"Как закалялся Клан"

После освоения варки стекла и плавки металлов в солнечной печи настало время больших промышленных проектов. К тому же первые дети подрастали и уже начали помогать взрослым, в разумных конечно рамках. В конце концов они не в Викторианской Англии жили, так что детство у детей никто не отнимал, но хорошее обучение и разнообразные кружки. Так что девочки помогали женщинам, а мальчики - мужчинам, согласно проявляющимся склонностям. Кто с гаечными ключами или молотком, а кто в Arduino IDE писал программу для микроконтроллера или помогал с паяльником собирать электрическую схему. После освоения варки стекла и плавки металлов, доведя мощность солнечной плавильной установки до 1 мегаватта стали осваивать плавку базальта. Пример "летающей тарелки" был показателен, а еще требовалась базальтовое волокно и вата для множества применений. Да и стекловолокно со стекловатой тоже требовались. А кроме того надо было осваивать химическое производство. И расширять механическую мастерскую для работы с крупногабаритными деталями. Оценив все "за и против" решили не превращать поселок в завод, особенно с учетом химических производств - и начали осваивать старый аэродром. Там были старые капитальные корпуса, станки из ТЭЧ, емкости металлические со старой нефтебазы. Сначала по очереди перестроили все капитальные здания для работы в зимний период снабдив каждое небольшой автономной системой электропитания от вертикальных ветротурбин. А после начали строить вторую Солнечную Башню, копию первой. Кирпичи производили в поселке из местной глины, сушили и обжигали в солнечной печи, клали на известковом растворе из местного же известняка собранного при земляных работах. Возвели кирпичную башню, построили фундаменты для системы подвижных зеркал - гелиостатов. В качестве световода использовали трубу от аэродромной кочегарки. Которую пришлось полировать очищая от ржавчины и нагара внутри, потом устанавливать внутри башни. Стекло уже умели варить достаточно качественное, чтобы делать из него зеркала. Конечно зеркала были хуже немного чем из советского оконного стекла, но их площадь сделали просто на четверть больше, чтобы получить тот же 1 мегаватт тепловой мощности. Так же точно построили вторую большую турбину Тесла, генератор на 100 кВт который выдавал честные 85 кВт при 380В 50 Гц взяли от еще одной разобранной дизельной станции. Зато тепло от Солнечной Башни тут не сбрасывали в пруд, а запасали в больших тепловых аккумуляторах из камней в утепленной базальтовой ватой металлической емкости из под топлива. Теплоемкость каменного аккумулятора рассчитали так, чтобы ее хватило поддерживать всю зиму приемлемую температуру в бетонных и кирпичных зданиях. Для отбора тепла использовалась водяная система отопления, которую переделали и пустили под землей в кирпичных коллекторах тщательно утепляя трубы базальтовой ватой собственного изготовления. Конечно каменный тепловой аккумулятор не мог зимой обеспечить работу паротурбинной электростанции, только отопление, но этого от него и не требовалось. Получив стабильные 85 кВт электрической мощности летним днем и стабильное отопление производственных помещений зимой вернули назад в ТЭЧ демонтированные ранее станки и по новой проложили электропроводку. А потом приступили к постройке двух зданий газогенераторных станций. Одна должна была вырабатывать метан для хранения в большом мокром газгольдере, во втором здании стоили большой пиролизный газогенератор для моноокиси углерода, в просторечии угарного газа. После мокрого газгольдера занялись постройкой установки по синтезу жидкого топлива по "немецкому" процессу Фищера-Тропша. Но это дело было не таким быстрым, намного быстрее переделали один из модных бензиновых генераторов для работы на метане, чтобы получать электроэнергию ночью и зимой для "промышленной зоны". Конечно на аэродроме построили небольшую систему автономного питания с аккумуляторами, но основное питание тут все равно давала Солнечная Башня летом, а зимой - электростанция с работающими на метане бензиновыми двигателями крутящими электрогенераторы. Основная и резервная установки. Собрав аппаратуру для получения синтетического бензина и смазки наладили технологический процесс обеспечив технику с бензиновыми двигателями топливом. Конечно пиролизный газогенератор был прожорливой штукой, но работал на древесных отходах и всяком мусоре вроде соломы с опавшими листьями. Надо было решать вопрос производства заменителя солярки для