Превратности судьбы

      Уходить было трудно, а остаться еще труднее. Беллатриса всем сердцем желала наверстать все годы одиночества, хотела показать, что её чувства сильные и надежные. Сдержанная до боли. Трепетно нежная, она легко ушла в себя. Это сбивало с толку. Игнорировать навязчивое притяжение рядом с ней не получалось, но сознание постоянно отравляло момент подозрениями. Тогда, в Хогвартсе, Белла кидалась Круциатусами легко и непринужденно. Совершенно не заботясь о последствия. Сражаясь в последней битве, она знала, что пути назад нет. В хаосе никто не мог с ней сравниться. Годы страха и гнета оборвались в одном моменте. Темный Лорд мертв. Окончательно. Кто знает, как она поступила бы, не попади в неё заклинание миссис Уизли? В воспоминаниях Нарциссы был момент, который оправдывал Беллатрису больше, чем все адвокаты. Наглая надменная ведьма никуда не делась. Все ещё гордая, она даже не пыталась скрыть жажду любви.       Уже у двери Гермиона скорее почувствовала, чем услышала тихую просьбу. Множественные чувства слились с шумом сердца и путали итак сбитое с толку сознание. Не отвечая, она молча потянулась за поцелуем, вкладывая в него намного больше, чем в первый. Теплые и решительные руки на шее пробили, наконец, осторожность. Поддавшись импульсу, Белла впечатала девушку в дверь. Ладони легли на талию, а ощущение руки на затылке и запах легких духов совсем потопили остатки самообладания. Они даже под пытками не помнили бы, кто первый попытался соединить языки. Ничего, не осталось ничего. Мир сжался до одного дыхания. Не надо думать и контролировать, можно желать. Прекрасно.       Момент закончился. Зеленые глаза ни о чем не жалели. Несколько долгих секунд они обменивались томными взглядами, впитывая мягкое дыхание. Не желая отходить, женщины прикоснулись лбами. Тихие слова прошибли дрожью.       - Слишком рано просить тебя о большем. Я слишком старомодна. – взяв себя в руки, Белла чуть отстранилась, не размыкая объятий. – Послезавтра. Я все спланирую. – счастливо блаженный взгляд мгновенно сменился сдержанным.       Щелчок, открылся дверной замок. В магловской куртке было невыносимо жарко. Напоследок обходя дверь, Гермиона успела быстро чмокнуть щеку.       - Раз уж ты так старомодна, то я жду пригласительный. – не давая опомниться, девушка быстро скрылась в подъездном пролете, оставляя гадать, на что она могла и не могла согласиться. Холодные звезды смотрели вслед волшебнице, накидывая холодного света в голову. «Курортный роман. Авантюра. Кто мог подумать, что это случится со мной?» Сознание искало подвохи, но сердце все уже решило. Так трепетно его еще не штурмовали.       Полпятого, по ощущениям, сутки прошли. Рози еще не вернулась. «Это к лучшему. Успею успокоиться.» Решив приготовить ужин, Гермиона вошла на кухню. Неожиданно, она залипла на снегопад за окном. Снег летел наискось, иногда цепляя тонкие веточки сирени. Снежинки часто слипались в большие хлопья и стремительно неслись к земле, ведомые неизбежным притяжением. Налипая на тонкие веточки, они клонили их вниз. Одинокие снежинки спускались медленно, спотыкаясь о ветер и меняя направление. Только стекло и тепло дома способно проявить красоту снегопада полностью. Находясь внутри водоворота льдинок, совсем не до красоты, особенно, когда след от рук еще горит в твоей душе.       