Большое путешествие: Ветер перемен

(Дом Курьера. Ола.) В гостиной непривычная тишина, нарушаемая только звоном соединяющей соски Аль’гаты цепочки. Все молча сидят и смотрят на растерянную Аврору, на которую взяли и вывалили всю имеющуюся информацию, да ещё и память Курьера показали. От всего этого Аврора выкатив глаза сидит за столом и полыхая целой палитрой эмоций смотрит в пустоту. И ладно бы, такая реакция более чем нормальна, Ола по себе знает. Молчать всех заставляют скрытые участки её памяти. Огромные блоки информации, просто скрыты и скрыты так хорошо, что даже Курьер и Соня открыть их безболезненно для Авроры не смогли. Более грубое вмешательство в разум фелинидки, они посчитали неприемлемым. Потому как она предназначена и причинить ей боль никто не хочет. Курьер решает обойтись другими методами и сразу же переключается на Козюлю, которую Аврора узнала, но вспомнить не смогла. Но и там Небесного ждал облом. Потому что большая часть памяти Тха’фис, была также скрыта. Также и по той же самой технологии. От чего посыпались предположения, самые разнообразные. От той что Аврора и Козюля засланные шпионы, но эта версия просуществовала несколько секунд, потому как Козюлю с помощью крови Курьера создал сам Тзинч и он не стал бы вредить Саске. И до того, что Козюля и Аврора, банально помнят прошлые жизни, но кто-то или они сами, закрыл им воспоминания. Курьер же настаивал на том, что это всё дело рук Великого Манипулятора, потому что слишком много факторов на это указывают. Вся эта египетская сила, Тот он же Тзинч, интерес Тха’фис к теме древнего Египта… Сравнение Саске с Сетом. Причём тут последнее никто понять так и не смог. Курьер же с вопросами не спешил. Пока Аврора думала, в гостиной шло бурное телепатическое обсуждение. Слаанеш, Курьер, Присцилла, Игни, Ужасы и сама Ола, судорожно пытались понять что за дела проворачивает Архитектор судеб. — Козюль, — выдыхает уставший от безумных теорий Саске. — Почему ты сравнила меня с Сетом? — Ну, — забираясь брату на плечо и обвивая хвостами его шею улыбается импа. — Он борется со злом. Каждую ночь он защищает лодку Ра от Апопа. Ты так же… А ещё у вас глаза красным светятся. — Ну нет, — закуривая отмахивается Курьер. — Это нифига не аргумент. Никакую лодку я не защищаю, со змеями не сражаюсь. Да и если вспомнить Сета, то был он конченым. Во-первых: урод каких свет не видывал. Во-вторых: Сет поступал как обмудок. Видел я как он сам себя усовершенствовал. Сердце Осириса, глаз Гора, мозг Тота. В-третьих… — Ничего этого не было, — подняв голову говорит Аврора. — Да, там произошло много всякой ерунды и страшных событий, но Сет… Он не урод. Жестокий, самовлюблённый, но того о чём ты говоришь не было. Это всё вымысел… Ой, а почему вы так на меня смотрите? Понимая что взгляды всех собравшихся скрестились на ней, Аврора нервно хихикает. Прижав ушки лижет лапку. Ойкает и прячет руки за спину. — Ясно, что ничего не ясно, — заключает Курьер. — Только не говори, что ты тоже темой Египта интересуешься. — Темой чего? — тут же собирается Аврора. — Египет… Это мир такой? — Ладно… — отмахивается Курьер. — С этим позже. Сейчас же… Что скажешь? — Я согласна, — опустив голову хихикает Мири. — Ой! Так ты не меня спрашиваешь. А я то думала. Их-хи-хи… Извините. — Аврора? — с опаской глядя на Мири спрашивает Курьер. — Я тебя не тороплю. Но… — Мне подумать надо, — улыбается фелинидка. — Всё очень привлекательно, красиво, романтично. Да и ты мне нравишься. Ты добрый, красивый, вежливый. Но ты пойми… Жить в такой большой семье… Мне нужно время. Спасибо за тёплый приём и объяснение ситуации. Но… Я наверное, пойду. Доброй всем ночи. Аврора встаёт, бодро шагает к выходу, но видя что её никто не останавливает замедляется и дойдя до двери останавливается и оглядывается. Машет всем рукой и выскакивает наружу. — Она стоит за дверью, — вздыхает Слаанеш. — Ага, — подтверждает Игни. — Прижалась спиной к стене и думает о том какое место займёт в семье. — А ещё сравнивает свои формы с нашими и ликует от того что у неё грудь больше чем у Олы, — в один голос говорят