Мрачные переулки.

***

Меня зовут Твик Твик. Моя жизнь состоит из одних проблем. Родители, карта и «компания», если это можно так назвать. Меня никто не понимает, хах, какой же я ничтожный, чëрт, и мне выпала карта «Телохранитель Мафии». Что курило наше правительство, когда создавало этот идиотический свод законов?! КАКОЙ ПРИДУРОК ПРЕДЛОЖИЛ ЭТУ ТУПУЮ ИДЕЮ?! КАК ОН УБЕДИЛ ПРЕЗИДЕНТА?! АААА АААА ГОСПОДИ, КАКОЙ СТРЕСС, КАКОЙ СТРЕСС!!! ПРАВИТЕЛЬСТВО ИГРАЕТ С НАМИ, КАК С КУКЛАМИ…КОНЕЧНО, МЫ ДЛЯ НИХ НИКЧËМНЫЕ ИГРУШКИ!!! Вы меня не понимаете? Неудивительно, меня, блядь, никто не понимает. Конечно, я же какой-то дëрганый и чокнутый идиот. Всë начилось с одного дня. Была неделя перед тем, как я пошëл бы забирать паспорт, и вдруг ни с того ни с сего в Твиттере распространилась новость о том, что правительство хочет организовать какое-то распределение людей. В моей голове появилось и металось множество теорий заговора, одна ужаснее другой. Затем ещë и в школе сказали, что Мэр Южного парка собирается переписывать конституцию нашего города, и то что нам, тем кто будет получать паспорт, нужно будет сдавать дополнительно анализы, дабы получить свою «карту». Никто и не знал, какие «карты» нам будут давать. Честно, я надеялся, что это безумие закончиться на закате, как любой другой трэшняк, что происходит в нашем придурковатом городке чуть ли не каждый день!!!Омерзительно было то, что старшее поколение, у которых довольно старые паспорта, не подлежали получению роли.КОНЕЧНО, ПРАВИТЕЛЬСТВО РЕШИЛО СЫГРАТЬ В ИГРУ НОВЫМ ПОКОЛЕНИЕМ. Им настолько плевать на нас, что они считают нас просто пешками, ничего не стоящами пешками… И вот, получилось так, что, открыв документ, на первой страничке я увидел свою карту «Телохранитель Мафии»…БОЖЕ, МОЙ, БОЖЕ, МОЙ! Я НЕ МОГУ ЭТО ОПИСЫВАТЬ, М-МЕНЯ СНОВО…ЧУВСТВА…БОЛЬНО, СТРАШНО, НАПРЯЖËННО.АААА А-А-А!!! Я НЕ МОГУ!!! НЕНАВИЖУ, ТВАРИ, ЧЕРТИ, ОНИ ТОЛЬКО И ДУМАЮТ ЧТО ОБ ОДНОМ, КАК БЫ ПОБОЛЬШЕ БАБЛА ЗАРАБОТАТЬ, А О НАРОДЕ НЕ ДУМАЮТ, СВОЛОЧИ!!! Вообщем, оказалось Чëрные по определëнным признакам могут определять своих.Так меня заметил Крейг Такер и его банда, точнее не вся банда, а только Такер, Донован и Блэк, что по Джимми.Ну, с Джимми они перестали тусоваться, потому что он был мирным.Они просто не смогли бы продолжать общаться с ним.В итоге меня впихнули в их шайку, я не хотел, но роль не позволяла просто уйти. Вы скажите: «Твик, но это же просто очередной идиотизм Южного Парка, это скоро пройдëт…», знаете что, НЕТ! Я надеялся на это, но это нихуя не произошло, это безумие затянулось надолго.Мне было пятнадцать лет, когда я получил паспорт, а сейчас мне двадцать пять лет.Прошло грëбанных десять лет, и ничего не поменялось. Тех кто решил перечить закону и не принимать свою роль, просто убивали.Все эти десять с чём-то лет, я тусовался с бандой Такера.Не сказал бы, что я с ними так уж сдружился, наверное, я больше привык к ним и сработался, нежели сдружился – нет, это слишком резкое высказывание.Знаете, честно, я и раньше с ними изредка гулял и веселился, но я не хотел с ними прям большой дружбы.Но так уж сложилось, что Чëрные должны держаться Чëрных. Слава богу, право Мафии на убийство действует только после совершеннолетия. Роль не позволила нам спокойно жить в Южном Парке.Мы выросли здесь, и в связи с трэшом, который происходил – ну, я не могу сказать ежедневно, но уж еженедельно точно – все довольно хорошо знали друг друга.Вообще, этот ужас обычно затевала банда Марша.Не знаю, как они притягивали к себе эту жесть, но получалось всегда так, что они были виновниками происходящего вокруг.Аргх!