дизельной техники, но надо было разобраться как это сделать. Самым очевидным был путь получения синтетического керосина из метана для приготовления керосино - масляной смеси на которой могли работать дизеля. Пока же наладили производство искусственных спиртов, из древесины метилового и этилового из мелкой картошки, для получения разных сортов синтетического каучука. Синтетический каучук нужен был для электрической изоляции, производства покрышек и резиновых камер для колес автотехники, резиновых изделий разного назначения. Конечно химическое производство было сложной темой занявшей годы для лабораторных исследований, отработки техпроцессов, постройки оборудования. Многие работы велись параллельно. Довели до логического финала работы по теме нитроцеллюлозы - получили свой бездымный порох, наладили производство кино и фотопленки. На кинопленку пересняли все мультфильмы, кинофильмы, познавательные ролики, что были на компьютерных носителях информации. Точно так же поступили во всеми текстами книг, пересняв их на фотопленку с большого экрана. Аналогично чертежи, фото, полезные и интересные картинки. Советские кинопроекторы и диаскопы снова вернулись в строй. Хотя самые важные книги все-таки распечатали на старых запасах бумаги и лазерном принтере. Так же наладили постепенно производство магнитной ленты, чтобы переписать на нее аудиозаписи, и может в перспективе использовать для хранения программ компьютеров собственного производства. Наладили производство бумаги, для принтеров она еще не годилась, только может для старых матричных, а вот делать из нее тетради уже было можно. Со временем дойдет и до своего книгопечатания. Кустарная печать книг не требовала сложного оборудования и его изготовлением тоже занялись. Стекольное производство перенесли на старый аэродром. Постепенно заняли все старые советские кирпичные и железобетонные здания. Оборудовали вакуумно - ламповый цех, который начал с "ремонта" осветительных ламп накаливания. Пришлось освоить работу с вольфрамом для производства нитей накаливания, попутно научились делать "угольную" нить как в лампочках Эдиссона. Такие лампочки светили не так ярко, но были вполне долговечными, особенно если нити не перекаливать. Но вакуумно - ламповый цех планировали постепенно довести до уровня выпуска радиоламп, как высокочастотных, так и самых прогрессивных - стержневых. Чуть погодя организовали лабораторию полупроводников. Сначала исследовали советские радиоэлементы - селеновые и купроксные (на окиси меди) выпрямители, германиевые диоды и транзисторы, потом кремниевые, изучали неисправные микросхемы фотографируя их топологию под микроскопом. Так же разрабатывали технологию очистки и выращивания полупроводников. Сначала - переработку и вторичное воспроизводство советских германиевых полупроводниковых радиоэлементов. Попутно проводили опыты с очисткой и плавкой кремния, зонной плавкой. Впереди предстояли годы работы, но уже ясно было куда и как двигаться. Главное - остро не хватало рабочих рук. Конечно что-то можно было компенсировать автоматикой, в основном на химическом производстве по налаженным техпроцессам и в энергетике, сельском хозяйстве, даже в токарной обработке и фрезеровке. Но все равно часто приходилось буквально "разрываться" между множеством дел. Но занимались не только тяжелой индустрией. Общую посевную площадь довели до одного гектара увеличив число Длинных Полей, по пшенице добились двух урожаев в год - летом 80 центнеров с гектара, зимой - 50. Или 800 и 500 грамм пшеницы с квадратного метра соответственно. Так же создавали ветрозащитные валы, лесополосы из лиственных деревьев и кустарников, создали систему прудов и искусственных лугов. Для Яшмы была построена отдельная обсерватория за пределами поселка под ее 400-миллиметровый телескоп. Вторая была построена в двух километрах от аэродрома, с учетом местной розы ветров и рельефа. Третью планировали построить позже в вершине равностороннего треугольника, чтобы повысить эффективность интерферометра. Стало легче когда в работу включились подростки из первого поколения. Конечно после строгих экзаменов по достижении 15-ти земных лет и прохождения необходимой стажировки. За ними конечно по отеческий присматривали, но никаких "онижедети(с)" до 40-ка лет тут быть не могло в принципе! Постепенно в поселке появился свой врач - биолог широкого профиля, химик, металлург... Подрастали новые дети, а старшие в 16-18 лет уже сами заводили семьи и успешно заводили