Ужасы. — Три, — закрыв глаза считает Присцилла. — Два, один, и… — Я тут подумала, — врывается в дом Аврора. — Ну в общем… Можно я останусь? Если нет, то я уйду. А если… Улыбаясь Ола создаёт на столе огромное блюдо мороженого и жестом приглашает фелинидку присоединиться. Просит Аль'гату подготовить для кошки комнату и улыбаясь смотрит на Курьера. Переводит взгляд на Ису и кивает. — Да, ты права. Тянуть смысла нет. Иса, иди ко мне. — Ура! — подпрыгивает на месте механистка, сдёргивает с себя балахон и идёт к Курьеру. — Эм… Пирсинг в сосках? Симпатичные колечки. Но… — Это аугметика, — краснеет Иса. — Ну давай же. Курьер встаёт, обнимает Ису и… Они начинают светиться энергией. Взлетают над полом и кружась медленно плывут по комнате. Девушки, все кроме Мири и Тха’фис радостно визжат и хлопают. — Это что? — выкатив глаза спрашивает Аврора. — Принятие Исы в семью, — улыбается Ола. — Ты же знаешь? Тебе ведь показывали. — А-а-а-а-а… — тянет кошка, не отводя взгляда от парящей парочки берёт ложку, как вдруг прижав уши урчит и уронив стул прыгает на них с рыком. — Я принесу тебе сердца врагов твоих! Валит на пол, вцепляется в Курьера. Обхватывает его руками, ногами, и страстно целует. От чего сама начинает светиться. Теперь по гостиной летают трое. — Когда-нибудь, мы поймём как это работает, — жмурясь от лучей любви, тепла и нежности вздыхает Ола. — А разве нам это надо? — подсаживается к ней Соня. — Оно просто есть и будет. Зачем нам разбираться? Эх, как всё изменилось. Олочка, напомни, пожалуйста, об одном деле. Завтра как проснёмся, мне срочно надо будет заскочить во дворец, встретить Тзинча, а потом сходить к дедушке и… В общем напомни об этом. — Хорошо, — улыбается Ола и тут же замечает как Курьер от упоминания о богах нехорошо улыбается и приглушив связь усиленно думает. Видимо, приходит к какому-то выводу, кивает и ехидно скалясь обнимает девушек. Ола же понимает что дело дрянь, но не понимает почему так. Почему Саске вдруг разозлился на всех богов. Он ведь сам оставил их дома и строго настрого запретил приходить. Да и помощь от богов. С чего вдруг попав в сложную ситуацию Саске сдался и начал просить помощи у Игрока? — Странно всё это, — бормочет Ола. — Странно, непонятно… С этим надо разобраться. С Курьером разговаривать бесполезно, а вот Архитектор Судеб, должен ответить. А ещё надо уберечь Курьера от действий, не нравится мне его улыбка. Мысленно, Ола взывает к Тзинчу, но получив в ответ что-то непонятное, решает что Великий Манипулятор занят чем-то серьёзным и решает отложить. (Ночь. Дом Курьера. Курьер.) Саске осторожно выбирается из-под спящей на нём Присциллы, аккуратно убирает с себя ножки Олы, тормошит Игни и дабы не шуметь взяв её на руки летит к выходу. Крепко обняв Леди Перемен вместе с ней проходит сквозь стену, слетает вниз и… — Нам надо поговорить, — улыбается сидящая за столом Мири. — Если можно наедине. — У меня от жены секретов нет. Если есть что сказать, говори. Так о чём? — О нас, — принимая демонический облик улыбается Саббатиэль. Взмахивая крыльями грациозно подходит к Курьеру и виновато посмотрев на Игни прикладывает ладони к его груди. Закатывает глаза, кусая губы судорожно вздыхает и выглядит слишком довольной. Такой, как будто она уже всё знает и во всём уверенна. — Оу… Кажется я понимаю о чём ты. — Прекрасно! — восклицает Мири, но тут же переходит на шёпот. — Тогда мне не нужно объяснять, как сильно ты сводишь меня с ума. Я… С тех пор как я стала демонической принцессой, ты не даёшь мне покоя. Я хочу… — Я занят. Вернусь поговорим. И это… Ты нас не видела. Понимаешь? — А что мне за это будет? — уперев руки в бока, спрашивает Мири. — Жизнь, — ворчит Игнитрикс. Курьер же отшагивает назад, хватает цепочку соединяющую соски Мири и тянет на себя. Мириэль охает, поглаживая себя по груди специально подаётся назад и закрыв от наслаждения глаза вытягивает губы. Курьер притягивает её к себе, поправляет упавшую на лицо девушки прядь волос, гладит её по голове и дёргает за цепочку. Прижав демоницу целует её в шею, рукой гладит по животу, разворачивает и прижимает спиной к