Обещаю любить

       То, что день будет, мягко говоря, плохим, Сережа понимает, едва услышав мелодию будильника. Виски словно что-то стискивает, холодно, кости ломит как при болезни. И когда успел? Он же почти безвылазно сидит в башне с идеальным климат-контролем. Еще и мышцы ноют ото сна на диване. Сережа с шумным выдохом переворачивается на спину. Рассматривает серый матовый потолок, скользит взглядом по слабо подсвеченным в темноте комнаты скульптурам, на пару секунд задерживается на Венере и наслаждается исходящим от нее спокойствием — ежеутренний ритуал, призванный напомнить, что все это реальность. Что Сережа смог, достиг того, о чем не смел даже мечтать. Сережа на ощупь тянется к телефону, лежащему на журнальном столике. По пути случайно скидывает на пол пустую банку из-под энергетика и морщится от громкого и резкого звука. От экрана режет глаза, и приходится понизить яркость до минимума. Чаты, бесконечные чаты… Общий с топ-менеджерами, около двадцати с каждым из отделов, диалог с Марго, присылающей самые важные новости и упоминания, куча уведомлений с почты, которые Сережа смахивает. Потом, это все потом, после кофе. Сейчас он доступен только для одного чата, подсвеченного огоньком непрочитанного сообщения. Олег пару часов назад прислал очередной ужасно-восхитительный мем с волком, кружкой кофе, анимированными блестящими розами и надписью: «Утро доброе, когда оно доброе, а не недоброе». Картинка выглядит преступлением перед художественным вкусом, но Сережа в полнейшем восторге. Хочется верить, что из-за дизайна, но нет: приятно, когда о тебе помнят, желают хорошего дня и спокойных снов; пишут, помогая отвлечься от бесконечной работы и заставляя улыбнуться. Честно говоря, Сережа и не помнит, с чего началось их с Олегом общение во VMeste. Они переписываются недели две, а по ощущениям — всю жизнь. Никогда и ни с кем не было такого легкого и приятного разговора, чтобы не хотелось его прекращать и возвращаться к скучным деловым беседам. И делиться с Олегом всем тоже оказалось просто. Сережа обычно не доверяет людям, но вот он принимает заявку в друзья, а уже через пятнадцать минут рассказывает про свой детский дом, а Олег — про свой. Они росли в разных, но с совершенно одинаковыми условиями. Олег — приятный собеседник. Он не особо разбирается в высоком искусстве, но всегда просит Сережу рассказать что-нибудь об очередной картине или скульптуре. И ведь запоминает! Да и сам так интересно говорит про свои любимые книги и фильмы, что Сережа не против вместе посмотреть первую часть Гарри Поттера. Время бы найти. Благодаря Олегу Сережа понял, что ему нравятся мемы с животными, главное, не с котами, а еще стал немного — совсем чуть-чуть — зависим от желания писать ему почти обо всем происходящем. Вот и теперь Сережа тоже желает доброго дня, спрашивает о планах на вечер и жалуется на начинающуюся болезнь. Он знает: Олег в десять утра во всю работает и вряд ли быстро ответит. Тем более, заходил в сеть последний раз полтора часа назад. Поэтому Сережа, закутавшись в одеяло, тащится на кухню, выпивает парацетамол, включает кофеварку и, пока она грохочет, уходит в душ. Почему-то он делает только хуже. Вода то слишком горячая, то ледяная, кожа покрывается мурашками, а светлый кафель чересчур яркий, из-за чего глаза почти слезятся. Джинсы и рубашка ощущаются неприятно и раздражают, и Сережа надевает мягкие пижамные штаны и фиолетовый свитер с совятами. В этой одежде хотя бы нет желания разодрать себя до красных полос в попытке унять зуд. Вторую таблетку Сережа запивает кофе и заедает оставшимся с ужина рагу, выискивая в нем овощи и отодвигая их на край тарелки. Ужасно хочется мяса — нужно не забыть заказать на ужин бифштекс. Сережа, не отвлекаясь от кофе, просматривает сообщения на почте и в чатах. На некоторые уже ответили менеджеры, какие-то не заслуживают внимания, парочку он перекидывает в папку «Важно», чтобы разобраться позже. Поддается на уговоры пресс-службы и соглашается на участие в конференции про настоящее и будущее Рунета, запоминает, что в два его ждут ребята для обсуждения «одного крышесносного концепта» и через часа три допивает холодный кофе. Сообщение от Олега в ежедневном хаосе ощущается глотком