A Moth to a Flame

Один месяц спустя

      Саша тоскливо играла с Музыкальной шкатулкой, открывая ее крышку, как зияющий рот. Кто бы мог подумать? Она задавалась этим вопросом про себя. Как эта безвкусная вещичка могла причинить столько бед? Как смехотворно неуместно она выглядела, свернувшись калачиком на огромном троне короля Андриаса, почти как маленькая девочка, играющая на водительском сиденье родительской машины. Вас бы простили, если бы вы не знали, что она только что привела к самому быстрому и легкому свержению правительства в истории этого мира. Большой синий страшила заперт? Проверено. Армия города сдалась? Проверено. Их армия жаб менее чем в часе езды? Проверено. Преодолевающий измерения Макгаффин твердо стоит на своем месте? Дважды проверено. Неплохой рабочий день для 13-летнего подростка. Большой воробей Марси был привязан к подлокотнику за лапу. Приз, который она взяла для себя, чтобы стильно путешествовать по своему новому королевству. Она следила за тем, чтобы он не подвергался никакому принуждению, и тот факт, что он был по шею в мешке с кормом для птиц промышленного размера, говорил ей, что ему вполне комфортно.       Саше удалось слегка улыбнуться, когда она потянулась, чтобы провести пальцами по толщине его брони. Она окунула руку в пакет и протянула ему открытую ладонь с семенами; он смотрел на ее руку мгновение или два, прежде чем осторожно начать клевать насыпь. Слава Лягушке, рядом не было никого, кто мог бы услышать, как с ее губ срывается «оууу». Ее бабушка была той, кого она должна была благодарить за свое тайное восхищение птицами. Пожилая леди была орнитологом, который «угощал» ее регулярными поездками в лес по выходным, когда она была моложе. Это было задолго до того, как она открыла торговые центры и галереи. Тогда Саша не осмелилась бы признаться в этом даже самой себе, но те, кого они заметили вместе тем росистым весенним утром, были прекрасны в своей естественной среде обитания. Цапли теперь, может быть, навсегда стали ненавистными для нее, но Джо — она думала, что это его имя — был очень впечатляющим экземпляром. Бедняга каким-то образом нашел в себе силы донести всех семерых до Ньютопии, только чтобы в конце полета нырнуть носом в землю. Определенно это не имело никакого отношения к тому, что она спрашивала Марси, может ли она взять бразды правления в свои руки на последнем отрезке пути. Она и Энн были достаточно любезны, чтобы не привлекать к этому внимания, как они сделали в тот день в летнем лагере, когда обнаружили, что она плачет в подушку. Они были достаточно добрыми, чтобы согласиться с ее рассказом о том, что это была всего лишь аллергия. Она поняла, что в то утро у нее были настоящие друзья. Мысль о них только снова испортила ей настроение. Она высыпала остаток корма обратно в сумку и откинулась на спинку сиденья, раздраженно скрестив руки на груди. Здесь она была в кульминационный момент своей молодой жизни, и она не могла быть более несчастной. Может быть, потому что ее друзья должны были быть здесь, чтобы разделить это, но нет, они должны были пойти и вести себя благородно. Чего еще ей следовало ожидать? Она всегда была единственной в группе с сильным нравом. Энн пришлось уговорить, брыкающуюся и кричащую, бросить школу и присоединиться к ней и Марси в праздновании ее же дня рождения. Стоит ли удивляться, что ей пришлось держать ситуацию под контролем? Скорее всего… потому что в глубине души она знала, что на самом деле не хочет этого. Она, конечно, верила, что это так, после того, как они сбросили генерала тритонов в водопад и когда они успешно сплотили Повелителей жаб после получения боевого молота Барреля. Ситуация только начала усложняться, когда им понадобились бесплатные билеты в Ньютопию в виде ее друзей. Она не рассчитывала, что поймет, как сильно скучает по своей неуклюжей, растяпе