Luka's Story

Я решил не ночевать в деревне. Не из-за открытой неприязни, наоборот, несколько монстров даже подходили пожать мне руку и сделать селфи. Но если обо мне уже знала вся деревня, то и недоброжелатели тоже. Даже со всей моей силой и опытом, во сне я оставался совершенно беззащитным, тем более в Деревне Илиас, где обычай ничего не закрывать на ключ дожил даже до сегодняшних дней. Также решил не звать Сайю чтобы подбросила меня в Илиасбург. Я не хотел проводить в этом мире слишком много времени, и если бы я везде шел своим ходом, запросто пропал бы на пару месяцев, даже если здесь ходил междугородный транспорт, но дорога до Илиасбурга была относительно близкой, безопасной, и приятной. Мне как раз ещё требовалось обдумать впечатления от деревни, заодно неплохо было бы посмотреть на состояние природы в регионе. Жизнь – сложная штука. Я ожидал чего-то вроде порядков мира Арианы, или из исторических хроник библиотеки замка. Мир, где монстры полностью поработили человечество, позволяя им содержать формально независимые государства не из моральных качеств, а просто из-за удобства. Они брали ‘дань’, которая представляла собой молодых мужчин, и так уж сложилось, что люди ‘плодились’ сами лучше, чем в неволе. Но в этом мире, во всяком случае, на первый взгляд, дела обстояли иначе. Все были свободы. Что на практике всё ещё означало доминацию монстров, просто без обязательного условия для людей покорно принимать свою судьбу. Если они обладали силой, численным перевесом, или даже достаточным политическим влиянием, то могли постоять за себя, и даже за других. Но проблема была в том, что таких везде будет меньшинство, а на особо успешных одиночек могли вешать ярлык ‘героя’, который в этом мире был, в отличие от других, не просто противоречивым словом, а прямо-таки ругательством. Тем не менее, в Деревне Илиас я вызвал полярно противоположную реакцию. Часть монстров, даже без самой Илиас, ангелов, и благословлённых героев, выработали взгляды, не так уж отличающиеся от её религии в главной сути. Конечно, не все. Некоторые хвалили меня просто за факт, что я сильный, и не стесняюсь навязывать свою волю, без явного одобрения или порицания самого поступка. Другие намекали, что если искал драки с монстрами, должен был выбирать кого-то посильнее двух неопытных волчиц. Интересно, так здесь везде, или каждый город отличался? Но как бы то ни было, я не мог перестать быть собой. Если увижу несправедливость – не останусь в стороне. С этими мыслями и пошел закупаться всем необходимым и для похода. Магазином владела девушка-кошка (прекрасно, кстати, говорящая на человеческом), которая с радостью подсказывала мне всё необходимое, особенно увидев мой тугой кошель, и зная, что я ухожу. Либо уже меня просто накрыла паранойя. Но даже если так, я всё равно купил вещи неплохого качества, как минимум на уровне тех, которые бы ожидал увидеть в провинциальном городе на Земле. В продуктовом заведовал человек. Он даже дал мне скидку. У него тоже был сын, которого донимали те двое, и он хотел для него лучший первый опыт, чем с ними в кустах. Я быстрым шагом пошел из деревни. В своём первом приключении я мог поддерживать такой темп хоть весь день. Сейчас я был хоть и не в той форме, но недалеко от неё, так что дистанцию до Илиасбурга я оценивал где-то в двадцать часов. До ночи было ещё далеко, так что четверть пути я думал преодолеть в тот же день. Скорее всего, в этом мире хватало опасностей на дороге, но вряд ли серьёзных. Разве что, если кто-то не решит перерезать мне горло во сне, вместо стандартного изнасилования. Но опасными из смертельно опасных в этом регионе были только роперы, а они до такой подлости бы просто не додумались. Максимум проснусь в чьих-то ‘объятиях’, и без проблем вырвусь. Дорога была приятной, как и прохожие. Люди путешествовали группами по три и более, наверняка для безопасности, но монстры тоже не спешили нападать даже на одиночку вроде меня, а были вполне вежливы. Я не только про то, что они не делали недвусмысленных намёков, а про настоящие хорошие манеры. Пусть я и не одобрял “свободу насиловать кого захочешь”, я был вынужден признать, что в целом это работало лучше, чем полный запрет, который устанавливала Илиас, вынуждающих монстров к этому, хотя бы чтобы получать потомство. Насколько я видел, монстры здесь пользовались свободой ответственно. Зачем насиловать, когда каждый второй и так согласится? Пока ставил палатку, осознал, что давно не путешествовал один. Столетие, а то и два. И чувствовалось это, если честно, неплохо. Мои привычки одиночки так и не исчезли, даже после двух жён и абсурдного количества друзей и знакомых. Я чувствовал себя более расслабленно, чем за несколько жизней, просто наслаждаясь запахами леса и уединением. Глубокий вдох, выдох, пауза, ещё один вдох, как учила Тамамо. Вот оно – единение с природой. “Жрать сегодня будем, или как?!!” !!! Я подпрыгнул так сильно, что ударился об ветку. Знакомый голос. Один из последних, чей я хотел бы услышать, особенно когда я только начал наслаждаться жизнью. “Ты что, правда меня не заметил?” удивлённо спросила Алистроемерия. “В деревне я была под лучшим заклинанием невидимости, но тут только под самым базовым. Как ты вообще умудрился? С тобой же Сильфа. Генрих слышал вообще всё.” Хороший вопрос. Сильфа и правда давала мне что-то вроде ‘Паучьего Чутья’. Когда она об этом спросила, я понял, что действительно слышал её, просто не обращал внимания. Мало ли какие монстры ходят по дороге, в мире монстров-то. Как-то я опасно расслабился. Если бы это был кто-то из деревни, он бы действительно мог меня прирезать. “Не заметил,” признал я. “Слышал кого-то, но не знал, что это ты.” “И даже не окликнул этого ‘кого-то’, чтобы показался? Завещание уже написал? Если нет, исправляй. Пригодится.” “...