свежего воздуха. Олег В.: Да никаких планов, наверное. Кстати, я тут нашел новый рецепт шоколадных кексов, вечером хочу попробовать, могу тебе завтра через ресепшн передать. И, если заболеваешь, отдохни, пожалуйста, а не работай до пяти утра. С вместе ничего не случится, с тобой может. Забота Олега трогает и кажется даже теплее лежащего на соседнем стуле тяжелого одеяла. Сережа впервые чувствует, что он сам — не созданный им образ успешного миллиардера — небезразличен другому человеку. Сережа ставит одну ногу на стул, обнимая ее, закусывает нижнюю губу и спешно набирает ответ. Вы: подняться ко мне не хочешь, ясно все Олег В.: Хочу. Но ты рассказывал, какую полосу препятствий нужно пройти простым смертным, чтобы добраться до твоего кабинета. Да и не отвлекать же от работы. Вы: ты не простой смертный :) скажешь имя, пропустят сразу Сережа отправляет нужные данные в чат с администраторами и, немного подумав, пишет еще одно сообщение Олегу. Вы: и мне приятно отвлекаться на тебя Перебор, нет? Общаются ли так с друзьями? Сережа не знает: у него друзей никогда не было. Только коллеги, вместе с которыми он горит общей идеей. Но это же совсем не то. А точно ли Олег для него друг, без претензии на нечто большее?.. От резкого осознания Сережа роняет телефон на хромированную столешницу. Часто моргает и ничего не видящим взглядом смотрит на оставшиеся на тарелке овощи. Облизывает вмиг пересохшие губы. Он влюбляется? Нет! Да быть такого не может: не за две с лишним недели же! Сережа просто соскучился по живому общению с интересным, понимающим и внимательным собеседником, вот и видит то, чего нет. Или все же есть? Он ждет каждое сообщение, любит, когда они хотя бы пару минут говорят по видеосвязи или обмениваются фото, потому что Олег красивый и им действительно хочется любоваться: может, когда-нибудь Сережа и уговорит его на портрет. От общения с Олегом губы, словно сами собой, растягиваются в улыбке, а в груди сворачивается мягкий и приятный комочек тепла. Сейчас там вместо тепла собирается нечто, напоминающее панику. Нет-нет, ему нельзя — запрещено — влюбляться! Это никогда не приводило ни к чему хорошему! Сначала открываешься другому человеку, впускаешь его слишком глубоко в душу, а затем в нее плюют. Да и какой нормальный захочет отношения с оборотнем, все время проводящим на работе? И вообще не факт, что Олегу тоже нравятся мужчины! Так что нет, некие чувства никак не могут быть влюбленностью. Сережа почти забивает в строке гугла «как гадать на кофейной гуще», чтобы убедить себя еще больше, как видит время: четырнадцать ноль семь. Он срывается в переговорку, оставляя на столе грязную посуду, но читая новое сообщение от Олега. Олег В.: Мне тоже приятно. Очень. Спасибо. На лицо лезет глупая улыбка. Опять! Сережа пытается стереть ее, пока едет в лифте, но представляет, с каким выражением лица Олег мог бы писать ответ — с привычным серьезно-суровым, но с едва-едва приподнятыми уголками губ и морщинками около лучащихся светом глаз — и проигрывает в битве с самим собой. Только возле двери в нужную переговорку Сережа становится достаточно сосредоточенным на работе. За бирюзово-фиолетовой стеной слышен гомон, будто там человек двадцать как минимум. Сережа выдыхает и прикладывает ладонь к сканеру. Дверь тут же открывается. В комнате трое: Дима — арт-директор; Валентин, руководящий развитием медиа-продуктов; и Лера из службы модерации. Они сидят на мягких диванчиках и пуфах и сразу прекращают разговор. Окна затемнены, из освещения: экран на всю стену с выведенной презентацией. Сережа искренне благодарен за полумрак: он и так ехал в лифте с закрытыми глазами. Запахи трех разных парфюмов, кофе с молоком и лежащей на столе булочки с изюмом смешиваются в один не самый приятный. Голова снова начинает болеть. Сережа прокашливается, обводит всех взглядом и говорит: — Добрый день. Вы хотели показать мне нечто революционное? — Привет, — Валик кивает, пока остальные здороваются. — Разум, ты как? Бледный весь. Сережа падает в мягкое кресло, утопая в нем и вытягивая ноги, и отмахивается. — Нормально. Показывайте, что у вас. Ребята переглядываются с широкими улыбками. Дима поправляет очки и сцепляет пальцы на кружке с чаем, Валик заправляет