себе. — За то, что ты нас не видела, — вывалив язык и проводя кончиком по груди девушки говорит Саске. — Будет тебе награда… — Кое-что очень приятно, — чувствуя всеобщее возбуждение, приближается к ней Игни и когтем проводит по шее Мири. — Очень приятное, — кивает Курьер. С этими словами Курьер цепляет языком колечко торчащее из соска и начинает тянуть его. Тут же разворачивает поплывшую и близкую к обмороку Мири и притянув к себе грубо рычит: — Но это в том случае, если ты нас не видела. Пока же, аванс. Захочешь большего, будешь держать язык за зубами. Курье прижимает ладонь к животу Мири, второй хватается за рог и накачивает девушку энергией. Щедро вливает в неё свои силы, показывает похабные картиночки. Через пару секунд Саббатиэль сдаётся, валится на пол и дёргаясь пытается сдержать крик. Затихает, широко зевает и довольно улыбаясь потягивается. Курьер же открывает портал и взяв Игни за руку прыгает в варп. Зависает и приложив палец к подбородку думает. — Странные дела здесь творятся, — задумчиво бормочет Курьер. — Игни… Для тебя будет поручение. Как ты знаешь я недавно сдох… Поэтому слетай к сестрам, успокой и скажи что со мной всё нормально. — Это я с радостью, — хихикает Игни, как вдруг резко становится серьёзной, обнимает Курьера и спрашивает. — Что с тобой? — Если бы я знал. Не могу объяснить… Повёл себя как идиот. Вместо того чтобы уничтожить Инкарну, просто стоял и смотрел на неё. За каким-то хреном обращался к Игроку… — Пария заблокировала твои способности. Потеряв силы ты просто испугался… — Но биотика работала исправно! — возражает Курьер. — И поверь мне, одной биотики было бы более чем достаточно чтобы размазать Инкарну, парию и этих двоих. Однако нет… Ну и плюсом идёт ненависть к трём богам хаоса. Тзинч, Кхорн и Нургл, воспринимаются мной как враги. А почему? — Любимый… — вздыхает Игни и нежно погладив Курьера по щеке продолжает. — Я понимаю, ты привык всегда идти впереди, всех защищать и действовать в одиночку. Но здесь ты не один. У тебя есть мы. С тобой Боги Хаоса. Такой команды у тебя никогда не было. Да и кроме того… Тзинч воспринимает тебя как родственника, Кхорн видит достойного противника, что вызывает у него уважение. Нургл… Слушай, сходи к ним, они помогут. Просто скажи что тебе нужна помощь. Да тот же дедушка Нургл бросит всё и поможет найти решение. И он сможет, старейший из четвёрки просто не может не знать… — Почему тогда они сами… — Потому что они Боги Хаоса, — вздыхает Игни. — Они только с твоим появлением воевать друг с другом перестали. Для них очень сложно просто взять и измениться. Соня не в счёт, она сразу втюрилась в тебя. И помочь тебе она сейчас не сможет, потому как любовь и страсть ослепила её. Сходи, так будет лучше. — Спасибо. Обязательно посещу Нургла. Ладно, Игни, иди. А я по делу. Вернусь расскажу. И поаккуратней с Тали и Шайерой. Они… — Они просто душки, — закатывая глаза и вспыхивая похотью шепчет Игни. — Их бы сюда, на пару дней. Хотя… Всё, ушла. Люблю тебя. Игни целует Курьера и исчезает в портале. Сам же Курьер, вглядываясь в варп, тяжело вздыхает, складывает печать концентрации и погружается в медитацию. От упоминания о Нургле, он вспоминает слова дедушки и решает заглянуть внутрь себя. Попадает в свой внутренний мир, к своему огромному удивлению слышит галдёж и устремляется на звук. Вот только попав в место назначения, открывает рот и садится. Потому что помимо привычной ему четвёрки, в подсознании появились новые действующие лица. Дразня демона и высказывая Курьеру за излишнюю жестокость, перед четвёркой высоко поднимая ноги и кривляясь вышагивает Счастье. Ди-Ди и Страсть, тискают мелкого Саске и сюсюкая рассказывают ему какой он милый. Инертная часть или же самая первая личность, стоит чуть в стороне и безучастно наблюдает за происходящим. Девушки же… Небесный не выдерживает, бросается к ним, пытается поймать Счастье, но та как дым перетекает в сторону и грустно улыбаясь смотрит на него. — Счастье! Почему… — Прости, любимый, но я не твоя жена, — прикрыв разного цвета глаза вздыхает девушка. — Я всего лишь крошечный осколок едва ли