Как ты вообще здесь оказалась?” сменил тему я. “Тут же барьер против любой материи и магии.” “Но на тебе барьеров нет, а я прихожу через тебя. Я могу последовать за тобой куда захочу.” “Ещё я думал, что ты согласилась играть по правилам, и не ходить туда, куда не должна.” “А с чего бы я не должна посещать Мир Монстров, будучи Владыкой Монстров?” справедливо подметила она. “Пожалуй… ни с чего,” признал я. “Что ж, раз уж ты здесь, рассказывай, что думаешь.” “Не мой метод достижения цели,” пожала плечами она. “Но если для них рабочий, то и ладно. Я жёсткая, потому что мой мир ещё жёстче. Илиас запрещает людям приближаться к нам, а самых сильных отправляет убивать. Так как здесь этого уже нет, пожалуй, можно править и более мягкой рукой.” Я кивнул. Было сложно не признать, что монстры смогли найти баланс. Не тот, который бы мне хотелось, но всё же. У монстров было достаточно свободы, чтобы не считать себя притеснёнными, а у людей достаточно, чтобы не возникало массовой радикализации, которой монстры так боялись. “Видела стычку в ресторане?” спросил я. “Ещё бы. Было весело,” довольно сказала она. “На блохастых и их отношения с мальчиками мне пофиг, но вот на тебя, впервые показавшего яйца? Признаюсь, захотела. Но есть хочу больше. Давай, пошевеливайся.” Когда стемнело, я приготовил нам скромный ужин. Надежды на умиротворённый поход были разрушены, но я напомнил себе, что могло быть хуже. После её недавней ‘проверки’ мне вообще не хотелось иметь с ней дел, но она оставалась союзником. Ну, вроде как. А иметь тут союзников, даже таких, гораздо лучше, чем не иметь, и она была сильнейшей среди всех в карманном замке. Кроме Сони, но это ещё предстояло проверять. Проблема была в том, что если бы она сама решила встать на сторону этого мира, я бы не только потерял союзника, но и получил бы врага, если бы решил не последовать её примеру. “Понравилось, говоришь, как я ‘показал яйца’?” спросил я, протягивая ей тарелку с запечённой курицей и бобами. “А то,” ответила она, слизав сразу треть содержимого, совершенно не поморщившись от температуры. “Это одно из самый больших различий между тобой и Генрихом. Он Альфа. А ты даже не Бета. Ты так, где-то там,” она указала свободной рукой мне под ноги. “Но только не когда наливаешься праведным гневом, тогда злодеи берегитесь! Наверняка и мои версии победил так же.” “Только потому что я прибегаю к насилию только в гневе, не значит что я… там,” сказал я, но без особой уверенности. В отношениях с монстрами, так или иначе привыкаешь быть ‘внизу’. “Ты ходячее противоречие,” продолжила она, слизав ещё полный рот еды, что никак не повлияло на голос. “Немыслимо старый для человека, но во многом всё ещё ребёнок. Сильный, но бесполезный. Хочешь сражаться за то, что правильно, но когда доходит до дела, чаще мелешь языком. В тебе столько от Генриха… Но чем дольше я тебя знаю, тем больше убеждаюсь, что так только кажется. Ты вообще не он. Но в чём-то ты тоже лучше него. Генрих предсказуем. Ты нет. И у тебя нет глупых фразочек.” “А у Генриха есть?” усмехнулся я. “Например? На самом деле, я всегда хотел себе какие-то, но так и не придумал.” “Вот и правильно. Если так надо, разрешаю использовать мои: ‘Сдохни’, ‘Съеби’, ‘Страдай’. Покрывает все случаи жизни, особенно когда научишься совмещать нужные.” “Очень… подходящие,” признал я. “Проверь, может, твоя Джаска его потомок. ‘За Илиас!’, ‘Готовься к правосудию!’, тьфу. Или самое худшее: ‘Это был твой последний ужин!’.” Мне они показались довольно крутыми, но я выбрал кивнуть, чтобы избежать спора, в котором всё равно бы не смог победить. “Итак, ты и Генрих…” сказал я. “Что там между вами? Вроде, ты упоминала, что хочешь затащить его в кровать?” “О, его я возьму, где он позволит, хоть на кровати, хоть на полу,” ухмыльнулась она, и слизала остатки еды. “Он позволит? Вот это уже совсем на тебя не похоже. Когда я путешествовал с Владыкой Монстров, она сама потом призналась, что не признала бы моё ‘нет’.” Ухмылка стала ещё шире. “Правильно бы сделала. Тебя я бы выжимала хоть каждый день! Но Генрих… мне надо, чтобы он сам меня захотел… И не смотри на меня так! Это не то, что ты себе навыдумывал.” “А как же,” теперь пришла моя очередь ухмыляться. “Говорю другое, значит другое! Если я просто изнасилую его, он останется невинным. Таким же преданным Илиас. А вот хуй ей! Точнее, мне, она обойдётся. Пусть смотрит, как её лучший герой по своей воле трахает монстра.” “Не думаешь, что это несколько… притянутый план, если он всё ещё считает тебя человеком?” спросил я. “А ты в этом уверен? Генрих любит притворяться простаком, но он не идиот. Да и если не знает, пусть так. Как раз будет больше времени, чтобы он начал задаваться вопросами. Он уже делает успехи. Когда мы только встретились, он искренне думал, что все проблемы от монстров.” “Но что тебе с этого?” спросил я. “Зачем показывать ему, что не все монстры плохие, если потом собирается открыть, что ты самая плохая из всех?” “Может, ты знаешь меня хуже, чем думаешь,” сказала она, кивнув в меня тарелкой. Которую я легко поймал, но внутренне вздохнул. Видимо, швыряться в меня всякими предметами вошло ей в привычку. Я молча положил ей добавку. Да, аппетит у них был в крови. “Это тот момент, где раскроешь мне правду, что ты на самом деле не зло?” спросил я. “А что есть ‘зло’? Хорошо, это я. Но так я позиционирую себя миру. Если меня не будут бояться, уважать не будут тоже. И не пытайся мне тут рассказывать об уважении через