Марси. Ни насколько эффективно она и Энн все еще могли работать вместе как команда, несмотря на все неприятности, которые произошли между ними во время их пребывания здесь, которых было предостаточно. Тот факт, что Энн активно подталкивала ее к уничтожению этого расплавленного монстра-жабы, был вишенкой поверх мороженого с илом. Некоторое время назад казалось, что они действительно могут свернуть за угол и начать все заново. Все трое могли уйти домой, как будто ничего этого и не было. Только к тому времени было уже слишком поздно. Что она могла сделать, когда Плантеры пригласили их на самый неловкий в мире званый обед или когда они обрушили весь дом на Битве групп? Сказать Грайму и всем жабам, которые вложили в нее свою рабочую силу и свое будущее, что, извините, она струсила? Был только один путь гризли, который закончился бы и для нее, и для Грайма, и лучший сценарий, который она могла себе представить, включал в себя головы на пиках. … Это уже не имело значения. Ее друзья выбрали свой путь, она выбрала свой. Как всегда говорила ее мама: «Ты заправляешь свою кровать, ты и ложишься в нее». Забавно, что за свою короткую жизнь она уже слишком много раз слышала эту фразу. Как только она выяснит, как работает Музыкальная коробка, она отправит Энн и Марси в их счастливое путешествие, и им никогда больше не придется видеться друг с другом. Каждый получил бы то, что он хочет. Хорошо, что она послала своих солдат обыскать комнату Марси, чтобы найти все ее исследования о судьбоносном подарке на день рождения Энн. Девушка была стайной крысой. Она вела записи по каждому экзамену и проекту, которые им поручали дома. Чем меньше будет сказано о ее ноутбуке, забитом файлами аниме-фанфиков и теорий, тем лучше. Кроме того, это был хороший способ отвлечься. Они вернулись в тронный зал, таща холщовые мешки, полные пергаментов, и высыпали их содержимое к ногам Саши. Чёрт возьми, девочка, ты была в зоне. Она распрложила их на своих коленях и на свободном месте на троне. На самом деле им было не так уж трудно следовать; цвет сочетается с множеством милых кавайных диаграмм. Типичная Марблс. Судя по всему, это работало так же, как те коробки-головоломки, которые Марси получила в подарок от родственников из Гонконга. Все, что требовалось, это знать правильную последовательность кнопок и молнии! Вы можете отправиться куда угодно в космосе. Просто вопрос поиска кода для Земли. — Я больше не намерена тебя слушать! — Я больше не доверяю тебе! Саша нахмурилась, пытаясь отбросить мысли на задворки сознания, где им и место. Она перелистала ещё пару страниц, пока не нашла ту, которая была озаглавлена ​​блестящими зелеными и синими буквами «ДОМ». Бинго. — Ты отвратительный человек! Просто игнорировать. Просто игнорировать. Теперь все, что ей нужно было сделать, это записать это на ладони и… — И Я БОЛЬШЕ НЕ СОБИРАЮСЬ С ТОБОЙ ДРУЖИТЬ! Она остановилась. Ее плечи поникли. Затем она просто швырнула страницу на пол и вжалась в свое кресло дальше, чем считала физически возможным. Обычно она не считала себя таким чувствительным человеком, но, черт возьми, это было и вправду больно. Следы горьких слез навернулись на ее глаза. Что же я делаю? Звук шагов по смятой бумаге и чье-то прочищение горло вырвал ее из оцепенения жалости к себе. Она закатила глаза, увидев, что Грайм неловко стоит среди брошенных пергаментов. Одноглазый бывший Повелитель жаб что-то прятал за спиной. На самом деле он тоже выглядел довольно смущенным из-за этого, что для закаленного в боях ветерана войны, такого как Грайм, был на самом деле милым в глазах Саши. — Я, э-э, принёс тебе подарок, — сказал он, доставая длинный прямоугольный предмет, завёрнутый в зелёную бумагу и украшенный роскошным красным бантом, — Сделал специально для этого дня. Если и было что-то, от чего Саша Вэйбрайт не могла