детей. Продовольствия хватало на всех с избытком и была запас, по основным позициям было налажено воспроизводство ресурсов, были запасы на случай неурядиц - в том числе неприкосновенных в обычном условии "Госрезерв". Ну а дети воспитанные в дружной позитивной атмосфере и имея все необходимое для полноценной жизни и творчества с детства не страдали "вещизмом". Каждый знал откуда и как берутся вещи, продукты, что потребности должны быть разумными. Культ бездумного потребления тут никто не насаждал, а хвастаться тут было принято своим умом, знаниями, умениями, результатами работы и творчества. Постепенно получилось достичь высокой степени самообеспечения промышленной продукцией, что давало уверенность - сообщество не деградирует ниже 50-х готов XX-го века. А ведь молодые уже начали облизываться на зенитные ракеты хранившиеся на дальнем складе. Не разобрать их на утиль, а исследовать и запускать как геофизические! Появился кружок "ракетчиков" который стал экспериментировать с маленькими ракетами на твердом топливе и маленькими ЖРД на техническом спирте и жидком кислороде. Они же разобрали сваленную на складе документацию на ракеты. Вывод был неутешителен - все ракеты были из бракованной партии. И если большие жидкостные ракеты от ЗРК С-75 еще можно было перебрать устранив дефекты, то меньшие твердотопливные ракеты от С-125 нужно было утилизировать. Из-за нарушения технологии производства и хранения их шашки твердого топлива растрескались. И при попытке запуска они просто взрывались на пусковой. Для дефектовки привлекли Яшму, которая смогла "просветить" твердотопливные ускорители и шашки твердого топлива. В результате удалось выбрать два десятка годных ускорителей для ракет от С-75, остальные и все ракеты от С-125 она забраковала. Забракованные изделия осторожно разобрали на запчасти, бракованные шашки твердого топлива разрезали самодельной установкой гидроаюбразивной резки чтобы они не взорвались и стали думать как их переработать. А ракеты от С-75 стали перебирать по винтиу готовя к использованию, в то время как химики стали работать над получением топлива и окислителя для них. Необходимо было собрать два десятка "идеальных" ракет для геофизических запусков, остальные пустить на запчасти и исследования. Ракеты небыли приоритетор первой очереди, их переборкой, постройкой сденда для прожига двигателей, химией занимались в свободное время. Намного быстрее начали регулярно запускать шар-пилоты (метеозонды) из запасов аэродромной метеостанции. Получив опыт с "шарами" - построили несколько десятков долговременных дрейфующих аэростатов которые запустили на высоту более 20-ти километров в местные струйные течения, где они летали несколько лет питаясь от небольших солнечных батарей и передавая данные в КВ-диапазоне. В том числе и фото с бортовой web-камеры используя протокол SSTV (телевидение с медленной разверткой). Конечно всем очень хотелось снова занаться исследования "Города Чужих" , не меньше манила "летающая тарелка" и вообще горы обещали полезные ископаемые. Но сначала решили построить узкоколейку от поселка до старого аэродрома. Книга Островского "Как закалялась сталь" была в школьной программе, так что за "свою железную дорогу" проголосовали первыми все молодые которым хотелось "совершить свой подвиг". Старшее поколение долго обсуждало плюсы и минусы, затраты ресурсов, но в конце концов все возражения снялись. "Экономиа узкоколейки" была достаточно простой и считалась достаточно легко. Метр самого легкого узкоколейного рельса Р8 (8 килограмм стали на погонный метр) весил 8,42 кг. Рельсов - два. С учетом разворотных кругов, стрелок и прочего - 32 километра двухрельсового пути. Масса 1000 метров одиночного рельса - 8,42 тонны, двух рельс на тот же 1 километр пути - 16,84 тонны, будем считать что 17 тонн. Умножаем 32 километра на 17 тонн и получается 544 тонны стали. Много конечно для них. Но... Но у них уже были рельсы для узкоколейки на 10 километров пути. Километр рельсов Р8 они когда-то нашли на кочегарке. По этим рельсам должны были закатывать вагонетки с угольного двора, кроме котого рельсы были подложены под запас труб, на них были уложены деревянные брусья и потом уже трубы. Еще некоторое количество рельс нашли в пустом хранилище спецзарядов. Но намного больше рельсов нашли просто брошенными на окраине аэродрома и при разборке деревянных зданий в поселке. Там их часто использовали как балки перекрытий, видимо рельсов было много и строители решили что так будет