доверие и дружбу. Даже если это работает, мой метод быстрее и эффективнее. Думаешь, что вероятнее: я первая Владыка Монстров, которая до этого додумалась, или я просто оказалась в этом лучше остальных, раз уж история запомнила меня больше всех?” “Допустим, ты не зло, просто делаешь зло, чтобы показать всем, что ты зло. Знаешь, чем это тебя делает?” “Знаю. Но меня это не волнует. А что волнует, так это голодные рты монстров, которые мне надо кормить. Знаешь, что я самая популярная Владыка Монстров? Среди людей тоже, кстати. А твоя Алиса провалилась не только с ними, но даже с монстрами.” Крыть было нечем. Алиса бы и правда ни за что бы не победила в демократических выборах. А про Чёрную Алису, из того, что дожило до тех дней и было хоть сколько-то достоверными источниками, отзывались положительно… кто ей подчинялся. Особенно её правление нравилось суккубам, но и другие виды не жаловались. Но все записи резко обрывались на последнем годе её правления. Я обыскал всю библиотеку, но не нашел ни строчки. “Знаешь, когда мы с Алисой начали наше путешествие, она пыталась казаться злой,” сказал я. “Ну, не совсем, но вроде того. Она не прятала от меня то, что она монстр, просто скрывала статус. Пока могла.” “Догадался?” “Может, я и не знаю тебя так хорошо, но ты меня знаешь достаточно,” натянуто улыбнулся я. “Кто-то проболтался.” “Да. Тамамо.” “Ну конечно. Должно быть, она провела параллели между вами и мной с Генрихом.” “Я не думал об этом с такой стороны,” признал я. Действительно, от Тамамо было бы странно ожидать такой нелепой ошибки. Раньше я думал, что она просто подшутила, чтобы посмотреть растерянное лицо Алисы… но объяснение Восьмой имело гораздо больше смысла. “Если кратко, ближе к концу пути она признала, что верила в те же идеалы, что и я. Она называла их глупыми, незрелыми, идиотскими. Хотела показать, что они никогда не сработают. Говорила, что я бы точно возненавидел монстров, если бы узнал их поближе.” “Если она верила в твои идеалы, зачем ей притворяться? Какой смысл? Я не открываюсь, потому что хочу показать ему мир с моей стороны. Но вы-то уже смотрели на мир одинаково. Или я что-то упускаю?” “Упускаешь,” вздохнул я. “Она хотела убедить в обратном не меня, а себя. Хотела поверить, что люди ужасны. Что мой пример, даже такой хороший сначала, всё равно обернётся плохим. Я докажу, что человечество неисправимо, и его надо сокрушить.” “...Нихуя себе. А по ней не скажешь.” “Сомневаюсь, что она бы пошла этим планом, даже если бы у неё удалось. Всё несколько… сложнее. Долго объяснять, и это слишком личное, чтобы распространяться, но если кратко, у неё были давняя травма, в происшествиии которой она винила себя, она чувствовала, что должна это как-то возместить. Но она не хотела этого делать, и пыталась дать себе причины не делать.” “Ничего не понимаю,” запросто признала Восьмая. “Бессмыслица какая-то.” “Пожалуй, так и есть. Суть в том, что Алиса хотела заставить меня думать о монстрах хуже, несмотря на то, что хотела сосуществования не меньше меня. Без личного мотива, о котором говорить не буду, это и правда звучит странно. Ты же хочешь заставить Генриха думать о монстрах лучше, даже не меняя своих планов на полную доминацию над человечеством, что тоже не очень-то вяжется без личных мотивов. С Алисой это не мой секрет, вот я и не рассказываю, но тебе ничего не мешает открыть свой.” “Что, если нет никакого секрета, и я просто веселюсь?” “То, что я не куплюсь. Ты намного… вменяемее, чем я представлял. Я встречал твои версии. Они сумасшедшие. Да, ты любишь быть непредсказуемой и слегка тронутой головой, но как ты уже знаешь, я уже довольно стар, и повидал немало поехавших. Ты не из них. У тебя есть план.” “Может, и есть, но если так, это не твоё дело. Читал бы побольше книг, разгадал бы.” “В том и дело,” сказал я, протирая тарелки влажными салфетками. “Нигде не упоминалось, что ты путешествовала с Генрихом.” “Странно. Как ты заметил, я не то чтобы особо скрывалась.” “Ну хорошо, а часть, где Генрих тебя убивает, и ты становишься прислужницей Илиас, тоже входит в план?” “Нет. Что ещё страннее. Зачем Генриху меня убивать? Как бы понятно зачем, но его приходится убеждать прикончить даже ропера, и то оставляет такое мне. Это на него не похоже. Может, я настолько плохо разбираюсь в людях. Было бы забавно. Но теперь… сила соблазняет, знаешь? Хотя, откуда тебе знать. У тебя её полно. Мало кому доводилось увидеть своё возможное будущее. Звучит неплохо, ультимативное божество. Но это весело, или скучно? Вечеринка говно, если в ней никого нет.” “Так в чём твой оригинальный план? Здесь только ты и я,” сказал я, но на всякий случай проверил, вслушавшись в ветер. “Я умею хранить секреты, если в этом дело.” “Что-то мы заболтались,” резко сказала Алистроемерия. “Я не буду раскрывать мой злодейский план в первую ночь вместе. Но я даю на первом свидании. Ты хочешь. Хочешь так, что монстры со всей округи бы сбежались, если бы не я.” “Ведёшь к тому, что ты голодна? В этом смысле?” “Нет, я поела перед уходом.” “Одного из наших в замке?! Но ты же говорила, что это опасно!” “И не соврала,” ухмыльнулась Восьмая. “Я говорила, что опасно есть так, как хочу. Но никто не говорил, что я не умею есть так, как не хочу, когда надо.” …Видимо, обставлять меня в словесных перепалках тоже у них в крови. “Расслабься,” продолжила она. “В этот раз предлагаю без скрытых условий. Ты достаточно развлёк меня, накормил, ещё и сводил на экскурсию. За такое полагается награда. Только попроси, и я сделаю это как тебе хочется.” “Не буду,” твёрдо сказал я. “Лучше подождём, пока придём в Илиасбург. Если ты выжмешь меня сегодня, завтра