Короче, мы переехали на время в другой город.Если в игре Мафия обязательно должна убить кого-то ночью, то в действительности это не совсем так – нет, у нас нет выбора: «не убивать», но у нас есть небольшие правила (я перечислю не все, кодекс чести Мафии тоже не буду пересказывать, вы его наверняка и без меня знаете): — Право Мафии на убийство разрешенно только с наступлением совершеннолетия. — Жертва обязана быть старше восемнадцати лет. — Разница между жертвами и Мафией должна составлять максимум шесть лет. — Мафия освобождается от убийств на две недели, если «семья» только приехала в город и нуждается в изучении территории и населения. — Мафия освобождается от убийств, при больших телесных повреждениях, когда срочно нуждается в медицинской помощи. К сожалению, толком изучить мегаполис нам не удалось, и мы были вынуждены пачкать руки грязными убийствами невинных людей.Это мерзко.Почему я обязан играть по их правилам? ОНИ, ЧТО ТАМ СОВСЕМ СДУРЕЛИ?! Я НЕ ПЕШКА!!! Я УСТАЛ, ЭТО СЛОЖНО, МОРАЛЬНО СЛОЖНО, ЛИШАТЬ ЛЮДЕЙ ЖИЗНИ, ОНИ НИЧЕМ НЕ ПРОВИНИЛИСЬ, А МЫ ДОЛЖНЫ УБИВАТЬ ИХ! Я будто бы схожу с ума… Хочу жить и умереть одновременно, таким монстрам, как мы не место в этом мире.Я бы избавился от этого самоубийством, правда только вот, что все-таки что-то заставляет жить, я не понимаю что, может быть это инстинкт самосохранения или прочая дребедень, я не знаю!Вообщем, в мегаполисе мы пробыли где-то около семи лет.Шесть лет учились в колледжах, после чего пошли работать по специальностям, но в итоге получилось, так что наши деньги они… Проще говоря были утеряны, а оставаться в квартире, которая нами снималась было… Небезопасно.Таким образом мы чуть не стали бомжами, нам даже пришлось ночевали на лавочках.Слава богу у Крейга были связи, он – лидер нашего «клана», а значит должен иметь связи, даже, если ему не доставляет особого удовольствия знакомиться с новыми людьми, скорее даже наооборот, но это не суть.Крейг имел связи с наëмниками, и нас приютил на время Грегори, который был одним из членов наëмников и переехал в мегаполис. Вы спросите: «Зачем нам наëмники?»Ну, порой, с ними можно сотрудничать и они могут помочь в некоторых деталях, да-да в оригинальной игре, Мафия не может нанимать Наëмника, но эта Реальная игра, концепция та же, а правила искажëнные, вообщем это просто тоже самое, что и детская игра «Сломанный телефон» – когда дети говорят на ухо предложение друг другу по очереди, а по итогу выходит всякая белиберда, потому что слова путаются, вот так и с этим. Вообщем мы выбрались из этой дыры, но из-за нашей роли и заинтересованности органов в нас, нам пришлось обратно отправиться в Южный Парк, чтобы не вызывать лишних подозрений и случайно не дать какие-то нечаянные подсказки (ну знаете, там волосы, отпечатки и вся эта хрень). Мы ехали на машине. На машине Такера, честно, я вообще не врубаюсь, когда он успел еë приобрести, но я знаю точно, это было во время того, как мы девять месяцев проживали у Грегори.Скорей всего он взял еë в кредит и сейчас выплачивает его, а то откуда бы у него появились такие деньжища, если чуть ли почти не всё деньги мы умудрились просрать. Было сумрачно, Крейг вëл машину, Клайд утыкался щекой о стекло машины и разглядывал меняющиеся пейзажи, Толкин читал книгу, а я, а я ничего не делал, просто думал о каком-то бреде. Машина подъехала к захолустью.Я, Клайд и Толкин покинули машину и пошли проходить таможню.Звучит, будто это граница государства, хотя на истине там не настолько тщательная проверка – проверяют только паспорт и считывают штрих-код с браслета – хотя откуда мне знать, я и за границей то ни разу не был.

