А у меня во дворе...

4 квадрата. 4 парня, 4 пары ног и только же оживленных глаз, 2 команды, 1 мяч. Именно так выглядит игра в квадрат. Баскетбольная площадка расчерчена мелом на одинаковые четверти. Матч был ответственный — Игорь с Лехой против детдомовских. Их корпус здесь недалеко, поэтому местные их всех знают. Мяч уже знакомо ощущается в ногах. С каждой секундой игры азарт увеличивался, в кровь выбрасывалось все больше адреналина. Думай, думай, Игорь. Возникает картинка: мяч летит мимо, Леха печально вздыхает, а пацан напротив заливисто смеётся, тыча в него пальцем и обзывает какими то обидными словечками. Нет, не то. Думай. Рожа этого ублюдка бесит так сильно, что хочется её раскрасить. О, эта работа будет по круче «Моны Лизы». Следующий кадр: Хлестким ударом Гром бьёт по мячу, и попадает точно в нос противнику. Тот закрывает лицо руками и убегает, а второй мчится за ним, все время оборачиваясь. Да, красиво, но все равно не то. Думай, думай, времени не остаётся… Надо так рассчитать силу удара, чтобы мяч оказался в соседнем квадрате. Один раз наметил, второй, и… Черт. На горизонте показывается знакомая до боли неоновая олимпийка. В ней Серёга был похож на фиолетового попугая-торчка. Ну, или пародией на Шуру в клипах. Весь запал сразу же пропадает, Игорь застывает на месте. Что-то внутри взрывается и рвётся наружу, обжигая внутренности. Туда! К Серёже! Люблю! Нахер квадрат! Кажется, ещё секунда и хмурый на вид Гром превратится в проливной тёплый дождик. — ну, че стоишь? Давай уже! Один из противников (Макс, кажется) заметил Игореву растерянность и обернулся. По его лицу поползла мерзкая ухмылка, не предвещающая ничего хорошего. Да зачем тут думать? Незачем. Игорь использует второй вариант, но промахивается. Он тихо цедит матюк сквозь зубы и прячет руки в карманы. Разумовский подходит ближе, наблюдая за процессом игры. Красивый такой… Рыжее каре блестит золотом на солнце, и цвет олимпийки идеально сочетается с цветом волос. Но… Смотрит он грустным, пустым взглядом. Как будто царевна Несмеяна из сказки выпрыгнула, но в нашем мире обратилась мужчиной. Вообще, Игорь конечно знал, что это его «люблю!» не вписывается ни в какие рамки. Ни в моральные, ни в оконные, ни в картинные, вообще ни в какие. Пожалуй, единственная однополая пара в России — это ТА.Т.У. И то, на них просто приятно смотреть всяким бухарикам, у которых единственный досуг — пиво, диван, телик и дрочка. Ладно бы, девками они оба были. Это ещё хоть как то можно обойти, закрыть глаза. Но когда пацан пацана… Ну, неправильно просто. Некрасиво. И так со всеми будет: неказисто, тупо, во всех смыслах этого слова, херово. Но не с Серёжей. Он… Он другой. Он не такой, как все. Что-то в нем было притягательное, какая то отличительная черта. И каждый раз, когда Разумовский появляется рядом, Игорь цепляется на эту черту как рыба на крючок. Ребята узнают — засмеют сразу же. Уж им то точно известно, что гомики это отбросы общества, гандоны, лохи, пидоры и прочее. И на данный момент самый большой страх Грома было стать одним из вышеперечисленных определений. — смотрите, какие люди! Амбассадор страны пидорасов! — заорал Макс. И откуда это только быдло знает такие умные слова? Наверное, они знакомы и даже живут на одном этаже, потому что Серый тоже из детдома, и все они погодки. Олег, единственный человек, с которым Серый более менее контактировал, рассказывал о нем. Из его слов Игорь узнал многое: как Разума гнобили, как дали ему такое