дотягивающий до полноценной личности. Ты знаешь, я здесь для твоей защиты. — А вы? — смотря на остальных спрашивает Небесный. — Для того же, — улыбается Ди-Ди. — Мы не могли пойти с тобой, поэтому как и Счастье дали свои осколки. Зная тебя и то как ты склонен к влезанию в самоубийственные авантюры, мы не могли поступить иначе. И, как видишь, не зря так сделали. Осколок Счастья защищает твой разум. Я твою жизнь… А Страсть бережёт твои чувства. Это всё что мы могли, но… — Спасибо… Но… — Не мозги, а коммунальная квартира, — поправляя плащ ворчит стоящий под крылом демона Курьер, за что получает крылом чувствительный подзатыльник. — Ну да, — выдыхает Небесный. — Выражение винегрет в голове приобретает новый смысл. — Дурак ты, — рычит демон. — Так даже лучше, причём лучше значительно. С появлением девушек мне стало легче. Работы поубавилось. Но это не всё… — Что-то, очень тонко и коварно атакует твой разум, — хмурится Счастье. — Давно, целенаправленно, осторожно. Я почти не могу сопротивляться. Точнее, я не понимаю, чему надо сопротивляться. Я могу выстоять против прямого вторжения, но это… Это как туман который атакует со всех сторон. Я не вижу… — Это что-то тёмное, очень сильное и по-настоящему опасное, — вздыхает Ди-Ди. — Оно путает тебя, пугает, переворачивает мысли. — Твоя слабость в твоей силе, — рычит демон. — Твоя способность усваивать и использовать энергию, играет с тобой злую шутку. И кто бы не атаковал тебя, он об этом знает. Мы сделаем всё что можем, но и ты сам не затягивай. — Мы, вы, я… Ничего не понимаю. Как? — Это потому что ты идиот, — грубо рычит демон. — Нет никаких нас, нет тебя. Есть только мы и мы единое целое. Три твои личности и я, делают Небесного. Понимаешь? — Кажется да. Но… — Прими себя таким какой есть! — рявкает Курьер. — Ты не просто бог, не узконаправленный. Ты охватываешь всё. Посмотри на спектр своих колец, это не просто цвета, это твои чувства. Я даю: ярость, жадность, вызываю у врагов страх. — Милосердие, надежда, сила воли, любовь, — улыбается мелкий Саске. — Жизнь и смерть, — кивает Ди-Ди. — Хотя, я только усилила эти твои возможности. — Ты можешь больше, — улыбается Страсть. — Куда как больше чем ты думаешь. А мы… Мы верим в тебя. Иди, ты сможешь. Выпрыгнув из подсознания, Небесный судорожно вздыхает, ощупывает себя и смотрит вперёд, в малиновые всполохи варпа. — Вот значит как… Вот это я понимаю, новости. Ну ладно. В уныние мне впадать не хочется. Наводим суету! Мне надо расшевелить это болото и я, кажется, знаю как. Вздохнув Курьер ехидно улыбается и уносится вперёд. На огромной скорости ныряет в портал и выныривает на высокой орбите Земли или как здесь говорят Терры. Тут же сканирует пространство и приходит к очень интересным выводам. Терра охраняется так, что даже весь флот тау не сможет и близко подобраться. Плюс огромных размеров пси щит, плюс слепящий глаза золотым светом Астрономикон. Но интересно даже не это, а эмофон - жуткая и пугающая смесь фанатичной веры, отчаяния и безысходности. По большей своей части, люди на Терре влачат более чем жалкое существование. Голод, смерть, отчаяние, безумная вера, фатализм, страх, и что-то ещё… Что-то странное, непонятное, пугающее и в тоже время неоформленное, неосознанное. Пульсирующее, подобно ударам человеческого сердца, бьющегося в крайне медленном ритме. Ориентируясь на странные ощущения, Курьер почти полностью глушит свои способности. Становясь бесплотным и применив способности Присциллы к невидимости, резко идёт вниз. Без каких либо проблем спускается, ненадолго зависает в воздухе рассматривая титанических размеров дворцовый комплекс. Резко уходит вниз, где от огромной концентрации омерзительного и противного ему гавваха, стараясь не закричать закрывает рот руками. Здесь всё пропитано смертью, но не естественной, а жуткой, долгой и болезненной. — Гаввах специально выжимают, — стараясь не смотреть в сторону Астрономикона рычит Курьер. — А потом? Что… Надо всё узнать. Совсем заглушив свои силы и используя только бесплотность Марсианки и невидимость Присциллы Курьер летит осматривать дворцовый