***

Уже прошла одна неделя.Я заливаю молотый кофе молоком, он приобретает более нежный цвет, молочный водопад, слегка побуликивая, стикает вниз и волна смешивается с кофе.На работу нужно идти к восьми, это уже который день на работе? Я и вовсе позабыл счëт времени, вроде пятный или шестой, но я не уверен.Мне нужно будет когда-нибудь записаться к психологу. Я опять не спал ночью, точнее очень прерывисто.Мои глаза болят, по краям они окрасились красным цветом, под глазами мешки, а тело непроизвольно поддëргивается, толи от недосыпа, толи от передоза кофеина, который мне пихали чуть ли не с детства.И пусть это был бы обычный кофе, проблемы бы были, но их было бы гораздо меньше, нежели от кофеина с метом.Помню, как мне пришлось реабилитироваться, отход был долгим, помню как было сложно есть, аппетита не было вовсе, я вполне мог изголадать, слава богу, парни были рядом – мы хоть с ними и не особо близки, но они готовы помочь мне, ха, действительно, как будто им хотелось быть рядом с таким наркоманом, как я… Помню, как подолгу не спал, помню, как кружилась голова, всë переворачивались и размывалось, Боже, какая головная боль была, тогда, какая это мерзость. Помню, как мог оказаться вообще бомжом, когда чуть ли не перессорился с Клайдом и Крейгом, лишь благодаря рассудительности Толкина всë обошлось.Мои резкие эмоциональные качели, очень портят мне жизнь.Я не стабильный человек от слова «совсем».Вмиг могу впасть в истерику, вмиг могу разозлиться, а иногда и впасть в состоянии паранои, как это было в детстве – точнее, тогда, я всегда был расстерянным, дëрганным и потрëпанным.Меня впринципе можно было охарактеризовать, как противоположность Такера. Крейг с детства был угрюмым парнем и неприветливым, по крайней мере всё так говорили, но как по мне он был просто пофигистом – знаете, если человек не хочет улыбаться, это не значит, что он грустный, возможно ему просто плевать, вот и всё – это типичное состояние Такера.Раньше он хоть как-то почаще улыбался, сейчас же увидеть улыбку Крейга — это что-то вроде, как встретить бриллианты, лежащие на дороге, это невозможно, а даже если и возможно, то значит ты большой счастливчик.Сейчас у Крейга существует только два состояния: злость и равнодушие.Это раздражает, бесит, бесит! Хотя кто я, чтобы осуждать его, правильно, никто, так что просто нужно смириться с этим уже наконец-то.Честно, я был в первый раз знатно удивлëн, когда узнал, что такой пофигист дружит с таким нытиком, как Клайд. Клайд сейчас не такой, в детстве он был самым плаксивым мальчиком, хотя что-что, но его вера во всякий бред, который показывают по телеку, осталась той же.Слава Богу, есть Толкин, который может объяснить Доновану, почему не надо верить в какую-то брехню по телеку.В данный момент Такер и Донован не такие близкие друзья, какие были раньше, Клайд больше с Блэком общается, а Крейг… Ну Крейг, он и есть Крейг, он всë время работает и что-то ищет в интернете.Такер не особо общительный стал в один момент, сам не понимаю почему так.В любом случае, я не думаю, что Крейгу понравиться, если я начну спрашивать о его личной жизни, так что эта тайна останеться навсегда нераскрытой. И если с Такером у Клайда сейчас не прям хороший контакт, то про Блэка об этом не скажешь.Толкина и Донована прямо без сомнений можно назвать чуть ли не лучшими друзьями.Наверное, это прикольно дружить с Блэком, ведь он такой рассудительный, мудрый, умный и спокойный.Да, Крейг тоже спокойный, но это не то.Спокойствие Такера легче охарактеризовать, как равнодушие, а вот спокойствие Толкина — это действительно комфортный покой. Так погодите, а какой сейчас час? АААА ЧËРТ УЖЕ ПОЛСЕДЬМОГО!!!НАДО ПОТОРАПЛИВАТЬСЯ, А ТО У МЕНЯ ЖЕ АВТОБУС ЕЩË В ПРОБКЕ БУДЕТ СТОЯТЬ!!! Южный парк настолько разросся, и для того, чтобы добраться на работу, мне приходиться ездить на автобусе.Были бы у меня права, я бы одалживал у Крейга машину, хотя не думаю, что он бы доверил мне еë.Толкину или Клайду — возможно (хотя с Клайдом поспорил бы), но не мне.Я слишком агрессивный и дëрганный для техники, нежели остальные. Выпив утренний кофе, освежившись в душе и захватив портфель, я поспешил на остановку.