странное прозвище, откуда они оба вообще в этом стремном месте появились. Говорил, что Серёжа в последнее время очень изменился, что у него появились плохие привычки. Игорь про себя улыбался, что матерные словечки или алкоголь не сделают Серого хуже. Даже наоборот, дадут возможность сблизиться двум людям с разных планет. Насчёт планет оно ведь так и было. Например, вот идёт Серёга по улице. Такой весь нарядный, со вздернутым подбородком, похожий на сказочного персонажа. Проходит мимо, не обращая внимания. Ну, может фыркнет неодобрительно пару раз, и то за счастье. А Гром так и застывает, засматриваясь: вглядывается в жесты, в голубые стеклянные глаза и серые синяки под ними. Видит, как его причёску трепет августовский ветер. Игорь либо улыбается, нервно теребя внутренний шов в карманах джинсовки, либо смотрит себе под ноги, тормоша свои русые кудри. Весь в пыли и поту, с пятнами от травы на коленках, с фингалом под левым глазом. Красавчик, как же. Сережа останавливается за 3-4 метра от квадрата. Максим применяет обманку: бьёт с разворота. Лупит со всей своей дури. Этого добра у него полно, и глаз наметан как у чукчи. Снаряд прилетает аккурат в рыжую голову. Сергей хватается за ушибленное место и морщится от боли. То, что ещё совсем недавно приятно согревало ребра, сейчас расплавленной магмой вытекало наружу через поры. Игорю хочется рвать и метать за свою симпатию, но его опережает сам Разумовский. — ты че, охуел, шпана ебаная? Иди сюда блять, я сейчас расскажу кто дома хозяин! Серый скидывает рюкзак на землю и бросается на своего обидчика. Он на пути плюёт в кулак и бьёт Макса в солнечное сплетение. Умник с большой буквы «Х» сгибается пополам. — наших бьют! — заорал его подельник. Завязалась драка. Игорь с Серёгой налетел на первого, Леха добивал второго. Где то по середине бились безымянный малолетние герои, которые даже не знали кто такие «наши». Им просто было в кайф помутузить друг друга лишний раз. Сережа, аки тигр, отплевывался от волос и вводил в игру все: он впивался ногтями Максу в шею, лупил его то руками, то каблуками тяжёлых ботинок. А в потом даже повалил на землю каким то приёмом из вольной борьбы и херачил по лицу кулаками. От Олега понабрался, наверное. Игорь перехватил лапу, летевшую в него откуда то слева снизу. Думать было некогда. Ему вдруг показалось, что бита бы очень подошла к образу Разума. Они вдвоём смотрелись бы… Брутальнее, что-ли? Впрочем, огнемет или калаш все равно будут круче. Гром почувствовал, как чья то крепкая рука схватила его за воротник и потащила наверх. — Гром, блять, че вы тут устроили? — Волков злым взглядом пытался прожечь дырку во лбу у каждого, кого видел. Но тут вдруг он заметил фиолетовый отблеск, и глаза Олега стали похожи на пяти рублёвые монеты. — Серый! Мать твою ептить, ты то что здесь забыл?! Волков оставил Игоря и уже почти за уши оттягивал своего друга от жертвы. Макс, отплевываясь, пронёсся прочь. Ноги его плохо слушались, и бедняга сильно хромал. — псих! — сорванным голосом орал он, напоследок оборачиваясь. - тебе лечиться надо! — пусти! Пусти меня, сейчас же! — орал Серёжа, вырываясь из волчьей хватки. Малолетки попали в руки какой то тетечки, проходящей мимо. Второй детдомовец-герой покинул место происшествия почти так же эпично, как и первый. Леха отряхнул портки от пыли и подошёл к Грому. — что это было? — не знаю… — восхищенно ответил Игорь, наблюдая как Олег подбирает рюкзак, закидывает протестующего Сергея на плечо и уходит.