комплекс. Уже через секунду, едва не срываясь от ярости уходит ниже. Здесь, как понимает Курьер, всё не то чем кажется. Золото и украшения скрывают запустение и нищету. Соборы, другие величественные конструкции, восхищающие своей красотой и гигантизмом, на самом деле пропитаны болью и страданиями. Тысячи людей, здесь обитающих и создающих вид бурной деятельности, просто тени почти полностью лишённые воли и продолжающие своё жалкое существование благодаря фанатичной вере в Императора. Важные и богато одетые священники, величественно вышагивающие по огромным помещениям. Они, имея фанатичную веру, сами не знают в кого и зачем верят. Огромное количество измотанных и загнанных клерков несущихся выполнять важные поручения. Они прекрасно знают, что эти поручения не так важны и к моменту выполнения станут неактуальными. Но, понимая всю бесполезность своей работы, сломя голову бегут исполнять… — Нет-нет-нет, — закрыв глаза шепчет Саске. — Курьер, не надо. Надо держаться. Я сам хочу всё здесь уничтожить. Но давай потом. Саске мотает головой и летая между людьми сканирует их разумы. От чего приходит в настоящую ярость. Знания о том, что каждый день в жертву приносят тысячу детей, выворачивает Курьера наизнанку. Другие, малоприятные факты вообще бесили. Немыслимыми усилиями Курьер дабы не устроить кровавую вакханалию, проваливается ниже и летит к цели. Цель находится быстро… В огромном зале, на золотом троне, опутанный проводами и трубками гигант. Иссохший, больше напоминающий обтянутый коричневатой кожей скелет. Но он жив, в этом Курьер уверен. Он чувствует мощный разум Императора, чувствует его до сих пор не сломленную волю и что-то ещё. Что-то очень знакомое, но непонятное. — Повелитель человечества, — подлетев к лицу Императора мысленно улыбается Саске. — Сейчас я закончу… Я… Курьер в ужасе отлетает назад. Император, обращает на него свой взор и не глазами, но смотрит. И Курьер, чувствуя этот взгляд, наконец-то понимает что именно казалось ему знакомым. Прикованный к трону Император, не символ, не Повелитель Человечества, он всего лишь трансформатор, перерабатывающий энергию. Золотой Трон, конечно, поддерживает в нём жизнь, но при этом медленно и мучительно убивает. Энергии проходят сквозь тело, очищаются, преобразуются… А вот разум окуклился, защищаясь от гавваха, и тот, кого называют Повелитель Человечества, на самом деле лишь заложник дьявольского механизма, и может только наблюдать, слышать, и страдать от того, что видит. — Так или иначе, — призывая катану кривится Курьер. — Тебе конец. Узкая полоска лезвия становится материальной. Огромные воины в золотых доспехах приходят в движение и крутят головами. Кустодес засекли что-то непонятное, но что это и где оно определить пока не могут. — Прощай, — замахиваясь улыбается Курьер… — Небесный, Небесный, Небесный… — три раза повторяет в голове знакомый голос. — Не до тебя сейчас, — рычит в ответ Курьер, целится в шею… — Ну и ну, — шепчет в голове голос Тзинча. — И как ты после спать будешь? — Да пошёл ты! — Я то пойду, — усмехается Тзинч. — А вот что будешь делать ты? Человек, внял твоим обещаниям и в трудную минуту обратился за помощью. И что делаешь ты? — То что надо. Раз такой сердобольный, сам и помогал. — Звал бы меня, непременно помог бы. Но обращаются к тебе. — Небесный, Небесный, Небесный, — повторяет полный отчаяния голос. — Иди, Император никуда не убежит, он не может. Хотя, то что ты проник сюда, тем более так легко… — Изыди! — мысленно выкрикивает Курьер. — Да блядь! Вот на хер ты вмешался? Матерясь и чертыхаясь Курьер смотрит на Императора, шлёт его нахер и пообещав прийти телепортируется на зов. Кустодес успокаиваются и снова замирают. Из-за трона выходит Тзинч в своём человеческом обличии, взлетает вверх и зависнув у лица Императора грозит ему пальцем. — За тобой должок. Ещё один. И убереги тебя Старшие Боги забыть ещё и о нём. Сиди, Повелитель Человечества, никуда не уходи. Скоро… А я не скажу что с тобой будет. Ведь могло быть и намного хуже, когда в Троне бы билась твоя душа, а на Троне корчился бы в агонии Магнус...Мда...