***

— Боже, ну давайте быстрее! Мне на работу нужно, я опаздаю так! — кричит какой-то мужчина где-то в очереди. — Вот именно! Моему ребёнку на выступление вообще нужно, — поддакивает мужчине какая-то женщина с ребëнком. Много людей начинают ворчать и создают этим омерзительный шум.То справа в ухо залезут мерзкие словечки, то слева причитания старших о том, как всë сейчас плохо, и в их время всë было лучше.И нередко весь этот хаос сопровождается голосами детей, которые устали стоять и ждать, когда уже они зайдут в автобус.Как же это отвратительно, ненавижу людные места…В них так много шума и неразберихи, так ещë это грëбанное чувство слежки, аргх! Я бы заорал при желании, но увы вынужден молча сдерживать тик из-за дискомфорта и стресса. Везëт старикам и детям – с них максимум требуют свидетельство о рождении или паспорт, дабы удостовериться.Хотя, порой, бывают настолько наплевавшие на закон водители, которые без вмешательства просто пропускают людей без браслетов, требуя от них только деньги, а для понимания проверка личности человека через паспорт или свидетельство о рождении, с новыми законами является частью их работы. — Да не торопитесь вы так, чëт сегодня автомат совсем тормозит, видать, опять что-то барахлит, — прохрипел протëртым сигаретами голосом старый водитель. — Да он всегда барахлит, когда я бы не приходил он всегда выходит из строя!Ну, сколько можно уже! — проревел, будто медведь недовольный студент, создав этим ещë больший шум. Дрожь ещë сильнее обхватывает контроль над телом, глаза начинают схватывать непроизвольные поддëргивания, а руки донельзя пугающе дрожать.НЕНАВИЖУ ЛЮДНЫЕ МЕСТА!СКОЛЬКО ЗДЕСЬ ШУМА!А НА МЕНЯ ПО-ЛЮБОМУ ЕЩË КТО-ТО СМОТРИТ ВТИХАРЯ! БОЖЕ! БОЖЕ! БОЖЕ! КАКОЙ СТРЕСС…А ВДРУГ ЕЩË КАКОЙ-НИБУДЬ МУЖИК РЕШИТ МЕНЯ ПРИСЛЕДОВАТЬ?! АААААААААА! ПОЧЕМУ Я НЕ МОГУ ДУМАТЬ, КАК НОРМАЛЬНЫЕ ЛЮДИ?! ПОЧЕМУ Я ВСЕГДА НАЧИНАЮ ЛЕПИТЬ В СВОИ РАССУЖДЕНИЯ КАКУЮ-ТО НЕЛЕПУЮ ЧЕПУХУ?! ДА И ВООБЩЕ, БУДТО ТЫ КОМУ-ТО СДАЛСЯ, ТВИК? ХОТЯ, ЧËРТ, Я ВЫГЛЯЖУ ДОВОЛЬНО ХИЛЕНЬКО, ХОТЯ ЭТО НЕСОВСЕМ ТАК, НО ТВОЮ Ж МАТЬ, ЭТИ ТВАРИ ЖЕ ЛЮБЯТ ХЛИПЕНЬКИХ МОЛЧАЛИВЫХ ЖЕРТВ…ААААААААААА!БОЖЕ, ЛУЧШЕ БЫ Я РАБОТАЛ НА ДИСТАНЦИОНКЕ, КАК ТОЛКИЕН И КРЕЙГ, НАХЕР Я ВООБЩЕ ПОПЕРЕЛСЯ НА РАБОТУ?! Я по привычке потянулся рукой к волосами и, схватившись за голову, начал оттягивать волосы, в которые я впился своими пальцами, как клещ присасывается к кожи и высасывает из тебя кровь.Параллельно зубами я снимал корочку со своих искусанных и грубых губ. Дëргал свою лохматую и неопрятную голову я недолго, ведь так я бы притягивал к себе излишние внимание, а мне этого никак нельзя делать.Мафия должна быть тихой, БЛЯДЬ, ДА КАК Я ВООБЩЕ МОГУ БЫТЬ ЧАСТЬЮ МАФИИ С ТАКИМ ТО ВИДОМ?!Серьëзно, каждый раз смотря в зеркало, я будто вижу какого-то пьяницу, спускающего всё деньги на выпивку.Бледная покоцанная кожа, на которой отчëтливо видны выступающие вены, синяки, ссадины и угри, но в особенности она хорошо выделяет на лице мои чернющие мешки под глазами и измученные вечными кусаниями ярко-красные губы. Я забыл. Наблюдатели.Они всегда следят, только меняются местами, масками и временем между собой.Они похожи на шпионов, искоса поглядывают на тебя и читают, как открытую книгу.А ВДРУГ ОНИ ЗАХОТЯТ УБИТЬ МЕНЯ ИЛИ ПРОДАТЬ НА ОРГАНЫ?! ААААААААААА! БОЖЕ, БОЖЕ МОЙ, А ВДРУГ НАС УЖЕ РАССЕКРЕТИЛИ И ВЫСЛАЛИ ЗА НАМИ АГЕНТОВ, И СЕЙЧАС МЕНЯ МОГУТ В ЛЮБОЙ МОМЕНТ УБИТЬ?! Угомонись!Какие, твою мать, агенты, Твик? Как будто кому-то сдалась какая-то жалкая шайка «друзей», в таком-то маленьком и безответственном городке? Безусловно, он вырос во время взросления и прибывания в Денвере, но он не настолько сильно поменялся, по крайней мере, халатное отношение к работе у ментов не должно было поменяться. Я начал вертеть головой, следя не косятся ли на меня странные взгляды издалека.Их нет, по крайней мере я их не чувствую, значит можно спокойно… — Мама, а почему у этого дяденьки такие глаза чëрные, как у совы, — параллельно своим словам, девочка поднясла руки к глазам, сложила указательный и большой палец вместе, остальные пальцы расправила и начала смотреть через пространство между указательным и большим.Видимо, она изображала глаза совы. …продолжать стоять. Мать же девочки лишь отдëрнула еë и пробубнила ей что-то вроде: «не мешайся взрослым людям, да и вообще такие вопросы неприлично спрашивать у незнакомых людей!».Девочка лишь замялась и что-то вот-вот хотела сказать, как родитель приобняла еë рукой и отвернула ребëнка от меня. Не удивительно, я выгляжу будто маньяк какой-то, ну или шизофреник, сбежавший из психушки.Но даже при всëм этом, мне жалко этого ребëнка.Знаете, я конечно не знаю полной картины и не умею общаться с детьми от слова «совсем», но я считаю, что хоть какое-то внимание нужно уделять детям, тем более к своим. Могу сказать по своему опыту, ребëнок нуждается во внимании родителей.