надежней чем ставить деревянные балки. Точно так же много рельсов нашли при разборке сараев, в одном месте из них был целый большой сарай сложен, обшитый снаружи и изнутри горбылем. Как будто какой-то параноик строил бункер. Использовались они и как балки перекрытий над погребами, на которые укладывали еловый брус и сверху ставили сарай. Видимо когда-то разбирали ненужную узкоколейку и рельсы растаскивали все желающие. Старые рельсы конечно нужно было дефектовать и негодные пустить в переплавку, но они были. И позволяли "сэкономить" 170 тон металла. На оставшиеся 22 километра пути надо было потратить 374 тонны стали. Хотя на самом деле больше - необходимы будут крепежи для крепления рельс к шпалам, и рельс между собой. В принципе такое количество металла можно было найти пустив в переплавку металлолом и особенно ненужный чугун. Например чугунные батареи и котлы из котельных. Вес секции советской чугунной батареи - 7,5 килограмм. В стандартной батарее от 7 до 9 секций. Это 52.5 или 67,5 килограмм. Десяток чугунных батарей - 525 или 675 килограмм, скорее даже чуть больше. А запасы чугунных батарей у них были. Как те, что завезли для стройки пятиэтажек, так и те что уже стояли в старых деревянных домах. В одной комнате одна батарея, в пятиэтажке 3 квартиры на этаж, 5 этажей, минимум 4 подъезда - итого 60 квартир по 3 батареи в каждой. Плюс батареи в подъезде по одной на этаж - это 2 сотни батарей на одно здание. Или 10.5 тон чугуна минимум. Пятиэтажек было запланировано 7 штук, значит это минимум 73.5 тонны чугуна. Решив не гадать попросили Грей уточнить записи и "идеальная бюрократака" выдала вердикт - у них в запасе не использовано 4636 чугунных батарей. Или по минимуму 243 тонны чугуна. Нехватает примерно 141 тонну металла. Но если участь паровые котлы со всех кочегарок и старой бани, а так же ненужный металлолом вроде не подлежащих ремонту чугунных блоков цилиндров больших дизелей котрые лопнули из-за замерзшей внутри воды. А так же не подлежащих ремонту чугунных двигателей машин... То эту 141 тонну металла наскрести можно. Проведя ревизию складских запасов установили, что чугуна на самом дели у них почти 450 тонн. Производство 375 тон или 44 километров рельс Р8 под колею 750 мм с их возможностями по плавке металла в двух солнечных печах это два кубометрв за одну плавку в двух солнечных печах. Вес 1 м3 стали - 7,9 тонны. Итого одна плавка - грубо 15 тон стали. Для плавки 375 тон стали надо будет 25 плавок. С учетом необходимой профилактики печей и веротяно меньшей загрузки на каждой плавке - около 2 летних месяцев. Не так много на самом деле. Металл у них есть, возможность его переплавить - тоже. Но нужно делать оснастку для отливки рельс и оборудование для закалки головки рельса, иначе он будет очень быстро изнашиваться. Итого скорее всего только на первое производство 22 километров рельс уйдет все лето. Но зато потом они смогут с отлаженной технологией производить около 50-ти километров рельсов за лето. Если будет такая потребность и металл для производства. В том что в горах найдут полезные ископаемые никто не сомневался. И потребуется большой грузопоток в обе стороны тоже было понятно. А на местной "оливиновой равнине" покрышки автотранспорта изнашивались весьма заметно. Так что выбора небыло - узкоколейку строить придется все равно, рано или поздно. Раз безобразия избежать не удасться - значит его надо возглавить, направить и проконтролировать. Строение пути и сами рельсы было решено сделать по стандарту колеи в 750 мм на легких рельсах Р8, обычной советский лесозаговительной узкоколейки, но на нормальном строении пути сделанном по всем правилам. По узкой колее будет бегать небольшой локомотив - тепловоз с карбюраторным двигателем собранный на раме с элементами подвески и трансмиссии от ЗИЛ-131 . Эта машина будет работать на биореакторном метане и таскать грузовые вагоны перевозя тяжелые грузы в летний период. Пассажиров возить будет небольшая моторисса (моторный самоходный вагон) собранная так же на базе узлов от ЗИЛ-131 с удобным пассажирским салоном. Моториссу было решено сделать по образу и подобию моторного электрички, а не "грузовика на рельсах". Год потратили на подготовку - дефектовали старые рельсы, заготавливали деревянные шпалы и крепежи, делали оснастку и переваривая чугун в сталь отливали свои новые рельсы Р8. Попутно провели подробную гиодезическую съемку, спроектировали пути, разворотный круг, стрелки и прочую инфраструктуру. Начали строить