я после тебя буду едва волочить ноги.” “Твоё дело. Но спальный мешок мой. Я Владыка Монстров, кровь Богини. На траве спать не собираюсь.” “Я тоже. Но так как ты не показалась мне раньше, на двоих я не рассчитывал.” “Значит, будешь джентльменом, и уступишь спальный мешок мне, а сам будешь спать на подстилке.” “Нет уж, со мной такое не пройдёт. Монстры любят косить под человеческих женщин, но только когда им выгодно. Ты физически сильнее и выносливее меня. Твоё тело приспособлено к дикой природе. Моё нет. Так что не надо со мной разыгрывать рыцарскую карту. Спальный мешок мой, а ты можешь превратиться в ламию, и обернуться вокруг дерева.” “Ну ты сильно-то не наглей,” предупреждающе сказала Восьмая. “А то сама сейчас тебя вокруг дерева оберну.” “Это был не посыл!” поспешно сказал я, капитуляционно подняв руки. “Алиса предпочитала спать так, когда мы были на природе. Серьёзно.” Восьмая пришурилась, наверняка выискивая у меня на лице признаки обмана. Но я не врал. Да и не я умел врать так хорошо, чтобы она не заметила. “Ты меня выбесил, за что должен получить… и обрадовал, что смог наконец за себя постоять. Устроим компромисс. Ты худой, я тоже не жирная. Поместимся.” “Ладно,” сказал я, стараясь скрыть облегчение от того, что мне не пришлось бы ругаться всю ночь. Она могла бы сделать моё время здесь очень непростым, если бы захотела. Лучше держать её в хорошем настроении, хоть это и не значило исполнять все её прихоти. “Вот так просто?” хихикнула Восьмая. “Мог бы и поторговаться~” Я размотал спальный мешок, положил в одноместную палатку, и залез внутрь. Восьмая втиснулась тоже. “Меня же не будет тыкать ничего странного?” спросил я, поздновато вспомнив о щупальцах, у которые, возможно, тоже обладали собственным умом, как у осьминогов. “Я в полностью человеческой форме. Будешь чувствовать только моё мягкое, теплое, манящее женское тело. На самом деле, эта форма нравится мне больше всего. Позволяет почувствовать себя красивой. Вид монстра для дел, этот для души. Гибридный… но то и гибридный. И вообще, это мне надо волноваться об этом, не находишь?” “...Могу спать на другом боку.” “Пока нет,” сказала она, плотнее прижавшись ко мне. “Если хочешь, развернёшься, когда усну.” “Слушаюсь, ваше величество,” иронично сказал я. “Хороший мальчик.” Мы молча лежали в палатке, туго прижимаясь друг к другу в спальном мешке. Моё раздражение быстро сошло на нет, сменившись комфортом и спокойствием. В этот раз настоящим, потому что исчезла даже опасность, что кто-то нападёт во сне. Проблема была только в том, что спал я обычно на спине, и рука поутру вряд ли скажет спасибо от того, насколько плотно её прижимала Восьмая… но довольная Чёрная Алиса вместо вредной того стоила, особенно если нам впереди проводить вместе не один день. Когда сон уже почти пришел, я почувствовал что-то влажное на плече. “Что ты делаешь?” спросил я, не став строить догадки. “Ем тебя,” спокойно ответила она. “...?! В человеческой форме? Ты так можешь?!” “Не знаю, не пробовала,” ответила она, продолжая лизать и прикусывать плечо. “Ты что, серьёзно?” “Нет, дурень,” хихикнула она. “Так я тебя и за неделю не съем. Но звучит весело. Лизать тебя, как мороженое, пока не растаешь.” С этим, моё долгожданное умиротворение сменилось каменным стояком. Ну вот как с ней быть? Обдумать этот важный риторический вопрос я не успел, потому что её рука быстро юркнула мне в штаны, и схватила нарушителя. “О-о, уже пошла реакция? Жалкий извращенец. Но сегодня я добрая. Исполню любое желание. Проси.” “Не буду.” “Хмпф,” сказала она, и перевернулась на другой бок. “Тогда будешь моей грелкой. Хоть на что-то сгодишься.” Удивительно, но обнимая её сзади, я уснул за считанные минуты. Она тоже. Я был вынужден признать, что абсолютно не понимал Чёрную Алису. Мог строить догадки, но сбывались ли они? Даже вот, её оскорбил мой отказ, или это был очередной тест, теперь на силу воли? Когда-то я думал, что у Алисы был сложный характер. В целом, правильно делал, но тут это чувство можно было смело умножать на два. Мы проснулись свежими и отдохнувшими, разве что, чуть позже, чем я планировал. Я быстро сообразил холодный завтрак, чтобы не терять времени, собрал вещи, и приготовился к дневному походу. Пользы от моей новой спутницы было ещё меньше, чем от Алисы. Та хотя бы помогала собирать и паковать вещи, хоть и носил всё один я, даже когда она была в разы сильнее меня. С другой стороны, была бы от Алистроемерии больше пользы чем вреда, если бы попробовала? Она, очевидно, была более ‘голубых кровей’, чем Алиса. Вполне возможно, что она вообще не делала никаких рутинных бытовых дел. Ну, хотя бы не мешала. Она просто со скучающим и явно нетерпеливым видом смотрела, как я делал всё сам. Пока не посмотрела вверх, чтобы узнать, откуда взялась внезапная тень в безоблачный день. Мне тоже было интересно, и я последовал её примеру. Над нами пролетал огромный камень, где-то в пять раз больше солнца на небе, который как раз его временно заслонил. Скорее всего, это и есть тот искусственный спутник, о котором говорила Тамамо. Конечно, если их не два или больше. Алистроемерия сказала очевидное. “Ты же пришел разведывать это?” спросила она. “Можешь нас туда перенести?” спросил я, но вовремя спохватился. “И создать вокруг нас пузырь из воздуха.” “Могу. Но только теоретически. Мне надо знать более-менее точные координаты. Какого оно размера, с город, чуть больше? Вроде, не так уж высоко, но отсюда не разглядеть деталей. Сейчас уже поздно, но как появится в следующий раз, успею кинуть диагностические заклинания. Иначе рискуем оказаться посреди этой штуки. Или расщепиться на части, если