***

— Пап, а если один парень в школе хочет со мной подраться, что мне делать?! — ужасаясь только от всплывающих картинок последствий, спрашивал я. — Сынок, давай я тебе расскажу о том, как мы познакомились с твоей мамой, — встав со стула, он подошëл к моей матери и, положив руку на плечо, продолжил, — давным-давно за твоей мамой ухаживали множество парней – когда-то она была очень симпатичной. — Это правда, — неуместно добавила мама. — Когда, я начал ухаживать за твоей мамой, одному здоровому футболисту по имени Куип, это не понравилось.Он захотел заполучить маму себе.И вот однажды он вызвал меня на поединок, — закончив свою речь, он присел обратно за стол доедать мясо. Я хлопал своими глазами, рефлекторно дëргаясь, посматривая то на отца, то на мать.Ничего дальше не последовало, тогда я напрямую спросил: — И что? — Что «что»? — недопонимающе и даже с некой раздражительностью посмотрела на меня мама. — Что потом было? — пояснил я. — А, даже не знаю, кажется он куда-то переехал, — ответил мне отец. — Да, кажется так, — подхватила мама. Я возмущëнно прикрикнул: — Вы мне никогда не помогаете, ваши истории ничему не учат! — тогда меня это довело, я начал говорить те слова, что прокручивались у меня в голове всегда и на которые моим родителям, было абсолютно наплевать.Я начал биться головой о кухонный стол, — Господи, как же я их ненавижу, ненавижу!Я не хочу драться!

***

Но им было всë-равно, они всегда не обращали на меня внимания.Никогда.Они только и умели, что откупаться от меня кофе и потратить время на пустую болтовню, которая мне никак не помогала.Я им был нужен, только как работник, что будет помогать в бизнессе, но как сын, как человек, как личность, я был для них бесполезен.Как ребëнок, я лишь мешаюсь им под ногами, я не нужен им таким, они травили меня кофем с метом, дабы я не мешался им, они думали, что наркота поможет мне словить кайф и успокоиться, но она делала только хуже. Бессоница, иллюзии, дëрганность.Это всë последствия мета и кофеина.Меня растили, как наркомана.Знаете, что такое ломка? А вам лучше и не знать.Омерзительно.Мне пришлось ходить по куче врачей, чтобы избавиться от этой зависимости.У меня было две зависимости, первая — наркомания, вторая — кофе.От одной я избавился, а от другой… Частично.Я стараюсь завязывать с кофе, ведь такое количество кофе, которое я пил, вполне могло меня убить.Но я не могу сейчас отказаться от него полностью и это ужасно. Я НЕНАВИЖУ ЭТО…Если бы эмоции могли вызвать тошноту, я бы выблевал свои органы от своего же отврата к родителям.Они самые настоящие черти во плоти, что притворяются заботливыми и добрыми, хотя на истине они лишь равнодушные твари.

***

Кто-то резко толкнул меня в плечо. — Ну, ты вообще тюфяк что-ли?! Встал столбом и стоит, ты собираешься в автобус заходить или нет? — какой-то дядька из очереди резко отрезвил мой разум, опьянëнный хмурыми мыслями. Я промямлил что-то невнятное под нос, покапавшись в кармане, я нашëл мелочь и, спустив свой рукав ветровки, поднëс браслет со штрих-кодом к сканеру.Водитель посмотрел на монитор с результатом и, покашливая, пробухтел мне, что-то вроде: «Проходи», затем я отдал ему мелочь и, уйдя в глубь автобуса, я схватился рукой за верхний поручень. «Опять работа, от которой меня воротит, » — крутилось у меня в голове, когда мы уже отъехали от остановки, и через заляпанное руками окно перетекали городские пейзажи из одной локации в другую.