отказаться, так это подарок, особенно от верного друга. Он был главным отвлечением от хандры, и она не могла бы сидеть прямо и не рваться к этому быстрее. — Что? Граймзи, ты врёшь! — то, что она вытащила из разорванной упаковки, поднятой над головой, заставило ее затаить дыхание, — Откуда ты знал, что я хочу меч для поединков?! Это был совершенно новый меч-цапля. Изысканный зелёный второй короткий меч, который идеально дополнит ее старый розовый. Она с гордостью смотрела на гладкую стальную поверхность, восхищаясь мастерством. Однако, когда она заметила, что отражение смотрит прямо на нее, ее ухмылка исчезла в одно мгновение. Капитан группы поддержки, покрытая шрамами фехтовальщица, покорительница Ньютопии, под каким бы углом она ни смотрела, ей не нравилось то, что она видела. Как бы немыслимо это ни звучало, но даже радости от такого классного подарка было недостаточно, чтобы ей стало лучше. — В чем дело? Тебе не понравилось? О, черт возьми! — Грайм хлопнул себя по лбу, — А ведь я не взял чек! — Нет-нет, просто… — Саша взвесила лезвие на ладони без перчатки. Ей никогда не было легко говорить о подобных вещах, — Что, если Энн права? Что, если я — отвратительный человек? Грязь выскочила из-за подлокотника. — Да кого вообще волнует, что она думает? — усмехнулся он, — Теперь мы с тобой главные, и мы можем делать все, что захотим! — В том-то и проблема… Я больше не знаю, чего я хочу, — устало призналась она. Несмотря на все его годы обучения в лучших академиях, его жестокие бои в Колизее и тактические навыки, полученные на протяжении всей жизни военной службы, как и его предки до него, Грайм был загнан в тупик. Излишне говорить, что разговоры о своих эмоциях не особо поощрялись во время их воспитания в культуре жаб, поэтому, естественно, это не было одной из его сильных сторон. Это всего лишь одна из тех многих вещей, которые у них с Сашей были общими. — Хм. Тем не менее, он довольно быстро соображал и тут же придумал довольно хорошую идею. — Может поможешь мне тут всё переделать? — предложил он, положив руку ей на плечо, — Отвлекись от этого. Потому что это твой шанс… — он указал на беспорядок, которым она окружила себя. — Это определенно не… подожди, могу ли я тебе помочь?! Они оба повернули головы, когда стало невозможно игнорировать конусообразный клюв Джо, слегка покусывающий щеку Грайма. — Вероятно, он думает, что твои бородавки — это зёрна. — Ради всего святого… я знал, что он присматривался ко мне во время поездки сюда! Уйди! Проваливай! — Грайм зачерпнул горсть корма и швырнул его на мраморный пол, но крылатый зверь продолжал клевать ему морду, — Прекрати! МОЯ ГОЛОВА ЭТО ТЕБЕ НЕ КОРМУШКА! Саше потребовалось исключительная сила воли, чтобы не рассмеяться при виде того, как ее друг стал добычей домашнего питомца. Вау, подумала она. Ее друг? Так ли она видела теперь Граймзи? Правда? Возможно, до определенного момента. Хорошо, учитывая варианты, которые у нее были для родительских фигур дома, это была не самая высокая планка, которую нужно было пройти, но это все же что-то значило. Что-либо. Кто бы мог подумать, что они так закончат, особенно учитывая то, как они начали с нее в качестве его пленницы? Конечно, возможно, ей понадобилось помочь ему, и вся башня не превратилась в корм для цапель, чтобы ее повысили до его лейтенанта, но с тех пор они действительно прошли долгий путь. В капризной старой жабе было гораздо больше чести и любви, чем она думала сначала, когда списала его со счетов как еще одного хвастуна с властью. Теперь он искренне считал ее равной себе и как друга, и как товарища по оружию. Для Саши это чувство было взаимным. Впервые для нее. Когда все было сказано и сделано, кого еще она оставила, кроме него, и наоборот? Какого черта? Давайте разберем это место. Отвязывая Джо, она насвистывала чирик-чирик и слегка дергала