свой маленький тепловоз и пару грузовых вагонов. А следующим летом началась новая большая стройка. И за лето 35 километров узкоколейки полностью проложили получив бесценный опыт железнодорожного строительства. Параллельно "железке" была проложена более-менее нормальная "гравийка" отсыпанная оливино-базальтовым гравием. Моторисса тоже использовала в качестве топлива все тот-же метан. И хотя на постройку узкоколейки с со всей необходимой инфраструктурой ушло много металла, на рельсы, стрелки, железобетонные капитальные шпалы и небольшой мост через овраг, но на длинной дистанции железнодорожный транспорт оправдывал себя всегда. Оправдался он и тут. Получив опыт стройки узкоколейки и моста через овраг приступили к прокладке нормальной автомобильной дороги к горам. Чтобы не наматывать десятки и сотни километров в объезд - строили деревянные мосты через овраги и ущелья, расчищали и оконтуривали грунтовку, взрывали оксиликвитом (промышленная взрывчатка из опилок и жидкого кислорода) крутые склоны там где можно было обойтись без мостов. Одна ветка дороги шла к старому городу и к бывшей базе пришельцев в горной долине, другая - к долине с "тарелкой". На маршруте строили "сторожки" где можно было удобно отдохнуть, были припасы и возможность пережить сезоны бурь. Так же построили капитальные "форты" в конечных точках маршрута, которые должны были стать опорными базами для исследований, геологоразведки и добычи полезных ископаемых. "Клан" пришел сюда всерьез и на долго. Конечно вызывали опасения "ночные огордники", но с ними удалось разойтись краями не вредя друг другу. Люди старательно не трогали их "огороды", старались не портить дикую растительность и не оставалоись ночью на улице, а странные ночные существа не пытались вредить людям. Хотя их следы конечно находили утром, они изучали строения и оставленные на улице вещи, но ничего не ломали. Повезло в том, что в долине с "летающей тарелкой" их небыло. К "тарелке" проложили дорогу удалив растительность вокруг и начали ее раскапывать. Попутно геологи осматривали окрестные долины и предгорья. За год геологи нашли месторождения медной руды, жилы железа, кварц... Это уже было победой. Месторождения были небольшие, но в их условиях даже десятки и сотни тонн оправдывали разработку. Даже сотни килограмм. И это была только верхушка айсберга, наверняка найдется много чего еще. И опять очень сильно нехватало людей на все, что было нужно или хотелось сделать. Теперь имея более-менее стабильный источник железа, примерно оценив рудные запасы, необходимый грузопоток в обе стороны и другие факторы - начали строить "легкую" узкоколейку к горам с темпом около 50-ти километров в год. Затраты времени, металла и других ресурсов были большие, но все равно это станет выгодно когда смогут меньшие чем если постоянно гонять автотранспорт ради обеспечения нужных перевозок. Точнее пока грузовики приходилось гонять и так, но новая "железка" обещала значительно сократить затраты. Технология производства рельс тоже совершенствовалась. Сначала рельсы были литые, первые образцы отливались в земляные формы. Потом построили опытную установку горячей ковки как в 19-м веке, но это были временные решения пока строили первую опытную узкоколейку на аэродром. По настоящему качественные рельсы начали массово производить только после запуска рельсопрокатного стана. Который строили параллельно с установкой по прокату другого конструкционного металлопрофиля. Катанные из стальных прямоугольных заготовок рельсы не успевшие остыть закаляли для повышения износостойкости. Сначала выпускали только легкие рельсы Р8, но когда с горных рудников начали массово поставлять металл и отработали технологию варки стали начали готовить второй рельсопрокатный стан под более тяжелые рельсы Р18. Они в будущем будут укладываться на капитальные линии для повышения провозной способности и увеличения срока службы между плановыми ремонтами. Пока же надо было гнать километраж рельсами Р8 чтобы поскорее дотянуть ветку до гор. Сначала максимально быстро "прокинули" временный путь до рудников, который по большей части клали прямо на грунт если позволяла его несущая способность. Через овраги и ущелья возводили деревянные временные мосты. Необходимо было как можно быстрее сделать быстрый и экономичный путь перевозхки руды на перерабатывающие предприятия. Конечно "легкие" рельсы Р8 (8 килограмм веса на метр пути), деревянные шпалы без пропитки, деревянные мосты долго не проживут. Но