***

Я шëлкнул ключом и зашëл в квартиру.Закрыв дверь, на меня навалился Клайд с бутылкой в руке, от него ужасно пахло алкоголем, а в гостинной из колонок волной била музыка.Походу он устроил какую-то вписку, но почему он мне об этом ничего не сказал?! Чëрт, он же прекрасно знает, как я не люблю эти мероприятия.Этот шум, взгляды и алкоголь, это так противно, люблю что-то более спокойное.Погоди-ка, а как он Крейга убедил, всë-таки Крейг, как и я сторонник спокойного чего-то, хотя какая разница Клайд уже всë-равно напился, и в гостинной орут колонки.Главное, чтобы Клайд ничего не наляпал про роль во время такой пьянки. — Здорово, дружище! И-и… К-как жизнь? — Боже, по голосу он явно перепил, я конечно понимал, что он пьян, но не на столько же.Его слова перемешивались с икотой, а ноги, как я позже заметил, шатались, как соломинки из-за чего Донован воспользовался мной, как подставкой, чтобы не рухнуть на пол.Он был настолько массистым, что я и сам пошатнулся и свалился к дверце, прижавшись к ней спиной, чтобы окончательно не упасть вниз, но это удавалось плохо и со временем я соскальзывал по двери на пол. — Клайд, прекрати лезть к Твику, — твëрдой хваткой ухватил Крейг Клайда за шиворот футболки и оттащил его от меня, положив Клайда в седячем положении на пол у стенки. — Твою мать, зачем? Я и сам мог справиться, — он лишь молчал, глядя своим сверлящим взглядом, ненавижу этот взгляд! Не удивительно, это же Такер, он всегда такой, людей избегает, угрюмый, вечно ходит и даже пары слов связать для ответа не может.Проще говоря — бирюк.И взгляд его… Бирюкский?Так вообще можно говорить?Ладно, наверное правильно будет сказать волчий.Прямо, ощущается положение жертвы, а он — хищник, что не упускает ни одного шороха жертвы, на которую собирается напасть и растерзать своей пастью тело добычи на жалкие обрывки кожи и кровоточащие склизкие органы, что будут растерзаны до неузнаваемости.Это напрягает, бесит и пугает одновременно. Блядь, как же я ненавижу положение жертвы, это такой стресс.А ещë мне противно положение, какого-то колеки или ребëнка за которого всë делают, потому что в меня не верят.Мои родители не верили в меня, они не думали, что я могу быть кем-то кроме простой марионетки-персонала-официанта, эти звери не видели во мне личности.Как же я это ненавижу! И так всегда, мне никогда не доверяют чего-то стоющего – конечно, Твик же дëрганный холерик, что чуть ли не подыхает на глазах от судорогов. Всегда мне внушали, что этим они хотят сделать лучше мне, но по итогу всë сводилось к тому, что мне было только хуже.Ненавижу эту ëбанную заботу, которая по итогу изъедает меня, и чëрт, не отрицаю, бывает, что люди делают, так что мне становиться лучше, но, блядь, знаете, за всë нужно платить, а я не умею так.Я только беру, я – вор, я – чëртов вор.Мне всегда так говорили и, знаете, я этого даже не отрицаю, ведь я настолько жалок, что мои недостатки видны на лицо. Его взор всë ещë был зациклен на мне, о чëм он вообще думает? Оценивает смог бы я справиться с тушкой Донована? Наврядли, скорее опять задумался о работе, вот и уставился в одну точку. Я уже вот-вот хотел открыть рот, как Крейг начал сжимать кулак, его брови опустились вниз, а губы прямые и сдержанные, скулы дëргались.Он явно старался скрыть нарастающие эмоции в себе, но получалось у него это с трудом, его рука от напряжения начала дëргаться, а губы начинали отстраняться от зуб и оскал начинал проявляться всё яснее и яснее.Резко он ослабил напряжение в кулаке, а выражение его лица изменилось.«Внутренние» уголки бровей устремились вверх, скулы перестали дёргаться, а губы сключились в кривую змейку.Такер накрыл большим и указательным пальцем свои брови – он сделал некий козырëк из руки, которой прикрыл своë лицо, бормоча под нос уставшим голосом какие-то неразборчивые слова.Он поглотил глоток воздуха, после чего нервно выдохнул.Крейг снял руку с лица, он был опечален.Не сказал бы, что он и до этого был не хмурым, но сейчас ощущение такое, будто он более размякший, наверное? — Давай без лишних слов я обьясню тебе, что тут происходит, Твик. — Аргх, ладно! Только для начала соизволишь мне переодеться, а? Спаситель хренов? — Перестать заводиться, я ничего такого не сделал. — Ты считаешь, что я не справился с Клайдом вашу мать! С Клайдом, с которым живу по-соседству несколько, вашу мать, лет! — Твик, я не — — Ты считаешь меня слабым? Нафиг, ты это сделал, я и сам бы справился! — Твик, спокойно, — — Говоришь, так же как мои родители, когда я слишком сильно удручал их! Я и тебя достал, верно? Ох, ну не удивительно, я же чëртов шизик! — Твик! Прекрати! Никто тебя слабым не считает! Да и вообще с тушкой Клайда, мало кто справиться, к тому же — — Ох, ну конечно, а ты сразу смог, да? — Перестать перебивать, пожалуйста.К тому же…Ну твою ж дивизию, я сбился с мысли, спасибо.Слушай, я просто тебе помог, что тебя не устраивает? — Отношение, как к слабому. — Слушай получать и просить помощи это не проявление слабости.Перестань мыслить, как ребëнок. — Тебе легко сказать, пф «как ребëнок», кто бы говорил, сам от всего мира закрылся и сидишь. Крейг опустил голову, его дыхание было слегка прерывистым. Такер не продолжил диалог и захлопнул за собой дверь, а я всё ещë стоял одетый на пороге.Лишь лампочка моргала и мерзко пищала, потому что она перегорела и еë нужно было поменять. Твою мать, Твик, ты опять умудрился задеть человека, молодец, что могу сказать, супер! Почему я не могу, вести себя, как нормальный человек?! Боже, Твик, какого хера ты всегда опускаешься до личных оскарблений?! Я вцепился ладонями себе в лицо и пытался сжать его до состояния вакуума.Руки были мозолистые, натëртые и холодные.Тчетно.Я сдался и опустил ладони вниз.В ушах звенело мерзкое жужжание лампочки, а в глазах мерцало. Прости, я не в состоянии спасти остальных от себя же.Я тварь, что не поддаëтся дрессировке и контролю…