за веревку, чтобы побудить его следовать за ними. Беглый осмотр тронного зала подсказал ей, что предстоит проделать большую работу. Если этот режим жаб продлится тысячу лет, правильный декор был важным первым шагом. К счастью для них, она кое-что знала о моде. Во-первых, было слишком много мягких голубых и фиолетовых оттенков. Ржавчина красная сверху донизу! Она предпочитала оставить витражи, но им нужен был совершенно новый дизайн. Ее истинное лицо, естественно, фигурировало бы в большинстве из них, один из которых демонстрирует ее и Грайма, проламывающего голову этого червя-нарвала с боевым молотом, являющимся абсолютной необходимостью. Змеи, обвившие каменные колонны, были неплохим штрихом, хотя и слишком элегантными для всей атмосферы «гордых воинов», к которой они стремились, но она все ещё могла смириться с ними. Теперь, что касается трона, им придется заменить его чем-то гораздо более внушительным. Было то сверхжестокое шоу драконов, которое она и ее родители смотрели, в котором огромный трон был сделан из мечей. Она была уверена, что где-то в ее телефоне есть фотография, которую можно использовать в качестве ориентира. — Прости, но что это ещё за чертовщина?! Саша могла только осудить то, на что они глазели, как самое большое оскорбление изящного украшения, известное человеку или амфибии. Да, хуже, чем надувная мебель, ковры в ванных комнатах, занавески из бисера, окна в ванных комнатах из стеклянных блоков, цитаты «живи, смейся, люби» на стенах, деревенские сердца, каменные кувшины и морские аксессуары, собранные под одной внутренней крышей. Гобелены занимали значительное место в интерьере дворца, но гобелен, протянувшийся по секции стены, изображающий Андриаса с кротким сердцем, сидящего на берегу озера в окружении цветов и кувшинок, вызывал не что иное, как отвращение. У его ног собрались и были схвачены его защищающими руками его дети с широко открытыми глазами. Даже рыба и омар всплывали на поверхность, чтобы насладиться великодушием своего короля. Здесь огромная саламандра была поистине любящим патриархом всего, чего касался свет. Это зрелище было завершено только радугой, прочерчивающей небо. Грайм почувствовал, как у него заурчало в животе. Если ему когда-нибудь понадобится пример, чтобы продемонстрировать разницу между вульгарным и откровенно безвкусным, то это был как раз он. — Бе-бе-бе! — он заткнулся, — Это нужно снять! Саше не нужно было дважды повторять. Кроме того, что еще Джо собирался использовать, чтобы выровнять свое гнездо? Совместными усилиями они сорвали элемент с места, и он кучей повалился на пол. Гробовая тишина повисла в комнате. Под гобеленом была спрятана… фреска. Включение такого украшения в тронный зал вряд ли было удивительным, но именно то, что оно содержало, потрясло и человека, и жабу, настолько, что им потребовалось время, чтобы прийти в себя. — Вау, — выдохнули они сразу, прежде чем начать анализировать увиденное. Фреска представляла собой хаотичную коллекцию кошмарных изображений, нарисованных на стене темно-синего цвета. Дикое красное пламя извергает полчища зверей и обломки зданий. Горы черепов и костей лягушек, жаб и тритонов. Летающий… космический корабль? Замок? Что бы это ни было, оно выстреливало белым лучом в то, что безошибочно было Музыкальной шкатулкой. Из Коробки сочились розовые, зеленые и синие молнии. Завораживающие оранжевые драгоценные камни или, что еще ужаснее, глаза отскакивали от стены и вжигались в их разум. Пугающий фокус этого билета в один конец в кабинет школьного терапевта? Из центра ада возвышался силуэт красноглазого зверя размером с голиафа, его когти жадно тянулись к шкатулке, которая висела прямо над его коронованной головой. С тем же успехом его можно было взять прямо из потрепанного дневника сновидений бешеной лягушки. Любые мысли о косметическом ремонте