Мягкий вдох.       Немного придя в себя, девушка осознала, насколько приятно быть в уверенных руках. «Мерлин, о чем я думаю? Признаю. Она не вызывает подозрений. Спокойная, уверенная. Мне… Ладно. Нам еще предстоит во всем разобраться. Отпуск не бесконечен.»       От дочери не скрылось приподнятое настроение матери, но спрашивать она ничего не стала. Мать и дочь умели быть вместе. Пока девушка проверяла лабораторки студентов, мать на диване читала книги. Уютная тишина нарушалась шелестом страниц. Оставшийся вечер они говорили обо всем, в основном, вспоминая родственников.       Следующее утро началось со звонка в дверь. Рози открыла и встретилась глазами с Йольским котом. Скальд, заметив замешательство в глазах девушки, сунул ей в руку конверт, зажатый между зубами.       - Отдай волшебнице. Незачем глазеть. Хозяйка попросила, я принес.       Оглядев её еще раз, пушистый гад молча развернулся и чинно учапал, помахивая своим обрубком. Кажется, он был раздражен, специально позволял разглядеть свое удаление. Зрелище оказалось любопытным. Снег под большими лапами почему-то не хрустел. Прикосновение к плечу выдернуло сознание из созерцания.       - Рози, что там? – волшебница поежилась от холода.       - Эм… Пришел кот и попросил передать письмо тебе. – мельком оглядев письмо, Гермиона сразу поняла от кого оно. Как обычно подписей не было.       - Мисс Миллс обещала прислать мне приглашение. Видимоэто оно. – девушка закрыла дверь и пошла за матерью на кухню. Яйца уже начали остывать.       - Леди Миллс!? Куда она тебя позвала? – девушки сели за стол. Любопытная Рози кинула нетерпеливый взгляд на мать.       - Сейчас узнаем. Ведьма любит навести интриги. – молчаливый вопрос усиливался. Отвечать на него правдиво никто не собирался. – Эксперимент Лоренцо прошел удачно, и леди Миллс пригласила меня это отпраздновать. Она вызвалась все организовать.       - Мам, ты решила принять её ухаживания? – этот слишком любопытно радостный тон девушка явно переняла от тети и бабушки.       - Возможно. – типичный, немного уклончивый ответ, почти угомонил дочь. Гермиона сдержанно улыбнулась. – Белла весьма галантна. Дай мне спокойно прочитать письмо.       Легко вскрыв конверт, женщина пробежалась по нему глазами.       «Здравствуй. Я обещала тебе все организовать и почти сделала это. Наша предыдущая встреча вдохновила меня. Зная мое положение, мне хотелось бы окончательно развеять твои сомнения. Прошу, сопроводи меня на традиционный новогодний бал города Калле. Небольшим обманом мне удалось добыть два билета. Тема бала в этом году "Русская зима", но коснется это в основном музыки. Костюмы не обязательны. Мероприятие проводится загородом, я заеду за тобой в полшестого. Не спрашивай на чем. Времена действительно изменились, леди Уизли, надеюсь, я поспею за ними.       Р.S. Все кажется сюром, но пока он существует, я буду им наслаждаться. Так много упущено, забыто и стерто. Позволь мне затянуть тебя в мой сон…       P.S.S. Скажи, если Скальд погрыз конверт.       

Всегда твоя ведьма.»