Я сбросил с себя верхнюю одежду.

***

Я сидел на кухне и судорожно держал прозрачный стакан с водой.Я разглядывал его и слегка вертел в руках, будто ища в переливающейся жидкости ответ о том, как нормально извиниться перед Такером.Но она лишь хлесталась в стакане, изредка ударяясь о стеклянные стенки.Тишина.Я был, как всегда, один на кухне.Так пусто.Такая пустота даëт простор разгуляться моим мыслям, но в тот же момент это начинает потихоньку нежно сводить меня с ума.За стенкой раздавалась музыка – наводила ощущение «одиночества среди людей», как же я ненавижу это состояние…Почему я такой одинокий? Вроде меня окружают люди, но почему же тогда я так опусташëн?Я не знаю ответа на этот вопрос. В горле было сухо.Хотелось пить, но я не притрагивался губами к стакану, будто бы ожидая, что мою голову озарит, какая-то гениальная идея нормально извиниться.В голову ничего не лезло, лишь очередной бред и паранойя, из-за которой я выглядывал пару раз в окно, а порой, мне и вовсе мерещилось, что на кухню кто-то зашëл, тогда я лишь вздрагивал, но смотря на место видения, я никого не обнаруживал. Поняв, что придумать что-то хорошее я не смогу, я поставил чашу на стол и направился к комнате Крейга. Подойдя к дверце, я почти схватился за дверную ручку, но потом, вспомнив о личном пространстве, я приподнял руку вверх и постучался.Из-за двери послышался приглушëнные шаги.Крейг отворил дверь. — Слушай, К-крейг… Ты это, ну знаешь, как бы это сказать… Прости, меня, господи, я не хотел тебя задеть!УМОЛЯЮ, ИЗВИНИ, МЕНЯ, ПОЖАЛУЙСТА!!! Я НЕ ХО – — Твик, — своим спокойным голосом он прорезал мою речь, что срывалась, чуть ли не на вопли, — я не держу на тебя такую обиду, чтобы ты аж умолял о прощении, безусловно меня это задело, но достаточно просто было сказать «извини». — Мгх.Ладно я понял. — Проехали.Проходи, ты же из любопытства пришёл по поводу этой вечеринки. — Знаешь, Крейг, у меня сейчас горло пересохло, так что я сейчас быстро сгоняю на кухню. — Ммм? Мы можем перейти на кухню, всë-таки разницы никакой нет. — Ну, и то верно. Мы зашли на кухню.Я присел и взял в руку чашу.Я отхлебнул воду, которую так долго жаждил, но никак не мог позволить себе.Крейг включил чайник и достал чайные пакетики из верхних шкафчиков над раковиной.Он присел недалеко от меня и протянул пакетик чая. — Слушай, мне противоказано сейчас большое употребление кофеина. — И при этом всëм ты ещë пьëшь кофе? — Аргх!..Я разбавляю его!!! Почти всегда… Крейг на ответ лишь сжал в ладони пакетик, что протягивал мне и протянул руку к себе. — Слушай, чувак, у тебя зависимость.Ты никак не можешь остановиться пить такое количество кофе, уже который год, хватит, ты так можешь умереть. Зависимость.Очень больная тема.Родители, полиция, наркота, кофе, врачи, психотерапевты, таблетки… Твою мать, Крейг, как я вообще могу остановиться?! Я поборол зависимость с наркотой, остался только кофеин, но, твою мать, как я могу не употреблять кофе, если на нëм сидят абсолютно все!!! С помощью него ты можешь прекратить париться из-за сбитого графика сна – выпил чашку, и сразу день лучше стал.Мет был для меня проблемой на долгие годы, от него было сложно избавиться, но кофе… Моих сил хватило только на преодоление наркомании, а сил на преодолении кофе у меня нет.Я стараюсь из-за всех сил это побороть, я стал меньше его употреблять, но это к сожалению не означает: «долой зависимость, я теперь нормальный человек!», это лишь один шаг перебороть себя, который я вполне могу запороть и спуститься обратно в самое начало. Я молчал, уткнувшись глазами в стол. — Это не твоë дело! — Верно, но твоë состояние касается и меня из-за, — тут Крейг затупил и на время замолк задумавшись, — личных дел, ну знаешь бизнесс Толкиена и всë такое, мы же ему помогаем. Ложь.На самом деле никак мы Толкиену и не помогаем.Это шифр.В доме есть посторонние, а значит нужно следить за словами, а иначе нас вскроют.