за ухо черные волосы и что-то шепчет крутящей ручку-контроллер Лере. Та кивает и чуть поворачивается в сторону экрана. Все трое уверены в успехе, и их энтузиазм заражает и Сережу. Он любит свою команду за смелые идеи и стремление каждого искать новые пути, а не идти привычными и скучными дорогами. Революционные и меняющие мир обновления не были бы возможны, делай VMeste то, что вписывается в общепринятые рамки. Да, Сережа уже давно не общается с потенциальными кандидатами, но костяк социальной сети — люди, прошедшие весь путь от бесплатного и ужасно медленного интернета в библиотеке до собственного небоскреба в центре города. Лера снова обводит пальцами контроллер и начинает говорить: — Мы долго думали над целесообразностью нашей идеи. Это вызов всему консервативному обществу. Но ты сделал его, а мы можем только поддержать. Поэтому нам кажется логичным, если VMeste продолжит выбранный тобой путь. О чем она? Неприятное предчувствие заставляет волоски на загривке встать дыбом. Сережа еще раз смотрит на каждого из команды. Конкретно этих людей отбирал он сам, давно, когда едва появился первый офис на десять компьютеров. Сережа доверяет всем троим и не верит, что они могут… Но Лера щелкает контроллером, и Сережа понимает: они могут. На экране концепт обновленной версии Марго. Она красива: черты стали не такими мультяшными, немного плавней и реалистичней, но при этом сохраняют нужную стилизацию. И у нее ушки. Кошачьи белые ушки. Валентин что-то говорит, но Сережа не слышит. Он сжимает пальцами подлокотник кресла, тяжело дышит и кусает губы. В висках пульсирует сильнее и больнее, чем даже утром, до таблеток. Это — оскорбление. Очередной плевок от казалось бы надежных людей. Видимо, в том и проблема, что людей. — И мы решили, что… — продолжает Лера. — Хватит, — Сережа говорит жестко. Самому непривычно от резкого и холодного тона, он для посторонних, не для команды. Лера замолкает и смотрит прямо в глаза, чуть приподняв бровь. На лицах остальных тоже непонимание. Конечно, откуда им знать! — Вы издеваетесь, да? — Ты о чем? — уточняет Дима. Он сидит ближе всех и чуть склоняется в сторону Сережи. Из горла вырывается непроизвольное шипение, а Дима тут же отшатывается назад. — О чем я? А о чем вы? Давайте тогда не ограничиваться ушами, а вообще заменим Марго на кота? И рыжего обязательно. А что, все же любят котиков — пока они остаются котиками, а не оборотнями, — Сережа говорит, буквально выплевывая слова. — Вообще-то мы думали, что Марго будет песцом… — исправляет Валентин. — Хотели сделать вороной, но не поняли, как показать это в человеческой форме. — Да вы не думали! — Сережа рявкает и чувствует, как когти прорывают обивку кресла. Черт. Он должен держать себя в руках. Если еще и шерстью покроется… Глубокий вдох, медленный выдох, когти снова превращаются в ногти, а Сережа продолжает чуть спокойнее. — Это высмеивание. Оборотней и так считают за обслугу, а теперь очередное подтверждение: одно слово человека и тупое животное выполнит любой приказ. Зато милое и красивое тупое животное, не спорю. — Тогда Марго можно считать и сексизмом: она женщина, выполняющая любой приказ, — напоминает Лера и скрещивает руки на груди. — Не передергивай. — Сереж, — говорит Дима. Он спокоен: снимает очки, протирает их и снова надевает. Его спокойствие раздражает. — Понимаю, последние события были для тебя тяжелым. Но ты забыл саму суть Марго и то, как мы ее презентуем публике. Она — гений. Совершенство. Она знает все и обо всем. И если Марго что-то не умеет, то научится этому в следующем обновлении. — Ни один человек никогда не сможет быть настолько же умен, — добавляет Валентин, прокручивая массивный перстень на пальце. Черные ногти слегка бликуют от света прожектора. — Да, — кивает Лера. — И мы хотели вывести оборотней из тени. Ты знал, что во VMeste работает пятнадцать ликантропов, не считая тех, кто на удаленке? И они признались только после твоего заявления, хотя более толерантный коллектив, чем наш, вряд ли существует. — А сколько их молчат, боясь увольнения и ликофобии? — поддерживает Дима. Его глаза за стеклами очков сияют энтузиазмом. — Сереж, пойми, мы можем попытаться это изменить! Сделать тысячи, сотни тысяч оборотней