      Традиционная английская сдержанность позволила скрыть от дочери странное щемящее чувство в груди. Утреннее письмо определило планы на этот день. Мать и дочь отправились по лавкам в поисках подходящего платья. После долгих споров определились они только с цветом. Насыщенно синий. Ближе к полвосьмого элегантное, но удобное платье со скрытым корсетом висело в гостиной вместе с туфлями на небольшом каблуке.       Рози прекрасно видела, что мать куда более требовательна, чем обычно. Авантюрность, уже давно, казалось, забытая, вновь начала проскальзывать в Гермионе. Девушка просто наблюдала за сдержанно счастливой матерью и забылась задаться вопросом о причинах радости. Небольшое чувство вины давно грызло Рози. Внимательная девушка быстро заметила одиночество, поселившееся в семейном доме. Уезжая последней, она знала, что это неизбежно. Идея вытащить маму на рождество к себе оказалась очень удачной. Вечная усталая занятость на лице наконец ушла. Лишенная тревог и забот, Гермиона наконец отпустила пружину. Все-таки отдых - великая вещь.        На следующий день Рози встала пораньше и, засунув любопытство в энные места, упорхала на работу. Гермиона вполне могла гордиться воспитанием дочери, ей было ужасно интересно, но чувство такта и деликатность передавили любознательную натуру. День для пеших прогулок выдался отвратный. Холодный влажный ветер обдавал все тело противным холодом, проникая, по ощущениям, под кости. Отвратно серое однородное небо давило, наводя печальную безмятежность в душу. Толчок университетской двери прямо в спину намекнул, что домой надо аппарировать.       В студенческом доме открылся чемоданчик с духами. Леди Уизли за свою дипломатическую карьеру поняла несколько простых вещей. Говорить можно лишь то, что считаешь нужным. Обещать можно только то, что уже сделано. Грамотно подобранные духи могут отпугнуть незадачливых Дон Жуанов. Мужчины оказались удивительно предсказуемы. Сейчас задача повернулась в обратную сторону. Нужно подобрать аромат, который не будет конфликтовать с духами Беллы. Её духи были свежими и резкими, но награни чувствительности. Сладкие и маслянистые запахи не пойдут.       Внутри себя Гермиона понимала, что это всего лишь способ скоротать время до шести, но сами размышления приносили ей удовольствие. Хотелось сблизиться с ведьмой таким неочевидным путем. В чемоданчике давно лежали супер-легкие духи, отдающие арбузами. Удивительно нежный и приятный аромат, который вообще никогда ни с какими не конфликтует. Джинни подарила их на одном из семейных праздников.       С украшениями дело пошло проще: небольшой сапфир в серебрянной оправе смотрелся идеально на тонкой шее. К пяти вечера леди Уизли уже была при параде и немного на измене. Ни чем необъяснимый страх облажаться бродил по телу, вызывая нервные вышагивания по комнате. Чтобы успокоиться, женщина начала строить сложные чары иллюзии. Размер был неважен, но хотелось что-нибудь размером со стол. Один за одним формировались дерево, горы, за ними маленькая птичка на ветвях. Сложней всего было дать ей голос. Через множество сложных манипуляций двухсантиметровая птичка наконец открыла клюв, издавая непонятные звуки. В этот момент в дверь позвонили. Несколько быстрых шагов, и пальто уже накинуто.       Белла стояла на крыльце в черном пальто с букетом в руках. Алые и белые розы складывались в причудливый узор. Неуспевшая застегнуться Гермиона опешила, приглядываясь к букету.       - Здравствуй. Я не знала, какие цветы тебе нравятся, и взяла классический вариант. – временная хозяйка дома приняла букет немного смущенно.       - Я поставлю их в воду. Подожди немного. – не давая себе снова смутиться, она развернулась на кухню. Пустая банка приняла букет, как родной. Ведьма смиренно ждала, придерживая дверь открытой. Перекинувшись взглядами, женщины спустились с крыльца. На брусчатке стояла черная, блестящая лаком карета. Два пегаса нетерпеливо били копытами о камни. Белые, как снег, они контрастно выделялись на фоне серого неба. Отвратнейший ветер никуда с утра не делся. Белла быстро открыла дверь и, впустив девушку, вошла сама. Стоило двери хлопнуть, карета тронулась.       - Кажется, я выбрала неудачный день для свидания. Стоило предложить ужин у меня. – Гермиона чуть улыбнулась и озвучила свои мысли.       - Я еще не готова остаться с тобой одной квартире. – ведьма смутилась, принимая пикировку.       - Очень жаль, леди Уизли. Часть меня все же надеялась. – воздух между ними начал накаляться.       - Вы слишком самонадеянны. Впрочем, неудивительно.       - Может, вся моя жизнь в твоих руках, но я все же ведьма, рыжая. – немного нахальный взгляд со значением прошелся по волшебнице. Веселое возмущение никак не могло перебить воодушевление в душе. Живая мимика выдала девушку с головой. Острая бровь приподнялась. Белла улыбнулась, кладя руку на подлокотник, счастливые мысли заставила её молча отвернуться к окну. Огни магловских новостроек отражались от черного в свете звезд моря. В темноте медленно двигались большие корабли, несущие цветастые контейнеры. Половинка луны не могла осветить большой темный мир. На высоте ветер сменил направление и нес снежинки вдоль кареты. Обе пассажирки не решились разбивать приятную тишину, иногда переглядываясь.       Поместье графа Арнуа было перестроенным средневековым замком. Бойницы расширены под окна, а боевые галереи снесены. Подвесной мост с башнями оставили по прихоти хозяина. Сделав круг, пегасы зашли на посадку во внутреннем дворе замка. Беллатриса вышла первой и помогла спуститься, тут же передовая два желтых пригласительных. Высокий плотный француз придирчиво рассмотрел бумаги. Чуть поклонившись, он проводил до бального зала. Синяя ливрея сидела на нем идеально. Оба пальто улетели в гардеробную нишу. Под пальто у ведьмы скрывались зауженные к низу брюки, сапоги и белая свободная рубашка с манжетами. Прямо на ходу она накинула на голову маленькую шляпку черного цвета. Кожаный футляр для палочки дополнял образ. Он свисал, как меч, невольно наводя на мысли о саблях.       Темный коридор закончился ярко освещенной залой, где уже толпились многочисленные гости. Помещение было отделанно мрамором и статуями. Столики с закусками стояли по углам, а быстроногие официанты в ливреях сновали туда-сюда. Оркестр под куполом тишины настаивался. Среди гостей острый взгляд Гермионы быстро вычленил чету Винуа, Лоренцо и несколько знакомых из французского магистериума.       - До начала еще пятнадцать минут, не желаешь чего-нибудь выпить? – все еще оглядывая зал, леди Уизли быстро ответила.       - Да. Я не против, но в дальнем углу стоит Жан Паскаль. Он достаточно надоедлив. Мне не хотелось бы встречаться с ним раньше времени. Пройдем к оркестру? – отходя кружки людей, они двинулись к столикам с закусками.       - Жан Паскаль? Коннетабль магистериума?       - Да. Мы встречались много раз на официальных приемах. Он может быть нуднее профессора Бинса.       - Не думала, что это возможно. – очень вовремя официант предложил два бокала с шампанским. – Благодарю. – Белла протянула один из бокалов. – Подаришь мне первый танец? – нежный взгляд чуть не заставил покраснеть. Смущенно улыбнувшись, Гермиона придвинулась.       - Я здесь именно за этим.       Стук посоха разнесся по залу. Конферансье поднес палочку к горлу, стоя на высокой лестнице в дальнем конце залы.       - Уважаемые гости! Ежегодный январский бал поместья Арнуа объявляется открытым. Наш дорогой хозяин, Граф де Арнуа, прибудет позже с сюрпризом! По традиции, первый танец - королевский вальс Винуа. Маэстро, музыку!       Склонившись, Беллатриса протянула руку в немой просьбе. Воздух дрогнул над её рукой. Мягкая ладонь сжала предложенную. Отстояв небольшую очередь, дамы вышли на танцпол. Сходу влетая в быстрый ритм, Белла повела за собой. Легкие и быстрые, они шаг за шагом забывали о времени. Полчаса непрерывного вальса пролетели как мгновение. Тонко чувствуя партнёршу, ведьма замедлялась чуть передохнуть и придерживала, оберегая от окружающих. Наслаждение моментом разливалось по двум телам волнами. Оркестр начал заходить на финал. Многочисленные зрители готовились к аплодисментам. Жан Паскаль был удивлен увидеть министра магии Британии в таком неофициальном виде. Вечно сдержанная Гермиона широко улыбалась, иногда что-то говоря партнёрше. Рене с Винченцио тихо объясняли леди Винуа, с кем танцует мисс Миллс.       