там выставлены обереги от посторонних.” “Думаю, эта штука намного выше, чем ты думаешь. Это можно проверить.” “Уже нельзя, я же говорю, надо подождать следующего появления. Или твои заклинания быстрее?” “Нет, простая физика. Будь оно низко, мы бы чувствовали его гравитацию.” “Только посмотрите на тебя, образованный,” одобрительно сказала она. “Ты полон сюрпризов. Только не думай, что мне интересен этот научный трёп. Я физику учила не из интереса, а потому что без неё сложно провернуть комплексную магию.” “А как учила? У кого?” “Наняла учителя, как ещё? Не по книжкам же.” …Действительно. Видимо, я не понимал положение её мира ещё больше, чем думал вчера. “Как бы то ни было, пока мы трепались, оно уже почти скрылось,” продолжила Восьмая. “Быстро летит, кстати. Смотри в оба, скоро снова появится. Кто бы ни смог наладить этой штуке стабильную орбиту, нам его знания магии с физикой и не снились. У меня даже есть подозреваемая.” “Тамамо,” мрачно сказал я. “Точно.” Я закончил собираться, и мы отправились в Илиасбург. Как и большинство дней на Континенте Илиас, стояла прекрасная погода. Это была одна из причин, почему я решил пройтись пешком. В Сенторе я бы точно пользовался более быстрыми альтернативами. Пустынь мне хватило на несколько жизней вперёд, но даже восточной части континента было далеко от здешней расслабленной атмосферы. Кстати, мне ведь теперь вовсе не нужно было звать Сайю для телепортации. “Слушай, Сайа говорила, что возьмёт меня куда угодно, я бы не хотел слишком на неё полагаться,” сказал я. “У тебя же тоже есть способы быстрого перемещения?” “Да, хватает. Но не как у тебя, силой мысли. Мне надо точно знать финальную точку, или хотя бы видеть её глазами. Можем ‘прыгать’ хоть весь день, магии мне хватит. Ты тоже мог бы попробовать.” “Вроде, у меня даже получилось, но чуть иначе. Мне сказали не переносить себя, а как бы переносить место ко мне, если понимаешь, о чём я.” “Ментальный трюк для начинающих. Слышала, но мне он не пригождался. Если это был намёк, чтобы я переносила тебя, то мог бы сказать прямо. Я ненавижу долгие прогулки. Сперва было нормально, но с Генрихом они занимают целую вечность. Он медленный. Постоянно останавливается полюбоваться природой, понюхать цветочки… Знаешь, сколько я с ним в дороге?” “Нет. Месяца три?” “Ха. Девять.” “Девять?! Мы с Алисой обошли весь мир за два!” “Потому что вы шли с целью, а Генрих вышел на прогулку. ‘Смотри, какое интересное дерево! Ни разу не видел таких узоров из веток, так поэтично!’ ‘О, какой милый кролик!’ говорю, съедим его? ‘Не-ет, как можно?! Он же нам доверяет!’ а потом возится с ним целый день, подкармливая всем, что у него в сумке. А когда наутро он исчезает- морду попроще, сам сбежал! Делать мне нечего, жрать сырых кроликов! Трагедия была такая, будто потерял старого друга. Умора. Да только после пятого такого раза уже не смешно.” “Ну не знаю, звучит как то, что Генрих умеет наслаждаться жизнью. В моём мире есть популярная фраза: главное не цель, а дорога к ней. Может, он тоже верит в это.” “Это самая глупая вещь, что я слышала.” Мы пришли в Илиасбург лишь совсем немного позже задуманного. Солнце только начало садиться, окрашивая небо в мягкий сумеречный цвет. Как я и ожидал, Илиасбург предстал перед нами современным городом, но не настолько, как его версия в мои поздние годы в приёмном мире. Он был ближе к поздним семидесятым, чем нулевым. “Настолько поражена видом, что нет слов?” спросил я Восьмую. “Что ж, тут и правда есть чему удивляться!.. Ты здесь?” Алистроемерия куда-то пропала. Когда я осмотрелся, причина явила себя. Она выкинула старый-добрый фокус Алисы с исчезновением. Из-за Сайи, которая ждала нас на окраине города. “Как прошла прогулка, Разрушитель Миров?” вежливо поинтересовалась она. “Неплохо,” честно ответил я. “И пожалуйста, зови меня Лука. Миры я не ломаю, и начинать не собираюсь.” “Судьбы нельзя избежать, Лука. Пророчества никогда не лгут. Ты разрушишь миры. Для интерпретации остаётся свободным только то, какие именно.” “Так, э… Ты следила за мной всё это время?” “Я занятая женщина. Если бы ты попросил, я бы могла стать тебе полноценным гидом, но так гораздо удобнее для нас обоих. Разумеется, ты всё ещё можешь меня позвать, и я приду.” “Это не ответ. Я знал твою версию. Ты не умеешь врать, но когда приходится, можешь ответить так, что всё вроде по-честному, но на деле уходишь от темы.” “Я не слежу за тобой постоянно, но да, время от времени проверяю, как ты там,” признала Сайа. “Я присутствовала во время инцидента в кафе. Также видела тебя в интересной компании у костра, которая думает, что может спрятаться от меня.” “Попробовать стоило,” сказала Алистроемерия, сбросив невидимость в шаге от меня. “Истинная невидимость…” сказала Сайа, осматривая Алистроемерию. “Не удивительно, зная твою версию отсюда.” “О, я тут тоже есть? Как у неё дела?!” “Не очень, учитывая, что она давно сгнила в могиле. Её амбиции слишком превосходили возможности.” “Да что ты будешь делать!” обиженно воскликнула Алистроемерия. “Я хоть где-то побеждаю?!” “Говоришь, видела ‘инцидент’?” спросил я. “Не хочешь ничего сказать по этому поводу?” “Что тут можно сказать? Они хотели взять то, на что думали, у них хватит сил. Кто-то сильнее их остановил. Так и должно быть.” “Выживание самых приспособленных, так?” спросил я. “Никаких правил, каждый делает, что хочет, пока хотелки других не превосходят его по силе?” “Сильный всегда и везде правит слабым,” ответила Сайа. “Можешь взглянуть на любую систему законов и порядков, это всегда останется истинным. Я могу только догадываться о системе мира, в котором ты провёл большую часть