тронного зала давно отпали. Даже революция, которую они возглавляли, вдруг оказалась за миллионы миль перед лицом того, на что они только что наткнулись. Слегка вглядываясь в глаза, Саша первой повернулась лицом к призрачному левиафану, и когда она это сделала, ей пришлось проглотить свое сердце обратно в грудь. — Это король? — спросила она, озадаченная. — С музыкальной шкатулкой? По растерянному лицу Грайма стекал пот. — Если это так… очень хорошо, что мы его остановили. Никто из них не сказал этого вслух, но оба сразу поняли ситуацию. Все это время они думали, что играют в легкомыслие, а король играет в болотный прыжок. О, как они ошибались. Это было выше всего того, что обсуждали даже Повелители жаб. Они знали, что должны собраться вместе с ними, как только войска достигнут ворот. Она подошла на пару шагов ближе, чтобы более тщательно рассмотреть фреску, пропустив детали, появившиеся теперь, когда первоначальный шок начал проходить. Маркировка на печатной плате — такая же внутри устаревшего компьютера ее отца, когда она по глупости предложила Марси разобрать его — проложила себе путь вокруг изображений, служа своего рода рамкой. Странный выбор для мира, в котором еще даже не было паровых двигателей. Она также подняла три маленькие геометрические фигурки, стоящие на крышке Коробки. Художницей она не была, но по дизайну они выглядели вполне по-человечески. Но людей в амфибии не было. Трое из них были первыми представителями своего вида, ступившими в это измерение. Не так ли? Тревожные звоночки звенели громче, чем прежде. Этот парень, Андриас, играл с Энн и Марси в своих интересах все это время, и все это для того, чтобы заполучить Музыкальную шкатулку! Что он планировал с ней сделать? Прямо сейчас она все еще не могла сказать, но все было и так хуже некуда. Если не считать крутой рок-группы, огонь и черепа вместе никогда не были чем-то хорошим! Даже перья Джо беспокойно вздулись у нее на спине. Не отворачиваясь от фрески, она подняла руку и погладила его приподнявшийся гребень. — Я знаю, большой парень. Мне это тоже не нравится». Голос Грайма настойчиво звенел у нее в ушах: «Лейтенант! Иди сюда, быстро! Саша развернулась на каблуках и побежала по комнате, чтобы найти Грайма, стоящего на обломках того, что раньше было демонстрацией доспехов. Он, очевидно, действовал по наитию, пока она была занята. Судя по его потрясенному выражению лица, он только что обнаружил нечто гораздо худшее. — Что такое ооооо, только не это! Этот новый второй мурал очень напомнил Саше египетские иероглифы. Если и были какие-то сомнения насчет парней из разноцветных палочек, то здесь их не было. Аккуратным рядом на фоне цвета индиго возвышались очертания человеческих существ; длинные неуклюжие придатки, короткие носы и все такое. Одни были в плащах с капюшонами, другие в доспехах. Пара в центре выглядела особенно царственно. Никаких призов за угадывание маленькой деревянной коробочки, которую они держат в руках, укрепляющей их авторитет, как если бы это был крестообразный шар. Внизу были выгравированы выцветшие надписи. Они были написаны на более архаичном диалекте земноводных, но, будучи жабой с высшим образованием, Грайм смог прилично их перевести. Эти великие существа магии и могущества Путешествовали извне, чтобы служить ночью Поклонись этим детям человеческим Или готовься познать гнев… — … Ву Клан? — он поднял на нее свой единственный здоровый глаз. — Яяяяя, я не понимаю. Вот оно что было. В голове Саши вспыхнули прожекторы. Вся краска схлынула с ее лица. Миллион и одна мысль пронеслись в ее мозгу одновременно, угрожая отключить мозг. Именно в этот момент она поняла, что ее разыграли. Их всех. Она не знала, быть ли ей в абсолютной ярости, преданной или впечатленной. Почему этот коварный, изворотливый маленький — Именно тогда они услышали БУМ за окном.