параллельно временной дороге же была запланирована постройка капитального пути по всем правилам. Даже с облегченной узкоколейкой возились семь местных лет. Хотя даже она очень сильно ускоряла перевозки когда начали перегружать руду с машин на платформы в конце уже готовой линии. Когда же руда полностью пошла по железной дороге - дело закрутилось намного быстрее. Сократилось время на транспортировку, затраты моторесурса техники, расход синтетического горючего. В отличии от узкоколейного локомотива грузовики ездящие на большое расстояние приходилось заправлять синтетическим бензином. А на местных горных породах шины достаточно интенсивно изнашивались. Конечно их уже научились делать свои и восстанавливать стертый протектор на старых, но "новодельные" шины пока были менее износостойкими чем старые запасы с Земли. Резко нарастив и упростив грузовые перевозки смогли нарастить выпуск стали, меди, других цветных металлов извлекаемых из полиметалической руды. И теперь когда поставки железной руды резко увеличились - начали выпускать нормальные рельсы Р18 (18 килограмм веса на метр длины), кроме того уже имея опыт начали строить рельсоукладчик, кран и все остальное необходимое для ремонтно-восстановительного поезда. Потренировались в механизированной укладке путей проложив небольшую 50-ти километровую капитальную ветку до базальтового карьера, где брали материал для производства базальтовой ваты, щебня и переплавки на литые детали. "Облегченную" ветку разобрали, рельсы Р8 бывшие в нормальном состоянии еще пригодятся для других временных ж/д веток. Поврежденные сразу пустили в переплавку. Все материалы для строек подвозили по узкоколейке без перевалки на автомашины и дело шло намного быстрее. Строили капитальную ветку по всем правилам, строение было полноценным как у первой ветки от поселка к аэродрому, ставили небходимую железнодорожну автоматику. Новая стройка заняла еще пять местных лет, но зато получалась капитальная железная дорога для эксплуатации на десятилетия без заметных проблем. Новая узкоколейка до подножия гор получилась протяженностью 324 километра, и уже оттуда, построив нормальную грузовую сортировочную станцию потянули капитальную ветку к залежам железа. Его там хватит на десятки лет добычи. Потом начали строить облегченную ветку на медные рудники. Всего "железнодорожная эпопея" заняла 14 местных лет. Но эти затраты времени, ресурсов и человеко-часов были полностью оправданы. А снятые "легкие" рельсы позднее использовали для быстрой прокладки временных веток к новым месторождениям полезных ископаемых. С одной стороны узкоколейная железная дорога оказалась очень затратной по времени и ресурсам, с другой стороны пользы она приносила очень много и дала уверенность в союственных силах. Для маленького сообщества это был подвиг уровня постройки Транссибирской магистрали. Но в то же время выпукло стало ясно - надо увеличивать энергоовооруженность их сообщества, двух Солнечных Башен с плавкой 15-ти тонн стали за раз для такого проекта было мало. Хотя, построй они третью башню и увеличив выпуск ресльво до 75-ти километров в год - не факт что смогли бы столько укладывать за весенне-летне-осенние месяцы. Все таки пока мало у них рабочих рук было... "Русские" не только строили к горам свою узкоколейную железную дорогу, в горах все так же работали геологические партии во главе с Ясенем. Он не только давно перестал дурковать и уже успел завести детей вместе со старшей дочерью Рыжей Анны, но и стал вполне толковым геологом. Результат работы геологов был - где кварц, там где-то рядом свинец и олово - ищите. Первым нашли олово, немного погодя - свинец. Бронзовые сплавы и свинцово-кислотные аккумуляторы, самое простое из того что могло придти на ум при этом известии. Железа без марганцевой группы не встречается даже в метеоритах. Так что спустя несколько лет нашли и минералы содержащие марганец. А марганец это стали, это ферромарганец для плавки чугуна и много чего еще. Медное месторождение изначально было полиметаллическим, а не самородным. Так что при переработке медной руды получали кроме меди серу для производства серной кислоты, золото, серебро. Так же получали никель, олово, сурьму, пускай и в очень небольших количествах. Но даже они были ценной прибавкой в производству чистой рафинированной меди. Но конечно самой интересной находкой было обнаружение в пустыне небольшого ударного кратера, поменьше Аризонского, но все равно с большими запасами метеоритного железа. Кроме