жизни, но вряд ли ошибусь, если скажу, что ты сделал его таковым, показав силу, будь то физическую, магическую, или политическую. Если ты станешь нашим союзником, сможешь остаться здесь сколько пожелаешь, и использовать тот же метод, приближая мир к своему идеалу. Но только если тебе хватит сил это воплотить. У нас тоже есть свои правила, но лучшие правила те, которые все просто знают, а не потому что так где-то написано. Вчера ты преподал молодым волкам урок, но не будь там тебя, это бы сделала твоя новая знакомая, или кто-то ещё, пусть и не так быстро, скорее всего, подождав начало реального насилия. А если бы их действия оскорбили всю деревню, их бы вышвырнули на голосовании.” “Охотно верю, но ‘вышвырнули’ в итоге только меня,” раздражённо сказал я. “Если ‘так и должно быть’, почему меня предупредили уйти, чтобы меня не прикончили во сне?” “Наше общество основано на свободе. Илиас хотела контролировать каждый аспект жизни. Она разжигала агрессию, запрещала и подавляла любые мирные инициативы с обеих сторон. Избавившись от неё, мы сломали цепи ненависти, сковывавшие как людей, так и монстров. Я согласна, что существуют монстры, которые слишком любят пользоваться слабыми, я сама часто с ними… работаю. Но люди довольны. Все живут в мире и достатке. Доля преступников, совершенно ничтожная – неизбежная часть за эту свободу.” “‘Как они могут быть ‘преступниками’, если нет законов, которые они нарушают?” Похоже, я попал в яблочко. Вежливая улыбка Сайи заметно дёрнулась. “Я здесь не для дебатов с тобой.” “Тогда зачем?” Сайа достала из кармана бумажку, и протянула мне. Я развернул её. Какой-то адрес. “Что меня там ждёт?” спросил я. “Мы правда хотим заручиться твоей поддержкой, Р- Лука,” сказала Сайа, после глубокого вдоха. “Я понимаю, что увиденное могло настроить тебя к нам не лучшим образом. Боюсь, это будет не последнее, что тебя здесь оскорбит. Но я верю, что если ты посмотришь на ситуацию в целом, ты увидишь превосходство над системой в мире наших врагов. По этому адресу ты найдёшь одно из доказательств. И… возможно, обрадуешься.” “Хорошо, зайду. Спасибо, Сайа.” “Я продолжу иногда смотреть за тобой,” сказала Сайа. “Уверена, на нашем месте ты бы поступал так же. Не только потому что ты ещё не союзник, но и для твоей же безопасности. Если потребуюсь, я всегда на связи.” И с этим, Сайа исчезла. Я повернулся к Алистроемерии. “Можешь сказать, в какой момент она за нами присматривает?” “Могу. Но лучше не буду. Ты-то им нужен, а вот от меня могут избавиться по любому поводу. Давать этот повод Предкам в мои планы не входит. Тебе тоже не советую.” “Зависит от того, что увижу. Я не могу просто игнорировать несправедливость.” “Как хочешь, но не жди, что буду прикрывать твою задницу от Предков.” Так вот оно как. Я снова путешествовал с ‘Алисой’- Или нет? “...А не от Предков?” Но Восьмая была уже далеко, и рассматривала самую яркую неоновую вывеску улицы – ‘Владыка Бургеров’. Мультяшная пустынная ламия в поварском кителе, гордо держащая два подноса с едой. Восьмая присвистнула мне, чтобы пошевеливался, и вошла внутрь. Уговаривать меня не пришлось. Я был рад, что в этом мире уже изобрели фастфуд, и побежал следом. К сожалению, самой ламии с картинки внутри не оказалось. Видимо, это был сетевой ресторан. Но я не жаловался, ведь всё остальное было на месте. Восьмая завороженно смотрела на экраны над кассой, во всей красе показывающая позиции в меню, а когда получила заказ (даже не жалуясь, что ей пришлось стоять в очереди), вообще расплылась от счастья. Я был более искушён чудесами фастфуда, но мне тоже было не на что жаловаться. Еда дешёвая, а у меня была куча денег, так что мы вдвоём заняли стол на четверых, завалив всё бургерами и картошкой фри. Местную колу брать я брать не стал, потому что она тоже может быть с кофеином, а Чёрной Алисе это было противопоказано – мне хватало проблем с ней и без стимуляторов. После плотного ужина (хотя и не такого уж плотного для меня, ведь Восьмая съела 90% еды), мы заказали такси, и поехали по адресу, который дала Сайа. Алистроемерия настолько оценила комфорт поездки, что поклялась принести чертежи двигателя внутреннего сгорания в свой мир. Когда приехали, ей предстояло познать ещё одно чудо цивилизации – лифт. Довольно плавный, кстати. Да и весь комплекс выглядел престижным. Та-ак, 1212, 1213… да, 1214. Нам сюда. “Вроде, ничего опасного,” сказала Восьмая, принюхавшись к двери в квартиру. За что я мысленно поблагодарил её, ведь сам бы я даже не задумался это проверить. Я позвонил. Раздалась приглушённая мелодия. Дверь открыла большая фигура, заслонявшая собой почти весь свет изнутри. “Лука!” радостно воскликнула Одетта, схватив меня в охапку, и прижав к своей гигантской груди. “Одетта, это правда ты?” спросил я. “Не просто версия?” Но это был глупый вопрос, потому что я уже знал, что происходило с душами умерших в Парадоксе. Если это и была ‘просто версия’, то теперь перестала. Тем не менее, я всё ещё не мог поверить, что видел мою любимую помощницу живой и здоровой. “Э… оба варианта?” сказала Одетта. “Вы заходите, располагайтесь! Я специально держу в холодильнике запас черри колы, твоей любимой. А ты что будешь, Алистроемерия?” “Что-нибудь покрепче газировки.” “Такое тоже есть,” подмигнула Одетта. “Чувствуйте себя как дома, сейчас принесу.” Нехилая у Одетты была квартирка. Не прямо-таки полный люкс, но видно, что, мягко говоря, не эконом класса. Мы сели на кожаный диван. Ну, я сел, а вот Восьмая развалилась. Она и правда уже ‘чувствовала себя как дома’. “Должна признать, неплохо они тут устроились,” сказала Алистроемерия. “Беру слова назад. Ты не бесполезен. Без