Превратности судьбы

      Гермиона давно не надевала футболки с джинсами и чувствовала себе свободнее, чем обычно. Джинни настояла на ужине сегодня. Женщине было любопытно послушать про министерские дела. Отварная картошка и запечённое мясо таяли во рту, напоминая далёкое детство и летние вечера. Друзья пересели в гостиную. Хозяйка дома суетилась по кухне и направляла разговор, на попытку помочь она отшутилась.       - Герми, я, конечно, хочу повыпендриваться в редакции, но тут нет работы на двоих. Не волнуйся. В министерстве происходит что-то любопытное. Может расскажите, в чём заключается сложный план поимки оборотня? – Гарри шумно отпил из кружки, недвусмысленно намекая «Давай сама». Перекинувшись весёлыми взглядами, друзья принялись молча ковырять десерты. Миссис Поттер скрестила руки на груди. – Вот так? Ну тогда я скажу маме, что мы хотим, чтобы она приехала. Гермиона вообще двумя руками за. – это был удар ниже пояса. Молли Уизли любили все многочисленные родственники, но на расстоянии. Будучи человеком старой формации, она могла совершенно неожиданно раздражать в рандомные моменты времени.       - Гермиона, кажется, нас загнали в тупик.       - Да уж. Впрочем, ты так мне и не сказал. Приманка сработала? – Поттер заговорчёски улыбнулся и, чуть наклонившись вперед, сказал:       - Сработала. Макинтош докладывал, что стая снялась с места и двинулась к городу.       - Отлично, мы их по этим лесам двадцать лет вычёсывать будем. План готов? – левая бровь вопросительно приподнялась.       - Задний двор заколдован. Площадки тоже подготовили. Всё будет выглядеть как обычная транспортировка заключенных. Повезём в трюмной карете. В воздухе им нас не перебить, нападать будут из тесных переулков. Сигналки на крышах и чердаках мы уже установили. Пойдут на разведку, мне сразу доложат. - Гарри Поттер весь светился, несмотря на перемотанную голову. В своём доме он всегда был расслаблен. Мягкий диван от старости прогибался куда меньше, чем должен был. Диван подарили на рождение Джеймса Флёр и Билл, в семействе Уизли считалось неуважительным сменить его раньше, чем через двадцать с гаком лет. Именно поэтому его не выкинули. Новый могли подарить, не считаясь с интерьером дома. Срок почти подходил к концу. Сладости на чайном столике начинали черстветь. Поттерский кот нарезал круги вокруг стола.       - Хорошо. Отправим ведьму обратно. Держать её в министерстве очень невыгодно. – блюдце с пирожным соскользнуло с руки на стол. – Всё гладко, но меня не покидают сомнения. Зачем, он повсюду разбрасывает записки? Что ему нужно от Беллатрисы? – Джинни потеребила в руках кружку.       - Загадка Мерлина. Если им в стаю нужна альфа-самка, то с выбором они явно облажались. – Гарри с Гермионой прыснули сдавленным смехом. – Может, он там свою цивилизацию строить собрался? С гладиаторскими боями.       - Ага. Только сам он в них участвовать не сможет. – в воздухе повис вопрос. – Тот парнишка, которого мы взяли неделю назад, на допросе рассказал, Сивый постоянно ловит какие-то припадки. Началось всё четыре месяца назад. Через месяц он велел разгромить дома своих старых знакомых. Оборотень считает, что он лекарство от них ищет. – Гермиона озадачилась, брови опустились к переносице.       - Он болен? Может, проклят? Оборотень не рассказывал какие именно припадки у него?       - Нет. Он двух слов нормально связать не может. Похоже, с раннего детства в лесу.       - От этого всё становится ещё страннее. – ничего путного в голову не лезло.       - Выловите и расспросите. Флёр писала, что хочет к родственникам в Калле съездить. Приглашает нас и Гермиону. Берите отпуска и поехали. Мы уже целую вечность не выезжали из Лондона.       - Меня она тоже приглашала. Я дождусь Рози.       - Ну, мы можем….       Дальше беседа перешла на планирование поездки. Рози Уизли должна была вернуться со стажировки в Италии где-то в апреле. Степень по трансфигурации еще нужно было подтвердить. Хьюго укатил с дядей в Албанию. Сын писал не очень содержательные письма, из которых было понятно только то, что ему там нравится. Ближе к одиннадцати, наговорившись, все попрощались, и миссис Уизли трансгрессировала прямо с крыльца к себе. Пустой холодный коридор встретил её поскрипыванием двери. Впервые девушка ощутила одиночество.       Подготовку к поимке банды оборотней провели ещё до приезда Пожирательницы. Оборотню-разведчику легко скормили информацию про возвращение Беллатрисы в Азкабан. Очень удачно в эту ночь пошёл дождь, сбивая чуйку оборотням. В отделе магического правопорядка служило много Мракоборцев. Гарри легко насобирал отряд в пятьдесят человек на эту облаву. Каждый хотел поучаствовать в поимке легендарного оборотня. Макинтошу выпала честь конвоировать заключённую. Гермионе нравился рослый Мракоборец. Спокойный, прямолинейно-добродушный, он был воплощением надежности. Его присутствие вселяло в людей спокойствие, так необходимое на таких сложных операциях.       Как министру магии, ей не стоило влазить в дела отдела безопасности, так что она ограничилась тихим наблюдением из окна коридора второго этажа. Ветра не было, струйки дождя почти лениво падали с неба. Ровно в пол-одиннадцатого на задний двор подъехала тёмная тюремная карета. На ней сидело три Мракоборца, все по уставу. В тот же момент дверь открылась, и четыре конвоира вывели Беллатрису. На ней висело сковывающие заклинание. Над всей процессией был наложен щит от намокания. Капли ударялись о простенькое отталкивающие заклинание, скатываясь по краям.       «Пижоны, не могли банально защитится от намокания» .       Пленница спокойно осматривала площадку. Намётанный глаз сразу заметил странности в этой карете. Макинтош вышел вперёд и со всей дури кастанул в карету Пинстас. Трое оборотней ловко спрыгнули уже в полете, четвёртый ввалился через дверь плечом вперёд. Щепки разлетелись во все стороны. В соседних переулках полетели вспышки от заклинаний. Четверо оборотней в мгновение из нападающий превратились в жертв. Задний двор министерства заполнился людьми. Вперёд вышел Гарри. Приложив палочку к горлу, он сказал с троекратным усилением. Слышно было за две улицы.       - Сдавайтесь. Вы окружены. Немедленно положите палочки на мостовую.       - Не дождёшься, Поттер. Инсендио море!       Мостовая вокруг оборотней загорелась проклятым пламенем. Мракоборцы слаженным движениями начали призывать сеть вездесущности. Это заклинание обездвиживало всех, кто в него попал, но требовало слаженности и времени. Все, кто не был занят кастованием заклинания, принялись обмениваться выпадами с оборотнями. Вспышки вместе с зеленоватым проклятым пламенем осветили площадку. Двое Мракоборцев из конвоя Беллатрисы побежали помогать, двое стояли спереди и не видели, чем она занята.       Ведьма про себя читала заговоры от оцепенения. На третий круг заклятие спало. Не подавая виду, Беллатриса начала трнсгрессировать ту самую бумажку, которую дал Макинтош. Бумажка медленно, но верно превращалась в черный шарик. На лбу выступил пот. «Только не сейчас. У меня одна попытка». Процесс шёл слишком медленно. В шуме боя конвоиры успевали зацепить пленницу только краем глаза. Оборотни чётко стремились к ней. Кидаясь запрещёнными и очень болючими заклинаниями. В момент, когда Мракоборцы закончили заклинание сети вездесущности, Беллатриса со всей дури кинула вверх черный шарик и отвернулась. Вспышка белого света ослепила всех. Кроме Гермионы, её окно защитил небольшой козырек.       Чёткий удар в колено, Мракоборец пошатнулся вниз. Полностью дезориентированный, он махнул палочкой в пространство, впечатываясь кистью в фонарный столб. Мгновение полёта, и палочка уже сменила хозяина. Не описать словами, какое удовлетворение пронеслось по телу ведьмы, когда она крикнула:       - Мрак!       Итак тёмную площадь накрыл черный непроницаемый туман. Капли дождя проделывали в нём вертикальные дорожки. Действовать надо было быстро. «Сука. Запрет на трансгрессию. Не могли же они его на весь город наложить». Мышцы давно жаждали действия. За долгие годы в камере она успела раскачаться до своей лучшей формы. На максимальной скорости женщина метнулась в ближайший переулок.       Окно второго этажа разлетелось в клочья. На камни мостовой полетело четкое:       - Флипендо! – оно в сути своей было детским увеселительным заклинанием, позволяющим весело прыгать. Толчок от подоконника ознаменовал короткий полёт в туман. Заклинание задорно звякнуло, вытолкнув девушку наверх, за пределы действия потихоньку рассеивающегося мрака. С разных сторон полетели рассеивающие заклинания. Мракоборцы не поняли, кто кастонул мрак.       Ведьма раскидала оборотней в переулке и неслась за поле действия запрета на трансгрессию. Прямо в полете Гермиона превратилась в белый дым. У самого края поля волшебница и ведьма встретились на равных.       - Я знала, что ты как-то замешана во всем. Экспеллиармус. – простенькое заклинание проба почвы. Беллатриса легко уклонилась.       - Уйди с дороги, рыжая! Аква максима! – капли дождя в воздухе остановились и маленькими снарядами полетели со всех сторон.       - Крио фиде! Обратно! – капли разбились о мостовую. Острые осколки шквалом набросились на ведьму. Ледяной вихрь разрезало на пополам. Кожаный кнут обвился вокруг запястья. Момент был пойман, схватившись за холодную кожу, Гермиона дёрнула первой. Месиво из льда и воды под ногами напоминало каток. Поскользнувшись, Пожирательница сбила свою оппонентку за край зоны запрета, вываливаясь вместе с ней. Тренировки не прошли даром, она успела подмять девушку под себя.       - Дай мне уйти, Грейнджер! Ты знаешь, что я не за себя сижу! – Гермиона опешила. Ни злости, ни ярости. Только мольба о помощи. – Оставьте меня в покое. - лужа вокруг никак не способствовала обстоятельной беседе.       - Вспомнила моё имя наконец!? – зубы стиснулись от холода. – Я не могу отпустить тебя, ты знаешь об этом. – Адреналин в перемешку с сожелением. Они обе знали, что так не получится. Заломанные руки и переплетённые тела, мешали колдовать обоим волшебницам. Был высокий шанс попасть в себя. Мозг Беллатрисы лихорадочно соображал, как ошарашить девушку так, чтобы хватило времени на трансгрессию. Мокрая на сквозь, она больше злилась, чем думала. В голову пришла тупая, странная, рисковая идея. «Как будто есть выбор!?»       - Ты вынудила меня, Рыжая.       Не размениваясь на нежности, ведьма наклонилась для поцелуя. Мягкие горячие губы, естественно, не ответили. Это почему-то расстраивало. Напряжённое тело под руками на мгновение ослабло. Этой секунды хватило, чтобы трансгрессировать с места.