собственно железа запасы которого измерялись как бы не десятками тысяч тонн. Метеоритный материал содержал высокий процент никеля. Что позволило наладить производство простых видов нержавеюших сталей. И все эти новые месторождения полезных ископаемых потребовали прокладки к ним новых веток узкоколейки. Снятые "легкие" рельсы Р8 после дефектовки складировались. Точно так же дефектовали деревянные шпалы. Негодные пустили в переработку в биореакторы, годные к использованию пропилати "эпокисдной смолой" выпуск которой успели наладить за прошедшие годы химики. Точно так же разобрали, пропитали полимерной смолой и собрали назад все деоевянные мосты которые не планировали заменять на бетонные или металлические. После чего собрали более 300 километров готовых у кладке элементов рельсового пути. Раньше скорость прокладки рельс "легкой колеи" по грунту сначала лимитировалась рабочими руками, после - темпом производства рельс когла процесс был механизирован. А теперь, имея готовый запас бригана железнодорожныъ строителей показывала чудеса. Были проложены "легкие" колеи ко всем новым месторождениям всего за два летних сезона. За эти же два летних сезона было построено еще две "солнечных башни", что позволило в один день плавить до 30 тонн стали или получать 600 кВт электрической мощности на усовершенствованных паротурбинных солнечных агрегатах. По 150 кВт с каждой "Солнечной Башни". Сбросовое тепло с них накапливали в каменных тепловых аккумуляторах на зимний период. За прошедшие годы в индустриальном плане сообщество очень сильно продвинулось. Черная и цветная металлургия, прокат рельсов и других металлических профилей, производство нержавеющих сплавов, бронзы, медного провода. Так же больших высот достигла химия, особенно когда получили хороший источник серы при переработке медной руды. Большинство промышленных химических производств было основано на серной кислоте. Вот богатых источников сырья для производства алюминия пока небыло, так что старые запасы с Земли приходилось расходовать экономно. Большим успехом было производство стекловаты и стекловолокна, базальтовой ваты и базальтового волокна, промышленное литье изделий из базальта. Когда подтянулась химия начав производить свой вариант эпокисдной смолы - началось проихводство стекло и базальто пластика. Легкие, прочные и химический много к чему инертные конструции оказалсь очень востребованы во многих областях промышленности. Да и пропитка деревянных деталий полимерной смолой повышала их долговечность на открытом воздухе на порядки. Внутри жилых помещений и там где постоянно работали люди такие материалы было лучше не использовать, но не гниющие деревянные мосты и шпалы "легкой" узкоколейки на рельсах Р8 были очень даже полезны. Развивалось и электротехническое производство. Производились электрические провода разного назначения из элеткролитической меди, электрогенераторы и электродвигатели, начали производство своих свинцовых аккумуляторов на серной кислоте. Как "тяговых" для электротранспорта и систем хранения энергии от возобновляемых источников, так и стартерных для автомашин. Производили аккумуляторы и для электронной аппаратуры. Точно так же освоили производство пускателей и всевозможных реле, шаговых искателей, галетных переключателей, тумблеров, механических кнопок, концевиков копируя советские образци. Вакуумно-ламповый цех вместе с электронной лабораторией продолжал работы. Кроме вакуумных ламп накаливания и опытов с радиолампами велись работы по получению кремния металлургической, а после "солнечной" чистоты. А после и электронной. Если кремний с очисткой 98-99% (металлургический) уже уверенно научились получать, то с более чистым годным для опытов с производством фотоэлектрических ячеек пока еще были проблемы. Но химики упорно двигались к цели. Хотя до собственного производства солнечных батарей с КПД даже в 5% было очень далеко. Так что еще долго придется обходиться солнечно-паротрубинной генерацией электроэнергии в летний период, а остальное время ветрогенераторами и электрогенераторами на биогазе. Хотя уже было осуществлено два достаточно успешных гидроэнергетических проекта. В горах на горных ручьях были построены две небольшие ГЭС снабжавшие железный и медный рудники электроэнергией. Около остальных рудников ручьев небыло и приходилось использовать ветрогенераторы с генераторами на биогазе. Тем не менее промышленный потенциал сообщества успешно развивался достаточно неплохими темпами. Теперь