Последний аккорд разливается по залу, медленно затухая, но успевая заполнить собой все помещение. Грохот аплодисментов глушит последние отзвуки инструментов. Перекинувшись улыбками, женщины чуть отстранились. Молчание прервал подошедший Лоренцо.       - Белла! Милая! Впервые вижу радость на твоем лице. Леди Уизли, вы так благотворно на неё влияете. – шебутной итальянец избежал гнева ведьмы только благодаря своему обаянию. Конферансье объявил перерыв до следующего танца. Гермиона уже хотела отшутиться, но голос сзади остановил её.       - Вы ходите по краю, Белла в любой момент может перестать быть милой. – обладательница достаточно низкого голоса оказалась очень высокой эффектной женщиной с копной вьющихся огненно-рыжих волос. Она оказалась на две головы выше всех присутствующих. Чёрное платье хорошо подчеркивало глубокие тёмные глаза.       - Марго, – небольшая пауза вмещала в себя предостережение. - не стоит пугать моего друга. Лоренцо, Гермиона эта леди Маргарита Шихмаер. Моя давняя подруга.       - Донна Шихмаер! Наслышан о вас и ваших кузенах. Юрген уже вернулся с путешествия? – ему пришлось задрать голову, чтобы нормально разговаривать.       - Юрген всегда в дороге. Пройдемте в гостиную, здесь немного шумно. - чинно развернувшись женщина повела троицу к дальней двери. Гостиная оказалась заполнена людьми. Тихий гул разговоров незаметным плащом накрыл вновь вошедших. Марго заняла большое кресло, предлагая спутникам диван и кресло рядом. Не сговариваясь, ведьма с волшебницей сели на диван, а мужчина на кресло сбоку. – Я должна поблагодарить вас, леди Уизли. – мозг Гермионы быстро вспомнил, что Марго упоминалась в воспоминаниях Нарциссы, как девушка Беллатрисы. Этот факт напрягал те части её души, которые задействовались очень редко. – Белла ни за что не желала посещать никакие мероприятия.       - У нее были причины. Думаю, вы знаете какие. – прямая рыжая бровь приподнялась. Два коротких взгляда перекинулись пониманием. Беллатриса положила руку на футляр с палочкой, чисто по старой привычке. Уважения в голосе Маргариты поприбавилось.       - Белла, твой вкус совсем не изменился. – многозначительный взгляд разбился о предупреждение. – Умеешь выбирать. Лоренцо, так вы друг моего кузена?       Дальше разговор потек по нейтральным водам. Минут через двадцать Гермиона наклонилась спросить:       - Белла, проводишь меня до уборной?       - Конечно.       Путь оказался не близким. Нужно было пройти через две галереи в соседнее крыло. Полумрак никак не рассеивали тусклые масляные лампы. Идя плечом к плечу, женщины вновь почувствовали притяжение. На середине первой галереи ведьма аккуратно вложила свою ладонь в мягкую руку.       - Прости меня, я не знала, что Марго понесет в Арнуа. Обычно, она кутит в Париже. Этот вечер должен был быть только наш. – остановившись, Белла притянула соединённые руки и поцеловала запястье девушки. Серьезно вопросительный взгляд успокоил разогнавшееся было напряжение. Расстояние между телами незаметно уменьшилось.       - Не стоит волноваться. Нам давно не двадцать. – отняв руку, она положила ладонь на шею, дав тем самым разрешение приобнять себя за талию. В полутьме зеленые глаза чуть блестели. Родинка над губой приковывала взгляд.        - По тебе не скажешь.       Поцелуй получился долгим и чувственным. Холод каменных стен не мог пробиться к теплой коже. Несмотря на всю увлеченность, в этом поцелуе не чувствовалось пошлости. Трепетность, бережность, мягкое собственничество, выраженное в крепких объятиях. Марго вышла следом, проверить свои догадки. Увиденное её полностью удовлетворило. Отойдя в соседний коридор, женщина раскурила длинную трубку. Пуская тонкие струйки дыма, она искренне радовалась за давнюю подругу. Чутье не могло обмануть, стройная волшебница знает обо всем. Даже немного ревнует. «Белла всегда умела выбирать.»