-р-р… — Идиот! Как здесь можно спать? Тут всякая хрень бродит, а ты… Да и пошёл ты! Придурок. Сожрут тебя, да ну и пусть. Сигвард громко храпя сидел и не двигался. От чего Кхорна снова накрыло яростью. Ему как никогда хотелось убивать. Схватив топор и громко матерясь Кхорн разворачивается и дабы не зашибить недоумка уходит. Уходит не далеко, разворачивается и кричит: — Если тебя убьют, я не виноват. А если помощь понадобится, я тебя не услышу. Ты понял меня? Да пошёл ты! Шарики пойду собирать. Зачем я это… Это… Чтоб ты сдох, Сигвард. Спасибо тебе. За что именно спасибо Кхорн и сам не знает, но уверен в том, что в словах похожего на луковицу болвана есть правда. Теперь уже усмехаясь, Кхорн проходит по руинам, собирает всякую ненужную хрень и тут же выбрасывает. Человечности нет, а щиты, мечи, дубины, доспехи, кольца и прочие осколки титанита его не интересуют от слова совсем. Побродив ещё, Кхорн вспоминает про подъёмник и топает в башню. Однако немного не дойдя поворачивает налево, резко меняет направление и идёт к сидящему на камне рыцарю. В тёмных доспехах, шлеме выполненном в виде головы не то зверя не то дракона. Рыцарь сидит, держит на плече молот и признаков жизни не подаёт. — Сдох, что ли? — подойдя ближе спрашивает Кхорн, от чего рыцарь вскакивает замахивается… — А вот этого не надо, — перехватив молот рычит Кхорн. Рыцарь пытается выдернуть молот из железной хватки Кхорна, понимая что это бесполезно отпрыгивает, поднимает щит… — Глупая затея, — рассматривая молот и не найдя в нём ничего интересного говорит Кхорн. — Обречённая на провал. Просто сядь и не отсвечивай. Я здесь по делу и если не будешь дёргаться не трону. Что вон там, дальше, по тропе? — Тебе туда нельзя, — встаёт на пути рыцарь. — Я Эйгон, и чтобы пройти туда, тебе придётся убить меня. Рывок вперёд, удар рукой в голову и рыцарь, разбрызгивая кровь из смятого шлема, падает. — Я предупреждал, — качает головой Кхорн. Идёт по тропе, находит вход в подземелье, вырывает и откидывает массивную металлическую решётку, снимает шлем, чтобы рога за низкие арки не цеплялись, и прислушиваясь идёт дальше. Улавливая усиленным слухом не то плач, не то молитвы, сворачивает и вырвав ещё одну решётку попадает в камеру. На полу закрыв глаза сидит девушка. Больше ничего интересного нет. Кхорн собирается уже уйти, как вдруг… — Кто здесь? Я вас слышу. Вы… От вас пахнет кровью. Не подходите. У меня есть телохранитель. Он придёт… — Эйгон? — Да. Он здесь, рядом. Запер меня тут, а сам пошёл на разведку. Он скоро вернётся. Мы никому не вредим, брать у нас нечего, уходите. — Эйгон не придёт, — говорит Кхорн на что девушка всхлипывает и начинает шарить руками по полу. — Он сильный, он не мог погибнуть. Да, он не особо меня любит. Но мне без него никак. — Он погиб. А ты… Тебе лучше уйти туда где потише. — Я не могу одна, — шаря руками по полу. — Где вы? Ваш голос… Вы… Девушка подползает к Кхорну, касается его ног, встаёт и изучает руками броню. — Что ты делаешь? — Хочу увидеть вас. Вы большой и высокий. Вы рыцарь. Подождите. — Ты что, слепая? — Да, — подняв голову всхлипывает девушка. — Вы могли бы сходить и проверить. Мне без Эйгона не выжить. Сама я не смогу… Да, он меня ненавидит и давно уже устал. Но… Посмотрите, пожалуйста, может быть вы ошиблись и там умер кто-то другой. Пожалуйста. Глядя на девушку, в голову Кхорна пришла только одна мысль. Добить чтобы не мучилась. Кровавый бог, как никто другой понимал, что одной ей не выжить. Первая же встреча с любым из местных обитателей обернётся для неё смертью. Кхорн поднимает топор, подносит его к шее так и ощупывающей его броню девушке… — Можете наклониться, — улыбается она. — Я хочу увидеть ваше лицо. Непонятно почему, Кхорн встаёт на одно колено. Девушка тянет руки, прикасается к щеке. Пальцами проводит по губам, носу и глазам. Гладит волосы и вдруг хихикает. — Что? — Вы очень красивый. Большой и мужественный. Настоящий воин. Ваша семья гордится вами. — Какая к Нурглу семья?! — заставляя девушку отпрыгнуть ревёт Кхорн. — Заткнись и слушай, смертная! Я Бог! И за то что посмела прикоснуться ко мне, я отрублю тебе руки! Ты… Девушка сжимается в комочек и закрывает лицо руками. Всхлипывая просит простить её и обещает больше так никогда не делать. Кхорн снова замахивается, как вдруг сшибая наплечниками углы убегает из камеры. Выбежав на улицу останавливается и пытаясь отдышаться хватается за голову. — Да ну и хрен с ней! — закинув топор на плечо кивает Кровавый Бог и выпрямляется. — Сдохнет и сдохнет. Мне какая разница? Я Кхорн! Кровавый Бог, а не сопливый человечишка. Кровь Кровавому Богу! Черепа Трону из черепов. Я! Я… Я пошёл. Быстро шагая вперёд, Корн вспоминая самые кровавые битвы и для пущего эффекта рожу Ангрона уходит.