тебя я бы сюда не попала.” “Если честно, я тоже рад, что со мной есть кто-то знакомый,” сказал я. “Даже если это ты.” Восьмая звучно клацнула зубами в мою сторону, но потенциальный скандал прервала Одетта, принёсшая напитки. Я попробовал свой, и почувствовал полный дзен. Идеальное сочетание прохлады, колы, и ароматизатора. Алистроемерия поморщилась от вкуса своего, но потом улыбнулась. “Что это?” спросила она. “Огненный Шар,” ответила Одетта. “Или бурбон с корицей.” “Это лучший мир во вселенной!” объявила Алистроемерия, подняв стакан. “За это и выпьем!” “Да, он… ничего,” без энтузиазма ответила Одетта. “Как получается, что ты сейчас прямо как моя Одетта?” спросил я. “Эта личность теперь главная?” “Нет, ничего такого. Между нами просто не было особой разницы. Слияние было плавным, разве что, приходилось разбираться в двух наборах воспоминаний. Но ни одна из нас не жила какой-то насыщенной жизнью. Единственный интересный момент, пожалуй, что я отсюда не умела готовить. Ей просто не приходилось, могла себе позволить. Работала в большой фирме… Э… Всё ещё работаю там. Пожалуй, слияние прошло не так безупречно, как я думала.” “Ну, похоже, ты теперь в лучшем месте,” сказал я, только потом осознав, как это звучало. “Да, тут… неплохо.” “Одетта… как оно было?” спросил я. “Можешь рассказать?” “Имеешь ввиду, умирать? Да никак. Меня укусили, перед глазами всё поплыло, потеряла сознание, очнулась здесь. Сложнее всего адаптироваться было к новому миру. Тут всё иначе. Нет, мне нравится моя работа, особенно когда я теперь могу откладывать ещё больше, экономя на еде. Никогда бы не подумала, что кухня мне приходится… и не представляла, что можно обходиться без неё. Страшно представить, как проходит слияние разных характеров.” Видимо, это была ещё одна причина, почему Лука не стал сливаться со мной. Если бы мы путались между воспоминаниями, это могло даже нас убить, отправив… куда? И сразу обоих, или по отдельности? По идее, сюда, если тут был Лука. С другой стороны, если тут уже был Лука, зачем им нужен я? “В тот день мы ещё потеряли Регину,” сказал я. “Не знаешь, как она?” “Нет, я… вообще об этом не слышала. Я даже не знала, что она погибла. Скорее всего, она где-то в Сабасе.” “Тогда определённо поищем. Итак, расскажешь, что думаешь об этом мире? Как живётся в Илиасбурге? Видела другие места?” “О, нет, я слишком занята. Тут вся моя жизнь. Карьера удалась, я даже не последнее лицо в городе. Но мир… как бы сказать?... Бездушный? Не в смысле что все злые, просто… всё делается ради себя, чтобы удовлетворить свои желания, материальные, или… другие. Некоторые не стесняются в методах. Тут нет единого авторитета. У людей есть частная полиция на пожертвованиях, но монстры часто оказываются её признавать, а они сами не настолько сильны, чтобы остановить нарушителей. Я… видела вещи, после которых мне было стыдно, что родилась монстром.” “Какие вещи?” спросил я, но уже понимал ответ. “Кучу изнасилований,” ответила она. “И даже… несколько пожираний. Не именно при мне, но новости расходятся быстро. Полиция чаще всего игнорирует изнасилования, если они не прямо у них перед носом, но к убийствам относятся очень серьёзно. Но они таких не ловят. Если доказательства неоспоримы, убивают на месте. Если нет, ждут инспекции детективов. Но чаще всего монстры просто сбегают.” “Другие монстры с этим что-то делают?” “...У многих монстров здесь есть человеческие дети. В том мире тоже, но у нас было принято оставлять родившихся людей у человеческих родителей. Здесь не так, все воспитывают всех. И не закрывают глаза на то, что их ребёнка кто-то изнасиловал или… хуже. Не пойми неправильно, тут не так, что идёшь по улице, и каждый день видишь что-то такое. Большинство хорошие, живут мирно, поддерживают друг друга. Но даже за моё короткое время здесь, я успела увидеть такое, что шокировало меня. Сперва я не понимала, как одновременно с человеческой полицией могут существовать карательные группы из сильнейших монстров… но теперь понимаю. Без них плохие монстры бы вообще не знали о правосудии.” “Спасибо за откровенные мысли,” сказал я. Примерно как я и ожидал. Проблемы те же, что в Деревне Илиас, но помноженные на величину города. Радовало только то, полиция в принципе действовала… пока не увижу её в деле, конечно. Возможно, стражник в деревне бы даже вмешался, просто правонарушение ещё не тянуло на настоящее изнасилование. Они действительно ещё не делали ничего слишком плохого. Может, это даже было чем-то вроде шанса разрулить всё словами, который для подростков и правда оставался не нулевым. “Останетесь на ночь? У меня есть гостевая спальня, с двумя кроватями,” спросила Одетта, и принюхалась. “Есть и с одной. Я не осуждаю. Особенно после того, что вытворяла тогда на кухне.” “О, давай рассказывай!” сказала Алистроемерия. “Ну, ты наверняка знаешь, как Лука любит минеты,” начала Одетта. “Но я хотела несколько… приправить опыт. В прямом смысле-” “Давай об этом в другой раз,” вмешался я. “Мы устали с дороги, и уже довольно поздно. Нам пора ложиться.” “Хотела бы я поспорить… но пойло меня подкосило,” согласилась Алистроемерия. “Лука, какие планы на завтра?” “Если честно, пока не знаю. Одетта, предложишь нам, куда сходить?” “А зачем вы вообще здесь? Ну, кроме того, чтобы поздороваться.” “Предки пригласили меня посмотреть, как тут что. Они хотят меня на их стороне. У них есть план, чтобы спасти всех… или почти всех, и моё участие может здорово им помочь.” “А…” неуверенно ответила Одетта. Несмотря на то, что она сама монстр, и провела в этом мире буквально половину жизни, она не спешила радоваться моему возможному партнёрству. Одно