имея достаточно солидную промышленную базу и нарастив численность трудоспособного населения можно было намного быстрее и легче осуществлять новые крупные проекты. Например уже высказывались идеи провести прокладку новой узкоколейки до "Меловых Равнин" чтобы построить там известковый карьер и возможно прямо там же возвести завод по переработке известняка со своей "Солнечной Башней" обеспечивающей его энергией в летний период. А на зиму все консервировать чтобы вахтовая бригада рабочих возвращалась на обжитые территории. Жить там во время зимних штормов как-то особого желания пока не возникла. С учетом наличия смертельно опасных сколопендр, да и просто сухопутных кораллов надо было проявлять повышенную осторожность. Абразивный материал внешней оболочки сухопутных кораллов очень быстро "съедал" обувь и резиновые автопокрышки транспорта. Узкоколейная железнодорожная сеть прекрасно показывала себя и постепенно разрасталась. Благодаря качественной постройке, своевременному обслуживанию и устранению выявленных недостатков серьезных происшествий на железной дороге не случалось. Было несколько случаев схода вагонов с рельс, но обзодилось без жертв и серьезного ущерба. Узкоколейный подвижной состав благодаря своим малым размерам и небольшому весу было легко ставить назад на рельсы и конструкции даже при опрокидывании страдали не сильно. Железнодорожная сеть включалая в себя центральную станцию с депо - Новую Обозерскую, Старый Аэродром, Базальтовый карьер, сортировочно-узловую станцию Подгорная. Так же были ветки рудники Железный, Медный, Кварц, Оловянный, Свинец, в пустыню шла ветка на Кратер где добывали железо-никелевое метеоритное железо. По "легкой" колее на рельсах Р8 бегали маленькие мотовозы с двигателями и на узлах от ГАЗ-66 таскающие за собой несколько вагонеток с рудой чтобы не калечить легкие рельсы. По капитальной колее на рельсах Р18 ходили полноценные тяжелые грузовые составы с тепловозами собранные на узлах и двигателях от грузовиков ЗИЛ-131. Поскольку ограничей по массе для железнодорожного транспорта было намного меньше, карбюраторные двигатели внутреннего сгорания работали на биогазе из биореакторов. Советские двигатели вполне надежно работали на биогазе. А вот от идеи разобрать один из старых сочлененных аэродромных тракторов чтобы построить дизельный тепловоз работающий на керосино-масляной смеси сначала отказались, мощность его была избыточной. Но обсудив все проект все таки был одобрен. Часто использоваться мощный дизельный тепловоз не будет, но пусть будет. Точно так же было решено построить маленький "учебный" паровоз. Чтобы научиться строить паровые машины и работать с ними. И как говорится - "для фана", по праздникам катать детей и народ. Сначала построили уменьшенную копию советского паровоза "Ов" - "Овечку". А потом по фану - и американский паровоз времен покорения Дикого Запада покадрово просмотрев все эпизоды из четвертой части фильма "Назад в Будущее". Для паровозов так же построили "антуражные" вагоны. Для советского - копию классической "теплушки", бортовой платфоры и СВ. А для американского - пассажирский вагон бортовую платформу. Паровозы не только использовались для обучения и катания детей, они использовались в постановках "самодеятельности" на тему реконструкции предвоенной и военной истории СССР, в постановке эпизодов по "истории Дикого Запада". Уж индейцы там отрывались по полной с задорными воплями гоняя веселой толпой на лошадях. Только бизонов не хватало... Но чего небыло, того небыло... Народ развлекался как мог и получалось очень достойно, особено когда разыгрывали эпизоды из фильма "Одинкий Рейнджер". Все-таки реконструкции по Гражданской и Великой Отечественной СССР были очень серьезными. Сами разыгрываемые события настраивали на серьезный и торжественный лад участников и зрителей. Сообщество жило и росло, развивалось, работало и отдыхало, училось и развлекалось, веселилось и вспоминало грустные даты. Все было как у людей. Небыло только вражды, жадности и расизма. Да конечно иногда случались конфликты, но из-за личных отношений, а не из-за формы черепа или формы хвоста, либо его отсутствия. И такие конфликты решались общими усилиями. Без пьянства и наркотиков, поводов для серьезной материальной зависти, расизма и прочих типичных для капитализма пороков ничего серьезней мордобоя за углом на танцах и глубоких царапин когда две молодые горностайки не поделили сипатичного парня с начала истории на новой планете не случилось.