видимыми! — Искусственным интеллектом, ага, — Сережа кивает, поджимая губы. Если бы это было так просто, как кажется! — Марго никому ничего не докажет. То, что росло в обществе веками и закреплено на законодательном уровне, не исправить одной картинкой. — Марго может стать первым шагом к чему-то большему, — настаивает Валентин. Он постукивает подушечками пальцев по столу, и этот звук отдается в голове отбойным молотком. — Где же наше «Меняем мир VMeste»? Сережа усмехается и качает головой. Наивные, какие же они наивные. — Вам повезло, вы не знаете, каково это, когда всеми силами пытаешься удержать себя человеком, потому что стоит появиться тем же ушам — засмеют в лучшем случае. В обществе слишком сильны дискриминация и стигматизация. — И ты не хочешь даже попытаться что-то сделать? У нас есть деньги, десятки миллионов пользователей, твоя харизма и лучшие в стране пиарщики, — перечисляет Лера, загибая пальцы. А затем кликает на контроллер. На презентации открывается слайд со скриншотами комментариев и постов во VMeste. Сережа уже чуть больше недели не мониторит их — бесполезно, ничего хорошего он точно не прочитает, а время слишком ценно. Но то, что он видит сейчас, поражает. Люди — нет, не люди, оборотни — признаются. Делятся фотографиями и историями из жизни, рассказывают, как осознание, что сам гениальный Сергей Разумовский такой же, как они, помогло принять себя. Благодарят за смелый поступок и восхищаются им. Смелый поступок, на который Сережа никогда бы не решился, если бы его не вынудили обстоятельства. На слайд вряд ли вошло все, но и этого хватает, чтобы подвергнуть сомнению свои убеждения. Возможно, есть смысл попытаться?.. — Я… — Сережа сглатывает слюну и еще раз скользит взглядом по скриншотам. Лера, Валик и Дима улыбаются: они явно довольны собой, своими словами и произведенным впечатлением. Сережа пока не в силах определить, что именно он чувствует после сегодняшней презентации. Мысли в голове путаются, наслаиваются друг на друга и не дают сосредоточиться на одной. — Это была идея не только вас троих? — Всего нашего чатика! — Дима с легкостью сдает каждого, за что тут же получает тычок в плечо от Валика. Сережа не особо удивлен: руководящий состав, сидящий в чате «vmeste вместе», частенько поражает своими идеями. Не всегда революционными, чаще просто абсурдными. Сегодняшняя граничит с обоими понятиями. — Я не говорю вам «да». — Но ты не говоришь нам «нет», — Валентин ловит на слове, а Сережа в ответ кивает. — Скиньте презентацию, просмотрю полностью. Мне нужно время подумать. И обсудить. О да, ему точно нужно поговорить с Олегом — беседы с ним по какой-то причине помогают систематизировать мысли, даже если Олег не особо и участвует в диалоге. Поэтому Сережа благодарит ребят и выходит из переговорки. Закрывая дверь, он слышит слова Леры о том, что этот шанс не будет упущен. В лифте Сережа прислоняется лбом к стеклянной стене. Ему одновременно и холодно, и жарко. Перенервничал, что ли? По виску катится капелька пота, и Сережа стирает ее ребром ладони. Проверяет уведомления, смахивает все одним движением и заходит в чат с Олегом. Вы: если ты не против, я бы хотел поговорить кое о чем. важном Ответ приходит быстро, Сережа едва успевает доехать до своего восемьдесят первого этажа. Олег В.: Позвонишь? Или так? Вы: текстом я точно не сильно отвлекаю? Олег В.: Рассказывай, что случилось. Сережа в первую очередь идет на кухню за оставленным там одеялом, кутается в него, а затем падает на диван в кабинете и начинает писать. Он думает просто кратко обрисовать ситуацию и спросить совета, но уже пять минут без перерыва строчит текст и не подошел даже к сути, вместо нее рассказывая про государственную дискриминацию оборотней. Куча ежегодных дополнительных медицинских обследований за свой счет, иначе не возьмут на приличную работу и выпишут стопку штрафов. Перечень профессий, недоступных для ликантропов. Запрет браков между людьми и оборотнями якобы из-за высокой смертности детей в таких парах, хотя многочисленные европейские исследования доказывают, что это ложь. Как еще не дошли до пропаганды ликантропии — врожденной, между прочим? К тому моменту, когда Сережа доходит до сегодняшней презентации, он знает: Лера была права. Шанс повлиять на существующую дискриминацию не будет упущен. Вы: … и в общем поэтому я считаю, что ситуацию нельзя так оставлять, я должен что-то не знаю пока что сделать. а если создать благотворительный фонд специально для оборотней? не у всех есть деньги на эти обследования, я сам не ел, чтобы накопить на них. да точно нужен фонд для начала, а там уже видно будет Сережа отправляет текст, наверное, на тысячу слов, вытирает пот со лба и шумно выдыхает. План действий постепенно вырисовывается. Вы: спасибо, что выслушал, я со всем разобрался, можешь не читать :) Ответ приходит через секунду. Олег В.: Рад, что помог. Но я все же прочитаю, мне интересно. Сережа набирает «спасибо» и почти добавляет к нему фиолетовое сердечко, но вовремя одергивает себя. Нет, оно точно лишнее. Вдруг, Олег расценит его как симпатию, а не благодарность? Мысль, что это и есть симпатия, Сережа спешно прогоняет. Жарко и душно. Сережа запихивает ногами одеяло в дальний угол дивана и просит Марго включить кондиционер. Через пару секунд комната наполняется гудением — странно, раньше его не было слышно. Сережа нервно дергает плечом и запускает во VMeste поиск по ключевому слову «оборотень». От сотен тысяч результатов разбегаются глаза. Комментарии, посты, целые сообщества с пафосными названиями в стиле: «Горжусь быть оборотнем». Даже парочка популярных хештегов, под которыми пользователи делятся историями из жизни. Конечно, не обходится без негатива и призывов собрать всех оборотней и увезти их в лес, чтобы нормальным людям жить не мешали, но они теряются в общей атмосфере поддержки. Сережа с восторгом узнает, что существуют группы, в которых помогают оборотням в трудной ситуации, и сразу сохраняет их себе в контакты. Потрясающе. От волнения слегка потряхивает, а по рукам ползут мурашки. Сережа снова кутается в одеяло, не переставая скролить ленту. Приходит очередное уведомление, но он его смахивает, не глядя. Потом, все потом. Куда важнее понять, что уже сделано, и что можно сделать дальше. Почему Сережа никогда не интересовался тем, как живут другие оборотни? Такие сообщества явно не возникли после его признания. Активизировались — да, однозначно, но существовали они и до этого. Сережа замирает во время просмотра видео с лайфхаками для безболезненных обращений с неожиданным осознанием. На крохотную капельку, но он чувствует себя не таким… Изгоем. Есть ведь и другие, скрывающиеся, постоянно слышащие оскорбления и унижения, не имеющие возможности решать свои проблемы деньгами. И их немало. И многие из них действительно горды быть оборотнями. В том, что Сережа всегда воспринимал проклятием, они видят преимущества. Я выносливее людей, поэтому могу брать дополнительные смены грузчиком. Моя жена постоянно мерзнет ночью, и я обращаюсь в собаку и грею ее. Иногда на работу я долетаю птицей и экономлю кучу времени. Главное, чтобы в офисе одежда была. Это кажется странным. Никак не вписывающимся в картину мира, когда необходимо изо всех сил притворяться человеком. Зачем, если быть оборотнем тоже хорошо и нормально? Сереже необходимо подумать об этом. Не сегодня и вряд ли даже завтра, сначала бы вместе пресс-службой построить новую модель поведения на публике. А сейчас нужно связаться с группами, помогающим оборотням, и узнать, в чем они нуждаются в первую очередь. Сережа отвлекается от телефона и трет воспаленные глаза. Он и не заметил, когда наступил вечер, и в комнате включилось освещение. Голова просто раскалывается, во рту пересохло, а все тело трясет от холода, тогда как лоб мокрый. Нет, это явно не нервное перевозбуждение. Болезнь к вечеру стала сильнее? Сережа встает с дивана, но падает на него из-за ватных ног. Комната кружится, цвета сливаются и даже Венера кажется непонятным смазанным пятном. Нет. Нет, он не мог пропустить! У него же настроена целая куча уведомлений! Уведомлений, которые Сережа сегодня весь день не читал. Каждое движение отдается болью в мышцах и костях. Дышать получается с трудом, чуть ли ни через раз и с хрипами, сердце колотится бешено, бьется о ребра, которые словно уменьшаются и сжимают органы. Сережа поворачивается к панорамному окну, заранее зная, что увидит в нем. Над Питером всходит полная луна.