это уже о многом говорило. “Тогда я знаю, куда вам надо. Сама я там не была, я вообще не покидала континент, но если окажетесь в Сан Илии… это поможет определиться.” “Хорошо, учтём. Что там искать?” “Такое… даже не описать. Но это не опасно. Ну, не для вас. Можно сказать, это и есть суть этого мира. Насколько она вам понравится или нет.” Ладно, цель появилась, пусть я и предпочитал знать, во что ввязываюсь. Но, может, это и правда нужно было прочувствовать. Одетта там не была, вот и не может рассказать. Ну, Сан Илия так Сан Илия. “Спасибо, Одетта,” сказал я. “За всё. За неоценимую помощь на кухне, за ценную информацию, но больше всего, за твою добрую душу. Надеюсь, ты научишься наслаждаться новой жизнью. Ты это заслужила.” “И тебе спасибо, Лука,” сказала Одетта, широко улыбнувшись. “Ты тоже хороший человек, заслуживающий счастья. Но… неудобно после такого трогательного момента…” “Ты проголодалась?” “Нет, нет, не в том смысле! С едой тут как раз проблем нет. Есть целые улицы, где люди приходят специально для этого. Я была там только два дня назад. Это одна из причин, почему изнасилования здесь нечем оправдать. Но если ты пойдёшь в Сан Илию в таком состоянии… добром может не кончиться.” “А я говорила,” сказала Алистроемерия. “Но не-е-ет, куда мне, ему виднее…” “Поможешь с этим?” спросил я у Одетты, просто чтобы посмотреть на лицо Алистроемерии. Оно того стоило. “Это ещё что значит?!” воскликнула она. “Конечно помогу!” радостно ответила Одетта. “Но есть не буду, мне надо следить за лишним весом. В этом мире, если хочешь добиваться успеха, внешность превыше всего. Ложись поудобнее, раздевайся.” “Поверить не могу!” сказала Алистроемерия, осушив ещё один стакан бурбона. “У тебя под рукой Владыка Монстров, а ты пускаешь слюни на дрочку минотавра?!” “Дело не во внешности или силе магии,” сказал я. “Знаешь, что чувствуется лучше любых техник могущественных монстров? Ощущение, что тебя касаются те, кому ты небезразличен.” “Сдурел, старый?! Я тебе не подружка!” “Вот именно,” сказал я. “А Одетта мой дорогой друг. Стань настоящим другом, и я сам буду обо всём просить. Но пока что, просить тебе придётся меня.” “Не дождёшься! Кого хочу, того и получаю!” Хотелось сказать ‘кроме Генриха’, но не хотелось разрушать такой уютный дом. Да и переживать яростное изнасилование на ночь тоже не хотелось, потому что я бы не смог использовать достаточно силы, чтобы этому помешать. Я уже пожалел, что завёл этот разговор. Зачем я её подначиваю? Чего добиваюсь? Уж не отыгрываюсь ли за всё начало с Алисой, к которому она не имела никакого отношения? Одетта нагнулась над моим голым телом. “Я отлично работаю руками. Будет не так здорово, как в тот раз, но для наших нужд хватит… но у меня закончилась смазка. Хм-м, чем бы заменить…” Алистроемерия ухмыльнулась. “Позволь мне.” “О, будешь так добра?” спросила Одетта. “У меня во рту суховато, вряд ли хватит.” “У меня как раз другая проблема,” заговорчески сказала Восьмая. Одетта подставила ей руку. “Лучше двумя,” предупредила Алистроемерия. Одетта пожала плечами, и подставила две. Алистроемерия громко закашлялась, но ничего не произошло. “Без паники, скоро будет,” уверила она, и продолжила содрогаться так, будто у неё начались судороги. Но изо рта так ничего и не вышло. Одетта подняла бровь. “Уже почти!” сказала Восьмая. Я услышал низкий рокот, который ожидал бы больше от аллигатора, чем от ламии в человеческой форме. Алистроемерия напоминала кота, который вот-вот выплюнет комок шерсти. Но вместо этого из неё вышла огромная масса зелёной флегмы, часть из которой упала Одетте на паркет. “О-ох, другое дело,” довольно сказала Алистроемерия. “Давно пора было от этого избавиться. Фух, теперь и жить можно!” “Эта штука вообще безопасна?” спросила Одетта. “Выглядит как… даже не знаю что… и тут плавает что-то чёрное.” “Это… как там было на вывеске, убивает 99.9% бактерий? Ну вот, а это убивает все 100. Не благодарите. Для людей и монстров безопасно… если не облизывать.” “Мне кажется, или пол меняет цвет?” спросила Одетта. “Отмоется,” отмахнулась Восьмая. “Наверное.” Одетта вздохнула, но начала размазывать отвратительную жижу мне по стволу, одновременно с этим туго надрачивая. Первоначальное отвращение сменилось восторгом. Если бы я не знал, откуда оно вышло, то запросто посчитал это лучшей смазкой! Надо было только закрыть глаза… и не дышать. И не помнить. Я повернулся в сторону, и увидел довольное лицо Алистроемерии, с фирменной Фейтбёрн-ухмылочкой. “Настолько кайфуешь, а?” спросила она. “Какая ирония. Так хотел от меня откосить, но всё равно, в каком-то смысле, тебя удовлетворяю я.” “Лучшее от обоих миров,” сказала Одетта. “Мои любящие руки, и твоя мощная… слизь. Магия в ней настолько сильна, что у меня руки чувствуют не меньше, чем его пенис. Поделишься ещё порцией? Я бы хотела… поэкспериментировать.” “Только ограничивайся наружним применением, а то сливаться придётся по новой,” предупредила Алистроемерия. Техника Одетты была, как и обещано, настолько же эффективной. Она быстро выжала меня, забрызгав всю себя спермой. Но она не жаловалась. Есть её она всё равно не планировала, а теперь это было ещё и опасно. Она даже отнесла моё едва отзывающееся тело в джакузи, где с удовольствием помыла меня тоже. Как же хорошо было увидеть её снова. Если честно, скорее всего, случись так, что она бы с энтузиазмом поддержала идею моего присоединения за Макай, путешествие по этому миру завершилось бы в тот же день – я бы уже узнал достаточно. Но её нерешительность в целом, и совет посетить Сан Илию, разжигали интерес. Мне нужно было больше информации, и я знал, где буду завтра её искать.