Шифр, связаный с Мафией, кодовое слово — личные дела, а остальное лишь импровизация, которую можно логически понять.С Толкином это никак не связано, ясное дело, он клонит к тому, чтобы я прекратил так много употреблять кофе, а то наша Мафия может легко лешиться телохранителя, но, твою мать, Крейг, как я это сделаю?! Мне и так встать выйти на улицу сложно, а ты просишь меня избавиться от зависимости.Боже, Боже, Боже!!!Я и себя то сберечь не могу, какой из меня телохранитель? — Ладно-ладно, я постараюсь! — Я буду ждать результата, а не пустых слов, ты уяснил? — Да-да, давай ближе к теме. Чайник вскипел, Крейг встал со стула, по пути прихватив кружку, направился к сосуду с кипятком и налил себе горячей воды, после чего положил туду два пакетика. — Ммм? Ты пьëшь крепкий чай? — Мы несколько лет вместе ошиваемся, а ты только сейчас узнал, что я пью крепкий чай? — Ну знаешь, ты затворник из комнаты почти не выходишь, да и работа у тебя дистанционная, а я утром сразу ухожу.К тому же ты же вроде два пакетика брал, а один для меня был предназначен. Крейг вернулся обратно на свой место вместе с чашкой. — Я думал сегодня попить обычный чай с одним пакетиком, но ты не захотел, а мне перехотелось пить простой чай. — Хм, любишь горькое? — Предпочитаю, но не во всех случаях. — А ты вообще пьëшь кофе? — Не особо, а к чему ты это вообще? Только не надо меня на эту гадость подсаживать.Не хочу потом блевать. — Да нет, просто кофе один вспомнил, тоже горький такой – американо, он прост в приготовлении, если не вдаваться в детали, то это просто разбавленный водой экспрессо.Ну, это так, на заметку тебе. — Спасибо.Ты бариста какой-то, ну впрочем это и не удивительно, ты же в детстве работал в кофейне, но не будем об этом, я не собираюсь лезть в твои семейные проблемы. — Нгхр… Так что по этой херне за стенкой? — Ну, это дело рук Клайда. — Всмысле? — Клайд общительный, вот и обрëл связи, ну и нам же надо, как-то социализироваться в городе, вот он и решил созвать всех на вписку. — А как он — — Что?Уговорил меня?Ты это хотел спросить? – не дав мне договорить, перебил меня Крейг, будто читая мои реплики наперëд, – я вышел кое-куда на время по делам, дома был только Толкиен, а Клайд видимо умудрился по-быстрому свалить с работы.Сам знаешь Толкиен и Клайд – хорошие друзья.Убедить Толкиена, вряд-ли составило бы труда.К тому же Блэк давно не был на вечеринках.Когда я вернулся, вечеринка была в разгаре.Я узнал о затее Клайда от Толкиена.Логичное дело остановить это всë, я уже не мог, это было бы недружелюбно, а нам проблемы не нужны. – Вот оно что.Понятно.Интересно, как они долго будут отходить от алкоголя завтра? – Сам гадаю, к тому же кто-то явно на ночь останеться из людей со вписки, потому что нажрëтся вхлам.А ещë завтра Триша придëт, а у нас такой бардак. – Завтра?Ты же говорил, через пару дней. – Я сам так думал, но вот заглянул к родителям,а Триша говорит, что завтра прийдëт, потому что в воскресенье они с родителями в театр едут. – Ммм, то ещë будет представление.А что по бизнесу Толкина?У нас есть информация для ускорения создания товаров? – Пока что слишком мало, нужно лучше изучить товар, а потом и понять, как ускорить его производство, ну а вообще у нас сейчас есть возможность пообщаться и набраться советов у других бизнес-партнëров, безусловно их деятельность не связана с нашей на прямую, но они явно смогут нам помочь. – Понятно, я пойду тогда в комнату. – Окей, чел. Я отворил дверцу, закрыл еë и повалился, не переодеваясь, на кровать.Я лежал и смотрел в белый потолок.За стенкой играла громкая музыка, но мне было абсолютно плевать на окружающий меня мир, единственное, чего я хотел – отдых, который к сожалению давался мне не легко.Кое-как я достал снотворное, предварительно уронив книгу, бумажки, часы и другой хлам с тумбочки у кровати. Спустя пару минут глаза слипаются, а переживания уходят на второй план. «Я так устал, пожалуй, отдохну чуток... »